На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека





Библиотека советских детских книг
Овсей Дриз «Энык-Бенык колобок». Иллюстрации - Н. Цейтлин. - 1967 г.

Овсей Дриз «Энык-Бенык колобок».
Иллюстрации - Н. Цейтлин. - 1967 г.


DjVu

 

ХОЧУ ГОВОРИТЬ НА ЯЗЫКЕ ЦВЕТОВ

Я хочу говорить
На простом языке ромашек,
Незабудок,
Лесных колокольчиков наших
И тюльпанов,
Что в дальнем краю расцвели,
Чтоб меня понимали
Все дети Земли.
Разве я многого хочу?
Звёздный сад
Я мечтаю раскинуть
На нашей планете,
Чтоб его рисовали
Все дети
На свете.
Разве я многого хочу?
Я хотел бы все танки
Превратить
В самокаты и санки,
А грозные пушки —
В цветные хлопушки,
Чтоб дети Земли
Хороводы вели.
Разве я многого хочу?


КАК СДЕЛАТЬ УТРО ВОЛШЕБНЫМ

Чтобы сделать волшебным
Весенний рассвет,
Надо долго-долго идти
И охапку сияющих
Жёлтых лучей
Самому на дороге найти.
И добавить к сияющим
Жёлтым лучам
Охапку зелёных веток,
Краешек неба,
Пенье ручья
И маленьких птиц
Всевозможных расцветок.
И добавить немного
Тёплого ветра,
Запах ландыша,
Звон травы,
И потом ладошкой
Плеснуть на это
Совсем немножко
Речной синевы.
И всё это вместе
Перемешать,
Закрыть глаза
И почти
Не дышать!
Клянусь, это будет
Волшебным рассветом,
Если никто не забудет
При этом
Крикнуть маме:
— Доброе утро!


МОЙ ПОРТРЕТ

Однажды я получил письмо от одного мальчика.
Он просил меня нарисовать для него мой портрет.
Я взял карандаш, бумагу, и вот что получилось:
Сначала
Я нарисовал
Овал.
«Яйцо куриное!» —
Скажете вы.
Боюсь, что неправы
Окажетесь вы.
Такова
Моя голова.
К голове
Приставить уши —
Пустяки.
Уши у меня
Невелики.
Потому что,
Хоть и было за что,
Не трепал меня за уши
Никто.
А иначе,
Посудите сами,
Что бы стало
С бедными ушами!
А затем,
Мои друзья,
Я нарисовал
Глаза.
Два кружочка,
В каждом — точка.
И смотрят они
Удивлённо
На мир,
Голубой и зелёный.
В детстве
Сказку мне не досказали,
И глаза мои
Круглыми стали.
А это —
Не вопросительный знак:
Мой собственный нос
Я рисую так.
Кончик носа
Смотрит косо.
Это когда-то,
Ребята,
У меня привычка была
Отворачивать нос
От стола:
— Не хочу каши!
— Не хочу простокваши!
— Не хочу яйца!..—
И так без конца.
Мне не нравился
Даже томатный сок.
Так нос мой и вырос —
Немного вбок.
Под самым носом
Я обозначил рот.
Он приоткрыт —
Вот.
Видите —
Какая жалость! —
Несколько зубов
Осталось.
Виноват зубной порошок.
Он
Был с опозданием
Изобретён...
Признаться,
Давно было это средство,
А просто
Я зубы не чистил
С детства.
А это шея моя.
Она необыкновенно тонка,
Вытянута,
Как у гусака.
Потому что,
От вас я не скрою,
За горизонт
Я заглядывал порою.
Очень интересно
Было мне:
Что же там,
На другой стороне?
А теперь
Я рисую каракули:
Голова моя
В белом каракуле.
Я стар и сед.
Вот мой
Портрет.
В ТИШИНЕ
Бабушка вяжет
На спицах чулок,
Пляшет на нитке
Под стулом клубок.
Сад за окошком
В осеннем дожде,
Отцовская скрипка
Палочку я дострогал,
Тишина...
Лишь скрипка порою
Вздыхает со сна.


Я ПОМНЮ

Дорогой скрипит телега.
И радуга — выше неба.
Плетни... И пение птиц...
И хатки в зелёной долине —
Словно в плетёной корзине
Полсотни куриных яиц.
Журавль на соломенной крыше
Упрятал клюв под крыло...
Я снова вижу и слышу
Моё родное село.


ПИРОЖОК

Сеет бабушка муку
В решете, в решете.
Скоро тесто подойдёт
В теплоте, в теплоте.
Поднялось оно в квашне,
Как гора, как гора,
Сдобрить маслицем его
Уж пора, уж пора.
Вот замешено оно —
Просто пух, просто пух!
Вот из печки повалил
Сдобный дух, сдобный дух.
Стало тесто на жару
Пирожком, пирожком,
А начинка из чего —
Не поймём, не поймём.
Мы б тотчас разобрались
В той начинке, в той начинке.
Да ведь этот пирожок
На картинке, на картинке!


ЗЕРНО ДОБРОТЫ

Жили-были
Старик и старуха...
Любишь ты сказки?
Так слушай, молчи.
Добрая сказка,
Как хлеба краюха,
Тёплая,
Только что из печи.
А что может быть
Правдивее хлеба?
Отрежешь ломоть —
И сразу тепло.
В сказках, как в жизни,
Земля и небо,
Солнце и тучи,
Добро и зло.
Добрую сказку
Помню я с детства.
Хочу, чтобы сказку
Послушал и ты,
Чтобы подкралась
К самому сердцу
И заронила
Зерно доброты.


МОЙ СТАРЫЙ ДРУГ

Мой старый друг, облезлый наш буфет,
С тобой провёл я много зим и лет.
Средь тысячи других таких, как ты,
Всегда твои я узнаю черты.
Корицею и тмином ты пропах,
Темно в твоих укромных уголках.
Пусть полочки твои подчас пусты,
Ты — изобильный край моей мечты.
Сад яблоневый, сад вишнёвый мой,
Волшебный сад за дверцей потайной!
Мне чудилось, что скрыто волшебство
В стеклянном кубке деда моего.
I Неведомых он сказок полон был,
Он радужными гранями слепил.
Вот баночка варенья в уголке
Хранится постоянно на замке.
Про то варенье говорила мать:
«Даст бог, не надо будет доставать!»
Чтобы меня попотчевали им,
Порой прикидывался я больным.
На цыпочках, дыханье затая,
К тебе не раз прокрадывался я.
Сад яблоневый, сад вишнёвый мой,
Сад мой волшебный, край мой потайной
Мой старый друг, облезлый наш буфет,
С тобой провёл я много зим и лет.
За каждый ты прости меня синяк —
Случалось это сам не знаю как,
За каждую царапинку прости...
Уж нам с тобой теперь не по пути.
Прощай же, мир моих ребячьих снов,
Молочных рек, кисельных берегов!


МОЯ ПЕСЕНКА

Кто мурлычет над огнём
В старом чайнике моём?
Это песенка моя,
Можно пить её, друзья.
Можно пить её с печеньем
И с малиновым вареньем,
Можно — с сахаром внакладку
И ещё с клубникой сладкой.
В эту песенку смешную
Можно бублик обмакнуть.
Эту песенку могу я
Прямо с блюдечка тянуть.


ТОЧКА

И откуда он узнал,
Муравей,
Что я сказочку пишу
Для детей?
Разве он, тот муравей,—
Грамотей?
Разве он, тот муравей,—
Чародей?
Знай торопится, ползёт
По листку,
Пробирается, как видно,
В строку.
Ну и пусть его, ведь он
Не бегемот,
Ведь он в сказке много места
Не займёт.
Тут заметил муравья
Воробей.
Уж его не отогнать,
Хоть убей!
А за ним крадётся вслед
Серый кот.
В сказку, стало быть,
И он попадёт.
Тут оскалил зубы пёс:
— Ты куда? —
Норовит из сказки прочь
Гнать кота.
Хочет сам в мои владенья
Попасть,
Вот уж рядышком зубастая
Пасть...
Он ворвался бы, залаял
Оглушительно,
Если б точки не поставил я
Решительно.


МОИМ ЧИТАТЕЛЯМ

Какому поэту,
Друзья, не хотелось,
Чтоб слово его
И читалось и пелось,
Чтоб наизусть
Его дети учили —
Стихи о телёнке,
Стихи о точиле,
Про Эныка-Беныка,
Про кузнеца...
Всю книжку с начала
И до конца!
Слышать, как дети
Стихи твои учат,
Видеть, что книжка
Твоя не наскучит,
Знать, что стихи твои
Нравятся детям,
Какой поэт
Не гордился бы этим!
Значит, не зря
Покупать я спешил
Тетради, бумагу,
Карандаши!
Но как-то однажды
Я видел мальчишку,
Он, сидя в вагоне,
Читал мою книжку.
Читал и читал,
Обо всём забывая.
А взрослые люди
Стояли в трамвае.
Лучше б он все мои рифмы
Забыл,
А встал бы
И место другим уступил!


УГАДАЙТЕ

Угадайте, дети,
Что б я делать стал,
Если бы часы
Чудесные достал?
Достал часы,
Похожие
На древнюю избушку,
И, чтобы мастер
В те часы
Запрятал бы
Кукушку.
И чтобы были
В тех часах:
Окошко
В виде сердца,
А также маленький порог
И крохотная
Дверца.
И в час,
Когда взгрустнётся мне,
Седому старику,
То мне кукушка
Из часов
Кричала бы:
— Ку-ку!


СЧАСТЬЕ

Солнце светит?
Это — счастье.
И ненастье —
Тоже счастье,
Потому что
Это — счастье
Радоваться чудесам:
И дождю,
И снегопаду,
Речке,
Лесу,
Полю,
Саду
И высоким,
Синим-синим
Бесконечным
Небесам.


ПЕСЕНКА О ГЛИНЕ

Я люблю комочек глины
Разминать в ладони
И при этом напевать:
«Кони мои, кони...»
О далёком детстве
Вспоминать люблю я:
Вот опять из глины
Скакуна леплю я.
Ласточек люблю я
Быстрых и пугливых,
Потому что лепят
Домики из глины.
Ой ты, глина красная!
Домик над рекою!
Глиняные крынки,
Глиняные кони.


КИРПИЧНОЕ ПИСЬМО

Мой дядя строит дом
И в вёдро и в ненастье.
Кирпичное письмо
Как будто пишет мастер.
Кладёт за рядом ряд —
Ведёт за строчкой строчку,
Последним кирпичом
Вверху он ставит точку.
Кирпичное письмо
Расскажет нам о том,
В каком году и кем
Поставлен этот дом.
Стекольщик и столяр
Оставят нам теперь
Две подписи внизу:
Окно
И дверь.


КНИГА

Есть в нашем доме книга,
Добрей которой нет.
В ней собрана вся мудрость
И грусть прожитых лет.
В ней сказки и загадки...
Все семьдесят страниц
Прикрыты переплётом
Задумчивых ресниц.
Твой дедушка, конечно,
На книгу не похож:
Но ты всё это, мальчик,
В глазах его прочтёшь.


ГЛАЗА

В глазах у нежных —
Нежность,
Отвага —
У бойца,
В глазах у скромных —
Скромность,
У хитрых —
Хитреца.
И что ты ни придумай,
И что ни напиши,
Все люди знают,
Что глаза —
Зеркало души.


ДРУЖБА

Мой неизвестный
Дружок,
Давай поклянёмся
В том,
Что если ты
Загрустишь,
Мы будем
Грустить вдвоём.
Мой неизвестный
Дружок,
Давай
Мы слово дадим,
Что двое нас
На земле —
Один
Плюс ещё один.
Мой парижский
Дружок,
Давай
На весь белый свет
Мы крикнем,
Что ничего
Прекраснее
Дружбы
Нет!


ЧУДО-ПАЛОЧКА

Витя, Митя,
Маша, Нюша,
Будем петь
И будем слушать
Песенку про палочку!
Песенку про палочку!
Эту песенку
Поёт
Во Вьетнаме
Весь народ.
Вот какая палочка!
Вот какая палочка!
Можно сделать
Из неё
И ограду,
И жильё,
Этажерку,
Табурет,
Замечательный
Буфет.
Вот какая палочка!
Вот какая палочка!
Можно сделать
Из неё
Коромысло
И копьё,
Рыболову — удочку,
Карапузу — дудочку.
Вот какая палочка!
Вот какая палочка!
Эта палочка —
Бамбук,
Для вьетнамца —
Лучший друг,
И товарищ,
И слуга,
И защита
От врага.
Вот какая палочка!
Просто чудо-палочка!
ДЕРЕВО ПРИЕХАЛО
Дерево приехало,
Дерево приехало,
Дерево приехало
К нам во двор!
Привезло с собою
Чемодан с землёю,
А в дорожной сумке —
Вешний свой убор.


Путёвку шофёр
Из кармана достал:
— «Улица Радости,
Пятый квартал...»
Что-то не вижу я
Номера дома.
Может быть, надо
Подъехать к другому?
— Что вы! —
Машину жильцы обступили.
Просто наш номер
Проставить забыли.
В этом вопросе
Не может быть спора —
Где вы найдёте
Так много простора?
Где ещё так
Будут дереву рады?
Правильно всё,
Сомневаться не надо!
Всё же без номера дома
Беда —
Мог я заехать
Совсем не туда!
— Что вы! —
Вскричал седовласый жилец.—
Здесь разгружайтесь,
И делу конец!
Шофёра слегка
Потрепав по плечу,
Промолвил бухгалтер:
— Я счёт оплачу! —
Дворник сказал:
— Деревцо я полью.—
Плотник: — Под ним
Я поставлю скамью.—
Мальчик: — На нём
Прикреплю я скворечник
Девочка: — Скворушек
Буду стеречь я,
Как бы их кот невзначай
Не унёс.—
Ну, а шофёр
Всё бормочет под нос:
— «Улица Радости,
Пятый квартал...» —
Вновь из кармана
Путёвку достал.—
Где же тут номер?
Ну что за оказия!
Должен быть номер
В путёвке указан!
Хором сказали
Шофёру ребята:
— Есть у нас, дядя,
Совки и лопаты! —
Грузчик сказал:
— На руках донесу,
Тонну могу я
Держать на весу!
Дереву чем тут у нас
Не житьё? —
Ну, а шофёр
Повторяет своё.
Тут окружили упрямца хозяйки:
— Ну-ка, любезный,
Скорей вылезай-ка!
Случая ради
(Обычай таков)
Мы на весь дом
Напечём пирогов.
Вдруг все замолкли,
Стоят удивлённые:
На дереве лопнули
Почки зелёные,
И в добавленье,
Совсем уж как чудо,
Запела на ветке
Лесная пичуга.
С выбором дома покончен вопрос
Дерево к месту, как видно,
Пришлось.


ВИОЛОНЧЕЛЬ

По улице Чайковского,
Широкой и прямой,
Шёл с площади Восстания
Автобус голубой.
Водитель протирал стекло,
Досадуя на осень.
Задорно тикали часы,
Показывая восемь.
И ехали в автобусе:
Кошёлка,
Трость,
Портфель,
Две папки,
Зонтик,
Сумочка
И Виолончель.
Спросила Трость у Сумочки:
— Вы сходите сейчас? —
Но вдруг Портфеля важного
Раздался громкий бас:
— Какое безобразие,
Я просто изнемог —
Огромная Виолончель
Меня толкает в бок.
Сказала Папка тихая:
— Да что вы? Неужели?
Уж не ходить ли в дождь такой
Пешком Виолончели?
Прямая Трость немедленно
Вмешалась в разговор,
Ей резко возразил Портфель —
И разгорелся спор.
Стучали капли по стеклу,
Шёл дождь неугомонный,
Свернул автобус за угол
И покатил по Бронной.
Портфель кричал:
— Кому теперь Виолончель
нужна?! —
Но тут раскрылся скромный Зонт,
Стоявший у окна-.
Портфелю толстокожему
Негромко он сказал:
— Представьте, уважаемый,
Большой притихший зал...
На взлёте замерли смычки,
За пультом дирижёр,
Как птица чёрная, рояль
Крыло своё простёр...
Взмах!
И под ветром
Стонет лес,
Звенят и дуб и ель...
Вы слышите?
Она поёт,
Поёт Виолончель.
Ей вторят флейта и гобой,
Валторна и тромбон...
— Консерватория! — сказал
Водитель в микрофон.
Посторонились
Сумочка,
Две Папки,
Трость,
Портфель,
И, поклонившись вежливо,
Сошла Виолончель.


РОЯЛЬ

Вот он, дом весёлый тот,
Дом, где музыка живёт.
По дорожке белой, гладкой
Скачут пальцы, как лошадки.
Пляшет резвый табунок,
Бьют подковки — цок-цок-цок!
Звон серебряный дробится,
Рассыпают гром копытца...
На пути барьеры встали,
Чёрным лаком заблистали.
Скок лошадки через них —
Нет препятствий для шальных!
Наконец, притопнув лихо,
Стали кони.
В доме тихо...


СПАСИБО

Вот спасибо
Водовозу-добряку!
В бочку
Он упрятал тучу,
Вместе с тучей —
Гром трескучий.
Все мальчишки
Поутру
Получайте
По ведру!
Вот спасибо
Во довозу- добряку!.
Вот спасибо
Столяру-старику!..
У него
И в самом деле
Доски пели,
И глядели,
И дышали
От тепла —
И слезой
Смола текла.
Вот спасибо
Столяру-старику!..
Вот спасибо
Кузнецу-мудрецу!
Лунной долькой,
Как подковой,
Подковал он
Вороного.
В облаках
До сих пор
Скачет конь
Во весь опор...
Вот спасибо
Кузнецу-мудрецу!


КРУГЛЫЙ СТИШОК С ДЫРОЧКОЙ ПОСРЕДИНЕ

Этот румяный
Круглый стишок
Пекарь весёлый
Взял и испёк.
Круглый стишок
Он взял и отдал!
Круглый стишок
Я взял и катал!
Круглый стишок
Я на палец надел!
Круглый стишок
Я на пальце вертел!
Круглый стишок
Стал колесом!
Ну, а потом —
Круглым окном!
Ну, а потом?
Потом
Перед сном
Я его съел
С парным молоком!


КТО КАК ОТКЛИКАЕТСЯ

Медь откликается
Звоном,
Дерево —
Шумом зелёным,
Корочка хлеба —
Хрустом,
Дождик —
Лепетом грустным,
Буря —
Рёвом и воем,
Время —
Башенным боем.


КАК ВСЕ РАДОВАЛИСЬ,
КОГДА МЕНЯ ВПЕРВЫЕ ПОСЛАЛИ
ЗА ХЛЕБОМ

Радуйся, телёнок,
Радуйся, козлёнок,
Радуйся, собачка,
Прыгай, поросёнок,
Радуйтесь, щенята,
Кошка и котята,
Квочка и цыплята!
Нет счастливей дня —
В первый раз за хлебом
Мама шлёт меня!
— Купи к бульону халу,
Чёрного к селёдке,
К чаю — заварного,—
Так она сказала.—
Марципан сестрёнке,
Братику калачик
Или бублик с маком,
Да проси горячий! —
И ещё велела
Принести ей сдачу:
Сорок пять копеек,
Ровно сорок пять.—
Сосчитай по пальцам,—
Так сказала мать.
Радуйся, собачка,—
На тебе горбушку!
Радуйся, козлёнок,—
На тебе краюшку!
Чёрный — поросёнку,
Заварной — телёнку,
И котятам с кошкой
Хватит понемножку.
Марципан — щенятам,
И калач — утятам,
А цыплятам с квочкой
Халы по кусочку,
Корочки — индейке,
Крошки — канарейке,
Маме же вся сдача —
До одной копейки!


ГЛОТОК ВОДЫ

Солнце на небе,
Знойные дни.
Можно растаять
Даже в тени.
Ну и жарища!
Ну и денёк!..
— Выручи, внучек,
Сбегай, сынок,
Сбегай на рынок!
Можешь купить
Кислого, сладкого,
Терпкого, мятного,
Лишь бы прохладного,
Лишь бы приятного,—
Бабушке очень
Хочется пить.
Шумом и гамом
Полон базар —
Громко торговцы
Хвалят товар:
— Эй, подходите!
Дыни берите!
Дыни берите!
Эту купите
Или вон ту.
Спелые дыни!
Сладкие дыни!
Дыни, как сахар,
Тают во рту.—
«Дыни, как сахар?
Как же тут быть?
Может быть, лучше
Сахар купить?»
Внучек собрался
Сахару взять,
В ту же минуту
Слышит опять:
— Эй, подходите!
Сахар берите!
Не прогадает
Тот, кто возьмёт
Крепкий мой сахар.
Белый мой сахар,
Сладкий мой сахар,
Сахар, как мёд! —
Внучек подумал:
«Сахар, как мёд?
Может быть, бабушка
Мёду попьёт?»
Вот и прилавок.
Пчёлы кружат,
Громко над сладким
Мёдом жужжат.
А продавец
Прохожих зовёт —
Громче и громче
Хвалит свой мёд:
— Люди, смотрите!
Сами смотрите!
Мёд мой, как масло,
Льётся струёй.
Эй, подходите!
Мёду берите!
Льётся, как масло,
Мёд золотой! —
Внучек подумал:
«Вот и прекрасно!
Значит, куплю я
Бабушке масла».
Только решил
Пойти покупать,
В ту же минуту
Слышит опять:
— Эй, подходите!
Масло берите!
Будете рады
Наверняка!
Свежее масло,
Чистое масло,
Словно водица
Из родника! —
Внучек подумал:
«Значит, тогда
Лучше всего
Простая вода...»
Крынку скорей
Наполнив водой,
Мальчик помчался
Прямо домой.
Сделала бабушка
Первый глоток —
Только сказала:
— Ну и денёк!..—
После второго
Вздохнула: — Да-а
Слаще, чем сахар,
Эта вода! —
Бабушка хвалит,
Хвалит и пьёт: —
Что за водица!
Слаще, чем мёд!


РАЗНОЦВЕТНЫЙ МАЛЬЧИК

Устала наша бабушка,
Присела на порог:
«Куда пропал,
Куда пропал,
Куда пропал внучок?»
Подумала,
Поохала,
Потом тихонько встала,
Пошла
Вокруг да около
Искать внучка сначала.
Пошла спросила
Столяров,
Бетонщиков
И маляров,
Спросила
У монтёров,
Вахтёров
И шофёров.
А ей шофёры говорят:
— Минуты три тому назад
Ваш внук
В машине, за рулём,
Сидел с водителем вдвоём,
Но где сейчас —
Никто из нас
Сказать не может вам,
Наверное, он побежал
В столярку к столярам.
Пошла бабуся к столярам:
— Ах, будьте так добры —
Куда мой внук
Мог деться вдруг —
Скажите, столяры?
А плотники
И столяры,
Поставив в угол топоры
И сбросив стружку
Под верстак,
Старушке
Отвечают так:
— Минуты три тому назад
Вы здесь нашли бы внучка.
У вас растёт чудесный внук.
Совсем не белоручка.
Малыш рубанки подавал
И даже гвозди забивал,
Силёнок не жалея,
Принёс две банки клея.
А где сейчас —
Никто из нас
Сказать не может вам,
Попробуйте ещё зайти
Напротив — к малярам.
Пошла бабуся к малярам,
А маляры в ответ:
— У вас растёт прекрасный внук.
Не белоручка, нет,
Он подносил олифу нам
Не покладая рук...
Минуточку,
Да вот он сам.
Не это ли ваш внук?
А бабушка
Растеряна:
— Я видела немало,
Но разноцветных мальчиков
Нигде я не встречала.—
Замазку,
Клей,
Белила
Отмыть
Не хватит
Мыла.
На курточке засохла
Пятном яичным охра,
И прямо на макушке
Торчат
Смешные
Стружки.


МЫ ИГРАЕМ

Мы играем,
Мы играем —
Чистим,
Моем,
Вытираем.
Мы сегодня
Вчетвером
Выстроили
Новый дом.
Боря
Красил потолок,
Коля
Привинтил замок,
Я принёс
Ведёрко мела,
Нина
Воду подогрела,
И, покуда
Не стемнело,
Каждый делал
Все, что мог.
В понедельник
Ровно
В час
Мы зажжём
На кухне газ.
А во вторник
Утром
Рано
Побежит
Вода
Из крана.
В среду
Будем печь
Пирог,
Купим сахар
И творог.
Вымоем
В четверг
Окошки,
Блюдца,
Чашки,
Вилки,
Ложки.
Скатерть
В пятницу
Погладим
И за стол
В субботу
Сядем.
Приходите
На веселье:
В воскресенье —
Новоселье!
Вход в квартиру
Со двора...
Вот и кончена
Игра.


ПЕСЕНКА ТОЧИЛЬЩИКА

Я точу о камень
Нож,
Чтоб в работе
Был хорош.
Чтобы резал
Хлеб и лук,
Но не резал
Ваших рук.
Чтоб на отдыхе
В лесу
Резал хлеб
И колбасу.
Резал яблоки
И груши
Для тебя
И для Илюши.
Твой арбуз,
Если сладок
Он на вкус.
Чтоб умел строгать,
Скрести,
Помогать
Тебе в пути.
Я точу о камень
Нож,
Чтоб к работе
Был он гож.
Добрый нож
Я наточу,
Злой —
Точить я не хочу.
СДОБНЫЙ ДОМИК
— Домик, домик,
Сдобный домик,
Кто тебя построил,
Домик?
— Получился
Я не сразу
И построился
Не скоро.
Надо мной
Трудились руки
Тракториста,
Комбайнёра,
Мельника
Белого,
Пекаря
Умелого.
— Домик, домик,
Сдобный домик,
Леденцовые окошки,
Кто сложил
Твоё крылечко,
Уложил
Твои порожки?
— Это розовые
Лапки,
Просто розовые
Лапки
Так сложили,
Уложили
Леденцы
И шоколадки.
— Сдобный домик,
Тёплый домик,
А кому тебя подарят
Розовые лапушки?
— Ну кому же,
Ну кому же,
Ну кому же ещё, кроме
Доброй старой бабушки!


ПЕКАРЬ

— Пекарь,
Пекарь,
Для чего ты
Из баранок
Сделал счёты?
— Подсчитать
Хочу точней,
Хватит ли в Москве дрожжей,
И прикинуть,
Сколько надо
Рафинада
Взять со склада,
Сколько масла
И муки
Привезут грузовики.
Торт я нынче испеку,
Всем рабочим —
По куску,
Всем,
Кто строил новый дом —
Дом,
В котором мы живём.


НЕ ЗНАЮ

Думал я, думал
И думал опять:
Куда же, скажите,
Мне руки девать?
— Вазы не трогай!
— От кошки отстань!
— В бочку железную
Не барабань!
Руки в карманы
Сунул. Но вот
Вдогонку я слышу:
— Лентяем растёт!
И на стене
Не велят рисовать.
Куда же, скажите,
Мне руки девать?
Дела рукам
Не придумать никак...
Может быть, надо
Ходить на руках?


ВЕТЕР-ВЕТЕРОК

Есть на свете взрослый Ветер,
Есть и Ветер-Ветерок.
Он резвее, чем котёнок,
Веселее, чем щенок.
И любимые игрушки
Есть у Ветра-Ветерка:
У мальчишки на макушке
Три упрямых волоска,
Скрип разбуженной калитки,
Шелест листьев поутру.
Схватит он листок бумаги —
И гоняет по двору.
Или ласточку поймает
И подбросит в облака.
Вот любимые игрушки
Озорного Ветерка.


ИГРА

Вот я вижу: куст растёт в саду,
Воробьи играют в чехарду.
Вижу крышу дома своего...
А теперь не вижу ничего.
Вот я вижу: пыль стоит столбом,
Грузовик промчался за углом,
Вижу, как шофёр ведёт его...
И опять не вижу ничего.
Вот я вижу: лёгкий мотылёк
Раскачал высокий стебелёк,
Вижу я, как шмель влетел в окно...
И опять вокруг меня темно.
Снова вижу: выбивают кресло,
Вижу, как порхает стрекоза...
До чего же это интересно:
Открывать и закрывать глаза!


РАЗНОЦВЕТНОЕ МОРЕ

Если возьмём
Всего понемножку:
Чёрного моря
Кружку,
Белого моря
Ложку,
Красного моря
Кадушку
И Жёлтого моря
Ведро,
Выйдет у нас
Разноцветное море.
Ох и красиво!
Ну и пестро!


КОНЧИЛОСЬ ЛЕТО

Пол не скрипит,
Отдыхает порог —
Покинули дачу
Топ-топ
И прыг-скок.
В комнатах пусто,
Тишь, полумрак —
Уехали в город
Дзинь-дзинь
И тик-так.
Падают листья
В уснувшем саду —
Автобус увёз
Трам-там-там
И ду-ду.
Кукла лежит
В пожелтевшей траве:
Листик как шапочка
На голове.
Ей с каждым днём
Всё грустней и грустней...
Что же автобус
Не едет за ней?


ЧТО СЛУЧИЛОСЬ

Ах, что было,
Что случилось!
Дверь тихонько отворилась
И тихонько затворилась,
Мы судили,
Мы рядили,
Да и думать бросили:
Кто же к нам
Через порог
Кинул жёлтенький
листок —
Письмецо от осени.


ПЕСЕНКА

У меня есть нитка,
У тебя — уменье,
У меня — иголка,
У тебя — терпенье.
Кто мешает
Нам с тобой
Кукле
Сшить пальто?..
Если сильно вдуматься,
То, в общем-то, никто.


БУБЕНЧИК

Весёлый
Бубенчик
Звенит
Под дугой,
Сегодня
Я буду
Лошадкой лихой.
А если
Почувствую я,
Что устал,
То я, отдохнув,
Превращусь
В самосвал.


БОРОДАТЫЙ ПАРОВОЗ

Пых-пах!
Пых-пах!
Мы летим
На всех парах!
Пусть с бородой
Паровоз — не беда!
Нам не мешает
Его борода.
Пара очков
Паровоз украшает,
Нам это тоже
Ничуть не мешает:
Он молодцом
На разъездах свистит,
Он молодцом
На подъёмах пыхтит...
И убегают,
Словно живые,
Станции,
Стрелки,
Огни путевые...
Пых-пах!
Пых-пах!
Но что-то случилось!
Что-то стряслось,—
Может, сломалась
Главная ось?
Встал паровоз
Посредине пути —
Видно, не может
Он дальше идти.
Встал, потянулся
И сладко зевнул:
— Как же я славно,
Внучата, вздремнул!


ЦИРК

Дал ты дедушкину палку,
Мамин пояс дал ты мне.
Я — наездник в нашем цирке!
Я гарцую на коне!
Дал тебе я пёстрый мячик,
Десять шариков я дал.
О Ты сейчас же стал жонглёром,
Ловким фокусником стал!
Дал ты мне дырявый зонтик,
Шапку старую свою.
Я теперь — весёлый клоун!
Я танцую и пою!
Ничего тебе не дал я.
Ничего ты мне не дал.
И никем теперь не стал я,
Но и ты никем не стал.


ДВЕ ПОЛОВИНКИ

Я и Фрейда — внук и внучка,
Я и Фрейда — брат с сестрой,
Но она такая злючка,
Трудно выдержать порой!
Отчего же наши беды,
Наши ссоры отчего?
На двоих имеем деда
Я и Фрейда — одного.
Стоит взять его фуражку,
Зонтик, книгу или чашку,
Фрейда топает ногой:
— Дед не твой, а только мой!
И даже подтяжки,
И даже очки,
И даже завязки,
И даже крючки,
И даже часы
У него на руке,
И даже карман
На его пиджаке,
И даже галоши,
И даже бельё —
Всё это её
И ничуть
Не моё!
Тогда я хватаю её за косу
И пальцем у самого носа трясу:
— Царапайся! Мне совершенно не больно!
Но дедушка мой, издеваться довольно!
И даже ресницы,
И даже усы,
Не только галоши,
Не только часы,
Но даже глаза
И его борода —
Всегда они были
Моими!
Всегда!
И Фрейда подпрыгнула, словно тигрица
Она совершенно меня не боится!
Сейчас растерзает меня, как зайчонка,
И даже ботинки проглотит девчонка,
И даже штанишки,
И даже чулки,
И даже завязки,
И даже крючки,
И медную пряжку
Мою от ремня...
И вот не останется
Вам от меня
Ни кончика носа,
Ни ногтя, ни даже
На память
Волос моих
Чёрных, как сажа.
Но дед помирил эту жадину с братом,
Он сам поделил себя рыжим шпагатом,
Одна половина по выбору — ей,
Другая считается только моей.
И даже подтяжки,
И даже очки,
И даже завязки,
И даже крючки,
И даже ресницы,
И даже усы,
И даже галоши,
И даже часы,
И даже глаза
И его борода
Поделены поровну
И навсегда!
И каждый имеет свою половинку.
У каждого есть по ноге, по ботинку,
И полбороды, половина пальто...
Прекрасно, и больше не спорит никто!


ПЯТЬ ВЕСНУШЕК

Мылом
На стенке
Вымыли местечко,
Где нарисовал я
Смешного человечка...
Ластиком
Стёрли
Большущую птицу —
Её нарисовал я
На книжной странице.
Щёткой,
Мылом
Стёрли
Чернила,
Которые
На пол
Вчера я накапал...
А я мылом
Тёр-
Тёр,
Я мочалкой
Тёр-
Тёр,
Полотенцем
Тёр-тёр,
Но не стёр
До сих пор
Ни в корыте,
Ни в тазу
Пять веснушек на носу
Отмываются в газу
Локти и коленки,
Но видны
На носу
Все мои проделки!


СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

Стоял я у причала.
И плыл во мгле ненастной,
Попыхивая трубкой,
Кораблик коренастый.
— Послушайте, кораблик,
Нельзя ли прикурить? —
И он остановился
Со мной поговорить.
И мы дымили трубками
У края волн зелёных,
Как два старинных друга,
Смолёных и солёных.


ПРО ВЕСЁЛЫЙ ПИРОЖОК

Расскажу тебе,
Дружок,
Про весёлый
Пирожок.
Словно всадник
На кобылке,
Пирожок
Сидит на вилке.
Он галопом
Едет, едет,
А куда он
Едет, едет?
Ты ответить
Должен
Сам.
— Ам!


В УГОЛКЕ

Кто тут плачет
В уголке,
Копит слёзы
В кулачке?
Для чего они ему,
Не известно никому:
Ни берёзе,
Ни осине,
Ни лозе,
Ни хворостине,
Никому,
Никому,
Разве только одному —
Одному, кто в уголке
Копит слёзы
В кулачке.


ТИХИЙ ЧАС

В этот час
На всех часах
Тихий час,
Тихий час.
Стрелки ходят
На носках
В этот час,
Тихий час.
Шестьдесят минут
Стоят
На часах
Целый час.
— Не шумите,—
Говорят, —
Дети спят:
Тихий час...


СВОЯ ПОГОДА

Сыро, хмуро
За окном,
Дождик моросит,
Низко
Небо серое
Над крышами висит.
А в доме
Чистота, уют:
У нас своя
Погода тут.
Улыбнётся мама
Ясно и тепло —
Вот уж вам
И солнышко
В комнате
Взошло!


ОЙ, БОЮСЬ!

Не боюсь,
Не боюсь
Злого таракана,
Злого таракана
С длинными усами!.
Не боюсь,
Не боюсь
Толстого сазана,
Скользкого сазана
С круглыми глазами!.
Не боюсь,
Не боюсь
Круглого барана!
Но боюсь,
Ой, боюсь
Круглого болвана!!!


БУДЬТЕ ЗДОРОВЫ

Жаркий полдень.
Все уснули.
Дремлет бабушка
На стуле.
Дремлет кошка
На пороге.
Дремлют куры
На дороге.
Лёжа в зарослях
Зелёных,
Спит корова
И телёнок.
Дремлют гуси,
Дремлют козы,
Дремлют листья
На берёзе.
Смотрит Лёва
Из окна,
Ти-ши-на.
Тишина кругом,
Дремота.
Вдруг чихнул
Негромко кто-то.
Кто чихнул,
Не понял Лёва.
Может, бабушка спросонок?
Кошка?
Курица?
Корова?
Не корова — так телёнок?
Или гуси?
Или козы?
Или веточка берёзы,
Задремавшей у окна?
Ти-ши-на.
И сказал трёхлетний Лёва
— Кошка Мурка,
Будь здорова!
Будьте, козы,
Все здоровы!
И телята
И коровы!
Простужаться
Вам не надо,
Гуси,
Куры
И цыплята,
Мошки,
Бабочки,
Стрекозы
И весёлые берёзы,
Что у нашего окна...—
Ти-ши-на.
Помолчал немного
И прибавил Лёва:
— Дорогая бабушка,
Будь всегда здорова!


ТИК-ТАК

Идёт тик-так,
Идёт тик-так.
На нём серебряный
Пиджак,
Тик-так шагает
Неустанно.
Тик-так нас будит
Утром рано.
Тик-так дежурит
На вокзале,
Чтоб поезда
Не опоздали.
С постелью рядом
Он на стуле:
«Больной!
Пора принять пилюли!»
Тик-так в метро
И на футболе.
Тик-так следит
За нами в школе.
Зовёт нас на обед,
На ужин.
Тик-так нам постоянно
Нужен.
Тик-так идёт
Всегда вперёд.
И в Новый год
Тик-так ведёт.
м ы
Мы — это мы!
Это Дима и Рома.
Мы не боимся ни тучи, ни грома.
Всюду мы вместе, всегда мы вдвоём:
Вместе мы сдачу при драке даём,
Вместе мы пилим, строгаем, копаем,
Вместе щенка озорного купаем,
Вместе на речке мы крепости строим,
Вместе колодцы глубокие роем,
Вместе мы змея большого пускаем,
Вместе мы хворост из леса таскаем,
Вместе мы скачем, смеёмся и плачем.
Вместе наживку мы в погребе прячем,
Вместе в ведёрке приносим мы рыбку,
Вместе поём мы под дядину скрипку,
Вместе мы дома решаем задачи,
Вместе гордимся мы каждой удачей,
Вместе пыхтим, если мы — паровоз.
А нашалим, так с обоих и спрос.


КРУГЛОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Мы будем ехать
Круглые сутки:
Туки-туки,
Туки-туки...
Луну мы встретим
И солнце встретим
И мы
ещё
не приедем.
Мы будем ехать
Круглый год:
Цок-цок,
Цок-цок...
Весну мы встретим
И лето встретим,
И мы
ещё
не приедем.
Мы будем ехать:
Дзинь-дзинь!
Дзинь-дзинь!
Дзень-дзень!
И в тот далёкий-далёкий день.
На круглых
Бесшумных
Лёгких
Колёсах
Мы въедем
В свою неизвестную осень,
Которую мы ещё не листали,
Которую мы ещё не читали!


СЕКРЕТ

Ребёнок играет
У старых ворот:
То скачет, то плачет,
То песню поёт,
То по дощечке
Железкой стучит.
Ох и забавно
Дощечка звучит!
А мастер скрипичный
Очки приподнял,
Окно распахнул
И на цыпочки встал:
— Дощечка такая
Давно мне нужна.
В руках моих скрипкою
Станет она.—
И новая скрипка
Явилась на свет,
И есть в ней какой-то
Чудесный секрет.
То скрипка заплачет,
То песню споёт —
Совсем как ребёнок
У старых ворот.


ПОКУПКИ

Вчера купили мне ружьё,
Чтоб я охотился в лесу.
Чтоб я лису поймал в лесу,
Вчера купили мне лису.
И будет рыжая лиса
Дрожать,
Когда я буду за лисой
Бежать!
Купили пса лохматого,
Купили неспроста —
Он будет след обнюхивать
У каждого куста.
И будет рыжая лиса
Дрожать,
Когда он будет за лисой
Бежать!
Купили медный котелок,
Он будет песню петь,
Когда ночами на костре
В нём чай начнёт кипеть.
На всех купили петушка,
И по утрам наверняка
Он будет поднимать в лесу
Меня, собаку и лису.


В МЕТРО

Ехала в метро
Старушка,
Прислонясь щекой
К мешку.
Вдруг на весь вагон раздался
Громкий крик:
Ку-ка-ре-ку!
И на лицах
Засветились
И улыбка
И добро...
На секунду
Показалось —
Наступил рассвет
В метро.


ЖУЧКА

Ночь на дворе,
За окном тишина,
Медленно движется
В небе луна.
Заперты двери,
Закрыты ворота,
Только вот Жучка
Не спит отчего-то.
Лает и лает,
Зачем? Почему?
Честно признаться —
И сам не пойму.
То ли не спится
Сегодня собаке,
То ли ей кошки
Приснились во мраке.
То ли казалась
Луна за окном
Сахарной косточкой
В небе ночном?


БУБЛИК С МАКОМ

— Хочешь, тебе сделаю
Четыре пирожка
Из самого чудесного,
Из чистого песка?
Только дай попробовать
Бублик с маком.
— А что же мне останется?
А что же мне достанется?
— Достанутся тебе
Четыре пирожка
Из самого чудесного,
Из чистого песка
И к тому же дырочка
От бублика с маком.


ПШЕНИЧНЫЙ ЧЕЛОВЕЧЕК

Пшеничный человечек
Топ-топает к цветам.
— Пшеничный человечек,
Растёт Крапива там...
Так шепчутся Ромашки.
Он слушать их не хочет,
Ему погладить хочется
Лиловый Колокольчик.
И жгучая Крапива
Его подстерегла,
Подставила колючий лист
И руку обожгла.
— Не плачь, не плачь, пожалуйста,
Пшеничный человечек.
Наш доктор Подорожник
Легко и быстро лечит.
А вам-то, Колокольчики,
Должно быть стыдно всем:
Крапиву эту злую
Вы прятали зачем?


У МЕНЯ ЕСТЬ ФАСОЛИНА

У меня — фасолина!
У меня — фасолина!
Гладкая фасолина!
Сладкая фасолина!
Посажу фасолину!
Посажу фасолину!
Гладкую фасолину!
Сладкую фасолину!
Ещё бы корзиночку тучек,
В кармашке —
Солнечный лучик,
Чтоб огородик
Поил я и грел,
Чтоб урожай
В огородике зрел.
Тогда бы на стол
Я поставил хлеб-соль
И вас пригласил бы
Ко мне на фасоль!


ЦАП-ЦАРАПЫЧ

Цап-Царапыч, страшный кот,
Простачков к обеду ждёт.
Только виден из куста
Кончик чёрного хвоста.
Хоть сидит он тихо-тихо,
Но ни с чем уйдёт опять:
Воробьятам воробьиха
Запретила здесь гулять.


КТО КОГО БОИТСЯ

Слонёнок боится
Мышонка,
Мышонок боится
Котёнка,
Барашек боится
Волков,
А волки —
Красных флажков.
Щуки боится
Плотвица,
А щука
Крючка боится.


ОГОРОДИК

Огородик посажу
И кругом огорожу,
Протопчу туда дорожку
Никому не покажу:
Ни лобастому телёнку,
Ни ушастому зайчонку,
Ни курице с цыплятами
Ни свинке с поросятами
Черепахе и ежу —
Даже им не покажу.
Огородик посажу
И кругом огорожу,
Только дождику дорогу
В огородик укажу.


ЧЕТЫРЕ ШАПКИ

Четыре шапки у клёна,
Не снимешь их для поклона.
Одна — как зелёная дымка:
Сквозная, почти невидимка.
Другая — тёмно-зелёная,
Гнёздами отяжелённая.
Третья — всех ярче шапок,
Будто вся из гусиных лапок.
А четвёртая — белая-белая.
Угадай, из чего она сделана?
Разгадка совсем простая:
Торопись — не то шапка растает.


УЗЕЛОК

Не завяжешь
Узелок,
Потеряешь
Башмачок.
Не завяжешь
Узелок,
Не заштопаешь
Чулок.
Не развяжешь
Узелок,
Не достанешь
Кренделёк.


ЧТО ГДЕ СПРЯТАНО

Дерево прячет
Корни в земле.
Искры таятся
В тёплой золе.
В жёлуде зрелом
Спрятан дубок.
В хрупкой скорлупке
Спрятан желток.
Жемчуг — в ракушке,
Рыба — в пруду.
Только лишь глупость
Одна на виду!


ЧЕМУ УЛЫБАЛАСЬ ЛУНА

Шепчутся в комнате
Два одеяла:
— Что я видала!
— Что я видала! —
К окошку тихонько
Подкралась Луна,
Привстала на цыпочки,
Слышит она,
Как шепчет на ушко
Подушке
Подушка:
— Сегодня гуляла
В саду у пруда
И видела:
С неба скатилась
Звезда.
Мы утром
Пойдём туда сами,
Найдём её
Под лопухами.
— А я что видала
На нашем пруду!
Там плавали туфли
У всех на виду.
И крякала
Серая туфля,
Что солнце
За лесом потухло...—
Стояла тихонько Луна
У окна.
Она улыбалась.


ДОБРОЙ НОЧИ

Нашумелись,
Наплясались,
Нарезвились,
Наигрались.
И подкралась
Тишина,
Тихо села
У окна.
Ветерок
Листвы не тронет,
Под кустом
Улёгся он.
Колокольчик
В дрёму клонит.
Одуванчик
Видит сон.
Сон пушистый,
Серебристый
Не спугните
Невзначай.
Доброй ночи.
Доброй ночи.
Спите, дети.
Баю-бай.


ПОКА ЭТОГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ

Тот, кто ночью
Спать не хочет,
Кто болтает,
Как звоночек,—
Не даёт цветку
Раскрыться
И уснуть
Мешает птице,
И мешает он
Оленю
Стать у речки
На колени,
Не даёт
Воды напиться.
Кто там ночью
Спать не хочет?
Кто болтает,
Как звоночек?
Испугается
Подснежник,
Потеряет
Запах нежный.
И водицы
Не напьётся
Перепуганный
Олень.
Утром птица
Не проснётся,
Не разбудит
Новый день.
Поскорей, сынок,
Уснём,
Чтоб проснуться
С новым днём.


ВЕЧЕРНЯЯ

От села и до села
Песенка ходила,
Никого не подняла
И не разбудила.
Заходила к белке,
Забежала к волку,
Завернула к зайке —
Заглянула в щёлку.
Осторожно подошла
К нашему окошку:
«Вправду дети спать легли
Или понарошку?
Кто уснёт скорее всех,
Встанет спозаранку,
Подарю ему орех,
Пряник и баранку».


СЛОВО НЕ ВОРОБЕЙ,
ВЫЛЕТИТ — НЕ ПОЙМАЕШЬ

Пишет Серёжа,
В жестокой
Обиде,
Брату, который
Живёт
В Антарктиде:
«Год пролетел
И ещё
Половина,
Ты до сих пор
Не прислал мне
Пингвина.
И неприятно
Мне думать
О том,
Что оказался
Мой брат
Болтуном».
Вот как
Однажды,
Без умысла
Злого,
В строчку
Прокралось
Обидное
Слово.
Влезло
Сквозь щёлку
В ящик почтовый,
Ловко
Пробралось
В мешок
Холщовый.
Зелёную улицу
Дали экспрессу,
И покатило слово
В Одессу —
Туда,
Где на рейде
Стоят
Величаво
Суда
Китобойной флотилии
«Слава».
Приплыло оно
В Антарктиду,
И вот
Почту в посёлок
Привёз
Вертолёт.
А в дальней
Москве,
На Волхонке, 4,
Раздался
Звонок
В 45-й
Квартире.
Раздался звонок...
И высокий
Мужчина
Сказал:
— Принимайте
В подарок
Пингвина...—
Серёжа растерян:
И рад,
И не рад...
Как жаль,
Что письмо
Не воротишь
Назад.


ДОРОГА

Уходят дороги длинные,
Дороги длинные-длинные,
Уводят в страны гусиные,
Орлиные и журавлиные.
Ты только от стула
Дошёл до стола —
Уже пред тобою
Дорога легла.
Пойдёшь ты дорогою длинною,
Дорогой длинною-длинною,
Минуя страну журавлиную,
Минуя страну лебединую.
Зимою и летом
Ты будешь в пути,
Пока не найдёшь
То, что надо найти.
Запомни, что в страны гусиные,
Орлиные и журавлиные
Уводят дороги длинные,
Дороги длинные-длинные.


НОВОГОДНЯЯ СКАЗКА

У дедушки Мороза
Снежинка на носу.
Собирались ёлки
Вечером в лесу.
Сорок голубых,
Шестьдесят постарше,
Сорок молодых.
Закружились вместе
Ёлочки и ели
И лесную песню
Зимнюю запели:
— Падайте, снежинки,
Падайте скорей,
Белую дорогу
Тките для саней.
— Нравится мне песня,—
Дед-Мороз сказал
И снежинкам с неба
Падать приказал.
Звёздочки и звёзды
Полетели с неба,
И дорога стала
Белою от снега.
Закружились снова
Ёлочки и ели
И другую песню
Зимнюю запели:
— Прилетай к нам, ветер.
Без иглы и нитки
Сшей ты нам, портняжка,
Белые накидки.
— Нравится мне песня,—
Дед-Мороз сказал
И лететь скорее
Ветру приказал.
И примчался ветер,
Озорной и ловкий,
Без иглы и нитки
Мигом сшил обновки.
Снова закружились
Ёлочки и ели
И другую песню
Радостно запели:
— Мы теперь готовы,
Мы теперь поедем!
На весёлый праздник
Мы поедем к детям.
— Нравится мне песня,—
Дед-Мороз сказал
И подать скорее
Сани приказал.
Волк Морозу тащит
Шубу меховую,
А Лисица — шапку
Рыжую, большую.
Зайцы рукавицы
Принесли к саням.
А мешок с подарками
Появился сам.
Семь коней горячих
Вихрем — под откос!
Едет-едет к детям
Дедушка Мороз.


Я И МАМА

Я и мама так похожи друг на друга, как только
могут быть похожи мама и сын.
Улыбаюсь я, как мама,
Так же хмурюсь я упрямо.
У меня такой же нос
Й такой же цвет волос.
Только ростом я пониже. Но мама уже не растёт.
А я расту — значит, скоро догоню.
Ростом ниже я. Но всё же
И глаза у нас похожи.
Даже папа мне сказал:
— Просто мамины глаза!
Только мама видит одно, а я — совсем-совсем
другое.
Говорит мне мама: — Боря,
Лужу надо обойти.—
Я же вижу: это море,
Сине море на пути!
Я разбегаюсь и — раз! —перепрыгиваю через мо-
ре. И вот мама далеко-далеко, на том берегу. Раз —
и обратно. И мама снова близко-близко.
Ходим в ногу я и мама.
— Как похожи! — говорят.
Только мама смотрит прямо,
А я налево и направо
И ещё смотрю назад.
И если бы я не вертелся, как юла, никто бы и от-
личить не мог, где мама, а где я.


СЕКРЕТ СТАРОЙ ПАЛКИ

— Рассказать тебе секрет,— как-то мне сказала
мама,—
Про озорника мышонка, что тайком залез на стол?
Он от кофе отвернулся,
К огурцу не прикоснулся,
На селёдку не взглянул,
Колбасы кусок стянул...
Нет, пожалуй, мне не стоит выдавать его секрет.
Нас подслушать может кот, что давно следит за нами.
Расскажу тебе я лучше про разбойника кота,
Того самого кота, что тайком к столу подкрался.
Он от кофе отвернулся,
К огурцу не прикоснулся,
На селёдку не взглянул,
Колбасы кусок стянул...
Нет, пожалуй, мне не стоит выдавать его секрет.
Нас подслушать может пёс, что давно следит за нами.
Расскажу тебе я лучше про бессовестного пса,
Того самого проныру, что тайком к столу подкрался.
Он от кофе отвернулся,
К огурцу не прикоснулся,
На селёдку не взглянул,
Колбасы кусок стянул...
Нет, пожалуй, мне не стоит выдавать чужие тайны.
Нас подслушать может палка, что давно стоит в углу.
Расскажу тебе я лучше про берёзовую палку...
Нет, пожалуй, мне не стоит выдавать её секрет.
Да и что там за секрет может быть у старой палки!
Каждый знает-понимает, что у палки два конца.


КТО ПРИЕХАЛ В КНИЖКУ

Катит поезд —
Чу-чу-чу!
И кричит:
«Лечу-чу-чу!»
Что творится на вокзале!
Зайца чуть не растоптали,
Слон и тот бежит вприпрыжку...
Это кто там едет в книжку?
Звери мчатся со всех ног,
Но звучит вблизи гудок...
Здравствуйте!
Приехал в книжку
Энык-Бенык,
Наш дружок.


ЭНЫК-БЕНЫК ЗНАЕТ ВСЁ

Энык знает всё на свете.
Энык-Бенык вам ответит,
Сколько будет дважды два,
Почему растёт трава,
Отчего пищит мышонок
И толстеет поросёнок.
Раз ему и говорят:
— Ты всё знаешь,— говорят.
Почему, скажи, цыплятами
Называют всех цыплят?
Даже бабушка не знала,
Даже повар тётя Алла.
В словарях порылся дед
И не мог найти ответ.
Энык знает всё на свете,
Энык-Бенык нам ответит:
— Потому они цыплята,
Что умеют, если надо,
Так на цыпочках ходить,
Чтоб кота не разбудить.


СКАКАЛОЧКА

Вот скакалочка —
Прыг-скок!
Вот считалочка —
Прыг-скок!
Кто считалочку придумал?
Энык-Бенык Колобок.
Кто там скачет — РАЗ, ДВА?
Кто бормочет — ква, ква?
— Здравствуй, Энык,
Здравствуй, Бенык,
Энык-Бенык Колобок!
Будь мне другом,
Энык-Бенык,
Дай скакалочки кусок.
— На, лягушка,
Мне не жалко.
Прыгай!
Вот тебе скакалка.
И ягнятам —
РАЗ, ДВА, ТРИ.
И козлятам —
Вот, бери!
И цыплятам —
ТРИ, ЧЕТЫРЕ.
И коту
У нас
В квартире.
И зайчатам —
ПЯТЬ И ШЕСТЬ.
И ещё
Кусочек есть.
Только кто там
У дверей?
А-а-а,
Бродяга воробей!
Выхватил
Кусок скакалки Ч
И запрыгал, ^
Сорванец... /
Скок!
Взлетел на дом соседний... /,
И считалочке
Конец.


ОТКРЫТИЕ

Час назад
Произошло
Важное событие:
Энык-Бенык Колобок
Совершил открытие.
Он открыл, что кружится
Всё в огромном мире:
Поросёнок в лужице,
Коридор в квартире,
Старенькая бабушка,
Маленькая внучка,
Сахарная косточка
И собачка Жучка,
Печка
В воздухе летит,
Кружатся дрова...
Но при этом кружится
Немножко
Голова.


МЫ МУЖЧИНЫ

Пусть плачут сосульки,
Пусть плачут туманы,
Дырявые крыши
И старые краны,
Худые корыта,
Оконные стёкла
И грустная шляпа,
Что в дождик намокла:
Кап-кап,
Кап-кап,
Кап-кап.
Но мы не сосульки,
Но мы не туманы,
Не крыши худые,
Не медные краны,
Ведь мы же с тобой,
Как известно, мужчины,
И нам же нельзя
Безо всякой причины —
Кап-кап,
Кап-кап,
Кап-кап
ЛУЧШЕ НЕ ЗНАКОМИТЬСЯ
Со столбом фонарным
Возле гаража
Лучше не знакомиться —
Мимо пробежать.
Энык поздоровался
С ним
Случайно
Раз-
говорит,
Что искры
Посыпались
Из глаз.


ТЕЛЁНОК

Мы увидали телёнка во рву.
— Что, Энык-Бенык, задумался ты?
— Как осторожно он щиплет траву -
Будто губами сажает цветы.


ПЕСЕНКА ПЕТУХА

Как-то я спросил у Эныка-Беныка:
— Говорят, ты ведь всё знаешь.
Скажи, почему петухи
Поют всегда одно и то же —
Ку-ка-ре-ку?
— У них плохая память,—
Сказал Энык-Бенык.—
Однажды они выучили
Одну песенку
И всё время повторяют её,
Чтобы не забыть.


ЗВЁЗДНЫЙ ЧАЙ

— Тук,
Тук, тук!
— Кто стучится?
— Ночь!
— Что принесла?
— Чай со звёздами.—
Стал Энык-Бенык мешать ложечкой
Звёздный чай.
Мешал, мешал,
Пока звёзды не растаяли...
Проснулся Энык-Бенык,
Смотрит:
В стакане
Играют солнечные зайчики.
Вот как!


ГОРОХОВЫЙ ШУТ

Весёлый рисунок
На белом листке:
Стоит человечек
В большом колпаке.
В зелёный горошек
Рубашка на нём.
Зелёные лодки
Летают кругом.
— Скажи, Энык-Бенык,
Скажи, что к чему!
Зачем эти лодки,
Я в толк не возьму?
И Энык ответил:
— Наденьте очки,
Тогда вы увидите —
Это стручки!
Бобы и горох
Здесь на поле растут,
А в них заблудился
Гороховый шут.


ДЕРЕВЯННАЯ ТРУБОЧКА

Когда Энык-Бенык болел,
К нему приходил
Старый доктор.
У доктора был старенький
Деревянный чемоданчик
И старенькая деревянная
Трубочка.
И всякий раз доктор
Прикладывал трубочку
К груди и слушал.
— Доктор,— спросил Энык-Бенык,
А ваша трубочка умеет играть?
— Вот поправишься,—
Сказал доктор,—
Я тебе сыграю на ней
Песенку сердца:
Тук, тук, тук!..


ИЗ ЧЕГО СДЕЛАНО ПЛАТЬЕ

— Если шерсти овечьей
Пастухи настригут,
Если с шерстью овечьей
Поезда побегут,
Если те, кто у ткацкой
Машины стоят,
Разноцветные ткани
Наткут для ребят,
Если доменщик сварит
Хороший металл,
О котором на фабрике
Мастер мечтал,
Если сделает мастер
Иглу для портного,
Пару ножниц, утюг
Электрический новый,—
Значит, Эныка можно
Поздравить с обновой! —
Так ответил портной,
Надевая очки
И иглой пришивая
Стальные крючки.


ГРУСТНЫЙ ДЕНЬ

Этот день был очень грустным
Начался он с огорченья:
Утонула ложка в банке
Земляничного варенья.
Вскоре новые ботинки,
Те, что славно так скрипели,
Вымокли в глубокой луже
И бормочут еле-еле.
Захотел купать котёнка —
Уронил кастрюлю на пол,
Ничего не получилось,
Только руки исцарапал.
Вечером, в постели лёжа,
Глянул из-под одеяла,
В небе звёздочку увидел,
А она тотчас упала.


ЭНЫК-БЕНЫК ПРОСИТ

Покажите мне скорей
В Зоопарке всех зверей!
Я хотел бы прокатиться
В доброй сумке Кенгуру
И увидеть,
Как Жирафу
Моют шею поутру.


ПИСЬМО

— Энык-Бенык Колобок,
Что ты пишешь,
Мой дружок?
— Письмо.
— Кому?
— Себе самому.
— Энык,
Что в письме твоём?
...Вот получим
И прочтём.


КРУГЛЫЕ ГЛАЗА

Все
В Зоопарке
Удивлены:
— Смотрите
ТИГРЫ!
— Глядите
СЛОНЫ!!!
Энык
Ни капельки
Не удивлён.
— Подумаешь
ТИГР.
Подумаешь,
СЛОН...
Слышен
Голос Эныка-Беныка:
— Слон?
Чуть побольше
Нашего чайника!
Подумаешь, тигр.
Подумаешь, прыгнул.
Ну и что же?
На котёнка похоже.
Полосатый
Котёнок
Прыгает тоже!
И вдруг...
ПАВЛИН
Распустил
Хвост!
Энык-Бенык
Раскрыл
Рот.
Потом
Он сделал
Глубокий
Вдох.
Потом
Он сделал
И «Ух!»
И «Ох!».
Потом...
Потом...
Потом он сказал:
— Вот тут
Растут
Эти глаза...
Эти круглые,
Эти красивые,
Эти синие-
синие-
синие!..


ПАСМУРНЫЙ БУЛЬВАР

Купите!
Смотрите,
Какой красивый цвет!
На тонких
На нитях
Воздушный
Букет...
У Эныка
На ниточке
Розовый
Шар:
Розовый,
Розовый,
Розовый
Бульвар...
Розовая птичка,
Розовый
Кот
Розово облизывает
Розовый
Рот.
Розовые
Старушки,
Розовые
Старички
Смотрят в свои круглые
Розовые
Очки!
Розовых лошадок
Энык увидал.
Скачут лошадки
В розовую даль!
И Энык
И Бенык
Пустился
В галоп!
Но слышен
Воздушный,
Розовый
ХЛОП!..


КУДА УБЕГАЕТ ЗИМА

Спросил меня Энык,
Спросил меня Бенык:
— Куда убегает весна,
Когда прибегает
Горячее лето
И вишня горит у окна? —
Конечно, ему я ответил на это:
— В улыбку твою
Убегает она.
Спросил меня Энык,
Спросил меня Бенык:
— А лето куда убежит,
Когда прибежит
Ароматная осень
И лист на ветру задрожит? —
Конечно, ему я ответил на это,
Что осенью спрячется
Красное лето,
Оно в сентябре
Убежит по привычке
В румяные щёки
Твоей же сестрички.
— А осень? А осень?
А осень куда?
— А осень,— ему отвечаю тогда,—
С деревьев на землю
Стряхнёт абрикосы
И спрячется в мамины
Жёлтые косы.
А Энычек-Бенычек
Ходит за мной:
— Куда же зима
Убегает весной?
— Ах, Энычек-Бенычек,
Сам не пойму,
Но ранней весною
Ушанку сниму,
И Эныку-Беныку
Станут видны
Сугробы моей
Голубой седины.
И Эныку-Беныку
Станет понятно,
Куда убегает
Зима от весны.


ВЕТЕР - ПОЧТАЛЬОН

Клонит ветви
Старый клён:
— Здравствуй,
Ветер-почтальон!
Что принёс ты?
— Бандероль.
— Что в ней?
— Выслушать изволь.
Капитан живёт
В отставке,
Целый день
Сидит на лавке,
Курит пенковую трубку,
Эныку строгает шлюпку.
Свежий запах океана
Я принёс для капитана.
СИНИЙ дом
Воздух синий,
И сад пустой.
Лишь багряный
Горит листок,
Будто в сумерках
Кто-то зажёг
В синем доме своём
Огонёк.
Энык-Бенык сказал:
— Пойдём
Постучим
В этот синий дом.—
Но в оконце погас
Огонёк,
Лишь последний
Листок —
У ног.


ЗАГАДКА

— Что рисуешь, Энык-Бенык?
Для меня — загадка.
— Это не загадка,
Это куст и грядка.
Я рисую сад зелёный,
И тюльпаны, и пионы!
— Почему ж одна ромашка
У тебя на грядке?
— Тише, тише!
Все цветы
С ней играют в прятки.
И попрятались в бутоны
Все тюльпаны и пионы.
СНЫ
Однажды Энык-Бенык
Сказал: — Узнать бы мне,
Что старая солонка
Увидела во сне?
Какие сны сегодня
Платок увидел синий?
И что приснилось нашей
Двоюродной корзине?
И мама отвечала:
— Платок увидел сон,
Что с бабушкой-овечкой
В горах гуляет он.
Двоюродной корзине
Приснилось, что она
На свадьбу к тёте Иве
Ручьём приглашена.
Ну, а солонке старой
Приснился сон солёный:
И море, и кораблик,
И берег, весь зелёный.
Вздохнул тихонько Энык:
— Понятно, почему
Мне снилось, что солонку
Я повстречал в Крыму.


ГОРОД ШУТОК

Энык-Бенык
В Город Шуток
Пригласил
Шесть глупых уток.
Ровно
На шестые сутки
Прилетели
В город утки.
Но растаял
Город Шуток
На глазах
У глупых уток,
Потому что
Эти утки
Плохо
Понимали шутки.


ОБИДА

— Энык-Бенык, что стряслось?
Ты от слёз промок насквозь! —
Отвечает он, вздыхая:
— Приходила тётя Фая,
О каком-то одолженье
Тётю Соню попросила
И к себе на день рожденья
Наши стулья пригласила,
Пригласила нашу вазу,
Все ножи и вилки сразу,
Даже столик из угла,
А меня не позвала...


НЕБО ПРОХУДИЛОСЬ

Дождик по крыше
Стучал с понедельника.
Бабушка штопала
Курточку Эныка.
Штопала, штопала —
Вдруг рассердилась:
— Видно, и небо
Совсем прохудилось!
Смотрит, а Энык
Уже у дверей:
— Надо пожарников
Вызвать скорей!
Бабушка даже
Бросила шить:
— Что ещё выдумал?
Дождик тушить?
— Бабушка, что ты! —
Сказал Энык-Бенык.—
Приедет к нам лестница
В сотню ступенек.
Прошу тебя очень
Забраться повыше
И небо заштопать
Над нашею крышей.


ЭНЫК-БЕНЫК МЕЧТАЕТ

Если бы клякса
Вернулась
В чернила,
А мыльный пузырь
Возвратился бы
В мыло,
Обратно в коробку —
Моя стрекоза,
Дождь —
В облака,
А слёзы —
В глаза...
Если бы всё
Возвращалось обратно,
Ах, как было бы
Это приятно!


ВИНОВАТАЯ КОРОВА

— Энык, скажи,
Ты не знаешь, о чём
Корова
Печально
Мычит под окном?
— Кажется, наша корова
Просит прощения
Снова.
Стыдно, должно быть,
Бедняжке:
Опять она съела
Ромашки.


ВЕЖЛИВЫЕ УТКИ

Вчера я спросил Эныка-Беныка:
-- Почему так часто ныряют утки?
Энык-Бенык подумал и сказал:
— Они же вежливые
И низко вам кланяются.


КРУГЛЫЙ КАРМАН

В ту осень
Рано запел сверчок:
«Цвирк-цвирк-цвирк!»
— Морозная зима будет,—
Сказала бабушка.
— Морозная зима будет,—
Повторил Энык-Бенык
И попросил пришить
К зимней курточке
Круглый карман.
Энык-Бенык решил:
«На закате
Заберусь на горку,
Подставлю круглый карман,
И круглое солнышко
Сядет в него».
Забрался ли Энык-Бенык
На горку
Или не забрался,
Никто не видел.
Но в ту морозную зиму
У Эныка-Беныка не мёрзли


КОЗОЧКА

У Эныка-Беныка была
Весёлая козочка.
Каждое утро
Она весело кричала:
— Э-э-энык, Бе-е-нык!
Пойдём вместе на лужок.
И как-то раз
Он пошёл с ней,
А там на лужайке
Потерял её.
Но Энык-Бенык
Очень не хотел,
Чтобы люди узнали,
Что он потерял козочку.
И Энык-Бенык сам стал
Кричать по-козлиному:
— Б-е-енык, Э-э-энык!..—
Только люди удивлялись:
— И чего это весёлая козочка
Так грустно кричит?
Неужели она потеряла на лужке
Своего Эныка- Беныка?


ЭНЫК РИСУЕТ

Энык маму рисует мелом.
— Где ж её руки? —
Энык в ответ:
— Мамины руки
Заняты делом,
Мамины руки
Готовят обед.


КАК МОИ СТИХИ УВИДЕЛИ СВЕТ

Однажды очки водрузил я на нос,
Журнал развернул и, вздохнув, произнёс:
— Когда же увидят стихи мои свет?
— Завтра,— шепнул Энык-Бенык в ответ.
Наутро я встал — ещё было темно.
К столу подхожу, а стихов моих нет.
Энык их все наклеил на окно,
Чтоб поскорее увидели свет.


ЛЕБЕДИНАЯ ТЕНЬ

На ночь Энык-Бенык
Надевал ночную рубашку.
И как только рука его
Вынырнула из рукава,
На стене появилась тень.
— Как интересно! —
Сказал Энык-Бенык.—
Лебединая шея! —
Долго он смотрел
На своего лебедя.
А лебедь всё клонился,
Клонился
И наконец уснул,
Спрятав голову
Под тёплую щёку
Эныка-Беныка.


БОТИНКИ,
САНДАЛИИ И ЗВЁЗДЫ

Новые ботинки
Наконец мне дали,
А Эныку купили
Новые сандалии.
И сказал мне Энык
Шёпотом: — Пойдём
К звёздам, что сияют
Вон над тем холмом.
Я ответил: — Если
Каблуки собью,
Это не обрадует
Бабушку мою.
Но всё же Энык-Бенык
Меня уговорил,
Пуговицу медную
Даже подарил.
И пошли мы к звёздам,
А в руках держали
Новые ботинки
И новые сандалии.


ПРАВАЯ И ЛЕВАЯ

Правая и левая
Водят поезда,
Правая и левая
Строят города.
Правая и левая
Могут шить и штопать,
Правая и левая
Могут громко хлопать.
За окошком ходит ночь,
Руки так устали...
Правая и левая
Снят на одеяле.


ПРИГЛАШЕНИЕ

Запрягайте, чудаки,
Веники в коляску,
Уложите чемоданы,
Приезжайте в сказку
Если вы приедете,
То не пожалеете.
Там на синем коврике
Будут плавать лебеди,
Чёрный козлик
С обезьянкой
Будут фрейлехс
Танцевать,
А разбитая шарманка
Будет охать и вздыхать.
Будет щука
Кувыркаться,
А на белом потолке
Будет прыгать
И смеяться
Шут в зелёном колпаке.
Будет чайник
Бить в ладоши:
— Вот так штука!
Браво! Бис!
Вы довольны?
И я тоже —
Ваш
Овсей Овсеич
Дриз.


СОСНОВЫЕ ЦЫПЛЯТА

Все спят ещё.
А сказочник встаёт,
Коня седлает:
Он выезжает,
Чтоб собрать в лукошко
Огарки звёзд,
Погасших на рассвете,
И вылепить из них
Живые сказки.
Ну и хитрец он,
Сказочник лукавый!
И не такие знает он секреты,
Да только открывать их
Не спешит.
Но я упрям.
К нему я забегаю
За тем, за этим,
Словно бы за делом.
А сам смотрю,
Как будто невзначай,
На палку сучковатую его:
Не вылупились ли
Из этих толстых
Крутых сучков
Сосновые цыплята?


ТРИ ДЕРЕВЦА

Раз,
Два,
Три,
В сад мы вышли до зари.
Раз, два, три, четыре,
Посадить в саду решили
Глиняную дудочку,
Что мама подарила,
Тоненькую удочку
И кусочек мыла.
Не успели мы сказать:
Раз-два-три-четыре-пять,
Появились у крыльца
Три чудесных деревца.
И на первом выросли
Трубы, флейты, скрипки.
На втором запрыгали
Золотые рыбки.
А на третьем деревце,
Только посмотри,
Выросли зеркальные
Чудо-фонари.
И пока не лопнули,
Сосчитай скорей,
Сколько тут на дереве
Мыльных пузырей.


ПТИЧЬИ ВАТРУШКИ

Если б я выучил
Птичий язык —
Все эти «фью-фью»,
«Цыв-цыв-цыв»,
«Чик-чирик»,
Позвал бы я ласточек
Ласковым словом,
Сказал бы я ласточкам
Черноголовым:
«Прошу вас,
Порадуйте старика,
Достаньте мне
Птичьего молока».
Упрашивать птицы
Себя не заставят,
Горшок молока
На окошко поставят.
А дня через два
Был бы птичий творог.
И тут бы я
Птичьих ватрушек
Напёк.
Затем пригласил бы
Друзей и подружек
Отведать
Воздушных
Румяных
Ватрушек.
И вдруг бы ватрушки мои
Полетели...
И все б их ловили,
Кричали, свистели
И с кресел бы прыгали
Под потолок —
Такой был бы сказочный
Переполох.
Когда по утрам
Выхожу я из дома,
Я слушаю
Птичий
Приветливый гомон.
Но, к сожаленью,
Ребята, пока
Не выучил
Птичьего языка.


ПРОГУЛКА

Нежился пруд на зелёной постели.
— Доброе утро! — птицы свистели.
И я увидал на дорожке своей,
Как поклонился цветку муравей.
Семейка опят, приподняв свои шляпки,
Доброго утра желала козявке.
А на жуке разъезжали росинки,
Так и блестели на бронзовой спинке.
Светло отражались в пруду облака.
И вдруг я увидел в воде чудака,
Который стоял подо мной вверх ногами.
Мы улыбнулись и стали друзьями.
Видно, и вниз головою нетрудно
Кому-то гулять в это доброе утро.


ПЕСЕНКИ ВЕСЁЛОГО ОСЛИКА

Не слушайте охотников
Не слушайте охотников!
Так врать, как врут они,
На белом свете могут лишь
Охотники одни.
Пришлось от них услышать
Не раз мне и не два,
Что перегнать косулю
Орёл бы мог едва,
Что я, как черепаха,
Лишь ковылять горазд.
И это говорилось
Не раз, не два — сто раз!
С тех пор едва минуло
Каких-нибудь три дня,
И всё ж пришлось косулю
Взвалить им на меня.
близнецы
Я и хозяин мой
В жару не унываем —
Соломенные шляпы
Мы оба надеваем.
Показывают пальцами
М альчишки-сорванцы:
— Их просто различить нельзя.
Вот это близнецы!
Да, мы похожи очень,
Но только не во всём —
Есть крупный недостаток
В хозяине моём.
Он маленькие уши
Под шляпой спрятать рад.
Зато мои, ослиные,
Из прорезей торчат.
и-а!
Хозяин мой, портной,
Вчера пришил к уздечке
Две шёлковые кисти
И медные колечки.
И я подумал с гордостью,
Что в случае таком
Я попросту обязан стать
Известным рысаком.
Не буду больше я таскать
Тележки и возы,
А стану я на скачках брать
Все лучшие призы.
Но тут пришёл хозяин
И среди бела дня
Сказал мне, что уздечку
Он сшил не для меня.
От горя и обиды
Я уронил слезу...
Нет, рысаку уздечку
Я сам не повезу.
И вот стоим мы оба —
Хозяин мой и я.
Вы слышите, я плачу:
И-а! И-а! И-а!


АХ, НАСЕДКА

— Ах, наседка, ах, соседка,
Вы спешите куд-куда?
— Жёлтой баечки купить,
Распашоночек нашить,
Ведь без них моим цыпляткам
Настоящая беда.
— Ах, наседка, ах, соседка,
Вы спешите куд-куда?
— Ситчик рябенький купить,
Сарафан весёлый сшить,
И с цыплятками моими
Я гулять пойду тогда.


ПЯТАЧКИ

Поросята Хрю-хрю-хрю,
Кверху хвостики-крючки,
Зарывали поутру
В огороде пятачки.
А цыплята Цып-цып-цып
Ах какие дурачки! —
Побежали в огород,
Чтобы вырыть пятачки.
Рыли пять часов подряд -
Всё искали этот клад.
Только вместо пятачков
Находили червячков.

ТУРЕЦКИЙ ДОЖДЬ

Турецкий мышонок —
Весёлый бедняк
Нашёл возле дома
Турецкий пятак.
Мышонок находку
В платок завернул
И побежал
По дороге в Стамбул.
Хотел он купить
На турецкий пятак
Турецкую феску,
Турецкий табак
И пару красивых
Турецких усов
В турецкой лавчонке
У старых часов.
Но дождик турецкий
В Стамбуле идёт.
Мышонок дрожит
У турецких ворот.
А стражник усатый
Ему говорит:
— По случаю дождика
Город закрыт.


ЮЛА

— Жу-жу-жу! — жужжит юла.
Это что же за дела?
Я хочу остановиться!
У меня в глазах двоится:
У сороки на заборе
Два хвоста, два хвоста!
Восемь лап, четыре уха
У кота, у кота!
А у старого барбоса,
Верь не верь, четыре носа!..
— Жу-жу-жу! — жужжит юла.
Может, я с ума сошла?
Так, ребята, не годится.
Я хочу остановиться!
Подо мной земля качнулась,
С боку на бок повернулась,
Повертелась, покрутилась —
И на небе очутилась!
А внизу,
Наоборот,
Оказался небосвод!
Самолёты,
Вертолёты
По земле летают!
Вверх ногами
Дворники
Небо подметают.
А молочницы,
Глядите,
Продают кефир
В зените!..
— Жу-жу-жу! — жужжит юла.—
До чего же я дошла!
Я уж слишком завертелась,
Мне вертеться расхотелось!
ПЕТУХИ
Не найти на свете краше
Петухов деревни нашей!
Что за вид,
Что за взгляд,
Что за праздничный наряд!
Надо в лавку побежать,
Поскорей купить тетрадь
И достать карандаши —
Больно петьки хороши!
Как открою я тетрадь —
Буду петек рисовать!
Одного я не пойму:
Шпоры,
Шпоры им к чему?
Петуха
На коне
Не видал я
И во сне.


ТРИ КАПИТАНА

Три отважных карапуза
На кораблике везли
Три невиданных арбуза
Из неведомой земли.
Сами руль они крутили,
Сами море бороздили,
Сами с мостика глядели,
Сами на мели сидели,
Сами борщ они варили,
Сами ели и хвалили
И творили чудеса —
Сами дули в паруса!


АРБУЗЫ

Труден был путь
Мореходов лихих:
Пираты не раз
Нападали на них,
Страшные бури
Над ними гудели,
Злые акулы
Сожрать их хотели.
Но вот наконец
Карапузы в порту,
Три важных арбуза
У них на борту.
Едва перебросили
Трап на причал,
Сейчас же оркестр
В порту заиграл.
Арбузы с командою
Сами простились,
По трапу на берег
Сами скатились
И, как только смолкла
Оркестра игра,
Сами себе
Закричали:
«Ура!»


СТО ВЕСЁЛЫХ ЛЯГУШАТ

Сто весёлых лягушат
На кораблике спешат,
На кораблике спешат
В край весёлых индюшат.
Сто весёлых индюшат
На кораблике спешат,
На кораблике спешат
В край весёлых лягушат.
Вот приплыли лягушата
В край весёлых индюшат.
— Где же ваши индюшата?
— Все в гостях у лягушат.—
Вот приплыли индюшата
В край весёлых лягушат.
— Где же ваши лягушата?
— Все в гостях у индюшат.
Так уже сто лет подряд
Ожидают, говорят,
Лягушата индюшат,
Индюшата лягушат.


ГОСТИ

Ой-да, ой-да,
Ой-да-лай,
Замесили
Каравай.
В гости козлики
Придут —
Им сметану
Подадут.
За столом
Козлята станут
Каравай макать
В сметану,
Кушать, слушать
И притом
Мекать-бекать,
Бекать-мекать
И об этом,
И о том,
И немножко
О другом.


СОЛОМЕННАЯ ШЛЯПА

Вот моя шляпа из тонкой соломы.
— Здравствуйте, здравствуйте.
Будем знакомы.
Вот на работу я утром иду.
Сажает деревья садовник в саду.
Кровельщик крышу кроет железом.
Доску строгает столяр под навесом.
Чинит часы часовщик-старичок.
А пекарь душистые халы печёт.
Тут моя шляпа сама поднимается,
Будто она улетать собирается.
Шляпу снимаю и кланяюсь я:
— Здравствуйте, доброе утро, друзья.
Вот я домой возвращаюсь под вечер.
Бездельник вразвалку шагает навстречу.
Берёзовым прутиком хлопает он
И, глядя на небо, считает ворон.
Встречаю нередко я этого молодца.
Берусь я за шляпу, хочу поздороваться.
Но шляпа чудесная так тяжела,
Как будто она к голове приросла.
И как ни стараюсь, поверьте, друзья,
Никак не снимается шляпа моя,
Лёгкая шляпа из тонкой соломы.
— Здравствуйте, здравствуйте. Будем знакомы


ПРО ДОЖДИК

Где ночует дождик?
В тёплых облаках.
Кто его будит?
Трах-тарарах.
Что говорит он?
— Бах-тарабах! —
Восемь пробило
На наших часах.
Хочет умыться
Поле и луг,
Рожь и пшеница,
Капуста и лук,
Стрекозы, букашки,
Козявки и сам
Наш генерал
Трах-тарабам!
РАДОСТЬ
Белый-белый мельник
Сел на облака.
Сыплется сквозь сито
Белая мука.
Наконец-то выпал
Первый снег.


ПОЧЕМУ СТРУЧКИ СМЕЮТСЯ

Клюнул пёстрый петушок
Гладкий боб,
Гладкий боб.
Боб подпрыгнул, и ему —
Прямо в лоб,
Прямо в лоб.
Рассердился петушок:
— Ко-ко-ко,
Ко-ко-ко! —
И обидчика зарыл
Глубоко,
Глубоко.
Начал боб в сырой земле
Прорастать,
Прорастать.
Вот и выросли стручки
Счётом пять,
Счётом пять.
И как вспомнит петушка
Старый боб,
Старый боб,
Засмеются все стручки:
— Дзоб-дзоб-дзоб!
Дзоб-дзоб-дзоб!


ЧИКИ-РИКИ ЧИК!
(Колыбельная)

На закате
У окна
Луч просыпал
Горсть пшена.
Воробей с берёзы
Прыг:
«Вот и ужин,
Чик-чирик!
Чики-рики-чик!»
Поклевал он
Зёрен пять:
«Дать бы
Малым деткам знать!»
Клюв почистил
О порог,
Начирикал
Пару строк:
«Чики-рики-чик!»
Опустил
В почтовый ящик,
Самый-самый
Настоящий...
Спи: за окнами
Темно.
Всё поклёвано
Пшено.


КРУГЛОЕ КОРОЛЕВСТВО

Месяц в мою комнату
Смотрит с высоты.
А я закрыл
Ворота
И поднял
Все мосты.
Королевство круглое
Я в руке держу:
Круглая коробочка,
В ней лиловый жук.
Он всё скребётся,
Ползает,
Усами шевеля.
И нет на целом свете
Счастливей
Короля.


ЗЕЛЁНАЯ КАРЕТА

Спят мышата, спят ежата,
Медвежата и ребята.
Всё уснуло до рассвета.
Лишь зелёная карета
Мчится, мчится в вышине —
В серебристой тишине.
Шесть коней разгорячённых
В шляпах алых и зелёных
Над землёй несутся вскачь.
На запятках — чёрный грач.
Не угнаться за каретой.
Ведь Весна в карете этой,
И спешит она к лесным
Удивительным портным...
Вот зелёные портные
Взяли нитки травяные,
Взяли острые иголки
У густой зелёной ёлки,
На полянке сели в ряд,
Шьют Весне они наряд.
Спите, спите, медвежата,
И ежата, и ребята:
Ведь зелёная обнова
Не совсем ещё готова.
В самый тихий, ранний час
Звон подков разбудит вас.
Только глянешь из окна —
На дворе стоит Весна.


НОВОСТЬ В УЗЕЛКЕ

Черепаха
Как-то раз
На пригорок
Взобралась,
Чтобы ноги
Поразмять,
На припёке
Подремать.
Слышит, что-то
Хлоп да хлоп,
Трёт она
В морщинах лоб:
Не припомнить
Ей никак,
Что могло бы
Хлопать так.
Может,
Листьями лопух?
Может,
Крыльями петух?
Или уточка
Кря-кря,
Что поймала
Пескаря?
Нет, на это
Не похоже...
Что же там
Творится всё же?
Чтоб получше разглядеть,
Ей пришлось
Очки надеть.
Видит, что-то
Непонятное,
Небывалое,
Занятное.
Словом, это
На дорожке
Звонко хлопают
Ладошки.
«Дай,— решила
Черепаха,—
Я на луг схожу,
К реке,
Отнесу
Сестрице Утке
Эту новость
В узелке!»
Чуть заря на небе —
Глядь,
На плечо взвалила
Кладь
И пошла
Коротконожка
По полянке
Ковылять.
Переступит толстой лапкой
Вот и солнышко зашло,
А пока другую сдвинет —
На дворе опять светло.
Наконец
Залив знакомый.
Оказалось,
Утка — дома.
— Здравствуй,
С чем, сестра,
Пришла?
— Чудо-новость
Принесла! —
Утка рада,
Утка крякать
Принялась,
Так и хочется
Пуститься
Утке в пляс.
В тростниках
Найдя укромный
Уголок,
Развязала Черепаха
Узелок,
Смотрит — там
Одни пылинки,
Паутинки
Да былинки,
А новости как не бывало!
Утка сердится:
— Кря, кря,
Я обрадовалась зря.
Только время
Потеряла,
Упустила
Пескаря!
Черепахе
Очень стыдно,
Очень стыдно
И обидно:
Потерялась
Где-то новость
В долгом странствии,
Как видно!
Поползла
Она домой
По дорожке
По прямой.
А вернувшись,
Видит с кочки —
Кто-то роется
В песочке.
Не хорёк ли
Роет ход?
Погребок копает
Крот?
Ёжик ямку
Разрывает?
Или всё
Наоборот?
Чтоб получше
Разглядеть,
Вновь пришлось
Очки надеть.
Видит, что-то
Непонятное,
Небывалое,
Занятное.
Словом, это
Ручки роются,
Дом песочный лепят
Строятся.
«Завтра к дядюшке
Ежу
С этой новостью
Схожу,
В узелок её
Потуже
Я в дорогу
Завяжу!»
Только солнце вышло,
Глядь —
На плечо взвалила
Кладь
И пустилась
Черепаха
По дорожке
Ковылять.
Переступит толстой лапкой
Вот и солнышко зашло,
А пока другую сдвинет —
На дворе опять светло.
Наконец
Овраг знакомый.
Оказалось,
Ёжик — дома.
— С чем, любезная,
Пришла?
— Чудо-новость
Принесла! —
Ёж от радости
Запрыгал,
Запыхтел —
Он узнать скорее
Новость
Захотел.
Заползли они
Под корни
В уголок.
Развнзала
Черепаха
Узелок...
Смотрит — те же
В нём пылинки,
Паутинки
Да былинки,
А новости как не бывало!
Черепахе
Очень стыдно,
Очень стыдно
И обидно.
Новость
В долгую дорогу
Брать с собой
Нельзя, как видно!
Смущена,
Огорчена,
Поползла
Домой она
Поутру
Спросонья
Вдруг
Слышит
Очень
Громкий
Стук.
Кто стучит
В такую рань?
Может, бьёт
Копытцем лань?
Заяц — пяткой
По пеньку?
Дятел — носом
По суку?
Нет, совсем другое
Что-то
Отогнало прочь
Дремоту.
Всё сильней
И звонче стук.
Это пара
Ловких рук,
Дело знающих
Своё,
Строит прочное
Жильё.
Черепаха
Впопыхах,
С самой зорьки
На ногах —
Тащит новость
Дяде Дятлу,
Чья квартирка
В двух шагах.
Дятел с ветки
К гостье скок,
Развязали узелок,
И тотчас
Большая новость
Покатилась
Вдоль дорог,
ВИШЕНКА
За оградой сада,
Где цветёт шиповник,
Жил в зелёном шалаше
Дедушка-садовник.
Был у деда верный пёс,
Днём и ночью службу нё.
Как-то раз, когда на грядке
Дед сажал горошек сладкий
И дремал на солнце пёс,
В лапы спрятав чуткий нос,
Залетела В старый сад
Сорока-белобока,
Увидала Вишенку,
Что росла высоко.
Сразу подлетела,
Клюнуть захотела,
Как залает пёс кудлатый:
— Стой, разбойница!
Куда ты? —
Тут и дед неподалёку:
— Улетай, пока цела!
Испугалась белобока,
Еле перья унесла.
Дедушка тревожится,
Дедушка печалится,
А Вишенка зелёная
На веточке качается.
— Внучка, с дерева сойди,
Да гляди не упади!
Голосок звенит в саду:
— Нет, нет, не сойду!
Платье принесите,
Снова попросите.
Голубеет озеро.
На листе кувшинки
Стрекоза-портниха
Стрекочет на машинке.
Вот пришиты рукава,
Воротник и кружева,
Пуговок дюжина...
Складка отутюжена.
Ох и платье новое,
Алое, вишнёвое!
Вот малина,
Вот крыжовник,
Вот шагает дед-садовник,
Верный пёс идёт за дедом,
Стрекоза-портниха следом.
— Внучка Вишенка, сойди
Да на платье погляди!
Голосок звенит в саду:
— Нет, нет, не сойду!
Зонтик принесите,
Снова попросите.
Под кустами в норке
Светлячок горит:
Славный мастер ёжик
Зонтик мастерит.
Вот совсем уже готов
Новый зонт из двух листов,
Тоненькая ручка.
Будет рада внучка.
Вот малина,
Вот крыжовник,
Вот шагает дед-садовник,
Верный пёс идёт за дедом,
Стрекоза-портниха следом,
А за нею мастер ёж,
Всех иголок не сочтёшь.
— Внучка Вишенка, сойди
Да на зонтик погляди!
Голосок звенит в саду:
— Нет, нет, не сойду!
Корзину принесите
И снова попросите.
Птица вьётся, суетится...
Носит быстрая синица
То соломку, то травинку
И плетёт свою корзинку.
Вот корзина новая,
Новая, садовая,
Жёлтая, зелёная,
Узорами плетённая.
Вот малина,
Вот крыжовник,
Вот шагает дед-садовник,
Верный пёс идёт за дедом,
Стрекоза-портниха следом,
А за нею мастер ёж,
Всех иголок не сочтёшь,
А за ним бежит синица —
Озорница мастерица.
— Внучка Вишенка, сойди.
На корзину погляди!
Голосок звенит в саду:
— Нет, нет, не сойду!
Деда тут взяла досада:
— Что ж тебе, малышка, надо?! —
С ветки звонкий голосок:
— Чтоб сойти ты мне помог.
Не могу я слезть одна,
Здесь такая вышина!
Солнце улыбается
С голубых высот...
Лестницу садовую
Дедушка несёт,
К старой вишне прислоняет,
С ветки Вишенку снимает.
В лукошке плетёном
Под зонтиком зелёным
Вишенка в новом


КЛУБОЧЕК ШЕРСТИ

Старуха убогая шла из села
И шерсти клубок на дороге нашла —
Худенький, маленький. Проще сказать,
Что из него ничего не связать.
— Из ничего не связать ничего,—
Решила старуха, взглянув на него.—
Клубочек, клубочек, лежи на виду,
А я потихоньку домой побреду.
— Я — счастье твоё,
А тебе невдомёк.
Возьми меня, бабушка,—
Молвил клубок,—
Домой отнеси
И, не медля ни дня,
Барашка в кудряшках
Свяжи из меня.
Свяжи, не ленись! Подарю я потом
Тебе и одежду, и утварь, и дом.—
Старуха сказала: — Спасибо, клубок,
Была бы я рада хоть паре чулок!
Роса серебрится,
Луна — в облаках.
Проворные спицы
Мелькают в руках...
Вот свечка погасла,
И солнце блестит.
На лавке дубовой
Барашек стоит.
Барашек подпрыгнул и вымолвил: — Бе!
Бабушка, буду служить я тебе.
Я буду пастись возле рощи в тени,
А ты из кудрей моих нитку тяни.
Сиди и вяжи
Одно за другим —
Платок шерстяной,
За платком шерстяным
Чулки, одеяло
И тёплый чепец...
Нарядное платье
Свяжи, наконец.—
Немало воды с той поры утекло.
Старуха довольна. Старухе тепло.
Кто может похвастать из местных старух
Богатством из шерсти тончайшей, как пух?
Платок шерстяной,
Шерстяные чулки,
И палка из шерсти,
И нож, и очки,
И дом-4 шерстяной,
И кровать, и буфет
Ну, столько добра,
Что конца ему нет!
И ночью старуха задумала зло:
— Живу я богато, одета тепло.
Зарежу барашка. Ведь правду сказать,
Связала я всё, что хотела связать.
Мясо сварю
В котелке шерстяном,
Шкурку развешу
Сушить под окном.
Копытца и рожки
Заброшу в траву
И добрых соседей
На пир позову.
Но слышал старуху чепец шерстяной
И тут же подушке шепнул шерстяной,
Страшную весть услыхала кровать,
Стала тихонечко стулу шептать.
А стул разбудил
Шерстяного котёнка,
Котёнок поймал
Шерстяного мышонка:
— Скорей поспеши
К шерстяному барашку!
Старуха решила
Зарезать бедняжку.
Утром старуха встала с зарёй,
На полке нашарила нож шерстяной,
Двери ключом шерстяным заперла
И к шерстяному барашку пошла.
— Что прячешь ты там,
В узелке за спиной? —
Старуху барашек
Спросил шерстяной.—
Зачем ты, согнувшись,
Крадёшься ко мне,
А тонкие спицы
Лежат в стороне?
Сказала старуха: — Я в лавке была,
Морковку тебе в узелке принесла.
Мой славный барашек, тебя я люблю,
На ярмарке пряник тебе я куплю! —
Отпрыгнул барашек
И вымолвил: — М-е-е!
Знаю я,
Что у тебя на уме.—
Бежит он и тянет
Всю нить за собой.
Старуха кричит:
- Помогите! Разбой!..
Крыша исчезла на доме моём!
Петля за петлёй распускается дом!
Смотрите, что стало с крылечком моим!
Всё, что связала я, тает, как дым:
Кровать шерстяная,
Сундук шерстяной,
Лохань шерстяная,
Утюг шерстяной,
Очки, и чулки,
И платок, и чепец!..
Вернись!
Пожалей же меня наконец!
Старуха взмолилась: — Барашек, постой!
Оставь мне хоть ножик один шерстяной!
Исчезли чулки, и чепец, и платок.
Но чем же отрежу я хлеба кусок?!
Услышал барашек
И молвил: — Ну что ж.
Пожалуй, старуха,
Оставь себе нож.
Сиди на пенёчке
И думай над ним:
Что можно отрезать
Ножом шерстяным?


ПОЧЕМУ АИСТ СТОИТ НА ОДНОЙ НОГЕ

Давным-давно, когда мало кто умел читать, вы-
вески были не такие, как теперь. На булочной, на-
пример, вместо слова «булочная» на листе жести бы-
ла нарисована большая булка — такая румяная,
словно пекарь только что вынул её из печи. И вся-
кий, кто проходил мимо, знал, что здесь он может
купить
Сдобную булку,
Коврижку,
Баранку,
Хлеб, испечённый
В печи спозаранку,
С тмином,
И с маком,
И просто так —
И на полтинник,
И на пятак!
А на воротах закопчённой кузницы висела подко-
ва. И каждому было понятно, что здесь
Чумазый кузнец
С утра у огня,
Он долькой луны
Подкуёт вам коня.
А над дверью старого дома вместо вывески висел
на гвозде чёрный начищенный сапог. Там жил и ра-
ботал сапожник,
Он шил на заказ
Сапоги и сандалии,
Каких никогда
И нигде не видали.
Он мог растянуть
Башмаки
На колодке,
Он мог вам прибить
Золотые подмётки,
Хромому ботинку
Исправить каблук,
Поставить заплаток
Хоть тысячу
Штук!
Так вот, в те далёкие времена случилась одна
история.
Как-то рано утром сапожник вышел из дому, что-
бы протереть суконкой свою вывеску-сапог. Все ещё
спали. Только аист, стоя на крыше, чистил клювом
перья.
— Доброе утро, дорогой мой,— сказал ему сапож-
ник.— До чего мне грустно делается, когда я смотрю
на тебя, одинокого аиста. Каждый раз я вспоминаю
слова нашего соседа-кузнеца: «Одному хорошо от-
правляться в лес за хворостом, но за столом лучше
сидеть вдвоём».
На это одинокий аист ответил:
— А мне сейчас пришли на ум слова нашего доб-
рого булочника, которые я однажды услышал, греясь
у печной трубы: «Не зазорно жениху мять босыми
ногами виноград на вино для свадьбы, но стыдно бо-
сому приглашать невесту танцевать».
— Ах, какой я недогадливый! — улыбнулся са-
пожник, снял с гвоздя сапог, что висел вместо вывес-
ки, и подарил его аисту.
— Но это же один сапог! — удивился аист.
— А зачем тебе больше? — спросил сапожник.—
Спроси у моего сына-барабанщика, уж он-то знает,
что самые важные женихи приглашают невест тан-
цевать, стоя на одной ноге...
С тех пор прошло много лет. Люди научились чи-
тать. Старых вывесок нет и в помине. И сапог, пода-
ренный аисту, давно износился. Но если вы взглянете
на крышу, то увидите всё то же аистово гнездо.
В гнезде сидит счастливая аистиха. А возле неё бла-
городный супруг-аист стоит на одной ноге, будто
приглашает её танцевать.


ОЧЕНЬ ВЫСОКИЙ ЧЕЛОВЕК

В одной стране, кажется в Дании, жил-был Очень
Высокий Человек. Он мог, не вставая на цыпочки,
заглянуть в окно любого этажа.
Захотел он стать пекарем. Но все печи Дании были
ему по колено. И, чтобы заглянуть в печь, ему при-
ходилось садиться на корточки. Это было, конечно,
очень неудобно. Нет, он не мог уследить за булками
и бубликами, что с ними делается там, в печи.
И сколько он ни просил:
— Булки, сайки, калачи,
Не шалите вы в печи!
Сильным жаром пышет печь,
Надо корочку беречь.
Ну, румяньтесь, не шалите!
А не то вы подгорите,
Будете, бедняжки,
Просто замарашки.
Напугаете народ,
И никто вас не возьмёт,—
всё равно бублики и сайки не слушались, подгорали.
И никто их не покупал, таких замарашек.
Пришлось Очень Высокому Человеку стать из-
возчиком.
Цок, цок, цок! Новая коляска, добрая лошадка.
Но, сидя на козлах, он задевал головой облака и очень
сердил их этим. И сердитые облака поливали его
и всех пассажиров холодным дождём. И сколько он
ни просил:
— Облака, облака,
Лейте, лейте на газоны!
Поливайте, облака,
И тюльпаны, и пионы...
Вы полейте, облака,
Все растенья сада,
А меня и седока
Поливать не надо.
Пожалейте вы меня,
И коляску, и коня,—
нет, и облака не слушались его. Люди перестали
ездить в его коляске. И остался он без дела. А кто не
знает: когда человек без дела, ему в голову лезут
самые глупые мысли.
Так вот, чтобы глупые мысли не лезли ему в голову,
надел Очень Высокий Человек большую шляпу.
Такую большую, что на её широких полях могли
спокойно прогуливаться пожарники и наблюдать,
чтобы в городе, кажется в Копенгагене, не было пожара.
Но озорные мальчишки не давали Человеку покоя.
По вечерам они кричали под окном:
— Каланча, каланча,
Не ложись на кровать!
Что ты спишь, каланча?
Можешь небо проспать.
Погляди-ка на закат —
Небеса в огне горят.
Глянут звёзды ранние:
Где же небо Дании?
Небо Дании сгорело.
Как же вышло это дело?
Подожгла его свеча.
Поднимайся, каланча!
И Очень Высокому Человеку стало очень грустно.
Целыми днями он одиноко бродил по грустным
окрестностям города, считая себя самым несчастным
человеком на свете.
Как-то раз, когда он отдыхал на грустной опушке
грустного леса, поднялась буря. Сильный ветер так
раскачивал деревья, что там и тут сверху из гнёзд вы-
пали неоперившиеся ятенчики. А когда ветер утих,
Человек увидел, что птицы-мамы тревожно кружатся
над своими детьми и ничего не могут поделать: ведь
птенцы не умели ещё летать. И тогда Человек осто-
рожно подобрал в траве птенцов и всех-всех уложил
обратно в гнёзда, в пуховые постельки. Он же был
очень высокий.
А чтоб испуганные птенцы спокойно уснули, он
стал рассказывать им сказки.
Так Очень Высокий Человек стал счастливым.
Всю жизнь он рассказывал неоперившимся птенцам
Сказки задушевные,
Пёстрые, волшебные,
Сказки стародавние,
Добрые, забавные,
Тихие, домашние,
Странные и страшные
И совсем серьёзные,
Лунные и звёздные...
Многие из этих сказок рассказала мне мама. Все
мамы знают сказки Очень Высокого Человека. И если
ты очень и очень попросишь свою маму, она тебе их
расскажет.


СТАРЫЙ ХЕЛОМ
БИСЕРНАЯ ЗАКЛАДКА

Тихо над Хёломом
Шли облака.
Тихо и плавно
Струилась река.
Тихо цвели
Лебеда и картошка.
Тихо и нежно
Мяукала кошка.
Тикали тихо
Часы на стене.
Плакали тихо
Детишки во сне.
И в книге старинной
Тихо и сладко
Забытая всеми
Дремала закладка.
И вечно бы в Хеломе
Было бы так,
Если бы Фроим
Не влез на чердак.
Составил он стопками
Несколько книг,
Забрался на них
И к окошку приник.
Смотрит на мир
Местечковый философ
И сразу решает
Десятки вопросов...
Но вдруг развалился
Его пьедестал.
Хвататься за воздух
Философ не стал.
Он просто упал,
Он ушиб себе пятку.
И тут он заметил
Цветную закладку,
Где бисером вышит
Зелёным и белым
Не Лондон, не Рим,
А родной его Хелом!
Ахнул философ:
— Что вижу? Обман! —
И спрятал скорее
Закладку в карман.
Вот он по улицам Хелома
Мчится,
Вот к мудрецам местечковым
Стучится:
— Не спите!
Да будет вам ведомо всем:
Ограбили нас!
Обокрали совсем!
Проверить карманы
Спешат старики.
Но целы часы,
Табакерки,
Платки.
— Когда дорожите вы
Нашим покоем,
Скажите скорей,
Уважаемый Фроим,
В чём дело?
Поведайте всё
По порядку.—
И вместо ответа
Он вынул закладку...
Глядят мудрецы,
Бородами трясут.
— Скажите мне, люди,
Что вышито тут.—
И старцы откликнулись
Хором несмелым:
— Три домика, пруд...
Неужели наш Хелом? —
И Фроим вздохнул:
— Даже глупый поймёт,
Что Хелом теперь
Совершенно не тот.
Из чистого бисера
Был он когда-то! —
И все отозвались:
— Какая утрата!..—
И все огорчились,
И все повторяли:
— Наш бисерный Хелом
Украли, украли!..
Признаться, и сам я
Такого же мненья,
И нет у меня
Никакого сомненья.
Когда я проездом
Был в этом местечке,
Я вечером встретил
Мышонка у печки.
Мышонок глядел
На меня независимо
Глазами
Из самого чёрного бисера.
Наверное, в ночь,
Когда Хелом украли,
Он прятался
В самом глубоком подвале,
И ловкие воры
Во мгле и в пыли
Две бусинки чёрных
Найти не смогли.


МОРОЗ И МУДРЕЦЫ

Проезжал Мороз дорогой,
Затерявшейся в лесах.
Наплела ему сорока
Об известных мудрецах,
Будто нету их умнее,
Обыщи хоть целый свет.
И старик решил проверить,
Правда это или нет.
Он решил поехать сам
В Хелом — в гости к мудрецам.
Белогривой снежной тучей
Мчится Ветер напрямик.
Позади на санках кучер —
Прошлогодний Снеговик.
— Прочь с дороги, сосны, ели!
Расступись, толпа берёз!
Едет, едет, едет, едет
Сам великий Дед-Мороз!
Дед-Мороз на санках сам
Едет в гости к мудрецам!
А в местечке Хелом стужа
Уж забыли сколько дней.
Чем Мороз к местечку ближе,
Тем в местечке холодней.
И когда Мороз приехал,
Он увидел, говорят,
Что дома в платках и шалях,
Даже в валенках стоят.
На снегу пасутся козы
В тёплых вязаных чулках,
И, спасаясь от мороза,
Даже куры спят в чепцах.
Ведь Мороз приехал сам
В гости к местным мудрецам
Выехал Мороз на площадь
И увидел мудрый дом:
Сотней древних книг и свитков
Он обложен был кругом.
Заглянул Мороз в окошко —
Видит: шесть косматых шуб
И седьмой большой бараний,
Трижды латанный тулуп.
Из овчин торчат наружу
Только кончики носов.
Да ведь это семь старейших
И мудрейших мудрецов!
Самый старший из старейших
Из тулупа держит речь:
— Чтоб спастись от стужи, надо
Нам сложить большую печь! —
Мудрецы запели: — Печь!..
Сложим печь — забота с плеч.
Но один, что всех моложе,
Ста пятидесяти лет,
Молвил: — Печь кладут из глины,
А в местечке глины нет.—
Мудрецы запели: — Нет...
Нет — и это не секрет.
Самый старший из старейших
Мудрецам сказал тогда:
— Если нет в местечке глины,
Печь мы сложим изо льда! —
Мудрецы запели: — Да,
Печь мы сложим изо льда!
Но один, что всех моложе,
Снова голос подаёт:
— Если мы её затопим,
То растаять может лёд.—
Мудрецы запели: — Вот,
Ведь растаять может лёд!
И тогда сказал старейший
Уважаемый мудрец:
— Печь из сливочного масла
Можно сделать, наконец! —
Мудрецы запели: — Да,
Печка будет хоть куда!
Но один, что всех моложе,
Снова голос подаёт:
— Да ведь сливочное масло
Так же тает, как и лёд.—
Мудрецы запели: — Вот,
Так же тает, как и лёд.
Самый старший из старейших
Рассердился: — Что за вздор?!
— Вздор...— ему тихонько вторил
Мудрецов озябший хор.
А мудрейший из мудрейших
Продолжал: — Мой добрый друг,
Лучше пусть растает масло,
Чем замёрзнут все вокруг.—
Мудрецы решили: — Ясно,
Масло не к чему беречь.
Пусть из сливочного масла
Поскорее сложат печь.
Сложат печь —
Забота с плеч!
И Мороз тогда подумал:
«Я объездил целый свет,
Но мудрее, чем в местечке,
Мудрецов на свете нет».
Нет —
И это не секрет!


СУЩИЙ ПУСТЯК

Жил когда-то в местечке Хёлом богач Хаим-
Бер.
Однажды в жаркий день он решил искупаться в
реке, а плавать он не умел.
Услыхали его крики, прибежали кто с чем был:
сапожник с колодкою в руке, парикмахер с ножни-
цами, портной с сантиметром на шее. Но было уже
поздно.
Лишь одежда Хаим-Бера осталась на берегу.
Люди вздыхали, охали. То, что Хаим-Бер утонул,
это было ещё ничего. Плохой человек был этот Хаим-
Бер, первый богач Хелома.
Но Эстер-Рохл, жену Хаим-Бера, в Хеломе ува-
жали. Каждую пятницу в доме богача резали кур к
субботнему обеду. И Эстер-Рохл всегда отсылала
беднякам потроха.
Как же теперь быть? Кто решится сказать ей о
несчастье? Ведь у вдовы такое доброе и слабое сердце!
И вот из толпы выступил Шлёма-водовоз. Он был
длинный, тощий, сутулый. В маленьком картузе и
огромных сапогах.
— Я беру это на себя,— сказал Шлёма-водовоз.—
Уж я придумаю что-нибудь такое, чтобы помягче
сообщить бедняжке о случившемся.
Он взял одежду Хаим-Бера и направился к его
дому.
Добрая Эстер-Рохл сидела в столовой и пила чай
с вареньем. Причём варенье она брала полными лож-
ками из большой банки.
— Добрый день, уважаемая Эстер-Рохл,— сказал
Шлёма-водовоз.— Я к вам. И, как видите, не с
пустыми руками. Иду я сейчас берегом реки, и что
я вижу? Вы себе не представляете, Эстер-Рохл!..
Вижу, в воздухе летит
Чья-то шляпа с лентой серой.
Вижу, шляпа Хаим-Бера.
Как её мне не узнать!
Шляпа, шутка ли сказать!
Это же не просто шляпа,
Ведь её не бросишь на пол.
Это шляпа Хаим-Бера!
Богача! Миллионера!
И летит она, как птица.
И подумал я тогда:
«Не дай бог ей опуститься
Там, где грязь или вода.
Шляпа может зацепиться
За осину, например.
Будет дерево гордиться,
Будто это Хаим-Бер!»
Но не волнуйтесь, Эстер-Рохл. Со шляпой ничего
не случилось. Я догнал её и поймал. Вот она, шляпа
Хаим-Бера, богача, перед вами. И то, что она цела
и невредима, это уже хорошо.
Иду я дальше. И что же я вижу?
Вижу я — летят штаны
Необъятного размера.
Это ж брюки Хаим-Бера!
Как же мне их не узнать!
Брюки, шутка ли сказать!
Это же не просто брюки,—
Нет таких во всей округе!
Это брюки Хаим-Бера!
Богача! Миллионера!
И летят они, как птица.
И подумал я тогда:
«Не дай бог им опуститься
Там, где грязь или вода.
Брюки могут очутиться
В огороде, например.
Тыква будет в них рядиться,
Будто это Хаим-Бер!»
Но успокойтесь, уважаемая Эстер-Рохл! Ничего
плохого со штанами Хаим-Бера не случилось. Я по-
гнался за ними, словно мне двадцать лет. Я бежал за
ними так, будто руки мои не скрючены работой и ноги
не в тяжёлых мокрых сапогах.
И вот они перед вами — дорогие штаны Хаим-Бера.
И это, как вы понимаете, ещё раз хорошо.
Я должен вам сказать, что поймать штаны и шля-
пу было
Трудно, но не слишком.
А летящую манишку
Было мне поймать трудней.
Но, как видите, я с ней.
Вот и галстук Хаим-Бера,
Богача, миллионера!
И это, конечно, уже четыре раза хорошо.
А если, добрая Эстер-Рохл, я к этому добавлю, что
Хаим-Бер утонул, так вы же умная женщина и, ко-
нечно, поймёте, что на столько раз хорошо один
раз плохо — сущий пустяк.


МОЖЕТ БЫТЬ, ДА,
А МОЖЕТ БЫТЬ, НЕТ

Был ли Реб-Нухем
В чаще дремучей?
Был ли подобный
В Хёломе случай?
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.
Но слышали все и клянётся весь Хелом,
Что между селеньями Чёрным и Белым,
Не доходя Воробьиного брода,
В чаще дремучей возле болота,
Где летом котёнок едва не утоп,
Реб-Нухем увидел огромный сугроб.
А из него поднимается пар,
Как будто под снегом кипит самовар.
Верить ли этим
Хёломским слухам?
Видел ли чудо
Мудрый Реб-Нухем?
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.
Но стало известно городу Хелому,
Что Нухем поведал об этом Реб-Шолому
(У Шолома, кстати, не ум, а брильянт).
Старый мудрец развернул фолиант,
Перелистал, почесал за ухом
И объявил: — О премудрый Реб-Нухем,
Послушай, об этом неслыханном чуде
Нету ни слова, ни буквы в талмуде.
Но, слава богу, в местечке есть рёбе,
Мудрейший из всех на земле и на небе.
У старого ребе звезда, а не разум,
А каждое слово сверкает алмазом.
Выслушав Нухема, ребе-мудрец
Долго молчал. И сказал наконец:
— Это, конечно, великое чудо.
Но что это, всё же не видно отсюда.
Немедля мы в чащу отправимся сами,
Во всём убедимся своими глазами.
Пошли ли они
В эту чащу дремучую?
Нашли ли они
Эту снежную кучу?
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.
Но слышали все и клянётся весь Хелом,
Что между селеньями Чёрным и Белым,
Не доходя Воробьиного брода,
В чаще дремучей возле болота,
Где летом котёнок едва не утоп,
Они увидали огромный сугроб:
Из чёрной дыры поднимается пар,
Как будто под снегом кипит самовар.
И рсбе сказал: — Величайшее чудо!
Но что это, всё же не видно отсюда.
Полезу — увижу.— И ребе полез
Вперёд головою под снежный навес.
А возле берлоги два мудреца
Стояли, за ноги держа мудреца.
Забрался ли ребе
Под снежный навес?
И был ли вообще
Возле Хелома лес?
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.
Но слышали, слышали, слышали люди,
Что два мудреца, размышляя о чуде,
Там долго стояли. ИзмаялиСь оба.
А ребе не лезет назад из сугроба.
Когда ж его вытащили — увы! —
Он оказался без головы.
Реб-Нухем сказал: — Была голова.—
А мудрый Реб-Шолом подумал сперва,
Затем возразил: — А по-моему, нет.
Нашего ребе я знаю сто лет.—
И так бы тянулся их спор без конца,
Но, к счастью, припомнили два мудреца:
У ребе — жена! И она такова,
Что вспомнит, была или нет голова.
Два старца направились в Хелом. И вскоре
Пришли и сказали разумнице Соре:
— Ты — мудрая женщина, знает округа.
Скажи нам, была ль голова у супруга? —
К лобику пальчик приставив сначала,
Мудрая женщина так отвечала:
— Когда он ел утром
Картошку с селёдкой,
Я помню,
Что тряс он
Седою бородкой.
А вот была ль
У него голова...
Никак не припомню! —
Сказала вдова.
Что я скажу вам
На это в ответ?
Может быть, да,
А может быть, нет.


СЛОН И МУХА

Садовник расхваливал груши:
— А ну купи дюшес! —
И вышло так, что муха
Проявила к мешку интерес.
Когда эта муха жужжала
Над грушами, как оса,
По рынку вёл Охотник
Охотничьего пса.
Когда он увидел арбузы
И стал в ладонях мять,
Собака увидела муху
И тут же решила поймать.
Когда собака муху
Схватила, сделав прыжок,
С прилавка в грязь свалился
И рассыпался весь мешок.
Когда его груши градом
Посыпались из мешка,
Садовник дал собаке
Здорового пинка.
Увидев, что Садовник
Собаке дал пинка,
Садовнику Охотник
Отвесил тумака.
Когда ему Охотник
Отвесил тумака,
Садовник рассердился
И намял драчуну бока.
Когда сердитый Садовник
Охотнику мял бока,
С прилавков катились яблоки
И крынки молока.
И тут же кто-то кого-то
За бороду поволок.
Вот так и поднялся на рынке
Великий переполох.
Одни кричали: — Спасите! —
Другие кричали: — Ура! —
Все переколотили
Горшки у Гончара.
Вдруг кто-то спросил кого-то:
— Послушай-ка, браток,
За что меня бранил ты,
За бороду волок?
Тот даже рот разинул:
— Не знаешь? Вот-те на!
Не ты ли в балагане
Вчера убил слона?
Смеялся целый Хелом.
Смеялся весь базар:
Садовник, и Охотник,
И Плотник, и Гончар.
Не знаю, как случилось
И чья была вина,
Что муха превратилась
В огромного слона.


ХЕЛОМСКИЕ ОБЫЧАИ

В Хеломе водились мыши с незапамятных времён.
Не одна, не две, не тыща, а, наверно, миллион!
Мыши на дорогах,
Мыши на порогах,
Мыши на крылечках,
На чердаках, на печках,
На лавках, на перинах,
В корытах и корзинах...
Вот какое горе,
Просто-таки горе!
И поэтому в местечке был обычай, говорят:
По три прутика к обеду подавали всем подряд —
К супу, к мясу и компоту, чтобы отгонять мышей,
Ведь они в тарелки лезли и пугали малышей.
Но когда во всей округе не осталось ни куста,
Стали думать, стали спорить — и всё это неспроста.
Люди разные повсюду. Эти глупы, те умны.
А в местечке, как известно, жили умники одни:
На дорогах умники,
На порогах умники,
На крылечках умники,
И на печках умники,
На лавках, на перинах,
В корытах и корзинах...
Вот какое счастье,
Просто-таки счастье!
И собрались семь старейших и умнейших на совет,
Чтоб решить: ну что же делать? От мышей спасенья
нет!
Рассуждали, обсуждали и гадали семь ночей.
Наконец решили: кошки нас избавят от мышей,—
Кошки на дорогах,
Кошки па порогах,
Кошки на крылечках,
На чердаках, на печках,
На лавках, на перинах,
В корытах и корзинах...
Вот решенье умное,
Просто-таки мудрое!
С той поры в местечке Хелом, ну куда ты ни взгляни,
Всюду кошки, кошки, кошки. Кошки бегали одни.
И поэтому в местечке был обычай, говорят:
По три хлыстика к обеду подавали всем подряд —
К супу, к мясу и компоту, чтобы кошек отгонять.
На сто вёрст в округе ветки обломали все опять.
Вновь собрались семь старейших и мудрейших на
совет.
Говорят: — От этих кошек никому покоя нет! —
Долго думали, гадали. Наконец решили так:
Чтоб избавиться от кошек, надо завести собак.
С той поры в местечке Хелом, ну куда ты ни взгляни,
Там собаки, тут собаки. Всюду бегают они.
Собаки на дорогах,
Собаки на порогах,
Собаки на крылечках,
На чердаках, на печках,
На лавках, на перинах,
В корытах и в корзинах...
Вот какое горе,
Но, как всякому известно, люди всё же там живут.
Три увесистых дубинки там к обеду подают —
К супу, к мясу и компоту, чтобы отгонять собак.
Все дубы уже спилили и взялись за березняк.
Ходят-бродят эти стаи псов, прожорливых и злых,
И опять никто не знает, как избавиться от них.
Люди разные повсюду. Эти глупы, те умны.
Но живут в местечке Хелом только умники одни!
Что-нибудь решат такое семь старейших мудрецов,
Что собаки из местечка удерут в конце концов.
На дорогах их не будет,
На порогах их не будет,
На крылечках их не будет,
И на печках их не будет,
На лавках, на перинах,
В корытах и в корзинах...
Вот настанет счастье,
Прямо-таки праздник!


КАК В ХЕЛОМЕ ПОСТРОИЛИ
ТУРЕЦКУЮ БАНЮ

Трудно поверить,
Не спорю и с вами,
Но в городе Хеломе
Не было бани.
От самых бедных
До самых богатых
Все мылись в корытах,
Тазах и ушатах,
Пока не дошла
До Хелома весть,
Что за морем
Бани турецкие есть,
Турецкие бани
Из чистого мрамора...
Хочешь помыться —
Езжай себе за море.
Трудно поверить,
Не спорю я с вами,
Но Бёреле видел
Своими глазами
Турецкие бани:
Их нарисовали
В каком-то старинном
Столичном журнале.
В огромном предбаннике
Люди толпились
С узлами. В парную
Они торопились.
А там были рельсы.
На рельсах — котёл.
И пар из трубы
Потихонечку шёл.
Однако какой-то приезжий
Сказал,
Что это не бани,
А просто вокзал.
Трудно поверить,
Но спорить не будем,
Взглянуть на картинку
Достаточно людям.
И как-то пришли
К мудрецам горожане:
— Пора нам поставить
Турецкие бани,
Турецкие бани
Из чистого мрамора,
Чтобы не ездить
По пятницам за море.
Семь дней и ночей
Мудрецы рассуждали,
Смотрели картинку
В столичном журнале.
И вот что решил
Наш премудрый совет:
— Так как в местечке
Мрамора нет —
Нет и не будет,
Это проверено,—
Бани построить
Из чистого дерева.
Трудно поверить,
Не спорю я с вами,
Но хеломцы баню
Построили сами
(Искусные плотники
Были в местечке).
Турецкая баня
Стоит возле речки,
Стены сосновые,
Пол земляной!
Но что там за шум?
Что за крики в парной?
Мечутся люди,
Друг другу мешая,
Хлещут потоки
Из кранов и шаек,
Пол заливают,
И постепенно
Все оказались
В грязи по колено.
Трудно поверить,
Не спорю я с вами,
Но люди, вернувшись
Из хеломской бани —
От самых бедных
До самых богатых,—
Все мылись в корытах,
Тазах и ушатах.
Семь дней и ночей
Мудрецы рассуждали,
Смотрели картинку
В столичном журнале.
Надо же было
Что-то решить!
И старцы сказали:
— Полы настелить!
Трудно поверить,
Не спорю я с вами,
Но плотник завёл
Разговор с мудрецами:
— Конечно, полы
Настелить нам несложно,
Но ежели доски
Строгать как положено,
Все будут скользить
И ещё на пороге
Переломают
Руки и ноги.
А ежели доски
Совсем не строгать,
Может несчастье
Случиться опять:
На досках растут,
Извиняюсь, не розы
И не сирень,
А сучки и занозы...—
Стали мудрейшие
Спорить опять:
— Надо строгать!
— Нет, не надо строгать!
Трудно поверить,
Не спорю я с вами,
Но самый мудрейший,
Сверкая очами,
Плотнику подал
Мудрейший совет,
Какого не слышали
Тысячу лет:
— Доски строгать
Ты строгай, не ленись!
Но только клади их
Строганным вниз.
Трудно поверить,
Но в бане турецкой
Моются люди
С тех пор по-турецки:
С железными шайками,
Как в облаках,
СиДят они... в валенках
И в башмаках.


ЧИРИ-БИРИ-БОМ

Весь уставленный свечами
Дом сверкает, как дворец.
Ведь сегодня именинник
Младший хёломский мудрец!
Знает, верно, целый свет,
Что ему сто двадцать лет.
Мудрецы ему подносят
Книги, свитки, изреченья.
Выпив рюмочку вина,
Взяв из вазочки печенье,
Самый старый среди старых
Объявляет:
— Мой подарок
Не увидеть,
Не надеть,
Мой подарок
Надо петь.
Если я спою вам:
«Бом!» —
Вы споёте:
«Чири-бири-бом!»
Мудрецы в ответ кивают:
— Если надо, мы споём.—
Их почтенные седины
Отливают серебром.
Вот, расхаживая важно,
Затянул мудрец протяжно:
— У меня сомнений нет,
Что прекрасный этот свет
Просто всем нам снится...
Бом! —
Подхватили:
— Чири-бири-бом!
Повторили: —
Чири-бири-бом!
— Даже милый Хелом наш
Просто выдумка, мираж.
Куры, двор, забор и дом,
Стол и свечи
Тоже — бом! —
Подхватили:
— Чири-бири-бом! —
Повторили: —
Чири-бири-бом! —
Старец ходит взад-вперёд
И подарок свой поёт:
— Всё на свете — бом! —
И, качаясь взад-вперёд,
Дружно вторят шесть бород:
— Чири-бири-бом! —
Вдруг мудрец о балку лбом —
Бом!
Подхватили все кругом:
— Чири-бири-бом!..
Старцу делали примочку
И прикладывали ложку,
А мудрейший из мудрейших
Только охал понемножку.
Наконец, свой лоб ощупав,
— Ох! — сказал тихонько он.—
Если всё на свете снится,
Балка всё-таки не сон.
Балка есть на самом деле.
Я же ясно слышал — бом! —
Все пропели:
— Чири-бири-бом!
В самом деле,
Чири-бири-бом!

 

На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru