НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ


Приключения Мурзилки

большая детективная сказка

Дело No 4
ОПЕРАЦИЯ “МЖ„

Глава вторая
ПРОВОДНИК НА ГРАНИ НЕРВНОГО СРЫВА (4.02)


  mp3 — VBR до 160kbps — 44Hz — Stereo  



MP3

 


ДАЛЬШЕ

 

В НАЧАЛО


 

 

Глава вторая
ПРОВОДНИК НА ГРАНИ НЕРВНОГО СРЫВА


В тот же день Буквоедов стоял в тамбуре поезда «Красная стрела» и уговаривал хмурого проводника взять посылку. В заколоченном фанерном ящике находилось якобы чучело лисы.

— Поймите же вы, — настойчиво врал Буквоедов, — выставка в Зоологическом музее откроется завтра ровно в полдень, и посетители огорчатся, не обнаружив на выставке этот редчайший экспонат.

Произнося такое, Мастодонт Сидорович прикрывался шарфом, чтобы скрыть краску стыда на своём лице. А проводник, которого, как всех проводников, звали Петрович, ломался, набивая себе цену.

— Чего ж необыкновенного… лиса, — говорил он, встряхивая ящик, тянувший килограммов на пять. — Её на воротник надо, а не в музее выставлять.

— Животное чрезвычайно редкой породы, — гнул свою ошибочную линию Буквоедов. — Не трясите, что вы делаете. Она там соломой обложена. Я сам не могу поехать, безотлагательные государственные дела удерживают в столице…

— Правила очень строгие, — вяло отпирался проводник. — Мало ли что у вас там внутри — а вдруг бомба?

— Вот держите, возьмите за труды… — Буквоедов, наконец, сделал то, с чего следовало начинать.

— Если такая редкая порода и для выставки — сделаем, о чём речь, — моментально вошёл в положение Петрович и отнёс посылку в служебное купе. — Кто встречать-то будет? — высунулся он из окна.

— А вы её на перрон только поставьте! Её сразу и заберут!

— Только потом я уже не отвечаю! — предупредил проводник.

— Разумеется, не беспокойтесь, обязательно заберут!.. — крикнул Буквоедов уже вдогонку поезду и зашагал в чрево вокзала.



Весело постукивая колёсами, поезд мчался вперёд, в ночную мглу. Ящик с чучелом стоял на верхней полке за стопками чистого белья и никому не мешал. Но вскоре Петровичу послышалась, какая-то возня и попискивание. А поскольку он не употреблял перед рейсом ничего кроме пива, этот странный факт привёл его в некоторое замешательство. «Уж не всучил ли мне этот гражданин живую лисицу?» — подумал он, снял ящик с полки, поставил на колени и прижался ухом к фанерной крышке.

Теперь ему стало казаться, что внутри верещат тоненькими человеческими голосами. И от этого ему спокойней не стало.

Послушав и подумав хорошенько, Петрович решил, что в посылке маленький приёмник на батарейке, который нарочно не выключили, чтобы лиса в ящике чувствовала себя как дома. Однако стук колёс мешал ему расслышать звук хорошенько, поэтому он с нетерпением ждал ближайшей остановки поезда.

Наконец, на станции Бологое, сделалось тихо. Петрович приник к ящику и, к своему ужасу, вполне отчётливо разобрал следующие слова:

— Лучше всего самим раздобыть доказательства. Отправим материалы в Москву, а уж там знают, что делать. Фактов о его служебных злоупотреблениях, которыми мы уже сейчас располагаем, хватит на двоих.

— В тюрьму! Несомненно! В тот же час! — лютовал другой.

— Есть основания подумать о высшей мере, — сказал третий.

Петрович резко отпрянул от ящика, словно это был не ящик, а раскалённая электрическая плита. Говорили о нём. Он давно ждал этого и боялся. Боялся, что когда-нибудь за ним начнут следить. Были, были у него на совести служебные злоупотребления. И провозы за взятки безбилетных пассажиров, и мухлевание с комплектами чистого белья, и посылки — вплоть до живой дойной козы и контейнера с мотороллером. Всё это и ещё многое другое, чего сразу и не упомнишь, должно, должно было когда-нибудь ему аукнуться.

И вот это началось. В посылке несомненно приборчик, который его подслушивает. Оперативники держат между собой связь по рации, это их голоса слышатся изнутри.

Чему быть, того не миновать. А сейчас — пусть прослушивают. Всё, как есть!

Петрович тихонько отставил ящик, шумно раздвинул дверь и сказал с притворным южным акцентом, будто с перрона:

— Командыр, возми дэнги, надо ехать!

— Нет! — воскликнул он же сам негодующе, отскочив к окну и приняв театральную позу. — Как вы смеете предлагать мне такое! Уберите, уберите свои деньги и отправляйтесь в кассу!

В эту минуту в дверях появилась проводница Тамара из соседнего вагона. Внимательно оглядев полки, затем самого Петровича, она деловито поинтересовалась:

— Сколько принял? Работать можешь?

— Трезвый я, трезвый, — зашептал Петрович выталкивая коллегу за дверь. — Иди отсюда, не мешай…

Но Тамара подставила ногу под дверь и осталась на месте.

— Погоди, я по делу. Двоих возьмёшь до Питера?

Петрович сделал круглые глаза, отчаянно зажестикулировал и силой вытолкал проводницу за дверь.

— Что вы такое говорите, Тамара Алексеевна! — воскликнул он в сторону ящика. — Да в своём ли вы уме?! Разве такое было когда-нибудь, чтобы я брал деньги с безбилетных пассажиров?! Извольте пройти к себе в вагон и заняться своими непосредственными обязанностями!

За дверью послышалось ворчание по поводу того, что «допился до чёртиков», и удаляющиеся шаги. А Петрович снова припал ухом к фанерной крышке.

— …А если доказательств не хватит? — тоненькими голосами рассуждали оперативники. — Если выкрутится?..

— Тигров к нему приведём. Пускай тиграм объясняет про доказательства. Фамилия у него подходящая…

Петровича передёрнуло. Фамилия его была Могилевский, а «тиграми» проводники называли банду вымогателей, наводивших ужас на всю железную дорогу.

Обмякнув и сделавшись бледным как наволочка, Петрович лёг. Полежав и подумав, он решил выйти на ближайшей станции, добраться электричками до посёлка Кузьмолово и отсидеться там на даче у знакомых, отправив по почте заявление с просьбой уволиться с работы. Но от полученных переживаний как-то незаметно заснул и проспал до самого Питера.

В восемь часов утра поезд подошёл к Московскому вокзалу. Петрович выставил ящик на перрон и стал смиренно ждать, когда его арестуют. Но случилось другое: в ящике щёлкнуло, передняя стенка отлетела, изнутри выскочила маленькая рыжая дворняга и почесала в сторону вокзала.

Дрожащими руками Петрович поднял ящик. Внутри не было ничего, кроме плотно примятого, по форме собаки, сена.

— Если это была лиса… — произнёс он вслух, — то я — тигр!

Выходящий из вагона последний пассажир с опаской на него покосился.

— Чего стоишь! — прикрикнул бригадир. — Постели сдавать.

Качая головой и бормоча себе под нос несвязное, Петрович принялся собирать в вагоне постельное бельё.



 

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru