НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

Игра на белой полосе

авторский моноспектакль по роману Бориса Карлова
«Игра в послушание, или Невероятные приключения
Петра Огонькова на Земле и на Марсе»

10. ДЬЯВОЛ В МИЛИЦЕЙСКИХ ПОГОНАХ

Глава восьмая

В космическом центре.
Дискуссии научные и около того.
Кто полетит на Марс?


  mp3 — VBR до 128 kbit/s — 32Hz — Stereo  

10_08

MP3

 

ДАЛЬШЕ

 

В НАЧАЛО



 

 

 

Глава восьмая

В космическом центре.
Дискуссии научные и около того.
Кто полетит на Марс?

Тяжёлый грузовой самолёт тряхнуло на посадке, БТР дал задний ход, съехал, словно с горки, на бетон взлётной полосы и остановился. В кабину залез офицер с маленькими золотыми ракетами в петлицах, надел шлемофон и стал отдавать команды водителю.

Вскоре Пете показалось, что они въехали в тоннель и двигаются вниз по довольно крутой наклонной. Потом, судя по переговорам, машина заехала в подземный гараж, развернулась и выровнялась по разметке. Офицер дал команду «из машины», и Петя, не долго думая, забрался в его планшет, который болтался совсем рядом. Ему не улыбалось оставаться здесь, запертому словно в бронированном сейфе. Кое-как он разместился в арочном пространстве между верхним кожаным перегибом и корешками плотно уложенных карт. Потом у него снова сильно заболела голова, он задремал и очнулся только уже на каком-то военном совете.



Из болтавшегося планшета ему было видно только тёмное дно огромного круглого стола и не менее десятка пар военных и гражданских ног, как мужских так и женских. С противоположной стороны, похоже, была дверь, которая не открывалась, а сдвигалась в сторону.

Ещё пара гражданских ног стояла в отдалении — по всей видимости, у доски или у карты — и говорила такими сугубо научными словами, что Петя понимал в лучшем случае одно из десяти.

Когда, наконец, все эти «дисперсности», «сигулярности» и «конвергенции» перестали сыпаться из гражданского лица и оно, поблагодарив за внимание, село на место, к «доске» вышла пара военных ног с малиновыми генеральскими лампасами. Генерал заговорил басом на достаточно понятном Пете человеческом языке.

— Так что, товарищи, я это, вот что хочу сказать, — генерал трубно высморкался и после паузы продолжил. — Вот товарищ академик нам сейчас объяснил, почему на Марс не может лететь человек. Будто бы тяжеловат он ещё для такого мероприятия, будто бы не вытянет его ракета, на такое дальнее, прямо сказать, космическое расстояние. Туда не вытянет, а обратно и подавно. А я так думаю, товарищи, что ракету надо делать больше — такую, чтобы наш человек в ней нормально жил и питался. Столько, сколько потребуется для героического перелёта. Вы что-то хотите смазать, товарищ Синицына?

Один из стульев отодвинулся, и пара женских ног гражданской наружности, даже довольно стройных, распрямилась в коленках.

— Да, товарищ генерал, я хочу сказать. Я хочу повторить. Человек никогда не сможет полететь на Марс, даже если вы построите ракету величиной с гору. Человек не может жить вне поля Земли, дальше её орбиты, как человеческий плод не может существовать вне утробы матери. Вот расчёты, научные подтверждения — результаты практических экспериментов нашей орбитальной лаборатории. Как это не обидно и не прискорбно, но полёт человека на Марс следует отложить по крайней мере ещё на десять лет.

Под одним из стульев закаркали и заволновались военные ноги без лампасов.

— Ну что, что вы руку тянете, товарищ майор, словно школьник, ей-богу. Говорите, что там у вас.

Товарищ, майор поднялся и взволнованно заговорил:

— Я внимательно ознакомился с результатами работы орбитальной лаборатории профессора Синицыной и глубоко убеждён в её правоте. Человеку опасно отдаляться от орбиты Земли, а посылать его на Марс, даже если для этого появятся технические возможности — значит обрекать его на верную гибель.

— Футы-нуты! Вам бы с таким темпераментом, товарищ майор, цыганские романсы исполнять. Вы в нашей дивизионной самодеятельности случайно не участвуете? А то приду послушать. Значит, и ты, Брут, туда же… Что ж, опять у нас робот полетит? Да был бы робот, а то тьфу, паучок какой-то на микросхемах. Этим сегодня мир не удивишь, а вот финансирование могут крепко урезать. До очередного старта восемь часов, а праздника не чувствую, зевать хочется, товарищи.

— Есть одна разработка, товарищ генерал, — неуверенно проговорила Синицына. — Только она преждевременная, вы смеяться будете…

— Давай, — махнул рукой генерал, — Посмотрим, как у тебя хотя бы с юмором.

Синицына выскочила за дверь и вернулась, держа в руках прозрачный шар величиной с футбольный мяч. Петя увидел, что профессор — довольно симпатичная девушка в белом халате. Оболочку шара, словно армированное стекло, пронизывала густая сеть тончайшей золотой проволоки. В центре шара, на резиновых растяжках, находился ещё один маленький шарик, в котором сидела совсем маленькая, величиной с Петю, беленькая мышка.

— Этот прибор, — начала объяснять Синицына, — сконструирован таким образом, что внутри шара образуется автономное поле, абсолютно идентичное полю нашей планеты и способное длительное время поддерживать условия нормального существования мелкого животного.

— А! — торжествующе воскликнул генерал. — Значит, всё-таки можно! И ничего смешного, товарищ, Синицына; вы-то сами понимаете, какое будущее у вашей замечательной разработки?!

— И сожалению, в ближайшие годы мы не сможем создать подобное устройство для человека.

Не смотря на это замечание, настроение у генерала заметно переменилось.

— Ничего, ничего, товарищ, Синицына, это уже очень хороший задел для отчёта… то есть, для работы, я хотел сказать, очень хороший. С Белки и Стрелки начинали. Кстати, как нашего героя зовут?..

— Петя… — смущённо ответила Синицына.

— Вот! Петю этого твоего мы, как это молодёжь говорит, раскрутим! Первый россиянин на Марсе! Майки, конфеты, сигареты — «Петя»! Да я ему сейчас же, этому мышу, ефрейтора… нет! младшего сержанта дам! А после полёта к лейтенанту представлю!..

— Он что же, прямо сегодня полетит?

— Полетит! Долой вашего механического таракана! Петя полетит! Готовность номер один! Да я его по возвращению к герою России представлю!..

Тем временем Петя Огоньков совершенно потерял голову. Нехорошее чувство зависти иголками впилось в каждую его живую клетку. С невиданной проворностью выбрался он на стол, выбежал на самую середину и закричал:

— Погодите! Не он! Я! Я! Я полечу! Не надо мышь! Я, Петя, я человек! Я, я могу лететь на Марс!!!


Стало тихо, все привстали и, облокотившись о стол, склонились над мальчиком. Синицыной сделалось плохо, и её подхватили стоявшие поблизости мужчины.

— Я наш, русский, я Петя Огоньков, зачем мышь! — продолжал орать трехсантиметровый мальчик, обращаясь к выпученным на него со всех сторон глазам и очкам. — Посадите, посадите меня в этот шар!..

Начисто лишённый воображения генерал взял Петю двумя пальцами и поднёс к глазам.

— Петя Огоньков, говоришь?.. Кто же тебя таким на свет произвёл? Мне не докладывали. Товарищи, это из чьей лаборатории произведение?

Ошарашенные, все молчали.

— Я не из лаборатории! Я сам по себе! Потом расскажу, когда вернусь! Зачем посылать на Марс какую-то ещё мышь! Я человек, я могу полететь туда и обратно!

— Ладно, не верещи, — строго сказал генерал и опустил Петю на стол. — Разбираться с тобой у нас времени нет. Чей бы ты ни был, полетишь. Я так сказал. А сейчас, — голос у него сделался торжественным, как на параде. — Всем службам! Немедленно готовить младшего сержанта космонавта Огонькова Петра к полёту на Марс! Старт ровно в полночь!

Петя смеялся и одновременно задыхался от счастья.

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru