НА ГЛАВНУЮ (кнопка меню sheba.spb.ru)ТЕКСТЫ КНИГ БК (кнопка меню sheba.spb.ru)АУДИОКНИГИ БК (кнопка меню sheba.spb.ru)ПОЛИТ-ИНФО (кнопка меню sheba.spb.ru)СОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИ (кнопка меню sheba.spb.ru)ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В СССР (кнопка меню sheba.spb.ru)ФОТО-ПИТЕР (кнопка меню sheba.spb.ru)НАСТРОИ СЫТИНА (кнопка меню sheba.spb.ru)РАДИОСПЕКТАКЛИ СССР (кнопка меню sheba.spb.ru)ВЫСЛАТЬ ПОЧТОЙ (кнопка меню sheba.spb.ru)

Михаил Задорнов

Третье ухо

концерт на тв

6

  mp3PRO — 56kbps — 22Hz — Mono  



MP3

ПЕРЕЙТИ К СЛЕДУЮЩЕЙ ≫≫

≪≪ НА СТРАНИЦУ СПЕКТАКЛЯ

 

 

 

Преображение Александра Невского в XVIII в. отражало изменение доктрины государства и концепта коллективной идентичности. После покорения Казанского (1552) и Астраханского (1556) ханств власть русских царей распространилась далеко за прежние границы Киевской Руси. Расширяющаяся империя, причислявшая теперь к своим подданным и нехристианские народы, не могла больше мыслиться исключительно как христианское сакральное сообщество. Секуляризация государственной идеологии и развитие внерелигиозного представления о государстве, происходившие при Петре I, стали логическим следствием имперской экспансии России. «Быть русским» означало теперь в первую очередь принадлежность к государственному союзу многонациональной Российской империи или подданство российскому императору. В имперском дискурсе Александр Невский не был больше знаком религиозного размежевания вовне, а имел в рамках имперской идеологии функцию позитивного образца. Как славный предок Петра, он указывал на институт императорской власти и репрезентировал абстрактное государство с его столицей на Неве. В имперском «межконфессиональном» государственном концепте XVHI в. синхронное размежевание вовне по принципу православной веры, как оно мыслилось еще в самосознании Московского государства, было слабее диахронного размежевания «внутри» страны, размежевания с «собственным» московским прошлым.
      Однако новое имперское прочтение образа Александра Невского не могло полностью вытеснить старые интерпретации его фигуры. Историю памяти об Александре Невском в целом невозможно описать как линейную последовательность изменяющихся образов, скорее ее можно назвать разветвленным дискурсом. Более старые наррации дополняются, а не вытесняются новыми, можно наблюдать смешанные формы отдельных образов. В Петровскую эпоху новая, имперская интерпретация, опиравшаяся на династический дискурс московского времени, противостояла старой, сакральной, которая, вероятно, и в дальнейшем продолжала определять память о святом среди православного духовенства и верующих мирян, особенно в провинции.
      Упрощая, можно сказать, что сакральный и династически-имперский дискурсы редуцируют личность Александра Невского, придают ей профиль то монаха, то князя. В XIX в. возникло третье прочтение Александра, особенно выделявшее его подвиги как воина и полководца. Такой взгляд на Невского можно назвать «национальным». Он обнаруживается в секуляризованной историографии конца XVIII — начала XIX в., эмансипировавшейся от церковно-религиозной сферы. Образ Александра мутировал в национальном дискурсе из русского православного святого и российского правителя — в национального русского героя. В этом дискурсе он почитался уже не как «живой» святой, но как умерший герой. Историографов интересовали теперь не чудеса, приключившиеся на его могиле, но история его героических земных деяний и более всего его военные успехи. Главнейшим подвигом Александра становилась теперь не защита государства, а защита русской культуры и русской народности. В отличие от текстов об Александре XVIII в., в национальном дискурсе вновь усиливается роль разграничения с внешним миром. Александр Невский оказывается, во-первых, символом противостояния агрессивному католическому Западу и, во-вторых, «нецивилизованным» монголам. Подвиг Александра усматривался в том, что его сдержанная и мудрая политика в отношении монголов сберегла русскую культуру (религию, язык и народность) от «азиатского засилья», что оправдывало и жестокое обращение с восставшим Новгородом. Иконографический образец национального имиджа Александра Невского отмечен двумя главными особенностями. Во-первых, князь изображается в доспехах и с мечом. Во-вторых, герой «фольклоризируется». В живописи, особенно в изображении одежды Александра и его бороды, сделана попытка подчеркнуть «русский» аспект его личности.

 

 

НА ГЛАВНУЮ (кнопка меню sheba.spb.ru)ТЕКСТЫ КНИГ БК (кнопка меню sheba.spb.ru)АУДИОКНИГИ БК (кнопка меню sheba.spb.ru)ПОЛИТ-ИНФО (кнопка меню sheba.spb.ru)СОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИ (кнопка меню sheba.spb.ru)ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В СССР (кнопка меню sheba.spb.ru)ФОТО-ПИТЕР (кнопка меню sheba.spb.ru)НАСТРОИ СЫТИНА (кнопка меню sheba.spb.ru)РАДИОСПЕКТАКЛИ СССР (кнопка меню sheba.spb.ru)ВЫСЛАТЬ ПОЧТОЙ (кнопка меню sheba.spb.ru)

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru