НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

К списку: sheba.spb.ru/lit/index.htm

Федор Кузьмин Сологуб 18631927

Мелкий бес — Роман (1902)

Ардальон Борисович Передонов, учитель словесности в местной гимназии, постоянно ощущал себя предметом особого внимания женщин. Еще бы! Статский советник (пятый класс в табели о рангах!), мужчина в соку, в сущности, не женат... Ведь Варвара что... Варвару в случае чего можно и побоку. Вот одно только — без нее, пожалуй, места инспектора не получишь. (Директор гимназии не жалует его, ученики и их родители считают грубым и несправедливым.) Княгиня Волчанская обещала Варваре похлопотать за Ардальона Борисовича, но условием поставила венчание: неудобно хлопотать за сожителя своей бывшей домашней портнихи. Однако ж сперва место, а потом уж венчание. А то как раз обманут.

Варвару эти его настроения чрезвычайно обеспокоили, и она упросила вдову Грушину за деньги изготовить письмо, будто бы от княгини, с обещанием места, если они обвенчаются.

Передонов было обрадовался, но Вершина, пытавшаяся выдать за него бесприданницу Марту, сразу же осадила: а где конверт? Деловое письмо — и без конверта! Варвара с Грушиной тут же поправили дело вторым письмом, пересланным через петербургских знакомых. И Вершина, и Рутилов, сватавший Передонову своих сестер, и Преполовенская, рассчитывавшая пристроить за него племянницу, — все поняли, что их дело проиграно, Ардальон Борисович назначил день венчания. И без того мнительный, он теперь еще больше боялся зависти и все ожидал доноса либо даже покушения на свою жизнь. Подлила масла в огонь Преполовенская, намекая на то, что близкий приятель Ардальона Борисовича Павел Васильевич Володин бывает у Передонова ради Варвары Дмитриевны. Это, конечно, чушь. Варвара считает Володина дураком, да и получает преподаватель ремесла в городском училище вчетверо меньше учителя гимназии Передонова. Ардальон же Борисович забеспокоился: обвенчается он с Варварой, поедут на инспекторское место, а в дороге отравят его и похоронят как Володина, а тот будет инспектором. Варвара все нож из рук не выпускает, да и вилка опасна. (И он спрятал приборы под кроватью. Едят же китайцы палочками.) Вот и баран, так похожий на Володина, тупо смотрит, наверное злоумышляет. Главное же, донесут — и погиб. Наташа ведь, бывшая кухарка Передонова, от них прямо к жандарму поступила. Встретив жандармского подполковника, Ардальон Борисович попросил не верить тому, что скажет про него Наташа, она все врет, и у нее любовник поляк.


 

 

Встреча навела на мысль посетить отцов города и уверить их в своей благонадежности. Он посетил городского голову, прокурора, предводителя дворянства, председателя уездной земской управы и даже исправника. И каждому говорил, что все, что о нем болтают, — вздор. Захотев както закурить на улице, он вдруг увидел городового и осведомился, можно ли здесь курить. Чтобы почти уже состоявшегося инспектора не подменили Володиным, он решил пометить себя. На груди, на животе, на локтях поставил чернилами букву П.

Подозрителен сделался ему и кот. Сильное электричество в шерсти — вот в чем беда. И повел зверя к парикмахеру — постричь.

Уже много раз являлась ему серая недотыкомка, каталась в ногах, издевалась над ним, дразнила: высунется и спрячется. А еще того хуже — карты. Дамы, по две вместе, подмигивали; тузы, короли, валеты шептались, шушукались, дразнились.

После свадьбы Передоновых впервые посетили директор с женой, но было заметно, что они вращаются в разных кругах здешнего общества. Да и в гимназии не все гладко у Передонова. Он посещал родителей своих учеников и жаловался на их леность и дерзость. В нескольких случаях чада были секомы за эти вымышленные вины и жаловались директору.

Совсем дикой оказалась история с пятиклассником Сашей Пыльниковым. Грушина рассказала, будто этот мальчик на самом деле переодетая девочка: такой смазливенький и все краснеет, тихоня и гимназисты дразнят его девчонкой. И все это, чтобы Ардальона Борисовича подловить.

Передонов доложил директору о возможном скандале: в гимназии разврат начнется. Директор счел, что Передонов заходит слишком далеко. Все же осторожный Николай Власьевич в присутствии гимназического врача убедился, что Саша не девочка, но молва не затихала, и одна из сестер Рутиловых, Людмила, заглянула в дом Коковкиной, где тетушка сняла для Саши комнату.

Людмила и Саша подружились нежною, но беспокойною дружбой. Людмила будила в нем преждевременные, еще неясные стремления. Она приходила нарядная, надушенная, прыскала духами на своего Дафниса.

Невинные возбуждения составляли для Людмилы главную прелесть их встреч, Сестрам она говорила: «Я вовсе не так его люблю, как вы думаете... Я его невинно люблю. Мне от него ничего не надо». Она тормошила Сашу, сажала на колени, целовала и позволяла целовать свои запястья, плечи, ноги. Однажды полуупросила, полупринудила его обнажиться по пояс. А ему говорила: «Люблю красоту... Мне бы в древних Афинах родиться... Я тело люблю, сильное, ловкое, голое... Милый кумир мой, отрок богоравный...»

Она стала наряжать его в свои наряды, а иногда в хитон афинянина или рыбака. Нежные ее поцелуи пробуждали желание сделать ей чтото милое или больное, нежное или стыдное, чтобы она смеялась от радости или кричала от боли.

Тем временем Передонов уже всем твердил о развращенности Пыльникова. Горожане поглядывали на мальчика и Людмилу с поганым любопытством. Сам же будущий инспектор вел себя все более странно. Он сжег подмигивающие и кривляющиеся ему в лицо карты, писал доносы на карточные фигуры, на недотыкомку, на барана, выдававшего себя за Володина. Но самым страшным оказалось происшедшее на маскараде. Вечные шутницы и выдумщицы сестры Рутиловы нарядили Сашу гейшей и сделали это так искусно, что первый дамский приз достался именно ему (никто не узнал мальчика). Толпа возбужденных завистью и алкоголем гостей потребовала снять маску, а в ответ на отказ попыталась схватить гейшу, но спас актер Бенгальский, на руках вынесший ее из толпы. Пока травили гейшу, Передонов решил напустить огонь на невесть откуда взявшуюся недотыкомку. Он поднес спичку к занавесу. Пожар заметили уже с улицы, так что дом сгорел, но люди спаслись. Последующие события уверили всех, что толки о Саше и девицах Рутиловых — бред.

Передонов начал понимать, что его обманули. Както вечером зашел Володин, сели за стол. Больше пили, чем ели. Гость блеял, дурачился: «Околпачили тебя, Ардаша». Передонов выхватил нож и резанул Володина по горлу.

Когда вошли, чтобы взять убийцу, он сидел понуро и бормотал чтото бессмысленное.




Творимая легенда — Романтрилогия (1914)

Часть первая. КАПЛИ КРОВИ

Взоры пламенного Змия падают на реку Скородень и купающихся там обнаженных дев. Это сестры Елисавета и Елена, дочери богатого помещика Рамеева. Они с любопытством обсуждают появление в городе приватдоцента, доктора химии Георгия Сергеевича Триродова:

никто не знает, откуда его состояние, что происходит в поместье, зачем ему школа для детей. Девушки решаются пройти мимо таинственной усадьбы, перебираются по узкому мостику через овраг и останавливаются у калитки. Вдруг из кустов выходит бледный мальчик с ясными, слишком спокойными, как бы неживыми глазами. Открыв калитку, он исчезает. Вдали на лужайке десятки детей поют и танцуют под руководством девушки с золотистыми косами — Надежды Вещезеровой. Она поясняет: «Люди строили города, чтобы уйти от зверя, а сами озверели, одичали. Теперь мы идем из города в лес. Надо убить зверя...»

О доме Триродова идет дурная слава. Говорят, что он населен привидениями, выходцами из могил, потому и называют его Навьим двором, а дорожку, идущую до Крутицкого кладбища, Навьей тропой. Сын владельца Кирша замечает девушек и приводит их к отцу в оранжерею. Осматривая диковинные растения и закоулки дома, Елисавета и Елена попадают в магическую комнату с зеркалом, взглянув в которое мгновенно стареют. Триродов успокаивает их, дает эликсир, возвращающий молодость: «Такое свойство этого места. Ужас и восторг живут здесь вместе».

В доме Рамеевых обитает студент Петр Матов, безответно влюбленный в Елисавету. Он противник «самодержавия пролетариата», а девушка говорит ему: «Моя влюбленность — восстание». Елисавета сочувствует рассуждениям молодого рабочего Щемилова, который зовет ее выступить на маевке. Приезжего агитатора прячут в доме Триродова. Полковник Жербенев, организатор черносотенцев, считает приватдоцента неблагонадежным и расспрашивает о нем актера Острова. Неожиданно появляясь в доме Триродова, актер требует огромные деньги за молчание. Когдато он стад очевидцем того, как Георгий Сергеевич химическими методами расправился с провокатором их революционного кружка Матовым, отцом Петра. Путем сложных превращений он получил «тело» в виде небольшого куба на своем столе. За неразглашение тайны Остров получает 2000 рублей.

Близится Иванова ночь. Кирша с очами тихого ангела идет с отцом по Навьей тропе. Мимо проходят мертвецы, говорят о навьих делах. Не спят тихие дети. Один из них, Гриша, очерчивает около Триродовых круг от навьих чар — даже мама Кирши не в силах преодолеть черты. Елисавета и Щемилов пробираются на поляну, где человек триста слушают агитатора. Девушка с трудом узнает переодетого Триродова, но ей радостно выступать перед ним, и голос наполняется силой. Налетают казаки, Триродов спасает Елисавету, укрывая в овраге.

Между ними возникает страстная любовь. Вечерами Елисавета рассматривает в зеркало свое знойное, обнаженное тело. О великий огонь расцветающей плоти! Както гуляя по лесу, она была настигнута двумя парнями, которые срывали с нее одежду, клонили к земле. Вдруг подбежали тихие мальчики, повадили, усыпили молодцов. В забытьи ей почудилась королева Ортруда... Триродов объясняется в любви, и Елисавета готова быть его рабой, быть вещью в его руках.

Триродов обладает гипнотической силой, он способен воскрешать из мертвых, как это случилось с мальчиком Егоркой, который был ненужен матери, сечен розгами и похоронен в летаргическом сне. Тихие дети его откапывают, и Егорка вместе с ними поселяется у Триродова. Его школу посещают полицейские чины, директор народных училищ Дулебов, инспектор Шабалов, вицегубернатор. Они недовольны тем, что дети и учителя малопочтительны, свободны, ходят босые. «Это порнография, — заключает комиссия. — Школа будет немедленно закрыта».

А Елисавета томится знойными снами. Ей кажется, что она переживает параллельную жизнь, проходит радостный и скорбный путь привидевшейся ей в лесу королевы Ортруды...


Часть вторая. КОРОЛЕВА ОРТРУДА

Ортруда была рождена, чтобы царствовать в счастливом средиземноморском краю. Она получила превосходное эллинское воспитание, любила красоту природы и обнаженного тела. В день шестнадцатилетня она была коронована. Накануне Ортруда влюбилась в принца Танкреда, синеглазого тевтонского юношу. Очарование было взаимным, и в конце торжеств состоялась помолвка. В этом союзе счастливо сочетались законы сладостной любви и суровые требования высшей политики династии и буржуазного правительства королевства Соединенных Островов. Спустя год они обвенчались. Принц Танкред был зачислен в гвардию, но его реакционные взгляды, любовные приключения и большие долги сделали его непопулярной личностью. Его слабостями пользуются аристократы, замышляющие распустить парламент и объявить королем Танкреда. Мрачные знамения пугают Ортруду: еще в день коронации начал дымиться вулкан на острове Драгонера, а в одиннадцатый год правления стал появляться призрак белого короля...

Все свои переживания Ортруда делит только с Афрой, молодой придворной дамой. Их симпатии постепенно превращаются в темную ревнивую страсть. Афра ненавидит Танкреда, а Ортруда не отпускает ее к Филиппе Меччио, влюбленному в Афру. Однажды они остановились в горной деревне и познакомились с бедной учительницей Альдонсой. Она простодушно рассказала о своем друге, который зовет ее Дульцинеею. Афра догадывается, что это Танкред, но Ортруда попрежнему доверчиво внимает лживым словам Дракона, каким порою кажется принц. Он развивает планы постройки огромного флота, захвата колоний, объединения под своей державой всех латинских стран Старого и Нового Света. Втайне от королевы назревают заговоры, политики требуют перемен. Доктор Меччио агитирует за социалистический строй. Первый министр Виктор Аорена доказыва\ет, что современный человек слишком индивидуалистичен, чтобы реализовать мечты о справедливом обществе. Близятся волнения. Гофмаршал показывает Ортруде потайной ход из дворца к морю, ключом к которому служит сокровенное имя королевы «Араминта». В подземелье ее сопровождает юный сын гофмаршала Астольф, полюбивший королеву. Их отношения разожгли ревность Афры, одиноко переживает она муки любви и ненависти. Какаято темная, злая сила исходит от королевы — напрасно она спускается в подземелье и молится своему воображаемому Светозарному, она обречена... Стреляется влюбленный в нее Карл Реймерс, повешена Альдонса, Астольф, по приказанию ее убивший Маргариту, бросается с отвесных скал... Мысли о смерти стали привычными ей. Кардинал осуждает Ортруду за оскорбляющее нравственность поведение. «Судить меня будет народ», — отвечает королева. Все сильнее дымится вулкан и настойчивее разговоры, что усмирить его сможет лишь королева Ортруда.

Доктор Меччио, пытаясь разорвать нежный союз Афры и Ортруды, погружает свою подругу в гипнотический сон, выдает за умершую и увозит из замка. Весть о смерти Афры лишает королеву воли к жизни. Она восходит к вулкану как источнику пламенной смерти, трижды произносит над ним заклинание, но напрасно. Катастрофа неминуема. Город гибнет. В клубах кровавого тумана задыхается королева Ортруда.


Часть третья. ДЫМ И ПЕПЕЛ

Трагические события в королевстве Соединенных Островов заставляют Триродова о многом задуматься. Он выписывает островные газеты, изучает испанский язык, размышляет о роли личности в истории, где толпа разрушает, человек творит, общество сохраняет. Георгий Сергеевич приходит к мысли стать королем Соединенных Островов. Елисавета удивлена и не верит в успех дела, но Триродов отправляет письмо первому министру Лорено о выдвижении своей кандидатуры на вакантное место короля. Лоредо в раздражении велит напечатать сие послание в Правительственном указателе. Занятый своими делами народ не обращает на него внимания, зато оппозиция интересуется незнакомцем.

Ночью к Триродову является призрак его первой жены — лунной Лилит — и утешает его. А днем Георгий Сергеевич любуется обнаженной красотой Елисаветы. Они решают переместиться в блаженную землю Ойле. Молча поднимаются на башню. Там на столе красного дерева стоят флаконы с разноцветными жидкостями. Триродов сливает их в чашу, они пьют из нее поочереди и просыпаются на земле Ойле под ясным Маиром. Земная жизнь тускнеет в памяти. Свежи и сладки новые впечатления бытия. Неужели придется возвращаться к злой земной жизни? уничтожить ее? Или отчаянным усилием воли преобразить?

Триродов с учениками посещает святую обитель. В монастыре актер Остров и его сообщники похищают икону, рубят в щепки и сжигают. Возникает ссора, и все погибают в глухой лесной избушке. Неподалеку от усадьбы Триродова совершается покушение на исправника и вицегубернатора. Подозрение ложится на приватдоцента. В городе готовятся черносотенные погромы, участились грабежи, поджоги.

Георгий Сергеевич удручен закрытием школы и обращается за помощью к маркизу Телятникову. Его светлость, член Государственного совета, генераладъютант был 160 лет от роду, из них почти 150 лет служил царю и отечеству. Красивый осанистый старик, весьма сохранившийся для своего возраста, он употреблял болгарскую простоквашу и спермин. У Триродова он попросил эликсир молодости. В честь маркиза был дан балмаскарад, на который вместе с городской знатью приглашены и мертвые, окутанные запахом тления гости. В разгар веселья от чрезмерного усердия маркиз Телятников рассыпается. В этом происшествии обвиняют Триродова.

Популярность Триродова в зарубежной печати растет. Принц Танкред обеспокоен агитацией за русского самозванца. Социалдемократы королевства начинают переписку с претендентом о возможных реформах. Их депутация приезжает в Скородож для обмена мнениями. После их отъезда полиция устраивает обыск, но Триродов с помощью зеленого шарика заставляет полицейских ощутить себя клопами.

Летом Триродов и Елисавета венчаются в церкви села Просяные Поляны. Внезапная гроза предвещает им бурное будущее. Назначен день выборов короля. Все готово к полету: в оранжерее собираются дети, учителя, друзья. Здесь и тихие дети. Снаружи приближаются погромщики, медлить нельзя, и Триродов дает команду на взлет. Громадное светящееся ядро бесшумно устремляется ввысь.

На Соединенных Островах собирается конвент для избрания короля. Идет голосование: из 421 депутата 412 проголосовали за русского кандидата. Королем избран Георгий I! Но судьба его остается неизвестной. Растет сумятица, принц Танкред безуспешно пытается бежать. Злые солдаты его убивают и выбрасывают из окна.

Утром на побережье Соединенных Островов опускается огромный, великолепный хрустальный шар, подобный планете. Король Георгий I вступает на землю своего нового отечества...


Федор Кузьмин Сологуб 1863-1927

Мелкий бес - Роман (1902)
Творимая легенда - Роман-трилогия (1914)
Часть первая. КАПЛИ КРОВИ
Часть вторая. КОРОЛЕВА ОРТРУДА
Часть третья. ДЫМ И ПЕПЕЛ

ПРОСТОЙ ТЕКСТ В ZIP-е:

КАЧАТЬ

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ

  ВЕРНУТЬСЯ К СПИСКУ  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Занимательные и практические знания. Мифология.


      ДРЕВНЕЙШИЕ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЫ МИРА - ПРААФРАЗИЙЦЫ
      Такой вывод сделали исследователи, изучая лексику праафразийского языка, реконструированного на
      основании общих слов в семитских и североафриканских языках. (13)
      О начальном этапе земледелия праафразийцев говорят термины: "зерно", "зерновая пища", "мучная пища", "вид злака", "пшеница, ячмень", "толочь, растирать", "сеять, сажать", "копать, бороздить", "рыхление земли под посев", "обработанная земля, орудие для обработки земли", "заброшенное поле".
      Данные лингвистики позволяют определить прародину афразийцев в Палестине и шире в Восточном Средиземноморье. Они жили и у моря, и на песчаных плато, и в долинах, в лесостепи и в районах, близких к пустыне, где был сухой жаркий климат, и жара и засуха чередовались с разливами рек и периодами сильных ливней. На прародине афразийцев произрастали инжир и финиковая пальма. Именно эти деревья позволили исследователям локализовать прародину в Восточносредиземноморской природной зоне, главным образом в Палестине.
      Другие аспекты праафразийской лексики, на которых мы останавливаем внимание читателя, - это отсутствие терминов для лука и стрел; отсутствие такой формы, как квадрат, но существование прилагательного "круглый"; отсутствие терминов, указывающих на одомашнивание животных, т. е. скотоводство. Значит, праа-фразийцы не были скотоводами, не знали лука и стрел и строили только дома круглой формы. Эти признаки -этнические, поскольку выделяют праафразийцев как этнос среди других, в частности ранних индоевропейцев.
      Натуфийская культура - археологический эквивалент праафразийцев. Этот вывод был сделан на основании совпадения ареала натуфийской культуры в сиро-пале-стинском регионе с ареалом праафразийской прародины в Восточном Средиземноморье и ввиду совпадения хронологии натуфийской культуры (X — IX тыс. до н. э.) и праафразийского языка (XI - X тыс. до н. э.). (14) Совпало и то, что в натуфийской культуре нет лука и стрел, нет домашних животных, и строили натуфийцы круглые дома. В натуфийской культуре нет зерен культивированных злаков, но есть кремневые серпы, большие каменные ступы с пестами для дробления зерна (Рис. 26, 27.)
      К поздней фазе развития праафразийского языка относится, по нашему мнению, культура Иерихона А (15) — первого протогородаа мира, в котором найдены зерна культивированной пшеницы (отпечатки зерен в сырцовом кирпиче). Иерихон А вырос на месте натуфийской деревни. Преемственность культуры Иерихона А от натуфийской культуры подтверждается набором кремниевого инвентаря.
      Иерихон А — афразийский протогород. Протогород докерамической эпохи. Его жители не знают еще глиняной посуды, но уже занимаются земледелием. Город возник в начале VIII тыс. до н. э., просуществовал более 500 лет, обновляясь более 20 раз.
      Город был обнесен мощными стенами толщиной не меньше 1,5 м, высотой не меньше 5 м. Оборона гохюда была усилена рвами, выбитыми в скале шириной 8 м и глубиной 2 м. В Иерихоне была построена смотровая башня из камней высотой Юм круглой формы. В башню вела лестница из плит.
      Население города жило в круглых домах на каменном фундаменте. Неровности стен замазывались штукатуркой.
      Такое строительство возможно, если часть населения - строители — освобождается от ежедневной работы по обеспечению себя продуктами питания. Кроме того, на строительные работы такого объема можно было мобилизовать население, если в обществе существуют властные структуры. Из этого следует вывод, что в обществе Иерихона А часть населения занималась производительным трудом - земледелием. Продуктов земледелия хватало на обмен (в инвентаре памятника найдены обсидиан из Анатолии, бирюза с Синая, раковины каури из районов около Красного моря) и на прокорм непроизводительной сферы - вождей, служителей культа, строителей, торговцев. Население города насчитывало около 2 ООО человек.

 

 

 

К списку: sheba.spb.ru/lit/index.htm

 

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru