НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

 

БЕЛЬГИЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Морис Метерлинк (1862—1949)

Выдающийся бельгийский писатель-символист, один из самых значительных драматургов Европы на рубеже XIX—XX вв. Он родился в Генте в семье нотариуса. Закончив гентский коллеж, Метерлинк уехал изучать право в Париж и по возвращении работал в качестве адвоката. Но одновременно он публиковал критические статьи, эссе в нескольких бельгийских журналах. Его первая пьеса — «Принцесса Мален» — была опубликована в 1889 г. За ней последовали другие, принесшие Метерлинку славу. С 1896 г. Метерлинк живет во Франции. Именно там в 1908 г. он пишет пьесу, признанную шедевром его драматургии, и передает право первой постановки этой пьесы К. С. Станиславскому, увлеченному в это время символистской драматургией. В этом же году пьеса была поставлена в Московском Художественном театре. В «Синей итице» — сказочной философской драме — Метерлинк использует традиции народных сказок, сказочных новелл романтизма. Он органично соединяет философское обобщение и простоту, фантазию и реальность, сосредоточив действие в простой бедной хижине дровосека и отправив на поиски счастья и истины маленьких детей. Сказочное творится драматургом из самого обыденного — хлеба и огня, воды и сахара. И самые счастье и истина оказываются не в обладании Синей птицей, так и оставшейся ненайденной, но в «Блаженстве Быть Здоровым», «Блаженстве Дышать Воздухом», «Блаженстве Любить Родителей». Конечно, глубинный философский смысл «Синей птицы» — скорее сказки для взрослых, чем для детей, — вряд ли может быть до конца прочитан детской аудиторией. Но гуманистическое содержание пьесы и ее поэтичность неизменно покоряют всех независимо от возраста.


 

 

СИНЯЯ ПТИЦА

Феерия (1908)

Канун Рождества. Дети дровосека, Тильтиль и Митиль, спят в своих кроватках. Вдруг они просыпаются. Привлеченные звуками музыки, дети подбегают к окну и смотрят на рождественское празднество в богатом доме напротив. Слышится стук в дверь. Появляется старушонка в зеленом платье и красном чепце. Она горбата, хрома, одноглаза, нос крючком, ходит с палочкой. Это Фея Берилюна. Она велит детям отправиться на поиски Синей птицы. Ее раздражает, что дети не различают вещей очевидных. «Надо быть смелым, чтобы видеть скрытое», — говорит Берилюна и дает Тильти-лю зеленую шапочку с алмазом, повернув который человек может увидеть «душу вещей». Как только Тильтиль надевает шапочку и поворачивает алмаз, все окружающее чудесно преображается: старая колдунья превращается в сказочную принцессу, бедная обстановка хижины оживает. Появляются Души Часов, Души Караваев, Огонь предстает в виде стремительно двигающегося человека в красном трико. Пес и Кошка тоже приобретают человеческий облик, но остаются в масках бульдога и кошки. Пес, обретя возможность облечь свои чувства в слова, с восторженными криками «Мое маленькое божество!» прыгает вокруг Тильтиля. Кошка жеманно и недоверчиво протягивает лапу Митиль. Из крана начинает бить сверкающим фонтаном вода, а из ее потоков появляется девушка с распущенными волосами, в как бы струящихся одеждах. Она немедленно вступает в схватку с Огнем. Это Душа Воды. Со стола падает кувшин, и из разлитого молока поднимается белая фигура. Это робкая и стыдливая Душа Молока. Из сахарной головы, разорвав синюю обертку, выходит слащавое фальшивое существо в синей с белым одежде. Это Душа Сахара. Пламя упавшей лампы мгновенно превращается в светозарную девушку несравненной красоты под сверкающим прозрачным покрывалом. Это Душа Света. Раздается сильный стук в дверь. Тильтиль в испуге поворачивает алмаз слишком быстро, стены хижины меркнут, Фея вновь становится старухой, а Огонь, Хлеб, Вода, Сахар, Душа Света, Пес и Кошка не успевают вернуться назад, в Молчание. Фея приказывает им сопровождать детей в поисках Синей птицы, предрекая им гибель в конце путешествия. Все, кроме Души Света и Пса, не хотят идти. Тем не менее, пообещав подобрать каждому подходящий наряд, Фея уводит их всех через окно. И заглянувшие в дверь Мать Тиль и Отец Тиль видят только мирно спящих детей.

Во дворце Феи Берилюны, переодевшись в роскошные сказочные костюмы, души животных и предметов пытаются составить заговор против детей. Возглавляет их Кошка. Она напоминает всем, что раньше, «до человека»  которого она именует «деспотом», все были свободны, и высказывает опасение, что, завладев Синей птицей, человек постигнет Душу Вещей, Животных и Стихий и окончательно поработит их. Пес яростно возражает. При появлении Феи, детей и Души Света все затихает. Кошка лицемерно жалуется на Пса, и тому попадает от Тильтиля. Перед дальней дорогой, чтобы покормить детей,

Хлеб отрезает от своего брюха два ломтя, а Сахар отламывает для них свои пальцы (которые тут же отрастают вновь, поэтому у Сахара всегда чистые руки). Прежде всего Тильтилю и Митиль предстоит посетить Страну Воспоминаний, куда они должны отправиться одни, без сопровождения. Там Тильтиль и Митиль гостят у покойных дедушки и бабушки, там же они видят и своих умерших братцев и сестриц. Оказывается, что умершие как бы погружены в сон, а когда близкие вспоминают о них, пробуждаются. Повозившись с младшими детьми, пообедав вместе со всем семейством, Тильтиль и Митиль торопятся уйти, чтобы не опоздать на встречу с Душой Света. По просьбе детей дедушка с бабушкой отдают им дрозда, который показался им совершенно синим. Но когда Тильтиль и Митиль покидают Страну Воспоминаний, птица становится черной.

Во дворце Ночи первой оказывается Кошка, чтобы предупредить хозяйку о грозящей опасности — приходе Тильтиля и Митиль. Ночь не может запретить человеку распахнуть врата ее тайн. Кошке и Ночи остается только надеяться, что человек не поймает настоящую Синюю птицу, ту, что не боится дневного света. Появляются дети в сопровождении Пса, Хлеба и Сахара. Ночь пытается сначала обмануть, потом запугать Тильтиля и не дать ему ключ, открывающий все двери в ее дворце. Но Тильтиль поочередно открывает двери. Из-за одной выскальзывают несколько нестрашных Призраков, из-за другой, где находятся болезни, успевает выбежать Насморк, из-за третьей чуть не вырываются на свободу войны. Затем Тильтиль открывает дверь, за которой Ночь хранит лишние Звезды, свои любимые Ароматы, Блуждающие Огни, Светляков, Росу, Соловьиное Пение. Следующую, большую среднюю дверь Ночь не советует отпирать, предупреждая, что за ней кроются видения настолько грозные, что не имеют даже названия. Спутники Тильтиля — все, кроме Пса, — в испуге прячутся. Тильтиль и Пес, борясь с собственным страхом, открывают дверь, за которой оказывается дивной красоты сад — сад мечты и ночного света, где среди звезд и планет без устали порхают волшебные синие птицы. Тильтиль зовет своих спутников, и, поймав каждый по нескольку синих птиц, они выходят из сада. Но вскоре пойманные птицы погибают — дети не сумели обнаружить ту единственную Синюю птицу, что переносит свет дня.

Лес. Входит Кошка, здоровается с деревьями, разговаривает с ними. Натравливает их на детей. Деревьям есть за что не любить сына дровосека. И вот Тильтиль повержен наземь, а Пес еле освободился от пут Плюща, он пытается защитить хозяина. Оба они на волосок от гибели, и лишь вмешательство Души Света, которая велит Тильтилю повернуть алмаз на шапочке, чтобы погрузить деревья во мрак и молчание, спасает их. Кошке удается скрыть свою причастность к бунту.

Дети ищут Синюю птицу на кладбище. В полночь Тильтиль со страхом поворачивает алмаз, могилы разверзаются, и из них появляются целые снопы призрачных, волшебно прекрасных белых цветов. Птицы поют восторженные гимны Солнцу и Жизни. «Где же мертвые?.. — Мертвых нет...»— обмениваются-репликами Тильтиль и Митиль.

В поисках Синей птицы дети оказываются в Садах Блаженств. Тучные Блаженства едва не втягивают Тильтиля и его спутников в свои оргии, но мальчик поворачивает алмаз, и становится видно, насколько Тучные Блаженства жалки и безобразны. Появляются домашние Блаженства, которых поражает, что Тильтиль не подозревает об их существовании. Это Блаженство Быть Здоровым, Блаженство Любить Родителей,' Блаженство Голубого Неба, Блаженство Солнечных Дней, Блаженство Видеть Зажигающиеся Звезды. Они посылают самое быстроногое Блаженство Бегать По Росе Босиком известить о приходе детей Великие Радости, и вскоре появляются высокие прекрасные ангелоподобные существа в блистающих одеждах. Среди них Великая Радость Быть Справедливым, Радость Быть Добрым, Радость Понимать и самая чистая Радость Материнской Любви. Она кажется детям похожей на их мать, только гораздо красивее. Материнская Любовь утверждает, что дома она такая же, но с закрытыми глазами ничего нельзя увидеть. Узнав, что детей привела Душа Света, Материнская Любовь созывает другие Великие Радости, и они приветствуют Душу Света как свою владычицу. Великие Радости просят Душу Света откинуть покрывало, которое еще скрывает непознанные Истины и Блаженства. Но Душа Света, исполняя приказ своего Повелителя, лишь плотнее закутывается в покрывало, говоря, что час еще не настал, и обещая прийти когда-нибудь открыто и смело. Обнявшись на прощание, она расстается с Великими Радостями.

Тильтиль и Митиль в сопровождении Души Света оказываются в Лазоревом дворце Царства Будущего. К ним сбегаются Лазоревые Дети. Это дети, которые когда-нибудь родятся на Земле. Но на Землю нельзя прийти с пустыми руками, и каждый из детей собирается принести туда какое-нибудь свое изобретение: Машину Счастья, тридцать три способа продления жизни, два преступления, летающую по воздуху машину без крыльев. Один из малышей — удивительный садовник, выращивающий необыкновенные маргаритки и огромный виноград, другой — Король Девяти Планет, еще один призван уничтожить на Земле Несправедливость. Двое лазоревых детишек стоят, обнявшись. Это влюбленные. Они не могут наглядеться друг на друга и беспрерывно целуются и прощаются, потому что на Земле окажутся разделены столетиями. Здесь же Тильтиль и Митиль встречают своего братика, который вскоре должен появиться на свет. Занимается Заря — час, когда рождаются дети. Появляется бородатый старик Время с косой и песочными часами. Он забирает тех, кто должен вот-вот родиться, на корабль. Корабль, который везет их на Землю, проплывает и скрывается. Доносится далекое пение — это поют Матери, встречающие детей. Время в изумлении и гневе замечает Тиль-тиля, Митиль и Душу Света. Они спасаются от него, повернув алмаз. Под покрывалом Душа Света прячет Синюю птицу.

У ограды с зеленой калиткой — Тильтиль не сразу узнает родной дом — дети расстаются со своими спутниками. Хлеб возвращает Тильтилю клетку для Синей птицы, так и оставшуюся пустой. «Синяя птица, по-видимому, или вовсе не существует, или меняет окраску, как только ее сажают в клетку...» — говорит Душа Света. Души Предметов и Животных прощаются с детьми. Огонь чуть не обжигает их бурными ласками, Вода журчит прощальные речи, Сахар произносит фальшивые и слащавые слова. Дети уговаривают Душу Света остаться с ними, но это не в ее власти. Она может лишь пообещать им быть с ними «в каждом скользящем лунном луче, в каждой ласково глядящей... звездочке, в каждой занимающейся заре, в каждой зажженной лампе», в каждом их чистом и ясном помысле. Бьет восемь часов. Калитка приотворяется и тотчас же захлопывается за детьми.

Хижина дровосека волшебно преобразилась — все здесь стало новым, радостным. Ликующий дневной свет пробивается в щели запертых ставен. Тильтиль и Митиль сладко спят в своих кроватках. Мать Тиль приходит будить их. Дети начинают рассказывать об увиденном во время путешествия, и их речи пугают мать. Она посылает отца за доктором. Но тут появляется Соседка Берленго, очень похожая на Фею Берилюну. Тильтиль начинает объяснять ей, что не сумел найти Синюю птицу. Соседка догадывается, что детям что-то пригрезилось, возможно, когда они спали, на них падал лунный свет. Сама же она рассказывает о своей внучке — девочка нездорова, не встает, доктор говорит: нервы... Мать уговаривает Тильтиля подарить девочке горлицу, о которой та мечтает. Тильтиль смотрит на горлицу, и та кажется ему Синей птицей. Он отдает клетку с птицей соседке. Дети новыми глазами видят родной дом и то, что в нем находится, — хлеб, воду, огонь, кошку и пса. Раздается стук в дверь, и входит Соседка Берленго с белокурой, необыкновенно красивой девочкой. Девочка прижимает к груди горлицу Тильтиля. Тильтилю и Митиль соседская внучка кажется похожей на Душу Света. Тильтиль хочет объяснить девочке, как кормить горлицу, но птица, воспользовавшись моментом, улетает. Девочка в отчаянии плачет, а Тильтиль обещает ей поймать птицу. Затем он обращается к зрителям: «Мы вас очень просим: если кто-нибудь из вас ее найдет, то пусть принесет нам — она нужна нам для того, чтобы стать счастливыми в будущем...»

В. С. Кулагина-Ярцева

Тильтиль, Митиль — дети, совершающие во сне странствие, которое из хижины дровосека переносит их в Страну Воспоминаний, Дворец Ночи, Сады Блаженств, Царство Будущего. Сюжет феерии — история посвящения маленьких героев в простые, но необходимые нравственные истины и их приобщения к миру высших ценностей человеческого бытия. Синяя птица — аналог голубого цветка романтиков, чудесное воплощение всего, что недостижимо в земном мире. В финале Т. дарит птицу больной соседской девочке, и этот жест альтруизма становится главным итогом действия. Наградой за способность ощущать глубокую родственность всех разнородных явлений жизни и знаком душевной чистоты, без которой невозможна подобная ясность восприятия мира, служит волшебный алмаз Т., открывающий душу во всех предметах, деревьях, животных, вещах домашнего обихода. Сказочное путешествие Т. и М. таинственными тропами познания, по которым их ведет Душа Света, не обходится без встречи с Духами Тьмы — чтобы убедиться, что внушаемые ими ужасы преодолимы, — с мнимыми Блаженствами, предстающими в своей иллюзорности, с Несчастьями, поддающимися укрощению. Важный эпизод этого странствия — познание высшей истины, состоящей в том, что нет ни смерти, ни забвения, потому что в безграничном океане бытия прошлое, настоящее, будущее связаны тысячами нитей.

Законом, по которому строится жизнь в мире Т. и М., является бескорыстие. Лишь оно признается залогом счастья, которое «всегда с нами, только не бойтесь его искать». Демонические козни Кошки остаются не более чем проделками комической интриганки, а Ночь отступает перед сиянием Души Света. Незамутненное сознание Т. и М. — символ торжества над злом и победы над Роком, которая возможна, если человеку удастся вернуть себе угасшее зрение, каким обладает ребенок.

АМЕРИКАНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Марк Твен (1835—1910)

Классик американской литературы, прозаик, публицист. Настоящее имя Сэмюел Клеменс. Детство провел в городке Ганнибал; образ его «малой родины» позднее был увековечен под именем Сент-Питерсберг в романах о Томе Сойе-ре и Геке Финне. После смерти отца, юриста, двенадцатилетний Твен включился в трудовую деятельность, работал учеником в типографии, наборщиком, газетчиком, помощником у знаменитого лоцмана Биксби на реке Миссисипи, великой американской реке, также воспетой в его творчестве. Важнейшим этапом стала работа Твена в условиях «фронтира» в Неваде газетным репортером. Литературным дебютом стал рассказ «Знаменитая скачущая лягушка из Ка-лавераса» (1865). Обосновавшись сначала в Калифорнии, где его опекал Брет Гарт, а затем переехав на Восток США (1867), Твен завоевал широкую популярность прежде всего своими рассказами («Как меня выбирали губернатором», «Часы», «Разговор с интервьюером», «Как я редактировал сельскохозяйственную газету», «Журналистика в Теннесси» и др.). В них он заявил о себе как художник самобытный, глубоко национальный (в отличие от некоторых своих «европеизированных» коллег), блистательно освоивший юмор «фронтира», грубоватый, насыщенный гротеском, буффонадой, выросший из народного просторечья и фольклора.

Всемирную славу принесла ему трилогия, имеющая во многом автобиографический характер.

Первая ее часть — «Приключения Тома Сойера» (1876), ставшая духовным спутником многих поколений читателей, рисует психологически достоверно, правдиво мир детей с их свободолюбием, тягой к романтике, непосредственностью, который противопоставляется мещанскому, затхлому, пропитанному лицемерием миру взрослых. Расширением социальных горизонтов писателя отмечен роман «Приключения Гекльберри Финна» (1884), давший непревзойденную по масштабности панораму американской действительности. Этот своеобразный «эпос большой дороги», сюжетом которого становится путешествие на плоту Гека и негра Джима, позволяет Твену критически осветить многие порочные стороны жизни в США, грубую бесчеловечность, жульничество, расовые предрассудки, позор рабства.

Э. Хемингуэй (в книге «Зеленые холмы Африки», 1935) проницательно оценил огромное значение этого романа, заметив, что «вся американская литература вышла из одной книги», из «Гека Финна» Марка Твена. Подобное высказывание внутренне перекликается с хрестоматийным суждением Ф. М. Достоевского о том, что вся русская литература вышла из «Шинели» Гоголя. В процессе творческой эволюции Твена обостряется его критическое восприятие американской действительности. В романе «Янки при дворе короля Артура» (1889), перенеся героя, рядового американца, сказочным образом в эпоху раннего средневековья, он, осуждая феодальных монархов и баронов, прозрачно намекает и на современных угольных, сталелитейных, нефтяных королей. Знаменитый «ключевой» для Твена рассказ «Человек, который совратил Гедлиберг» (1899) показывает, как «неподкупные», безупречные обитатели этого типичного американского городка оказываются на поверку лжецами, не способными устоять перед золотым тельцом. В начале века Твен выступает с серией антиимпериалистических памфлетов, высказав немало обличающих слов по адресу и агрессивной внешней политики США, и засилья трестов и монополий. Взгляд на мир Твена, которого называли «королем смеха», становится все более сумрачным, пессимистическим (книги «Таинственный незнакомец», «Что такое человек?»).

Художник огромного дарования, владевший богатым набором художественных средств, Твен проделал сложный путь, начав как юморист и кончив как сатирик, исполненный горечи. Некоторые произведения Твен писал «в стол», они публиковались на протяжении почти шести с лишним десятилетий после смерти их автора. Среди них его «Автобиография», книга «Письма с земли», речь «Рыцари Труда— Новая династия», некоторые статьи и памфлеты острокритической, сатирической направленности.

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГЕКЛЬБЕРРИ ФИННА

Повесть (1884)

Все начинается с того, что Гек возвращаете к доброй вдове Дуглас. Вдова встречает его со слезами и называет заблудшей овечкой — но это, конечно, не со зла. И снова жизнь по звонку, даже за столом полагается сначала что-то побормотать над едой. Хотя кормят неплохо, жаль только, каждая вещь варится отдельно: то ли дело объедки, когда их перемешаешь хорошенько. Особенно изводит Гека сестра вдовы мисс Уотсон — старая дева в очках: и ноги не клади на стул, и не зевай, и не потягивайся, да еще пугает преисподней! Нет, уж лучше в преисподней с Томасом Сойером, чем в раю с такой компанией. Впрочем, человек ко всему привыкает, даже к школе: учительская порка здорово подбадривала Гека — он уже и читал, и писал понемногу, и даже выучил таблицу умножения до шестью семь — тридцать пять.

Как-то за завтраком он опрокидывает солонку, а мисс Уотсон не позволяет ему вовремя бросить щепотку соли через плечо — и Гек сразу же обнаруживает на снегу у перелаза след каблука с набитым большими гвоздями крестом — отваживать нечистую силу. Гек бросается к судье Тэчеру и просит забрать у него все его деньги. Судья, чуя неладное, соглашается взять деньги на хранение, оформив это как «приобретение». И вовремя: вечером в комнате Гека уже сидит его папаша собственной оборванной персоной. Старый пьянчуга прослышал, что сын разбогател, и, смертельно оскорбленный тем, что тот спит на простынях и умеет читать, требует деньги прямо к завтрашнему дню. Судья Тэчер, естественно, отказывает, но новый судья из уважения к святости семейного очага становится на сторону бродяги, который, пока суд да дело, прячет Гека в уединенной лесной хижине. Гек снова обретает вкус к свободе от школы и мытья, но, увы, папаша начинает злоупотреблять палкой — уж очень ему не по душе американские порядки: что это за правительство и закон, которые позволяют в некоторых штатах неграм голосовать, когда такой богач, как он, должен жить оборванцем! Однажды во время приступа белой горячки отец едва не убивает Гека своим складным ножом; Гек, воспользовавшись его отлучкой, инсценирует ограбление хижины и свое убийство и на челноке удирает на остров Джексона, где сталкивается с Джимом — негром мисс Уотсон, который бежал, чтобы она не продала его на Юг: святоше было не устоять перед восьмисотдолларовой кучей.

Вода поднимается, и в затопленном лесу на каждом поваленном дереве сидят змеи, кролики и прочая живность. Река несет всякую всячину, и как-то вечером друзья вылавливают отличный плот, а однажды перед рассветом мимо них проплывает накренившийся двухэтажный дом, где лежит убитый человек. Джим просит Гека не смотреть ему в лицо — уж очень страшно, — зато они набирают массу полезных вещей вплоть до деревянной ноги, которая, правда, Джиму мала, а Геку велика.

Друзья решают ночами спуститься на плоту вниз, а оттуда по реке Огайо подняться пароходом до «свободных штатов», где нет рабовладения. Гек и Джим натыкаются на разбитый пароход и еле уносят ноги от бандитской шайки, потом теряют друг друга в страшном тумане, но, к счастью, снова отыскивают. Джим заранее ликует и взахлеб благодарит «белого джентльмена» Гека, своего спасителя: в свободных штатах он, Джим, будет работать день и ночь, чтобы выкупить свою семью, а не продадут — так выкрадет.

Дай негру палец — он заберет всю руку: такой низости Гек от Джима не ждал. Ты обокрал бедную мисс Уотсон, твердит ему совесть, и он решается донести на Джима, но в последний миг снова выручает его, сочинив,, что на плоту лежит его отец, умирающий от черной оспы: нет, видно, он, Гек, человек окончательно пропащий.

На берегу, рассказав жалобную историю о последовательном вымирании всех своих родственников на маленькой ферме в глуши Арканзаса, Гек принят в радушное семейство Грэнджерфордов — богатых, красивых и очень рыцарственных южан. Однажды во время охоты новый приятель Гека Бак, примерно его ровесник, лет тринадцати-четырнадцати, внезапно стреляет из-за кустов в их соседа — молодого и красивого Гар-ни Шепердсона. Оказывается, лет тридцать назад какой-то предок Грэнджерфордов неизвестно из-за чего судился с представителем столь же рыцарственного рода Шепердсонов. Проигравший, естественно, пошел и застрелил недавно ликовавшего соперника, так с тех пор и тянется кровная вражда — то и дело кого-нибудь хоронят. Даже в общую церковь Грэнджерфорды и Шепердсоны ездят с ружьями, чтобы, держа их под рукой, с большим чувством слушать проповедь о братской любви и тому подобной скучище, а потом еще и пресерьезно дискутировать на богословские темы.

Один из местных негров зазывает Гека на болото посмотреть на водяных змей, но, дошле-пав до сухого островка, внезапно поворачивает обратно, — и на маленькой полянке среди плюща Гек видит спящего Джима! Оказывается, в ту роковую ночь Джим порядочно ушибся и отстал от Гека (окликнуть его он не смел), но все же сумел выследить, куда он пошел: Местные негры носят Джиму еду и даже вернули ему плот, неподалеку зацепившийся за корягу.

Внезапная гроза — скромница София Грэнджерфорд бежит, как предполагают, с Гарни Шепердсоном. Разумеется, рыцари бросаются в погоню — и попадают в засаду. В этот день погибают все мужчины, и даже простодушного храброго Бака убивают у Гека на глазах. Гек спешит прочь от этого страшного места, но — о ужас! — не находит ни Джима, ни плота. К счастью, Джим отзывается на его крик: он думал, что Гека «опять убили», и ждал последнего подтверждения. Нет, плот — самый лучший дом!

Река уже разлилась до необъятной ширины. С наступлением темноты можно плыть по воле течения, опустив ноги в воду и разговаривая обо всем на свете. Иной раз мелькнет огонек на плоту или на шаланде, а иногда даже слышно, как там поют или играют на скрипке. Раз или два за ночь мимо проходит пароход, рассыпая из трубы тучи искр, и потом волны долго покачивают плот, и ничего не слышно, кроме кваканья лягушек. Первые огоньки на берегу — что-то вроде будильника: пора приставать.

Как-то перед зарей Гек помогает спастись от погони двум оборванцам — один лет семидесяти, лысый, с седыми баками, другой лет тридцати. Молодой по ремеслу наборщик, но тяготеет к сценической деятельности, не гнушаясь, впрочем, уроками пения, френологии и географии. Старик предпочитает наложением рук исцелять неизлечимые болезни, ну и молитвенные собрания тоже по его части. Внезапно молодой в горестных и высокопарных выражениях признается, что он законный наследник герцога Брижуотер-ского. Он отвергает утешения тронутых его горем Гека и Джима, но готов принять почтительное обращение вроде «милорд» или «ваша светлость», а также разного рода мелкие услуги. Старик надувается и немного погодя признается, что он наследник французской короны. Его рыдания разрывают сердце Гека и Джима, они начинают величать его «ваше величество» и оказывать ему еще более пышные почести. Герцог тоже ревнует, но король предлагает ему мировую: ведь высокое происхождение не заслуга, а случайность.

Гек догадывается, что перед ним отпетые мошенники, но простодушного Джима в это не посвящает.

Король и герцог репетируют мешанину из шекспировских трагедий, но «арканзасские слухи» не доросли до Шекспира, и герцог развешивает афишу: в зале суда будет поставлена захватывающая трагедия «Королевский жираф, или Царственное совершенство» — только три представления! И — самыми крупными буквами — «женщинам и детям вход воспрещен». Вечером зал битком набит мужчинами. Король совершенно голый выбегает на сцену на четвереньках, размалеванный, как радуга, и откалывает такие штуки, от которых и корова бы расхохоталась. Но после двух повторов представление окончено. Зрители вскакивают бить актеров, но какой-то осанистый господин предлагает сначала одурачить своих знакомых, чтобы самим не превратиться в посмешище. Лишь на третье представление все являются с тухлыми яйцами, гнилой капустой и дохлыми кошками в количестве не менее шестидесяти четырех штук. Но жулики ухитряются улизнуть. Они снова без гроша в кармане.

И тогда негодяи за сорок долларов продают Джима простодушному фермеру Сайласу Фелп-су — вместе с объявлением, по которому якобы можно получить двести долларов. Гек отправляется ему на выручку, и — Америка очень тесная страна — миссис Салли Фелпс принимает его за своего племянника Тома Сойера, которого ждут в гости. Появившийся Том, перехваченный Геком, выдает себя за Сида.

Освободить Джима, запертого в сарае, ничего не стоит, но Том стремится всячески театрализовать процедуру, чтобы все было как у самых знаменитых узников — вплоть до анонимных писем, предупреждающих о побеге. В итоге Том получает пулю в ногу, а Джим, не пожелавший оставить раленого, снова оказывается в цепях. Только тогда Том раскрывает, что Джим уже два месяца свободен по завещанию раскаявшейся мисс Уот-сон. Заодно Гек узнает от Джима, что убитый в плавучем доме был его отец. Геку больше ничто не угрожает — только вот тетя Салли намеревается взять его на воспитание. Так что лучше, пожалуй, удрать на индейскую территорию.

А. М. Мелихов

Том Сойер — подросток из маленького провинциального городка Сент-Питерсберг на Миссисипи, большой непоседа, непослушный мальчишка, питающий зависть к настоящей свободе своего знакомца беспризорного Гекльберри Финна. Стесненный бесконечными благочестивыми наставлениями, которые заставляет его выслушивать воспитывающая Т. тетя Полли, он вечно ей досаждает, подвергаясь всякий раз наказанию, превращающемуся в игру. Скучая на уроках в воскресной школе, Т. всегда готов на самые отчаянные приключения, о которых он прочитал в книжках про пиратов, благородных грабителей, их прекрасных пленниц и зарытых кладах. Мальчишеские затеи неожиданно сталкивают Т. с далеко не детскими проблемами повседневной жизни городка. Безмятежность и чувство собственной защищенности в мире, овеянном для него романтикой, поколеблены у Т. после соприкосновения с новым, хотя и не открывающимся ему во всей полноте миром взрослых. Из 'непростых, даже опасных ситуаций Т. выбирается не при помощи трезвого размышления, а по наитию, ведомый увлекающей его выдумкой. Неискоренимая жажда приключений и эффектных поступков в конце концов помогает Т. взойти на вершину, прославившись не только среди сверстников, но и во всем городке. Т. приданы черты, характерные в особенности для персонажей английской детской литературы, воспевавшей живых мальчиков, призванных быть лидерами среди своих сверстников. Он несерьезен и в своих серьезных предприятиях, потому что не видит их важности, однако, все на свете превращая в игру, играет с отменной серьезностью. В будущем ему, видимо, уготована судьба примерного гражданина, который усвоит все добродетели, вызывавшие инстинктивное сопротивление, пока к ним насильно приобщали Т. воспитатели и скучные взрослые. Т. не раздумывает, заслуживают ли оправдания применяемые к нему воспитательные средства (розга за недисциплинированность в школе, побелка забора в праздничный день за шалость дома или испачканный костюм), а также не представляет истинной природы ценностей, которые ему хотели бы привить. Представления Тома о нравственности по-детски неопределенны, но он отнюдь не посягает на общественные нормы.

Гскльберри Финн — бездомный оборванец, «юный пария» Сент-Питерсберга на Миссисипи, сын городского пьяницы, «ленивый, невоспитанный, скверный мальчишка», «не признающий никаких обязательных правил», с точки зрения всех матерей города, у чьих детей он тем не менее в большом почете. Вольная птица, Г. живет в бочке, а в хорошую погоду — под открытым небом. В посвященном ему романе Г. выполняет функцию повествователя. Сбежав от вдовы Дуглас, усыновившей его, а затем и от отца, Г. встречает негра Джима, беглого раба вдовы, и они вместе совершают путешествие на плоту вниз по Миссисипи. Финал его истории — встреча со своим старым приятелем Томом Сойером и известие, что миссис Уотсон умерла, но в завещании своем освободила Джима. Г. почти не оглядывается в своем рассказе на прошлое, как собственное, так и историческое; он целиком существует в мире «здесь и сейчас», и его характер раскрывается по мере развития событий, ритм которых задан основным фабульным ходом: плот, плывущий вниз по течению реки через рабовладельческие штаты. Подросток-сирота, никогда не знавший детства, Г. не умеет предаваться играм, как его сверстники, хотя он также сохраняет долю детской наивности, которая противостоит столь же хорошо ему известным жестокостям взрослого мира. Не раздумывая о том, правильно ли устроено общество, Г. принимает его таким, каково оно есть. Не из бунтарских побуждений, а лишь по причине своего органичного несоответствия взрослому миру с его ценностями Г. не может принять, а часто и понять необходимости ходить в церковь, жить по раз заведенному распорядку, носить опрятную одежду. Как типичный герой-аутсайдер, он видит, что блага общества ему не только не нужны, но глубоко чужеродны.

Фрэнсис Бретп Гарт (1836—1902)

Американский прозаик, поэт, журналист. Рано лишился отца, с тринадцати лет бросив школу, стал подрабатывать. Рос книжником, жадно читал, рано начал писать стихи. В 1854 г. отправился в Калифорнию, где незадолго до этого было открыто золото. Там он учительствовал, работал аптекарем, курьером. Начинал литературную деятельность газетчиком, в частности в Сан-Франциско, городе, который в 1850—1870-е гг. стал региональным культурным центром на Тихоокеанском побережье. Там и были написаны лучшие произведения Брет Гарта, произведения из жизни старателей, принесшие автору завидный успех. Они вошли в первый его сборник «Счастье Ревущего Стана» (1870). Такие новеллы сборника, как «Изгнанники Покер-Флета», «Компаньон Тенесси», «Язычник Ван Ли», «Мигглс» и другие, по праву стали хрестоматийными. В «калифорнийских повестях», образующих своеобразный цикл, писатель уклоняется от идеализации своих персонажей, участников «золотой лихорадки», вчерашних фермеров, рабочих, лавочников, искателей приключений, авантюристов, игроков, женщин легкого поведения. Это люди нередко противоречивые, способные на жестокость и добро. Принадлежащие ко «дну» общества, они не утратили человечности. В них, зачастую грубых, необузданных, проявляются бескорыстие, добрые, гуманные чувства. В новелле «Счастье Ревущего Стана», когда в поселке старателей умирает при родах одинокая женщина, жители начинают трогательно заботиться о младенце. В новелле «Компаньон Тенесси» воспета крепкая мужская дружба. В новелле «Мигглс», высоко оцененной Н. Г. Чернышевским, отметившим у писателя «необыкновенно благородную душу», — в глухой лесной сторожке женщина, известная своим «легким поведением», трогательно ухаживает за своим тяжело больным бывшим любовником, когда-то потратившим на нее свои сбережения. Как художник слова Брет Гарт склонен к резким краскам, к их сгущению, к гротеску, парадоксу, иногда мелодраматическим ситуациям.

Калифорния сделала Брета Гарта, «регионального» писателя, знаменитостью общеамериканского масштаба. Переехав в Нью-Йорк, он во многом утратил связь с материалом, наиболее для него органичным. Среди поздних произведений писателя наиболее интересен роман «Габриел Конрой» (1876). В последние годы он переживает острый кризис, в 1878 г. покидает Америку, живет в Англии, издает там несколько романов, не имеющих успеха. Умирает в Лондоне. В России Врет Гарт всегда был популярен, еще при его жизни (в 1895 и 1896 гг.) вышли его собрания сочинений. Поэт Николай Асеев в стихотворении «Степной найденыш» (повторившем название его известной новеллы) писал: «Я вновь перечитываю Врет Гарта, / И вновь раскидывается предо мной / Америки старая пыльная карта / своей бесконечной степной шириной».

ГАБРИЕЛ КОНРОЙ

Роман (1876)

Впервые мы знакомимся с героями в марте 1848 г. в калифорнийской Сьерре, когда они почти погибают от голода, поскольку уже довольно давно заблудились в снежную бурю и разбили лагерь в каком-то каньоне. Двое из них, Филип Эшли, молодой человек незаурядного ума и твердого характера, и его возлюбленная Грейс Конрой уходят из лагеря с целью найти какое-нибудь поселение и сообщить его жителям о погибающем в снегу сбившемся с дороги отряде переселенцев. В лагере остаются среди прочих брат Грейс Габриел Конрой и их трехлетняя сестренка Олли. Перед тем как Грейс покидает лагерь, ее друг доктор Деварджес, пожилой, находящийся при смерти человек, дарит ей слиток серебра и дает документ, подтверждающий его права на владение землей, где была им обнаружена серебряная жила, и дарственную, передающую эту жилу в собственность Грейс. Их прощальный разговор подслушивает некий Питер Дамфи, который в скором времени тоже уходит из лагеря.

Через несколько дней пути Филип и Грейс доходят наконец до какой-то деревни. Филип оставляет Грейс в доме одного гостеприимного лесоруба, а сам пускается в обратную дорогу, в Голодный лагерь, чтобы указать ее брату и сестре путь к деревне. Однако когда он оказывается в лагере, то встречает там отряд спасателей. Выясняется, что кто-то из его бывших спутников уже умер, а остальные, у кого еще остались какие-то силы, в том числе и Габриел с Олли, ушли из этого гиблого места по примеру Филипа Эшли.

Филип Эшли, взявший этот псевдоним по некоторым причинам только на время путешествия, на самом деле является бывшим военным офицером Артуром Пуанзетом. Когда после обследования трупов спасатели приходят к выводу, что среди мертвых находится и Грейс Конрой (по нашивке на платье у одной женщины, поскольку перед уходом девушка его отдала, когда сама переоделась в мужской костюм), он решает не опровергать это неверное истолкование фактов и скрывает, что сам является одним из спасшихся обитателей Голодного лагеря.

В середине мая, напрасно прождав возвращения Эшли, Грейс, выдающая себя за его сестру, идет к командующему гарнизоном команданте Хуану Сальватьерре и просит его о помощи. От него она узнает, что спасательная экспедиция, отправленная на поиски лагеря, уже вернулась. Из ее отчета явствует, что среди погибших в нем найдено тело Грейс Конрой. Грейс заявляет, что произошла ошибка, называет свое настоящее имя и от волнения и слабости падает в обморок. В этот момент она роняет документ доктора Деварджеса.

Тогда секретарь мексиканец Рамирес крадет его и в дальнейшем использует в своих целях.

Дону Хуану Сальватьерре становится жаль бедную, изможденную девушку, и он решает ее удочерить. В конце 1848 г. он с согласия Грейс признает ее своей дочерью, рожденной вне брака от принцессы-индианки, и делает ее наследницей всего своего огромного состояния. Под именем донны Долорес Сальватьерре она ведет уединенный образ жизни в его владениях и в течение нескольких лет хранит инкогнито. Чтобы выглядеть как индианка, она по совету своей служанки ежедневно умывает лицо и руки соком йокото, и они окрашиваются в бронзовый цвет.

Габриел с сестрой живут в старательском поселке под названием Гнилая Лощина на той земле, которая была подарена доктором Деварджесом Грейс, в маленькой хижине на холме; быт их очень скромен, поскольку Габриелу никак не удается напасть на богатую жилу. Габриела нельзя назвать героем в общепринятом смысле этого слова. Он наивен и плохо ориентируется в истинном смысле происходящего. Габриел обладает недюжинной физической силой, он в состоянии преодолеть разбушевавшийся горный поток, но в бурном потоке жизни он беспомощен. Так, однажды во время прорыва плотины он спасает от гибели одну молодую особу, а впоследствии она женит его на себе. Особу эту зовут Жюли Деварджес. Она является разведенной женой покойного доктора Деварджеса. Некогда с ней познакомился Рамирес и, в надежде завоевать ее сердце и поживиться на этом обмане, отдал ей дарственную доктора на имя Грейс. Жюли выдает себя за Грейс и приезжает в Гнилую Лощину с намерением по суду отобрать у Габриела его землю, в которой проходит богатая серебряная жила. Она влюбляется в него и решает завершить дело мирным путем, не через суд, а просто выйдя за него замуж. В результате своего замужества она становится законной совладелицей земли Конроев. Габриел долгое время даже не подозревает о том, что Жюли выдавала себя за его сестру, а также об истинной цели ее приезда в Гнилую Лощину.

Рамирес в бешенстве оттого, что его провели как в любовной, так и в деловой сфере. Он собирается отомстить Жюли и Питеру Дамфи, теперь преуспевающему банкиру, который тоже замешан в афере с дарственной и, одобряя неожиданный ход Жюли, пытается прибрать к рукам землю Габриела. При посредничестве Жюли Габриел позволяет банкиру создать на основе своей разработки акционерное общество с основным капиталом у Дамфи, поскольку на свои собственные средства он не может вести обработку руды, ибо это требует на первом этапе больших материальных вложений. Он получает от Дамфи крупную сумму, становится управляющим на его предприятии и заметной персоной в поселке, не теряя при этом свойственной ему простоты и трудолюбия.

Рамирес тем временем предпринимает попытки пошатнуть стабильность предприятия Дамфи.

Чтобы понять, стоит ли ей заявлять свои права на землю Конроя, Грейс приглашает юриста, Артура Пуанзета, того самого Филипа Эшли, который пять лет назад был ее женихом, а теперь стал известным адвокатом. Сначала она пытается получить консультацию через свою соседку и приятельницу, богатую молодую вдову, владелицу огромного поместья, красавицу Марию Се-пульвиду. Однако позднее решает и сама встретиться с Пуанзетом. Молодой человек ослеплен ее красотой, однако из-за темного цвета кожи не узнает в ней Грейс. Девушка же ведет себя с ним весьма сдержанно.

Однажды в церкви Грейс замечает Рамиреса, по всей видимости наблюдающего за ней. Она в смятении и опасается, что бывший секретарь дона Сальватьерре узнает ее. Однако на выручку ей приходит некий Джек Гемлин, красивый молодой человек, профессиональный карточный игрок, который с первого же взгляда влюбляется в Грейс. С Рамиресом незадолго до того его дорога уже пересекалась, и он питает к этому коварному мексиканцу откровенную неприязнь.

Рамирес начинает догадываться, что донна Долорес — это и есть Грейс, однако ее земляки частично разубеждают его в этом. Он отправляется в Гнилую Лощину с намерением рассказать наивному Габриелу скандальные подробности о его жене и таким образом досадить Жюли. Однако под нажимом Габриела он вынужден открыть свои карты раньше времени и таким образом лишается возможности наиболее полно насладиться своей местью и унижением Жюли. После разговора с мексиканцем Габриел уходит от жены в неизвестном направлении.

Рамирес с угрозами назначает Жюли свидание в лесу, желая объясниться с ней. Придя на место встречи, Жюли с изумлением сталкивается с Генри Перкинсом, своим бывшим любовником. Затем встречается с Рамиресом, который, по ничтожности и трусости своей, пытается оправдаться и вымолить у нее прощение, поскольку надеется, что она вновь вернется к нему. Жюли отказывается вернуться и оскорбляет его. Рамирес в порыве ярости выхватывает нож и пытается ее заколоть. В этот момент кто-то кладет ему руку на плечо. Это Перкинс. Завязывается драка. Жюли скрывается. Она бежит домой и пишет Габриелу записку, в которой сообщает, что у нее есть новые сведения о Грейс (Рамирес успел поделиться с ней своими догадками). Она отдает записку работающему у нее в доме китайцу и посылает его на поиски Габриела. Китаец идет по лесу, и в тот момент, когда Рамирес уже готов зарезать Пер-кинса, проходит мимо дерущихся, хотя за зарослями кустарника не видит самой драки. Шаги китайца пугают Рамиреса, и, как потом заявил Перкинс, мексиканец вонзает нож себе в грудь.

Китаец находит Габриела, вручает ему записку, и тот через лес возвращается домой, но жены его там уже нет. Она исчезла. Между тем подозрение в убийстве Рамиреса падает на него. Из Гнилой Лощины приезжает шериф и арестовывает его. Габриел не сопротивляется. В здании тюрьмы Габриел и охраняющий его шериф еле сдерживают дверь, которая трещит под напором толпы линчевателей. Позже его отпускают под залог, который вносит за него Дамфи. Во дворе своего дома Габриел находит корзинку для шитья своей жены, а в ней — распашонку и понимает, что Жюли ждет ребенка.

Защищать Габриела в Лощину приезжает нанятый Питером Дамфи Артур Пуанзет. Благодаря его адвокатскому таланту и показаниям свидетелей Габриела оправдывают. Во время судебного заседания обнаруживается, что некая дама, явившаяся на суд под густой вуалью, и есть Грейс (с уже естественным цветом лица). Она выступает против брата, так как обижена на него за то, что он женился на самозванке и тем самым лишил ее законных прав на землю в Лощине. Пуанзет потрясен внезапным появлением Грейс и тем, что не сумел узнать ее в облике индианки. В дальнейшем ему удается с ней помириться, и молодые люди женятся.

Габриел прощает сестру за то, что она чуть было не накинула на шею брата петлю. Жюли преждевременно родила ребенка, и они с Габриелем вновь вместе. На своем участке Габриел обнаруживает другую серебряную жилу. Кон-рои вновь становятся богатыми и восстанавливают свое доброе имя.

Е. В. Семина

Теодор Драйзер (1871—1945)

Прозаик, публицист, общественный деятель, один из наиболее популярных в нашей стране американских писателей. Выходец из семьи эмигрантов в первом поколении: отец был немцем, мать — чешкой. В детстве познал нужду и лишения, что определило его мировоззрение: сочувствие беднякам, острое осознание контраста между богатством и нищетой. С ранних лет работал посудомойщиком в ресторане, развозчиком белья в прачечной; недолго проучившись в университете, около десяти лет проработал газетчиком, что дало ему, как и многим другим американским писателям (У. Уитмену, М. Твену, Врет Гарту, Хемингуэю, Стейнбеку), богатейший запас жизненных впечатлений. Глубокое знание жизни определило его стойкую приверженность к реализму, неприятие той идеализации и лакировки действительности, которую укореняли сторонники традиции «утонченности».

Дебютировал романом «Сестра Керри» (1900), во многом программном для его творчества: история возвышения главной героини, достигнутого ценой моральных компромиссов, и нисхождения Герствуда на дно общества предстают как художественная иллюстрация процессов, характерных для американского образа жизни. Это вызвало резкие нападки на него со стороны консервативной охранительной критики, что вынудило писателя почти на десять лет замолчать. Горестная судьба благородной женщины из простой семьи — тема второго его рбмана, «Дженни Герхард» (1911). В центре его «Трилогии Желания», состоящей из романов «Финансист» (1912), «Титан» (1914) и «Стоик» (1945), — прослеженная от детства до последних дней, развернутая на широком социальном фоне жизненная судьба Фрэнка Каупервуда, энергичного капиталиста, финансиста, «титана без души и сердца», богатейшего и ведущего борьбу в джунглях бизнеса. Драйзер показывает, Каупервуда, имя которого приобрело почти нарицательный смысл, в двух ипостасях, в сферах как деловой активности, так и любовных похождений. Романист изображает Каупервуда хищником, нередко попирающим закон, но одновременно и любуется его силой, его мужским «магнетизмом». В заключительной части трилогии, «Стоике», его оценка Каупервуда значительно острее, негативнее.

Проблемы искусства, всегда интересовавшие Драйзера, отразились в романе «Гений», в центре которого — художник Юджин Витла, растративший свой талант. Роман вызвал резкие обвинения Драйзера в «аморальности» со стороны ханжеских «борцов с пороком». Классикой романа XX в. стала «Американская трагедия» (1945) Драйзера, эпическое полотно, запечатлевшее во многом типичную историю молодого человека Клайда Гриффитса, которого общество развратило миражом материального успеха, толкнуло на преступление, а потом безжалостно с ним расправилось. В 1927 г. Драйзер посетил нашу страну, итогом чего явилась книга «Драйзер смотрит на Россию» (1927), написанная в целом с симпатией к «коммунистическому эксперименту» за его достижения в области здравоохранения, образования, но содержащая и ряд острых критических оценок диктаторского режима. В 30-е гг. Драйзер сближается с рабочим движением, пишет публицистическую книгу «Трагическая Америка» (1931) — о горькой доле народа в условиях послекризисной депрессии. В годы Второй мировой войны выступал за сотрудничество СССР и США, в поддержку открытия второго фронта. В июле 1945 г., отмечая роль коммунистов в борьбе с фашизмом, вступил в Компартию США, охарактеризовав этот поступок как выражение «логики своей жизни». В отличие от многих своих соотечественников Драйзер тяготел к философскому осмыслению жизни, ее глубинных законов, по-своему аккумулировал теории Спенсера, Ницше, Шопенгауэра, Эмерсона. Крупнейшие американские художники, весьма отличные от него по миросозерцанию и стилю (Синклер Льюис, Шервуд Андерсон, Уильям Фолкнер, Роберт Пени Уоррен и др.), единодушно отмечают «пионерскую» роль Драйзера в борьбе за утверждение бескомпромиссного реализма в литературе США. Одним из самых ярких примеров художнической честности для Драйзера, вообще высоко ценившего русскую классику, был Л. Н. Толстой. В художественном методе Драйзера, по преимуществу реалистическом, отмеченном богатством деталей и подробностей, заметны также черты натурализма.

СЕСТРА КЕРРИ

Роман (1900)

Америка, 1889 г. Восемнадцатилетняя Каролина Мибер, или, как ее ласково называли домашние, сестра Керри, покидает родной городок Колумбия-Сити и отправляется на поезде в Чикаго, где живет ее замужняя старшая сестра. В кошельке у Керри всего четыре доллара и адрес сестры, но ее окрыляет надежда на новую счастливую жизнь в большом и прекрасном городе.

Поначалу, однако, ее ожидают сплошные разочарования. Сестра обременена семьей и хозяйством, ее муж работает уборщиком вагонов на скотобойне и зарабатывает совсем немного, и потому каждая лишняя трата проделывает в их скудном бюджете серьезные бреши. Керри отправляется на поиски работы, но она ничего не умеет делать, и лучшее, что ей удается отыскать, — это место работницы на обувной фабрике. Однообразная, плохо оплачиваемая работа сильно тяготит девушку, но, заболев, она лишается и этого заработка. Не желая быть обузой для сестры и ее мужа, она уже собирается возвращаться домой, но тут случайно встречает молодого коммивояжера Чарлза Друэ, с которым познакомилась в поезде по пути в Чикаго.

Друэ искренне готов помочь Керри, уговаривает взять у него денег взаймы, потом снимает для нее квартиру. Керри принимает ухаживание Друэ, хотя никаких серьезных чувств к нему не испытывает. Впрочем, она готова выйти за него замуж, но, стоит ей завести разговор об этом, Друэ начинает придумывать различные отговорки, уверяя, что он непременно женится на ней, но сперва должен уладить формальности с получением какого-то наследства.

Именно Друэ знакомит Керри с Джорджем Герствудом, управляющим весьма престижным баром «Фицджеральд и Мой». Ценой большого усердия и настойчивости Герствуд за долгие годы работы сумел подняться от буфетчика в третьеразрядном салуне до управляющего баром, где собиралась самая респектабельная публика. У него собственный дом и солидный счет в банке, но тепла семейных отношений нет и в помине. Элегантный, обладающий безукоризненными манерами, Герствуд производит сильное впечатление на Керри, а Герствуд, в свою очередь, проявляет интерес к хорошенькой юной провинциалочке, тем более что его отношения с собственной женой заметно ухудшаются.

Поначалу Герствуд и Керри встречаются в обществе Друэ, затем тайком от него. Герствуд предлагает Керри переехать в другое место, чтобы их отношениям уже никто не мешал, но Керри готова это сделать, только если он женится на ней. Между тем Друэ рекомендует ее для исполнения главной роли в любительском спектакле. Отсутствие сценического опыта, разумеется, дает о себе знать, но тем не менее дебют проходит вполне успешно.

Тем временем и у Друэ, и у супруги Герствуда растут подозрения. Положение Герствуда осложняется тем, что в свое время он все свое имущество записал на имя жены, и теперь она намерена на самых законных основаниях оставить его без гроша. Оказавшись в крайне сложной ситуации, Герствуд решается на отчаянный поступок. Воспользовавшись тем, что хозяева полностью ему доверяют, он похищает из кассы десять с лишним тысяч долларов и увозит Керри. Сначала он сообщает ей, что с Друэ случилось несчастье и надо ехать к нему в больницу, и только в поезде он объясняет Керри смысл своего поступка. Он уверяет ее, что окончательно порвал с женой, что скоро добьется развода и что, если Керри согласится уехать с ним, он никогда не помыслит о том, чтобы ее оставить. Он, правда, умалчивает о том, что присвоил чужие деньги.

Однако его обман быстро всплывает, и в Монреале, где Герствуд и Керри обвенчались как мистер и миссис Уилер, его уже ждет нанятый хозяевами бара частный детектив. Вернув большую часть украденного, Герствуд получает возможность беспрепятственно вернуться в Соединенные Штаты. Он и Керри поселяются в Нью-Йорке.

Там ему удается вложить оставшиеся деньги в бар, и на какое-то время жизнь входит в нормальное русло. Керри успевает подружиться с соседкой миссис Вэнс, посещает с ней и ее мужем театры и рестораны, знакомится с изобретателем Бобом Эмсом, кузеном миссис Вэнс. Эмса заинтересовала Керри, но он не ловелас, с уважением относится к брачным узам, и развития знакомство не имеет. Затем молодой инженер возвращается в свой родной штат — Индиану, но на Керри он произвел глубокое впечатление: «Теперь у Керри появился идеал. С ним она сравнивала всех других мужчин, особенно тех, которые были близки ей».

Так проходит три года. Затем над Герствудом снова сгущаются тучи. Дом, в котором располагался его бар, переходит к другому владельцу, намечается перестройка, и его партнер разрывает с ним контракт. Герствуд начинает лихорадочно искать работу, но годы у нега уже не те, никаких полезных навыков он не приобрел, и ему снова и снова приходится выслушивать отказы. Время от времени он встречает давних знакомых, но воспользоваться былыми связями не может. Они с Керри меняют квартиру, экономят на всем подряд, но денег остается все меньше и меньше. Чтобы поправить дела, Герствуд пытается воспользоваться былым умением играть в покер, но, как обычно случается в таких ситуациях, проигрывает последнее.

Понимая, что надежды на Герствуда теперь призрачны, Керри предпринимает попытки найти работу. Вспомнив свой успех в любительском спектакле, она пробует устроиться на сцену, и в конце концов ей улыбается удача; она становится артисткой кордебалета в оперетте. Постепенно она выбивается из статисток в солистки.

Тем временем Герствуд, измученный постоянными отказами при поисках работы, решается на отчаянный шаг. Когда бруклинские трамвайщики устраивают забастовку, Герствуд нанимается вагоновожатым. Но хлеб штрейкбрехера очень горек. Герствуду приходится выслушивать оскорбления, угрозы, он разбирает завалы на рельсах. Затем в него стреляют. Рана оказывается пустяковой, но терпению Герствуда приходит конец. Так и не доработав смену, он бросает трамвай и кое-как добирается до дома.

Получив очередное повышение, Керри уходит от Герствуда. На прощание она оставляет ему двадцать долларов и записку, где сообщает, что у нее нет ни сил, ни желания работать за двоих.

Теперь они словно движутся в противоположных направлениях. Керри становится любимицей публики, к ней благосклонны рецензенты, ее общества добиваются богатые поклонники. Администрация шикарного отеля в рекламных целях приглашает новую знаменитость поселиться у них за символическую плату. Герствуд бедствует, ночует в ночлежках, стоит в очередях за бесплатным супом и хлебом. Как-то раз управляющий отеля, сжалившись над ним, дает ему место — он делает черную работу, получает гроши, но рад и этому. Впрочем, организм не выдерживает, и, получив воспаление легких и отлежав в больнице, Герствуд снова вливается в армию нью-йоркских бездомных. Герствуд уже не гнушается попрошайничать и однажды просит милостыню под огнями рекламы о спектакле с участием его бывшей жены.

Керри снова встречается с Друэ, который не прочь возобновить их связь, но для Керри он уже неинтересен. Приезжает в Нью-Йорк Эмс. Добившись успеха у себя на Западе, он намерен открыть лабораторию в Нью-Йорке. Посмотрев очередную оперетку с участием Керри, он внушает ей, что пора заняться чем-то посерьезнее, надо попробовать себя в драме, ибо, по его убеждению, она способна на нечто большее, чем шаблонные роли, которые ей достаются.

Керри соглашается с его мнением, но не предпринимает попыток изменить свою судьбу. Она вообще впадает в тоску и апатию. Друэ ушел из ее жизни, по-видимому, навсегда. Не стало и Герствуда, хотя Керри об этом не догадывается. Не выдержав ударов судьбы, он покончил с собою, отравившись газом в нью-йоркской ночлежке. Впрочем, «вернись даже Герствуд в своей былой красе и славе, он все равно уже не прельстил бы Керри. Она узнала, что и его мир, и ее нынешнее положение не дают счастья». Внешне дела ее идут хорошо, она ни в чем не нуждается, но снова и снова ее победы кажутся ей призрачными, а настоящая жизнь необъяснимо ускользает.

С. В. Белов

АМЕРИКАНСКАЯ ТРАГЕДИЯ

Роман (1925)

Канзас-Сити, жаркий летний вечер. Двое взрослых и четверо детей распевают псалмы и раздают брошюры религиозного содержания. Старшему мальчику явно не нравится то, чем он вынужден заниматься, но его родители с жаром отдаются делу спасения заблудших душ, каковое, впрочем, приносит им лишь моральное удовлетворение. Эйса Грифитс, отец семейства, отличается большой непрактичностью, и семья еле-еле сводит концы с концами.

Юный Клайд Грифитс стремится вырваться из этого унылого мирка. Он устраивается помощником продавца содовой в аптеке, а затем рассыльным в отель «Гри-Дэвидсон». Работа в отеле не требует никаких особых навыков и умений, но приносит неплохие чаевые, что позволяет Клайду не только вносить свой вклад в семейный бюджет, но и покупать себе хорошую одежду и кое-что откладывать.

Товарищи по работе быстро принимают Клайда в свою компанию, и он с головой окунается в новое веселое существование. Он знакомится с хорошенькой продавщицей Гортензией Бриге, которая, однако, не по годам расчетлива и не собирается оказывать кому-либо благосклонность исключительно за красивые глаза. Ей очень хочется модный жакет, который стоит сто пятнадцать долларов, и Клайду трудно устоять перед ее желанием. Вскоре Клайд с компанией отправляется на увеселительную прогулку в роскошном «паккарде». Эту машину один из молодых людей, Спарсер, взял без разрешения из гаража богача, у которого служит его отец. На обратном пути в Канзас-Сити погода начинает портиться, валит снег, и ехать приходится очень медленно. Клайд и его товарищи опаздывают на работу в отель и поэтому просят Спарсера прибавить скорость. Он так и поступает, но, зазевавшись, сбивает девочку, а потом, уходя от преследования, не справляется с управлением. Водитель и одна из девиц остаются лежать без сознания в разбитой машине, все прочие разбегаются.

На следующий день газеты помещают сообщение о происшествии. Девочка умерла, арестованный Спарсер назвал имена всех остальных участников пикника. Опасаясь ареста, Клайд и кое-кто из других членов компании покидают Канзас-Сити.

Три года Клайд живет вдали от дома под чужим именем, выполняет грязную неблагодарную работу и получает за нее гроши. Но однажды в Чикаго он встречает своего приятеля Рете-рера, который тоже был с ним в «паккарде». Ретерер устраивает его в «Юнион-клуб» рассыльным. Двадцатилетний Клайд вполне доволен своей новой жизнью, но как-то раз в клубе появляется Сэмюэл Грифитс, его дядя, живущий в городе Ликурге, штат Нью-Йорк, и владеющий фабрикой по производству воротничков. Результатом встречи родственников становится переезд Клайда в Ликург. Дядя обещает ему место на фабрике, хотя златых гор не сулит. Клайду же контакты с богатыми родственниками кажутся перспективнее работы в «Юнион-клубе», хотя зарабатывает он неплохо.

Сын Сэмюэла Гилберт без особой радости принимает двоюродного брата и, убедившись, что тот не обладает никакими полезными знаниями и навыками, определяет его на достаточно тяжелую и малооплачиваемую работу в декатировоч-ном цехе, размещенном в подвале. Клайд снимает комнату в дешевом пансионе и начинает, что называется, с нуля, надеясь, однако, рано или поздно преуспеть.

Проходит месяц. Клайд исправно делает все, что ему поручено. Грифитс-старший интересуется у сына, какого тот мнения о Клайде, но Гилберт, весьма настороженно отнесшийся к появлению бедного родственника, прохладен в оценках. По его мнению, Клайд вряд ли сумеет выдвинуться — у него нет образования, он недостаточно целеустремлен и слишком мягок. Впрочем, Сэмюэлу Клайд симпатичен и он готов дать племяннику шанс показать себя.

Вопреки желанию Гилберта, Клайда приглашают в дом на семейный обед. Там он знакомится не только с семейством Грифитсов, но и с очаровательными представительницами ликург-ского бомонда юными Бертиной Крэнстон и Сондрой Финчли, которым вполне приглянулся красивый и воспитанный юноша.

Наконец по настоянию отца Гилберт находит для Клайда менее тяжелую и более престижную работу — тот становится учетчиком. Впрочем, Гилберт предупреждает его, что он должен «соблюдать приличия в отношениях с работницами» и всякого рода вольности будут решительно пресекаться. Клайд готов свято выполнять все предписания своих работодателей и, несмотря на попытки некоторых девушек завязать с ним отношения, остается глух к их заигрываниям.

Вскоре, однако, фабрика получает дополнительный заказ на воротнички, и это, в свою очередь, требует расширения штатов. На фабрику поступает юная Роберта Олден, перед обаянием которой Клайду нелегко устоять. Они начинают встречаться, ухаживания Клайда делаются все более настойчивыми, и воспитанной в строгих правилах Роберте все труднее и труднее помнить о девическом благоразумии.

Тем временем Клайд снова встречается с Сон-дрой Финчли, и эта встреча круто меняет его жизнь. Богатая наследница, представительница местной денежной аристократии, Сондра проявляет неподдельный интерес к молодому человеку и приглашает его на вечер с танцами, где собирается ликургская золотая молодежь. Под натиском новых впечатлений скромная прелесть Роберты начинает меркнуть в глазах Клайда. Девушка чувствует, что Клайд уже не так внимателен к ней, ей страшно потерять его любовь, и однажды она поддается искушению. Роберта и Клайд-становятся любовниками.

Сондра Финчли, однако, не исчезает из его жизни. Напротив, она вводит Клайда в свой круг, и заманчивые перспективы кружат ему голову. Это не остается не замеченным Робертой, и она испытывает тяжкие муки ревности. В довершение ко всему выясняется, что она беременна. Она признается в этом Клайду, и он лихорадочно пытается найти выход из создавшегося положения. Но лекарства не приносят желанного результата, а врач, которого они находят с таким трудом, категорически отказывается сделать аборт.

Единственный выход — жениться — решительно не устраивает Клайда. Ведь это означает, что ему придется расстаться с мечтами о блестящей будущности, которые вселили в него отношения с Сондрой. Роберта в отчаянии. Она готова пойти на то, чтобы рассказать о случившемся дяде Клайда. Это означало бы для него конец карьеры и крест на романе с Сондрой, но он проявляет нерешительность, надеясь что-то придумать.

Но тут Клайду попадается на глаза заметка в газете, повествующая о трагедии на озере Пасс, — мужчина и женщина взяли лодку, чтобы покататься, на следующий день лодку нашли перевернутой, позже обнаружили и тело девушки, но мужчину так и не удалось отыскать. Эта история производит на него сильное впечатление, тем более что он получает письмо от Роберты, которая уехала к родителям: она не намерена больше ждать и обещает вернуться в Ликург и все рассказать Грифитсу-старшему. Клайд понимает, что времени у него в обрез и он должен принять какое-то решение.

Клайд приглашает Роберту совершить поездку на озеро Большой Выпи, обещая затем обвенчаться с ней.

И вот Клайд и Роберта едут в лодке по пустынному озеру. Мрачно-задумчивый вид Клайда пугает Роберту, она осторожно подбирается к нему, спрашивает, что с ним случилось. Но когда она пытается дотронуться до него, он не помня себя ударяет ее фотоаппаратом и толкает так, что она теряет равновесие и падает в воду. Лодка переворачивается, и ее борт ударяет Роберту по голове. Она умоляет Клайда помочь ей, не дать утонуть, но он бездействует.

Но и перевернутую лодку, и тело Роберты быстро находят. Следователь Хейт и прокурор Мейсон энергично берутся за дело и вскоре выходят на Клайда. Тот поначалу запирается, но опытному прокурору не составляет труда загнать его в угол. Клайд арестован. Теперь его судьбу решит суд.

Сэмюэл Грифитс, разумеется, шокирован случившимся, но тем не менее нанимает хороших адвокатов. Те сражаются изо всех сил, но и Мейсон знает свое дело. Долгое и напряженное судебное разбирательство заканчивается вынесением смертного приговора. Грифитсы прекращают оказывать помощь Клайду, и только его мать пытается для него что-то сделать.

Клайда переводят в тюрьму Оберна, именуемую Домом смерти. Отчаянные попытки матери найти деньги для продолжения борьбы за жизнь сына успеха не приносят. Общество утратило интерес к осужденному, и ничто теперь не помешает машине правосудия довести дело до конца.

С. Б. Белов

Джек Лондон (1876—1916)

Один из наиболее популярных в нашей стране американских писателей. Его биография, его личность человека активного, волевого, в чем-то напоминавшего его джек-лондоновских героев, вызвала не меньший интерес, чем его творчество, в котором сильно сказывалось автобиографическое начало. Родители разошлись до рождения писателя. Джека усыновил отчим, овдовевший фермер Джон Лондон. Семья была небогатой, трудовой: Джеку пришлось, не доучившись в школе, с ранних лет зарабатывать себе на жизнь: он трудился на джутовой и консервной фабриках, зарабатывал в качестве «устричного пирата», морского патруля, почти полгода плавал на шхуне «Сазерленд», добывая котиков в Тихом океане, побывал на Аляске в качестве золотоискателя. Весь этот богатейший запас впечатлений реализовался позднее в его рассказах.

Типичный «селфмейд мен», т. е. человек, сделавший сам себя, он с детства был книгочеем, жадно поглощая художественную литературу вперемешку с трудами философскими и социологическими. Умелец, моряк, впоследствии фермер, познавший тяжесть физического труда, Лондон всю жизнь жадно поглощал знания и уже в ранние годы загорелся мечтой стать писателем. Первый рассказ — «За тех, кто в пути» «пробился» в печать в 1899 г., что открыло ему двери многих издательств и журналов, до того его отвергавших. Его сборники рассказов «Сын волка», «Бог его отцов», «Дети мороза» и др., рисующие волевых, мужественных людей в условиях «белого безмолвия» сурового Севера, осуждающие трусов и предателей, принесли ему широчайшую известность. Восхищаясь сильными личностями, он вместе с тем не принимает воинствующего, враждебного людям индивидуализма. Его олицетворял Вулф Ларсен, герой его известного романа «Морской волк» (1904). Лондон внес вклад в разработку спортивной темы в литературе (рассказы «Кусок мяса», «Мексиканец»), был прекрасным художником-анималистом, мастером изображения животных (повести «Зов предков», «Белый клык»).

Радикал по своим убеждениям, сочувствовавший нелегкой доле людей труда, он в начале 1900-х гг. стал активным членом социалистической партии. При этом идеи Маркса о классовой структуре общества и конфликте труда и капитала сочетались у него с приверженностью к философии Спенсера, переносившего дарвиновский принцип борьбы за существование на человеческое общество. Радикализм Лондона сказался в его известном утопическом романе «Железная пята» (1908), в центре которого образ социалиста-революционера Эрнеста Эвергарда. В нем он предупреждает об опасности классового противостояния, изображая власть монополий в виде теоретической «железной пяты», антинародной диктатуры фашистского типа.

В 1907—1909 гг. совершил морское путешествие на построенной им яхте «Снарк», итогом чего стал цикл его «тихоокеанских рассказов». В это время он завершил свой лучший роман — «Мартин Идеи» (1909), несущий во многом автобиографические черты. Одним из первых в мировой литературе Лондон показал психологию писателя, характер его жизненных борений, драматизм его судьбы.

С 1910 г. Лондон живет в Калифорнии на обширном купленном им ранчо, — оставив море, увлекается фермерской деятельностью. Один из самых популярных и высокооплачиваемых писателей, в последние годы он пишет по преимуществу романы мелодраматические, приключенческие, обращенные к «массовому» читателю («Мятеж на Эльсиноре», «Алая чума», «Сердца трех», «Маленькая хозяйка большого дома», «Звездный скиталец» и др.); их художественный уровень заметно уступает лучшим книгам Лондона. Нарастающее разочарование в жизни и болезнь привели Лондона к самоубийству в ноябре 1916 г., к финалу, предугаданному им в романе «Мартин Идеи».

Прожив короткую жизнь, всего сорок лет, он менее чем за два десятилетия интенсивной работы оставил обширное наследие. В его лучших книгах суровая правда жизни соединяется с романтической идеализацией и героизацией положительных персонажей, людей, преданных дружбе, чувству долга.

МАРТИН ИДЕН

Роман (1909)

Однажды на пароме Мартин Идеи, моряк, двадцати лет от роду, защитил от шайки хулиганов Артура Морза. Артур примерно тех же лет, что и Мартин, но принадлежит к людям обеспеченным и образованным. В знак благодарности и в то же время желая позабавить семью эксцентрическим знакомством Артур приглашает Мартина на обед. Атмосфера дома — картины на стенах, множество книг, игра на рояле — восхищает и очаровывает Мартина. Особое впечатление производит на него Руфь, сестра Артура. Она кажется ему воплощением чистоты, духовности, возможно даже, божественности. Мартин решает стать достойным
этой девушки. Он отправляется в библиотеку, дабы приобщиться к премудрости, доступной Руфи, Артуру и им подобным (и Руфь, и ее брат учатся в университете).

Мартин — натура одаренная и глубокая. Он с воодушевлением погружается в изучение литературы, языка, правил стихосложения. Он часто общается с Руфью, она помогает ему в занятиях. Руфь, девушка с консервативными и достаточно узкими взглядами, пытается перекроить Мартина по образцу людей своего круга, но это не очень ей удается. Истратив все заработанные в последнем плавании деньги, Мартин вновь уходит в море, нанявшись матросом. За долгие восемь месяцев плавания Мартин «обогатил свой словарь и свой умственный багаж и лучше узнал самого себя». Он чувствует в себе огромные силы и вдруг осознает, что хочет стать писателем — прежде всего чтобы Руфь могла любоваться вместе с ним красотой мира. Вернувшись в Окленд, он пишет очерк об искателях сокровищ и отправляет рукопись в «Обозреватель Сан-Франциско». Затем садится за повесть для юношества о китобоях. Встретившись с Руфью, он делится с ней своими планами, но, к сожалению, девушка не разделяет его пылких надежд (хотя ее радуют происходящие с ним перемены — Мартин стал гораздо правильнее выражать свои мысли, лучше одеваться и т. п. Руфь влюблена в Мартина, но собственные ее понятия о жизни не дают ей возможности осознать это). Руфь считает, что Мартину необходимо учиться, и он сдает экзамены в среднюю школу, но с треском проваливается по всем предметам, кроме грамматики. Мартина неудача не сильно обескураживает, зато Руфь огорчена. Ни одно из разосланных в журналы и газеты произведений Мартина не опубликовано, все возвращаются по почте без всяких объяснений. Мартин решает: дело в том, что они написаны от руки. Он берет напрокат пишущую машинку и учится печатать. Мартин работает все время, даже не считая это за труд. «Просто он обрел дар речи, и все мечты, все мысли о прекрасном, которые долгие годы жили в нем, хлынули наружу неудержимым, мощным, звенящим потоком».

Мартин открывает для себя книги Герберта Спенсера, и это дает ему возможность по-новому увидеть мир. Руфь не разделяет его увлечения Спенсером. Мартин читает ей свои рассказы, и она легко замечает их формальные недостатки, но не в состоянии увидеть мощь и талант, с которыми они написаны. Просто это никак не укладывается в рамки буржуазной культуры, привычной и родной для Руфи. Заработанные в плавании деньги кончаются, и Мартин нанимается в прачечную гладить белье. Напряженная, адская работа выматывает его. Он перестает читать и однажды в выходной напивается, как в прежние времена. Поняв, что такой труд не только изнуряет, но и оглупляет его, Мартин уходит из прачечной.

До очередного плавания остаются считанные недели, и Мартин посвящает эти каникулы любви. Он часто видится с Руфью, они вместе читают, ездят на прогулки на велосипедах, и в один прекрасный день Руфь оказывается в объятиях Мартина. Они объясняются. Руфь не знает ничего о физической стороне любви, но ощущает притягательность Мартина. Мартин боится оскорбить ее чистоту. У родителей Руфи известие о ее помолвке с Иденом не вызывает восторга.

Мартин решает писать ради заработка. Он снимает крохотную комнатку у португалки Марии Сильвы. Могучее здоровье позволяет ему спать всего по пять часов в сутки. Его не слишком смущает, что до сих пор не напечатана ни одна его строчка. «Писание было для него заключительным звеном сложного умственного процесса, последним узлом, которым связывались отдельные разрозненные мысли, подытоживанием накопившихся фактов и положений».

Но полоса невезения все продолжается, деньги Мартина иссякают, он закладывает пальто, затем часы, даже велосипед. Он голодает, питаясь одной картошкой да изредка обедая у сестры или у Руфи. Вдруг — почти неожиданно — . Мартину приходит письмо из одного толстого журнала. Журнал хочет опубликовать его рукопись, но собирается заплатить пять долларов, хотя по самым скромным подсчетам должен был бы заплатить сто. От огорчения ослабевший Мартин заболевает. И тут колесо фортуны поворачивается — один за другим начинают приходить чеки из журналов.

Спустя какое-то время везение прекращается. Редакции наперебой стараются обжулить Мартина. Выбить у них деньги за публикации оказывается нелегким делом. Руфь настаивает на том, чтобы Мартин устроился на работу к ее отцу, она не верит в то, что он станет писателем. Случайно у Морзов Мартин знакомится с Рэс-сом Бриссенденом и близко сходится с ним. Бриссенден болен чахоткой. Он не боится смерти, но страстно любит жизнь во всех ее проявлениях. Бриссенден знакомит Мартина с «настоящими людьми», одержимыми литературой и философией. Со своим новым товарищем Мартин посещает митинг социалистов, где спорит с оратором, но благодаря расторопному и нещепетильному репортеру попадает на страницы газет в качестве социалиста и ниспровергателя существующего строя. Газетная публикация приводит к печальным последствиям — Руфь присылает Мартину письмо, извещающее о разрыве помолвки. Бриссенден кончает жизнь самоубийством, а его поэма «Эфемерида», которую опубликовал Мартин, вызывает бурю пошлейшей критики и заставляет Мартина радоваться, что его друг не видит этого.

Мартин Идеи становится наконец знаменитым, но все это глубоко ему безразлично. Он получает приглашения от тех людей, которые раньше высмеивали его и считали бездельником, и иногда даже принимает их. Ни искренняя горячая любовь молоденькой работницы Лиззи Конолли, ни неожиданный приход к нему Руфи, теперь готовой пренебречь гласом молвы и остаться у Мартина, не трогают его. Мартин отплывает на острова на «Марипозе», и ко времени отъезда Тихий океан кажется ему ничуть не лучше всего остального. Он понимает, что для него нет выхода. И после нескольких дней плавания он выскальзывает в море через иллюминатор. Чтобы обмануть волю к жизни, он набирает в легкие воздух и ныряет на большую глубину. Когда кончается весь воздух, он уже не в состоянии подняться на поверхность. Видит яркий, белый свет и ощущает, что летит в темную бездну, и тут сознание навсегда покидает его.

В. С. Кулагина-Ярцева

Мартин Идеи — главный персонаж романа. С этим двадцатилетним полудикарем мы встречаемся за обеденным столом семейства мистера Морза. Знатный буржуа благодарит М. И., вступившегося за честь его сына, приглашением к обеду. Случайное посещение интеллигентного дома становится поворотным моментом в жизни малообразованного юноши. Здесь он видит иную жизнь, «о которой раньше только читал в книжках». Здесь его впервые называют мистером. Здесь он встречает и свою любовь — «бледное воздушное существо с большими одухотворенными голубыми глазами, некое тайное чудо». О прежней жизни М. И. мы знаем немного. Рано лишившийся родителей, потерявший братьев, он зарабатывает на жизнь тяжелым трудом моряка. Не имеющий собственной крыши над головой, М. И. занимает «тесную каморку, где помещались только кровать, умывальник и один стул», в доме своей сестры и терпит со стороны зятя упреки за пьянство и иждивенчество. Общение с Руфью, ее братьями заставляет М. И. взглянуть со стороны на свою жизнь. Шаг за шагом он преодолевает барьер между собой и «людьми высокой культуры». М. И., опьяненный любовью, решает сделаться великим писателем, «одним из тех, чьими ушами слышит, чьим сердцем чувствует мир». Проводя дни и ночи за письменным столом, М. И. рано начинает «подсчитывать» гонорары. Молодой писатель получает отказ за отказом. Руфь называет работы М. И. дилетантскими и предлагает ему «заняться более серьезными вещами». Увлечение философией открывает ему Спенсера. Читая его работы, он понимает, что «когда-то ничего не знал... что лишь скользил по поверхности вещей без всякой попытки установить между ними связь». Мир, казавшийся прихотливым сцеплением случайностей, приходит в сознании М. И. в целостную систему. Обретая способность абстрагироваться, отстраняться от действительности,
М. И. бесповоротно уходит от своего прежнего бытия. Следующим этапом его философских познаний становятся работы Ницше, из которых особое внимание на него оказывает идея о власти сильного. Называя себя индивидуалистом, М. И. смело рассуждает о своих убеждениях на собрании Оклендского социального клуба. Смелое поведение М. И. становится причиной его разрыва с Руфью, для которой он всегда был лишь «интересным занятием». Став высокооплачиваемым писателем, М. И. понимает, что «был бы гораздо счастливее, если бы не уходил из своей среды». М. И. понимает всю условность, относительность и случайность своего нового положения. Пассажира первого класса судна, плывущего к берегам знакомого когда-то М. И. по рыболовецким делам острова Таити, не привлекают комфорт и удобства. Лежа на голой палубе, М. И. тоскует о кубрике и кочегарке как о потерянном рае.

Отблагодарив за любовь и заботу Марию, содержательницу снимаемой М. И. квартиры, обеспечив безбедное существование сестрам, потеряв друга, талантливого поэта, возлюбленную, созданную скорее воображением, М. И. уходит из мира. Его воля пресечь свое бытие оказывается сильнее воли к жизни. М. И. принимает океан. Своим уходом герой как бы восстанавливает нарушенный когда-то баланс, ибо возвращается в природную стихию, от которой так долго пытался уйти.

 

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

 

 

 

 

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru