На главнуюТексты книг БКАудиокниги БКПолит-инфоСоветские учебникиЗа страницами учебникаФото-ПитерНастрои СытинаРадиоспектаклиКнижная иллюстрация





Библиотека советских детских книг
Ржига Б. «Поездка Гонзика в деревню». Иллюстрации - И. Кабаков. - 1957 г.

Богумил Ржига
«Поездка Гонзика в деревню»
Иллюстрации - Илья Иосифович Кабаков. - 1957 г.


DJVU



 

PEKЛAMA

Заказать почтой 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD.
Подробности >>>>


Сделал и прислал Кайдалов Анатолий.
_____________________


I. Письмо от бабушки 3
II. В поезде 5
III. Дедушка везёт Гонзика 10
IV. Бабушка получает шарик 14
V. На птичнике 17
VI. Упрямая коза 22
VII. Гонзик пускает змея 25
VIII. Сон Гонзика 28
IX. Поросёнок Принц 34
X. Коза на дороге 38
XI. Гонзик идёт за обедом 40
XII. Гонзик вновь получает свой шарик..43
XIII. В школе 47
XIV. В лес за котом 51
XV. Вперёд за Гонзиком 54
XVI. Приезд мамы 58
XVII. Гонзик прощается с друзьями 61

      Книга современного чехословацкого писателя Богумила Ржиги «Поездка Гонзика в деревню» написана для детей младшего возраста. Это живой, юмористический рассказ о том, как маленький Гонзик, выросший в городе, впервые приезжает в деревню.
      Непоседливый, любознательный мальчик знакомится с массой неизвестных, чудесных вещей. Гонзик попадает на птичник, свиноферму, в общественную столовую, пускает вместе с деревенскими ребятишками змея.
      Богумил Ржига рассказывает в своей книге о мальчике наших дней; он открывает Гонзику, а с ним и всем маленьким читателям увлекательный, красочный мир.

     
      I. ПИСЬМО ОТ БАБУШКИ
     
      Мама стояла у окна и читала письмо из Кониковиц от бабушки. На последней странице было написано: «Привезите к нам Гонзика. Мы с дедушкой очень по нём соскучились. Ведь он так давно у нас не был! Сливы в саду уже совсем мягкие, и созрели яблоки. А собирать их некому. Пунтя бегает по деревне и обнюхивает мальчишек — ищет Гонзика. Кот сидит на заборе и высматривает, не подъезжает ли Гонзик. Привезите мальчика хоть на несколько дней!»
      Мама тихонько засмеялась и обернулась к Гонзику, который, сидя на полу, строил что-то из кубиков. Это был её пятилетний сынишка. Мальчуган — настоящий крепыш: щёки румяные, вихры торчат во все стороны, а штанишки натянуты на животике, как на барабане.
      — Гонзик, — сказала мама, — бабушка пишет, чтобы ты приехал в Кониковицы.
      — Бабушка?. — воскликнул Гонзик и кинулся к маме.
      Он выхватил из её рук письмо, ему очень хотелось самому прочесть, что пишет бабушка.
      — Пунтя ищет тебя по деревне, а кот дождаться не может, — продолжала мама, протягивая Гонзику письмо.
      — Пунтя?! А где тут Пунтя? — Гонзик искал своего верного друга, но никак не мог его найти среди чёрненьких крючочков, разбросанных по бумаге.
      — Вот Пунтя, — показала мама на несколько букв.
      Гонзику буквы не понравились. Они были совсем не похожи на рыжего Пунтю.
      — А кот? Он тоже здесь? — расспрашивал Гонзик.
      Авось кот будет лучше выглядеть! Нет! Гонзик был разочарован и котом в бабушкином письме.
      — Дедушкин кот чёрный, как сажа, — возразил он, — а у этого брюшко просвечивается. Он похож на жука, а не на кота!
      Ах ты, мой маленький! — рассмеялась мама и хотела взять Гонзика на руки. — Ведь ты ещё не умеешь читать!
      — Я уже не маленький, — решительно заявил Гонзик и не позволил взять себя на руки.
      Он даже принялся искать свою курточку, чтобы ехать к бабушке. Сядет в поезд и поедет. Сейчас же отправится в путь, нечего тут задерживаться!
      — Как хочешь, Гонзик, — серьёзно сказала мама. — Раз ты считаешь себя взрослым, поезжай к бабушке один. У меня нет времени отвезти тебя. Ты ведь знаешь, как много работы у нас в молочной. А папа вернётся со строительства только в воскресенье. Придётся тебе ехать одному.
      — И не боюсь, — напыжился Гонзик, и его румяное личико просияло. — Возьму стеклянный шарик и палку да поеду к бабушке!
      Гонзик стал искать в карманах свой разноцветный шарик. Он им очень гордился, а все мальчишки на их улице завидовали ему. Гонзик считал, что без шарика он к бабушке ехать не может. Палка казалась ему тоже совершенно необходимой. У всех знакомых мальчишек были палки. Значит, она нужна и ему.
      — Подожди, — остановила Гонзика мама, — не спеши! Нельзя ехать только с шариком и палкой! Я вечером приготовлю чемодан, уложу туда твои вещи, и завтра поедешь.
      — А шарик? — спросил Гонзик.
      — И его положу!
      — А палку? — допытывался мальчик.
      — Палку придётся оставить дома: с ней тебя в поезд не пустят. Ещё кому-нибудь там глаза выколешь! — сказала мама тоном, от которого Гонзик сразу становился послушным.
      Но палки ему всё-таки было немножко жаль. Без неё он казался себе не настоящим мальчишкой. Но что поделаешь? Придётся ехать к бабушке без палки. Ничего, и так там будет неплохо!
     
      II. В ПОЕЗДЕ
     
      Рано утром мама повела Гонзика на вокзал. Пассажиров было ещё очень мало. Мама посадила Гонзика в вагон и дала ему в руки чемоданчик.
      — Следи за чемоданом! — строго сказала мама. — Здесь у тебя запасная рубашка, полотняные туфли и пять носовых платков.
      — Знаю, — ответил Гонзик.
      — Из вагона один никуда не выходи! Подожди, пока за тобой придёт проводница. Я ей всё сказала, — наказывала мама.
      — Я сам нанду дорогу к дедушке! — храбрился Гонзик.
      — Посмей только! — пригрозила мама. — На станции тебя будет встречать дедушка с тележкой. Я позвонила ему по телефону.
      — Дедушка! — радостно воскликнул Гонзик. Дедушка будет его ждать с тележкой!
      — Мама, ты уже иди, а то нам надо ехать! — выпроваживал Гонзик маму из вагона. Ему хотелось, чтобы поезд скорей тронулся.
      — Иду, иду, — сказала мама, — я постою у окна, пока отойдёт поезд. — И она на самом деле ушла и закрыла за собою дверь.
      После ухода мамы Гонзику стало грустно. Он взял в руки чемоданчик, подошёл к окну, поджидая, когда мама покажется на платформе. Да вот и она! Мама стояла гораздо ниже Гонзика, и ей пришлось поднять голову. Гонзик видел, что её губы шевелятся, но слов не слышал.
      — Мама, что ты говоришь? — кричал Гонзик.
      Он сердился, что мама его не слышит, и ему не нравилось, что она сразу стала такая маленькая.
      Но мама уже не ждала, что скажет ей Гонзик. К маме подошла проводница. Она была в голубом костюме, и из-под форменной фуражки у неё выглядывали чёрные волосы.
      Проводница разговаривала с мамой. Время от времени они посматривали на Гонзика и смеялись. Мама не так весело, как проводница.
      — Сейчас поедешь! — крикнула мама.
      На этот раз Гонзик расслышал её — мама крикнула очень громко. У Гонзика забилось сердце. Сейчас он поедет! Ему даже стало страшновато. По спине забегали мурашки. Ведь он поедет, а мама останется здесь!
      Гонзик видел, как проводница подняла руку и сразу убежала.
      — Чемоданчик! Где чемоданчик? — кричала мама на платформе.
      — Здесь, — ответил Гонзик и поднял чемодан, чтобы мама его видела.
      Он прижал нос к стеклу и с удовольствием высунул бы голову, чтобы быть поближе к маме. Но куда там! Стекло такое твёрдое!
      Поезд тронулся. Гонзика так тряхнуло, что он пошатнулся, но продолжал смотреть на маму. Она смеялась, хотя из глаз у неё капали слёзы. Мама плакала! Гонзику показалось, что мама отодвигается куда-то назад, словно её отталкивают от него. Через минуту он её уже совсем не видел. Перед глазами пробегали незнакомые дома, а мама исчезла.
      Гонзику вдруг стало грустно. Он бы с радостью выскочил к маме и обнял её, но это было невозможно: мама осталась на платформе. Гонзик почувствовал себя очень одиноким, и на глазах у него выступили слёзы. Ещё немного — и он заплачет.
      — Да что ты, сынок! Уж не собираешься ли ты плакать? — послышался весёлый мужской голос.
      Гонзик повернулся и полными слёз глазами посмот-
      рел на мужчину, который сел на лавочку напротив. У него был такой же большой нос, как у папы, и густые волосы.
      — Я не плачу, — важно ответил Гонзик и сел.
      Он вытер глаза и нахмурился. Не будет же он плакать перед взрослым!
      Чемоданчик Гонзик прижал к себе.
      — Куда ты едешь? — спросил незнакомый человек.
      — К дедушке, — ответил Гонзик и посмотрел в окно.
      — Ага... к дедушке, — сказал мужчина, не спуская с Гонзика глаз.
      — И к бабушке, — быстро добавил Гонзик. Он смутился, оттого что не сразу вспомнил о бабушке.
      — А как тебя зовут? — расспрашивал незнакомец, приветливо улыбаясь мальчику.
      — У меня два имени, — ответил Гонзик.
      — Так не бывает!
      — Бывает, — уверял мальчик. — Мама называет меня Гонзик, а когда в школе учительница вызывает — Ян Тихий, так это тоже я.
      — Ты ходишь в школу?
      — Да, — живо ответил Гонзик, — но только в школу для маленьких. Большие мальчики носят в школу книжки, а мы — завтрак.
      — Понимаю, — кивнул мужчина и громко расхохотался.
      — А вы куда едете? — смело спросил Гонзик.
      — На работу. Я работаю на железной дороге, понимаешь?
      — Ага, — задумался Гонзик.
      — Счастливого пути, Гонзик, — вдруг сказал железнодорожник и встал. — Мне пора выходить.
      — А я поеду ещё дальше, — гордо ответил Гонзик и подал ему руку.
      Железнодорожник пожал её.
      — Передай привет дедушке! — сказал он и ушёл.
      Гонзик вспомнил дедушку, и ему захотелось, чтобы
      поезд ехал быстрее. Может, нужно его немножко подтолкнуть? Но Гонзик не мог выйти из вагона, кроме того он должен был держать чемоданчик. И поезд ехал так, как ему хотелось, но всё же вёз Гонзика к дедушке.
      Мальчик.уже съел кусок хлеба с маслом и две булочки. Затем он заглянул под обе лавки, не спрятался ли там кто-нибудь, и стал смотреть в окно. Гонзик заметил, что столбы возле железной дороги сначала становятся всё выше и выше, а потом опять уменьшаются. Он не мог понять, что с ними происходит. Затем он потянул за ремень окна и потрогал ручку двери. Но ничего не смог открыть.
     
      III. ДЕДУШКА ВЕЗЁТ ГОНЗИКА
     
      Когда Гонзик уже начал скучать в вагоне, прибежала проводница, с грохотом открыла дверь и крикнула:
      — Идём скорее, Гонзик, тебе выходить!
      Значит, он уже приехал к дедушке! Схватив проводницу за руку, он побежал к двери. Поезд остановился. Проводница спрыгнула, потом взяла Гонзика на руки и поставила его на землю.
      Гонзик стал озираться, искать дедушку. Он должен быть здесь со своей тележкой. Да вот и он! Лошадь испугалась поезда и шарахнулась. Но дедушка крепко натянул вожжи и прикрикнул на неё, чтобы она стояла смирно. Рядом с дедушкой сидел Пунтя и яростно лаял. Ему что-то не нравилось, но Пунтя и сам не знал что именно.
      — Дедушка! — воскликнул Гонзик и помчался к тележке.
      — Подожди минутку! — крикнул дедушка, поворачивая лошадь.
      — Пунтя! — позвал Гонзик большую рыжую собаку.
      Пунтя соскочил на землю и бросился прямо к Гон-
      зику. Ткнул его носом, а потом завертелся вокруг него Он очень обрадовался приезду Гонзика.
      — Гонзик, — спросил дедушка, — а где твой.чемоданчик?
      Мальчик посмотрел на свою правую руку. Пунтя тоже посмотрел на неё. Но в правой руке ничего не было.
      Тогда Гонзик посмотрел на левую руку, и Пунтя посмотрел на неё. Но и в левой руке не было чемоданчика! И вправду, обе руки были пустые!
      Гонзик до того испугался, что у него сердце замерло. Как он мог забыть чемоданчик в поезде? Мама предупреждала: надо смотреть за чемоданчиком, а он забыл о нём! Значит, мама не зря беспокоилась!
      Но чемоданчик всё-таки не уехал. Проводница услышала дедушкин вопрос, и не успел поезд снова тронуться, как она принесла чемоданчик. Гонзик прижал его обеими руками к груди, чтобы его не потерять, и побежал к дедушке. А Пунтя за ним. Ему тоже хотелось что-нибудь нести. Поэтому он подобрал сухую ветку и бежал с нею вслед за Гонзиком.
      Между тем дедушка успокоил лошадь. Он поднял Гонзика вместе с чемоданчиком и посадил его в тележку, а сам сел рядом. Но и Пунтя не захотел оставаться внизу. Он бросил ветку и тоже взобрался на тележку. Там он до тех пор протискивался, пока не высунул голову из-под руки мальчика.
      — Пунтя! Чего тебе? — воскликнул Гонзик.
      Но Пунтя только облизывался. Это означало, что он доволен. Ему хотелось быть поближе к Гонзику, и теперь он своего добился.
      Гонзику тоже было хорошо. Он сидел в тележке, рядом с ним был дедушка, в одной руке он держал чемоданчик, под другую его толкал своей головой пёс, лошадка весело бежала, и тележка катилась. Все ехали в Кониковицы.
      — Вот ты и приехал один, — сказал дедушка и искоса бросил взгляд на Гонзика, улыбаясь в свои белые усы.
      — Да, — важно кивнул Гонзик, — поезд мчался, как чёрт!
      — А когда приедет мама? — расспрашивал дедушка. — Что же ты её не привёз?
      — Но тогда бы я не ехал один, — возразил Гонзик. — Мама приедет только в субботу.
      — Это хорошо, — успокоился дедушка.
      — Дедушка!
      — Что, Гонзик?
      — Чья это лошадь? Пунтю я знаю, кота тоже, а лошади ещё не видел.
      — Она кооперативная.
      — А что значит—кооперативная? — расспрашивал Гонзик. Такого слова он не знал.
      — Это значит, что у нас общий скот и мы все вместе ведём наше хозяйство. Это и есть кооператив. И лошадь тоже принадлежит нам всем. Я только взял её на сегодняшний день.
      — Дедушка, — задумался Гонзик, — а что ещё кооперативное?
      — Да вот хоть поле, — ответил дедушка и показал кнутом на расстилавшиеся вокруг нивы. — Видишь, всё это поля нашего кооператива.
      Гонзик смотрел на широкие поля, которые тянулись по обе стороны дороги. Хлеб был уже убран. В одном месте пахали на тракторе, в другом работало несколько пар лошадей.
      — Есть у нас в кооперативе коровы, — продолжал дедушка, — и свиньи, за ними ухаживаю я, и куры, за которыми ходит бабушка.
      — Дедушка, — снова поднял голову Гонзик.
      — Что?
      — А Пунтя тоже кооперативный?
      Пёс, услышав своё имя, тихонько взвизгнул. Просто для того, чтобы Гонзик и дедушка знали, что он здесь.
      — Нет, Пунтя не кооперативный, — засмеялся дедушка.
      Пёс, слушая дедушку, негромко тявкнул. Потом
      поднял уши и чуть-чуть оскалил зубы. Казалось, будто он смеётся. Так оно и было. Пунтя смеялся, потому что смеялся дедушка. А Пунтя его любил.
      Гонзик заметил радость рыжего пса и стал с ним разговаривать. Рассказал ему о ребятах с их улицы и даже показал свой разноцветный шарик. Пунтя слушал и старался понять. Через минуту от рассказов Гонзика ему стало жарко. Он открыл пасть и высунул язык.
      За разговорами время в дороге летело незаметно, и скоро дедушка с Гонзиком и Пунтей приехали в Кониковицы.
     
      IV. БАБУШКА. ПОЛУЧАЕТ ШАРИК
     
      Бабушка у Гонзика была уже старенькая. На голове она носила платок и снимала его, только когда ложилась спать. Гонзика она любила и, поджидая его, давно уже нетерпеливо поглядывала на дорогу.
      Наконец тележка въехала в деревню. Бабушка искала взглядом Гонзика. Да вправду ли он приехал? И тут же улыбнулась: Гонзик сидел на тележке! Сидел рядом с дедушкой и что-то кричал. А Пунтя лаял на всю деревню.
      Тележка с грохотом подкатила к воротам.
      — Летите как на пожар! — сердито ворчала бабушка, а сама улыбалась.
      Она была рада Гонзику. Мальчуган отлично выглядел. Волосы торчали у него, как у ёжика, а щёки горели румянцем.
      — Бабушка! Бабуся! — крикнул Гонзик и хотел соскочить.
      Но дедушка удержал его, и спрыгнул только Пунтя. Бабушкины куры испугались пса — разлетелись во все стороны и кудахтали, словно их режут.
      — Пунтя! Пошёл вон! — прикрикнула бабушка на рыжего пса, который вертелся вокруг её юбки.
      — Получай Гонзика, — сказал дедушка, протягивая ей мальчика прямо в объятия.
      Потом дед уехал на конюшню. Нужно было накормить лошадь и поставить на место тележку.
      — Мальчик мой!—нежно сказала бабушка, крепко обнимая Гонзика.
      — У меня есть чемоданчик, — похвастал Гонзик и сунул его бабушке прямо в лицо.
      — Ты в нём, наверно, мне что-нибудь привёз,— засмеялась бабушка.
      Гонзик смутился. Ведь у него ничего нет для бабушки! Он стал быстро вспоминать, что у него в чемоданчике. Свою рубашку он бабушке дать не может — ему нечего будет носить в Кониковицах, полотняные туфли будут бабушке малы, а носовые платки Гонзик берёг, как зеницу ока. Он их уже немало растерял, и мама его часто за это бранила. Но Гонзик всё-таки придумал, что подарить бабушке.
      — Бабушка, пусти меня, — потребовал он.
      Бабушка поставила внука на землю и с интересом
      посмотрела на него. Гонзик нащупал в кармане шарик и вытащил его. Шарик так и блестел на солнце, сверкая всеми своими красками.
      — Вот, возьми! — и протянул шарик.
      — Какой красивый! —удивилась бабушка и взяла шарик.
      — Ты можешь им играть, — посоветовал Гонзик.
      — Ох, ты мой милый! — рассмеялась бабушка.— Лучше я его спрячу.
      Бабушка положила стеклянный шарик в карман юбки. Мальчику было немножко жалко шарика, но через минуту он забыл о нём.
      Гонзик погладил большого кота, который тёрся о его колени. Он был красавцем, этот кот: весь чёрный, только глаза жёлтые. И горели они, как лампочки. Кот потихоньку мурлыкал, вытянув хвост, как ореховый прут.
      Пунте не понравилось, что Гонзик гладит кота. Не любил он этого чёрного зверя. Пунтя разозлился, шерсть поднялась у него на спине дыбом, и он залаял на кота: «Гав! Гав!» Кот испугался, зашипел и, как молния, промчался по двору. Пунтя бросился было за котом, да разве за ним угонишься! Кот вскарабкался на поленницу и уселся наверху, А Пунте оставалось только лаять на него снизу. Его злило, что он не может добраться до кота.
      — Пунтя, оставь кота! Иди сюда! — позвал Гонзик пса.
      Пунтя перестал лаять, завилял хвостом и бросился к Гонзику. Он со всего размаха наскочил на бабушку и внука и едва не опрокинул их.
      — Пошёл вон! Противная собака! — воскликнула бабушка и повела Гонзика в дом.
      Они вошли в бабушкину кухоньку. Здесь всё сверкало чистотой — большой стол в углу, деревянный пол, синяя кафельная плита и маленькое окно, заставленное цветами.
      — Как ты ехал в поезде? — спрашивала бабушка.
      — Я ехал один, — гордо вскинул голову Гонзик.
      — И не боялся? — забеспокоилась бабушка.
      — Чего мне бояться? Я уже больше... — Гонзик поискал глазами, с чем бы себя сравнить, — я уже больше вашего стола!
      Гонзик был прав. Он был уже выше бабушкиного стола.
      — Верно! Растёшь не по дням, а по часам! — серьёзно подтвердила бабушка. — Знаешь что? Раз ты такой большой, будешь спать один в передней горнице. Дедушка хотел перетащить туда свою кровать, да стоит ли?
      Спать одному в комнате! Гонзик сперва обрадовался, но потом ему что-то в этом не понравилось. Дома ночью рядом с ним была мама. Стоило позвать — и она откликалась. А здесь не будет никого! Только темнота кругом.
      — Хорошо, я буду там спать, — храбро ответил Гонзик. — Но пускай Пунтя спит со мной!
      — Что ты? Пунтя сторожит на улице!
      — Ну, тогда кот. Я буду спать с котом!.
      — Кот спит на чердаке, на сене, — сказала бабушка. — И потом, ночью ты кота всё равно не увидишь. Ведь он чернее ночи!
      — Это верно, — Гонзик задумался. — Знаешь что, бабушка?
      — Что?
      — Тогда ты хоть одолжи мне шарик! Он светится и в темноте.
      — Вот он, можешь его себе оставить, — протянула бабушка шарик. — Всё равно играть мне некогда, нужно идти на птичник.
      — Да ты, наверно, и не умеешь им играть, — добавил Гонзик.
      Сначала ему было неприятно отбирать у бабушки разноцветный шарик, но через минуту он рассмеялся — обрадовался, что получил шарик обратно.
     
      V. НА ПТИЧНИКЕ
     
      Гонзик открыл чемодан, вынул из него клетчатую рубашку, которую разрешалось пачкать, и надел полотняные туфли. Тем временем бабушка сварила ему яйцо всмятку, и Гонзик принялся за завтрак. Он разбил скорлупу и стал ложечкой кушать яичко, откусывая хлеб. Оно так вкусно пахло, что и у Пунти разыгрался аппетит. Он положил голову на колени Гонзика и облизнулся.
      Гонзик заметил это и спросил:
      — Пунтя, ты тоже хочешь?
      Пунтя завилял хвостом, прижал уши и снова облизнулся. Это означало:
      «Да, очень хочу!»
      Гонзик отломил кусочек хлеба, положил на него немного белка и протянул псу. Пунтя сразу же проглотил.
      — Почему ты не жуёшь?— рассердился Гонзик.— Хлеб надо жевать... вот так.
      Гонзик показал Пунте, как надо жевать. Псу это понравилось, и он завилял хвостом. Но и следующий кусок он проглотил сразу.
      — Ах ты, обжора! — сказала бабушка. — Не давай ему, не стоит кормить собаку яйцом. А теперь, Гонзик, иди в сад. Там полно фруктов.
      Мальчик и Пунтя пошли в сад. Гонзик собрал в корзинку упавшие яблоки. Самое красивое, красное, он оставил себе. Когда мальчик откусил яблоко, Пунтя пристально посмотрел на него. Гонзик дал ему кусочек. Пунте яблоко не понравилось. Он его немного пожевал и выплюнул. Сладкую сливу Пунтик жевал чуть дольше и, когда Гонзик стал его уговаривать, хотел было проглотить её, но чуть было не подавился — слива застряла у него в горле.
      — Подожди! Не глотай! — крикнул Гонзик. — Ты забыл выплюнуть косточку.
      Но Пунтя кашлял и старался проглотить сливу. Он не понимал, о какой косточке говорит Гонзик.
      — Пунтя! Выплюнь косточку! —кричал Гонзик и показывал собаке, как это сделать.
      Но в этот момент Пунтя проглотил сливу вместе с косточкой и снова как ни в чём не бывало завилял хвостом.
      — Пунтя, ты даже не знаешь, что такое косточка! — рассердился Гонзик.
      Но тут же забыл об этом — бабушка позвала его на птичник. Гонзик пошёл, и Пунтя побежал за ним.
      Но бабушка прогнала собаку.
      — Оставайся дома, — строго сказала она. — Этого ещё не хватало! Всех кур перепугаешь!
      Пунтя поджал хвост и поплёлся домой. Он лёг на завалинку и с грустью посмотрел, как за бабушкой и Гонзиком закрылась калитка. Бабушка и Гонзик прошли деревню и по тропинке вышли на окраину Кони-ковиц. Там находился птичник. Большой участок был обнесён проволочным забором, а посередине стоял длинный ряд низеньких каменных курятников. Вокруг них расхаживало много белых кур.
      Когда бабушка с Гонзиком открывали калитку, у них под ногами промелькнуло что-то рыжее, пытаясь прорваться вперёд.
      — Пунтя! — крикнула бабушка и так сердито обернулась, что у неё развязался платок. — Что я тебе сказала? Сейчас же ступай домой!
      — Бабушка! — стал просить Гонзик. — Оставь его здесь! Он будет тихо лежать у калитки.
      Ему было жалко собаку.
      Между тем Пунтя и вправду улёгся у калитки. Он по-собачьи улыбнулся Гонзику и виновато посмотрел на бабушку.
      Бабушка повела Гонзика к курятникам. Она показала ему, как там чисто и светло. Насесты были пустые — все куры гуляли во дворе. Только несколько кур в гнёздах сидели на яйцах.
      — Раньше так хорошо даже люди не жили, — сказала бабушка.
      — А почему? — удивился Гонзик.
      — Потому что тогда у нас были господа, а они о народе не заботились.
      — Хорошо, что теперь нет господ. Да, бабушка?
      — Конечно. Они нас порядком помучили, — вздохнула бабушка, открывая окошки.
      — Как здесь хорошо!.. — радовался Гонзик.— Бабушка!
      — Что?
      — Почему здесь все курицы белые?
      — Это породистые куры, — ответила бабушка. — Они дают много яиц, а у цыплят нежное мясо.
      С одного гнезда слетела курица. Она громко кудахтала и испуганно озиралась.
      — Видишь, Гонзик, — сказала бабушка, — она как раз снесла яичко.
      — Вот оно!—закричал Гонзик. — Я его дома съем.
      Гонзик положил яичко в карман. Оно было ещё тёплое.
      — Гонзик, этого делать нельзя, — строго сказала бабушка: — оно кооперативное.
      — Хорошо, — вздохнул Гонзик и положил яичко обратно в гнездо.
      Между тем Пунтя спокойно лежал у калитки. И ничего бы не случилось, если бы несколько кур не обратило на него внимания. Они начали вытягивать шею и кудахтать — что за зверь там лежит? Пунте этот крик был просто противен. Он закрыл глаза, чтобы не видеть кур.
      Кудахтанье услышал большой белый петух и подбежал к Пунте. Теперь и он рассердился. Петух прыгал вокруг пса и вытягивал шею, а из его горла вырывался резкий крик. Пунтю это начало злить, но всё же он сдерживался. Повернулся на другой бок и уставился на забор, чтобы не видеть надоедливого петуха.
      Но петух это понял по-своему: он решил, что Пунтя боится его. Подошёл к нему ближе и клюнул его в ногу. Пунтя заворчал и тявкнул. Это означало: «Петух, не приставай ко мне, лучше уходи, не то я тебя разорву».
      Белый петух отскочил, но через минуту снова подошёл к Пунте. Опять клюнул, на этот раз в хвост. Пунте было больно, и теперь он уже не сдержался. Заворчал, вскочил и с громким лаем бросился на петуха. Пасть его сразу наполнилась белыми перьями. Петух заорал на всю деревню и помчался к курятнику, едва касаясь земли. Он растопырил крылья и, вытаращив глаза, кричал от ужаса.
      В этот момент бабушка вышла из курятника. Гон-зик пошёл следом за ней. Бабушка сразу поняла, что случилось. Она схватила метлу и побежала к Пунте. Но пёс не стал её дожидаться. Он бросил петуха, стремительно повернул назад и кинулся к калитке. Ему не хотелось знакомиться с бабушкиной метлой. К счастью, бабушка быстро запыхалась и остановилась. Она была уже старенькая и не могла догнать собаку.
      — Бабушка, — крикнул Гонзик, — я отведу Пунтю домой!
      — Иди, и чтоб этого негодяя я здесь больше не видела! — сердилась бабушка.
      Гонзик открыл калитку и выпустил Пунтю. А Пун-тя фыркал, стараясь избавиться от застрявших в зубах перьев. Но у него ничего не получалось. И Гонзи-ку пришлось ему помочь.
      — Пунтя, ты ведь не знал, что это кооперативный петух? — допытывался Гонзик. — Если бы знал, ты бы его не тронул.
      Пёс прижал уши и завилял хвостом. Видно, он был рад, что не загрыз проклятого петуха. Этого бабушка ему, наверно, не простила бы.
     
      VI. УПРЯМАЯ КОЗА
     
      В полдень дедушка пошёл за обедом в кооперативную столовую и взял с собой Гонзика. Дедушка нёс сумку с двумя кастрюлями, а внук шёл рядом. У окошечка кухни им пришлось немного подождать. Крестьяне относили свои тарелки в столовую, что была рядом, и там ели. Наконец подошла дедушкина очередь.
      — Сегодня три обеда, — сказал дедушка в окошечко.
      — А кто к вам приехал? — спросил из кухни женский голос.
      — Да вот наш внучек, Гонзик, — ответил дедушка и улыбнулся мальчику.
      Гонзик посмотрел наверх и прижался к дедушкиному колену. В окошечке появилось раскрасневшееся женское лицо.
      — А ты съешь целый обед?
      — Съем, — кивнул Гонзик.
      С едой он всегда расправлялся храбро. Съедал столько же, сколько мама.
      — Вот так мальчик! — сказала женщина в окне. — А нашему кооперативу помогать будешь?
      — Я пойду с дедушкой, — решительно ответил Гонзик и посмотрел на деда.
      А тот добродушно погладил его вихры.
      — Ну, тогда я тебе дам прибавку, — раздался снова женский голос.
      Гонзик высоко поднял голову: он, правда, ещё не очень большой, но обед уже получает, как взрослый.
      Когда они возвращались домой, Гонзик побежал вперёд, к калитке дедушкиного домика. Он хотел первым прийти к бабушке, распахнул калитку, вбежал во двор и... остановился. Во дворе стояла большая белая коза. У неё были загнутые рога и хвост, дрожащий, как осиновый лист. Она посмотрела на Гонзика, закивала головой и направилась к нему.
      Гонзик испугался. Коза идёт к нему! И какие страшные у неё рога!
      — Дедушка! —закричал Гонзик, но не убежал, а остался на месте, не спуская глаз с козы.
      А она медленно приближалась, чуть-чуть опустив голову. Похоже было на то, что она хочет боднуть Гонзика. Мальчик видел, что рога у неё очень острые.
      — Дедушка!—снова позвал Гонзик, по-прежнему не двигаясь с места. Он боялся, что коза побежит за ним и боднёт его в спину.
      — Не бойся, Гонзик, коза тебе ничего не сделает! — крикнул дедушка.
      Он у ворот услышал, что Гонзик зовёт его, и поторопился к нему.
      Когда появился дедушка, Гонзик перестал бояться. Коза подошла к нему, понюхала его рубашонку, потом штанишки, опустила уши и отошла в сторону. Хвостик её развевался, как бумажный флюгер.
      — Она у нас озорная, эта коза, но, когда увидела, что ты не боишься, оставила тебя в покое.
      — Дедушка, — покраснел Гонзик, — а я...
      — Что ты?
      — Я всё-таки немножко боялся!
      — Но это совсем не было видно, — ответил дедушка. — И ведь ты не убежал.
      — Дедушка!
      — Ну что?
      — А почему она озорная?
      — Бодается и к тому ещё упрямая. Остановится где-нибудь и ни за что не хочет сдвинуться с места. Но я знаю, как с ней обращаться, — улыбнулся дед.
      — Как, дедушка? Скажи, как? — приставал Гонзик.
      — Я беру веточку акации, и коза идёт за ней, куда мне надо. Она больше всего любит листья акации.
      Между тем коза расхаживала по двору. Вот она отщипнула редкую травку, пожевала соломинку, лизнула стену, потом стала бодать дерево и наконец принялась объедать низкие кусты акации у забора. Ей захотелось достать верхние веточки. Она стала на задние ноги, а передними оперлась о забор. Своими сильными губами коза притягивала листья акации и быстро жевала их. Листья хорошо пахли, так и таяли у неё во рту. И на вкус они были разные. Коза была довольна. Хвост дрожал у неё, как флажок на ветру.
      — Посмотри на неё, — засмеялся дед. — Ей бы только добраться до акации.
      — Чья это коза? — спросил Гонзик.
      — Кооперативная. Она живёт у нас в свинарнике. Мы её молоком подкармливаем маленьких поросят.
      — А зачем она пришла к нам, раз она кооперативная?
      — Я забыл подоить её, вот она и пришла ко мне, — сказал дедушка и поманил козу.
      Коза быстро опустилась на передние ноги и мелкими шажками побежала мимо Гонзика в сени. Там она вскочила на старый стол и, поджидая деда, вытянула голову. Дедушка вошёл в кухню, отдал бабушке сумку с обедом, принёс подойник и, стоя, тут же принялся доить козу. Она стояла как вкопанная, только сначала обнюхала стол и долго оглядывала голубоватую стенку. Гонзик удивлённо смотрел на козу и наконец не выдержал:
      — Дедушка, почему коза стоит на столе?
      — Видишь ли, Гонзик, у меня болит спина, вот я и приучил козу взбираться на стол, чтобы мне не нужно было нагибаться, — ответил дед, продолжая доить.
      Молоко лилось в подойник, и его становилось всё больше и больше. Вдруг коза ни с того ни с сего соскочила со стола и выбежала из сеней. Дедушка едва успел отодвинуть подойник, чтобы она его не опрокинула.
      — Вот такие штуки она всегда выкидывает! — рассердился дедушка.
      Только Гонзик хотел спросить, не побежит ли дедушка за козой, как бабушка позвала обедать. Гонзик решил ни о чём не спрашивать и пошёл на кухню. Ведь там его ожидал кооперативный обед, такой же, как для взрослого!
     
      VII. ГОНЗИК ПУСКАЕТ ЗМЕЯ
     
      После обеда бабушка послала Гонзика играть с ребятами. Их было несколько: самый старший, Виктор, уже пионер; второй, поменьше, — веснушчатый Ферда и маленькая девочка, которую звали Терезкой.
      — Ты меня знаешь? — спросил Ферда Гонзика.
      — На нашей улице много мальчишек, — не задумываясь, ответил Гонзик: — Зденек, Франта и Фили-пек. И есть ещё один, даже меньше меня. Но я не знаю, как его зовут.
      — Наверно, Славек, — уверенно заявила Терез-ка. — Его зовут Славек!
      — Да, Славек!—воскликнул Гонзик. — У нас есть палки, и мы ходим через парк...
      — А змея вы пускаете? — спросил пионер Виктор.
      У него дома был змей, и он любил его пускать в
      небо. Виктор уже пробовал вырезать из коры лодку, а во время каникул даже взялся строить самолёт. Лодка очень хорошо плыла по воде, но самолёт никак не хотел летать. Виктор твёрдо решил делать его заново.
      — Нет... змея не пускали, — ответил Гонзик, и ему стало обидно, что они дома не пускали змея.
      — Куда у них змею летать — ведь в городе даже неба нет! — презрительно сказал веснушчатый Ферда. — Там только дома и никакого неба!
      Гонзик как ни старался, никак не мог вспомнить, есть ли на их улице небо. Поэтому он хмуро посмотрел на веснушчатого мальчишку.
      — Небо есть везде, — решительно сказала Те-резка.
      — Конечно, — кивнул Гонзик.
      Ему казалось, что Терезка знает всё. У неё было маленькое личико и большие голубые глаза. Они сияли, как две звезды.
      — Я принесу змея, — решил Виктор. — Запустим его.
      — Принеси! Пойдём на поле за деревню! — обрадовались дети.
      Больше всех радовался Гонзик. Ведь он ещё никогда не пускал змея! На картинке его видел, а вот в руках никогда не держал.
      Виктор действительно принёс бумажного змея. У змея были нарисованы глаза, нос и рот. Смотрел он на детей, как живой, и был даже больше Гонзика. В поле Виктор понёс его сам. Ферда держал моток верёвки, а Гонзик нёс бумажный хвост. Он шёл так осторожно, точно хвост был стеклянный и мог каждую минуту разбиться. Терезка семенила сзади. Она не хотела видеть лицо змея — ей казалось, что его глаза всё время смотрят на неё.
      Дети прошли мимо кооперативной молотилки. Там люди сгружали с повозок снопы овса и подавали их на машину. Молотилка гудела, и Гонзик видел, как из её красного горла сыплется солома. Около машины уже стоял большой стог. Впереди у мешков работали двое мужчин. Они окликнули детей, но Гонзик не разобрал, что они говорят, — ему нужно было следить, чтобы ничего не случилось с хвостом змея.
      На другом конце поля Виктор подбросил змея кверху и побежал против ветра. Змей закачался и сразу взлетел. Виктор быстро разматывал верёвку, и змей подымался всё выше и выше.
      — Смотрите, он смеётся! — возбуждённо воскликнул Гонзик.
      — Он не смеётся, — возразил Ферда, — а хмурится!
      — Неправда! Я его знаю, — решительным тоном вмешалась Терезка. — Внизу он хмурится, а наверху смеётся: на то он и змей.
      — Вот видишь! — ответил Гонзик и благодарно посмотрел на Терезку. Какая умная девочка!
      Кто-то из работавших у молотилки позвал Виктора и попросил его принести воды — им очень хотелось пить.
      Виктор, который держал в руках моток верёвки, нерешительно посмотрел на обоих мальчиков. Которому из них доверить змея? Наконец он протянул моток Гонзику и строго сказал:
      — Хорошенько держи! Не выпускай моток из рук!
      — Ладно, — ответил Гонзик, и у него задрожали ст волнения руки.
      И вот он держит верёвку, а к другому концу её привязан змей. Он поднялся уже так высоко, что нельзя было различить ни носа, ни рта. Змей лишь тихонько кивал головой и поворачивал хвост то вправо, то влево. Гонзик чувствовал в руках лёгкое подёргивание. Как это было прекрасно! Он готов был пускать змея до самого вечера!
      Когда Виктор ушёл, к Гонзику подошёл веснушчатый Ферда и тихо попросил:
      — Дай мне змея!
      — Нет, — ответил Гонзик.
      — На минутку, — клянчил Ферда.
      — Даже на минутку не дам! — ответил Гонзик. Он помнил, что ему наказывал пионер Виктор.
      — Я дам тебе перочинный ножик, — предложил Ферда и вытащил из кармана маленький блестящий ножик. Гонзик искоса посмотрел на него. Ножик ему понравился. Вот бы ему такой! Но Гонзик тут же вспомнил строгий голос Виктора и снова сказал Ферде:
      — Нельзя.
      — Но Виктор не увидит, — возражал Ферда. Ему
      страшно хотелось подержать змея на такой длиннющей верёвке.
      — Гонзик должен слушаться Виктора, ведь Виктор пионер, — строго сказала Терезка. Она сердито посмотрела на Ферду.
      Ферда разозлился и крикнул:
      — Если ты не дашь мне подержать змея, я тебя повалю на землю!
      — Попробуй только! — петушился Гонзик. Одним глазом он смотрел на змея, а другим поглядывал на Ферду.
      — Ну, так я запущу в тебя камнем! — крикнул Ферда и стал искать камень.
      Терезке эта угроза не понравилась. Она подбежала к Гонзику, расставила руки и заслонила его. Тогда Ферда, бросив камень на землю, злобно крикнул:
      — Ну и держите своего змея!
      И побежал обратно в деревню.
      Вскоре вернулся Виктор. Он взял моток в руки и спросил Гонзика:
      — Ну, как змей? Не пытался улететь от тебя?
      — Что ты! — важно ответил Гонзик. — Я держал его и не выпускал. Правда, Терезка?
      — Я смотрела на Гонзика, — подтвердила Терезка. — Он всё время крепко держал змея.
      — Вот и хорошо, — улыбнулся Виктор.
      Потом они втроём ещё долго смотрели на непосе-ду-змея. Он то взлетал кверху, то опускался, то кивал головой, то неподвижно застывал в воздухе. По-видимому змей был доволен. Ему нравилось лежать на воздушной перине.
     
      VIII. СОН ГОНЗИКА
     
      Вечером в бабушкином доме было темнее, чем в комнате у Гонзика там, в городе. Куда ни посмотришь, всюду темно: и во дворе, и в хлеву, и в сенях, и в передней комнате, и за окном, под столом и за плитой.
      Только на кухне темнота не пугала мальчика — там горела электрическая лампочка. Кроме того, у плиты возилась бабушка, а дедушка за столом читал газету.
      Но Гонзика угнетала мысль, что он будет спать один. Он на минуту заглянул в переднюю горницу и убедился, что там очень темно. Гонзик просунул было голову в комнату, но сейчас же отскочил. А вдруг голова в такой темноте потеряется? Мальчик улучил момент и впустил в комнату Пунтю и чёрного кота. Пёс улёгся под кровать, а кот вскочил на шкаф и устроился там со всеми удобствами. Дедушка и бабушка ничего об этом не знали.
      Вскоре бабушка отправила Гонзика спать. Она взбила перины и уложила мальчика на кровать. Из-под перины выглядывало только его задорное личико.
      — Ты не будешь бояться? — спросила бабушка.
      — Нет, — ответил Гонзик, смеясь и прячась под перину.
      Ведь с ним были Пунтя и кот!
      — А шарик у тебя? — расспрашивала бабушка.
      — Вот он! — раскрыл ладонь Гонзик. На ней блестел красивый разноцветный шарик.
      — Ну, ты, наверно, быстро уснёшь, — добавила бабушка, выключила свет и тихо ушла.
      Гонзик хотел закрыть глаза, но они не закрывались. Словно их придерживала какая-то пружинка. Гонзик ещё некоторое время смотрел перед собой, но видел только темноту, и ему это не понравилось. Поэтому он перевернулся на бок. Он думал, что там будет хоть немного света. Но и там стояла тёмная стена мрака. Гонзику стало грустно. Он шёпотом позвал Пунтю, думая, что пёс тоже тихонько ответит ему. Но где там! Услышав голос Гонзика, Пунтя громко залаял. Его было слышно во всём доме. Дедушка услышал лай и тотчас же пришёл, вытащил пса из-под кровати и выгнал его во двор. Пунтя шёл неохотно. Он всё время оглядывался и тихонько скулил. Однако это ему не помогло, и Пунте пришлось уйти.
      — Ступай, сторожи двор! Там твоё место, — сказал дедушка, оглядывая комнату.
      И тут он заметил светящиеся глаза кота. Самого кота не было видно, но глаза у него горели, как две лампочки. Он забыл закрыть их и этим себя выдал.
      — А ты иди на чердак! — строго приказал дедушка и подождал, пока кот выйдет.
      И коту не хотелось уходить, но что поделаешь? Он тихо спрыгнул, прошмыгнул в дверь и забрался по лесенке на чердак. Там он ещё жалобно мяукал, но этого уже никто не слышал.
      Дедушка посмотрел на Гонзика. Ему показалось, что мальчик спит: глаза у него были закрыты, и он равномерно дышал. Тогда дедушка тихо вышел. Некоторое время ещё слышно было, как он чем-то шуршал на кухне, а потом затих.
      Но Гонзик не спал. Он только не шевелился, чтобы не пришлось объяснять дедушке, как к нему попали Пунтя и кот. Глаза у Гонзика снова открылись, и ему стало ещё грустнее, чем раньше. Ведь теперь с ним не было ни Пунти, ни кота! Он лежал совсем один!
      Гонзик вспомнил о папе и маме. Только сейчас он почувствовал, как любит их. Чего бы он не отдал за то, чтобы они были поближе! Ведь мамочка такая добрая! Всё делает для Гонзика, а стоит ночью позвать её, как она сразу прибегает и спрашивает, чего он хочет. А теперь она так далеко — в городе! Гонзик расстроился и стал потихоньку звать:
      — Мамочка! Мама! Мама!
      Но мама не приходила. Вместо неё в комнату вошла бабушка. Она спала очень чутко и слышала каждый шорох в доме. Услышала и Гонзика. Бабушка подсела к нему на кровать и тихо спросила:
      — Гонзик, почему ты не спишь?
      — Да ведь я сплю, бабушка! — тоже тихо ответил Гонзик.
      — Хочешь к нам в кухню? — ласково предложила бабушка.
      — Нет! — отказался Гонзик.
      — Там ты быстренько уснёшь, — уговаривала бабушка.
      — Да нет же, — упрямился Гонзик. — Мне здесь хорошо.
      Не перебираться же на кухню, чтобы дедушка догадался, что он боится темноты!
      — Шарик у тебя? — спросила бабушка.
      — Да, — ответил Гонзик и сжал его в руке.
      Когда бабушка ушла, Гонзику уже было не так
      грустно. Под окном лаял Пунтя. Гонзик сжимал в руке шарик и вспоминал, как сегодня днём пускал змея. Мысли у него в голове стали путаться, и наконец он уснул.
      Но о змее он не мог забыть даже во сне. Гонзику снилось, что он стоит в большом поле и держит верёвку, на конце которой высоко-высоко покачивается змей. Казалось, что змей очень доволен.
      Вдруг случилось что-то ужасное. Хвост у змея оторвался, и он поплыл по воздушным волнам в неведомую даль. Сначала змей был похож на белого дождевого червя и извивался так же, как червяк, потом стал совсем тоненьким и наконец исчез. Ничего не было видно, только под тучами мчался ветер. Разрисованная голова змея упала на землю. Без хвоста он не мог летать.
      Гонзик захныкал, а через минутку он уже плакал, вздыхая и всхлипывая. От слёз он проснулся.
      В комнату вбежали дедушка с бабушкой; яркий электрический свет ослепил Гонзика. Гонзик зажмурился и продолжал плакать.
      — Я хочу хвост змея! — громко крикнул он.
      Дедушка и бабушка переглянулись.
      — Чего он хочет? — спросил дедушка.
      — Не знаю, — ответила бабушка, озабоченно глядя на заплаканного мальчика.
      — Я хочу хвост змея! — кричал и всхлипывал Гонзик.
      — Какой хвост, какого змея? — удивлённо спросил дедушка.
      — Ему что-то приснилось, — объяснила бабушка и пощупала лоб Гонзика.
      Лоб был прохладный, мальчик был здоров.
      — Нет у нас никакого змеиного хвоста, Гонзик, — сказал дедушка.
      И только теперь мальчик расслышал его голос. Он открыл глаза, узнал дедушку, потом посмотрел на бабушку и её тоже узнал. Он увидел перину, разжал кулачок: вместо верёвки там был зажат разноцветный шарик. Теперь Гонзик понял, что с ним происходит.
      — Я пускал змея, — объяснил он дедушке. — Вдруг у него оторвался хвост и полетел всё дальше и дальше... — Гонзик ещё всхлипывал, но уже улыбался.
      — И улетел, — добавил дедушка, ласково глядя на своего заплаканного внука.
      — Это тебе приснилось, — нежно сказала бабушка и погладила растрёпанные вихры мальчика.
      Гонзику было приятно — казалось, что его гладит мама.
      — Я хочу спать, — заявил Гонзик.
      У него и вправду слипались глаза.
      — Спи, мой мальчик, спи, — прошептала бабушка и погасила свет.
      Дедушка тихо ушёл на кухню, а бабушка осталась с Гонзиком. Только убедившись, что он спит, она тоже ушла. А Гонзик крепко спал, и ему уже ничего не снилось.
     
      IX. ПОРОСЁНОК ПРИНЦ
     
      Рано утром Гонзик пошёл с дедушкой в свинарник. Только они открыли калитку, как за одной из деревянных загородок раздался поросячий визг.
      — Пойдём, Гонзик, — улыбаясь, сказал дедушка. — Я покажу тебе нашего Принца.
      — Принца? — изумился Гонзик.
      Как принц мог очутиться среди свиней?
      Дедушка молча подошёл к загородке, открыл её, и оттуда выбежал розовый поросёнок. Он был не больше бабушкиной скамеечки. Голова с плоским пятачком у него была опущена, а хвостик походил на узелок толстой верёвочки. Поросёнок прижался к дедушкиному сапогу и довольно захрюкал. Потом он понюхал полотняные туфли Гонзика, и они ему тоже понравились. Гонзик потянул его за большое ухо. Поросёнок пошевелил им, словно отгоняя муху.
      — Вот так принц! — засмеялся Гонзик.
      — Хорош? — смеялся дедушка. — Видишь, какая у него щетина!
      — Дедушка! А сколько у тебя принцев?
      — Только один, остальные — обыкновенные свиньи. Принц всюду ходит за мной следом. Посмотри, если я почешу ему спинку, он сразу ляжет на бок.
      Дедушка почесал поросёнка, а тот и вправду лёг, вытянув все четыре ножки и весело поглядывая маленькими глазками.
      — Принцы любят, чтобы им прислуживали, — заметил дедушка.
      — Я возьму его домой, — размечтался Гонзик, — постелю ему на кухне в уголочке...
      — Мама бы тебе за это всыпала! — рассмеялся дедушка. — Пойдём, я покажу тебе наших свиней.
      Дедушка водил Гонзика от одной загородки к другой. Там было много свиней. За одной загородкой — маленькие, за другой — большие, а за третьей прогуливались настоящие великаны. Уши у них свисали на глаза, и они тихо похрюкивали. Гонзик их немного побаивался.
      — Это настоящие слоны! — сказал он с удивлением.
      — Ну, не слоны, хотя разжирели они порядком, — ответил довольный дедушка. — Наш кооператив за них много получит.
      — Дедушка, а ты тоже что-нибудь получишь? — спросил Гонзик.
      — А как же, в конце года, — засмеялся дедушка. — Ведь я член кооператива.
      В задней части двора в загонах лежали большие свиньи с маленькими поросятами. Поросята повизгивали и бегали вокруг матерей, как цыплята вокруг наседки. Гонзику они очень понравились, и дедушка дал ему подержать одного поросёнка. Мать даже не пошевелилась, только поглядывала, не случилось ли что-нибудь с поросёнком.
      — Летом мы не держим их в помещении, — рассказывал дедушка. — Пусть дышат чистым воздухом. Только зимой переселяем их в свинарник.
      — А им не холодно ночью?
      — Ничего, надо закаляться, — ответил дедушка и пошёл с Гонзиком к сараю.
      Там он отвязал козу, которая уже нетерпеливо озиралась, и выпустил её. Коза бросилась к Принцу и начала бодать его. Поросёнок завизжал и побежал к дедушке.
      — Что ты делаешь? Оставь его! — рассердился дедушка на козу. — Оставь Принца в покое!
      Коза, услышав сердитый голос дедушки, обиделась. Она высоко подняла голову и ушла. Её хвост торчал, как капустный листок. Со злостью она обдумывала, как бы ещё больше рассердить дедушку. Но ей ничего не приходило в голову. Поэтому коза вскочила на крышу деревянного хлева, а оттуда забралась на каменный забор. Это была для неё прекрасная тропинка! Она ходила по ней взад и вперёд и пробовала листья ближайших деревьев. Одни листья были сладкие, другие кисловатые, некоторые горчили, а у тех, что росли чуть повыше, был солоноватый вкус. У козы от гордости, что она ходит на такой высоте, шерсть на спине поднялась, а хвост опять дрожал, как флажок на ветру. Наконец дедушка увидел, куда она забралась, и снова рассердился:
      — Ступай вниз! — крикнул он ей через весь двор.
      Коза услышала и назло соскочила по другую сторону забора. Это было довольно высоко, так что она чуть не ударилась головой о землю, но всё обошлось благополучно. Теперь коза оказалась на площади и могла идти куда ей вздумается.
      Дедушка не обращал на неё внимания. Он знал, что она вернётся, и пошёл с Гонзиком готовить корм для свиней.
     
      X. КОЗА НА ДОРОГЕ
     
      Коза немного попаслась в придорожной канаве, где было много вкусной и ароматной травы, надкусила одну травинку, фыркнула на другую, а третью только понюхала.
      По дороге проехал воз с клевером. Несколько стебельков упало на землю. Коза увидела красные головки посреди дороги и побежала к ним. Там был целый пучок вкусного, как мёд, клевера.
      Вдруг позади раздался автомобильный гудок. Это означало, что надо дать дорогу. Но коза заупрямилась. Что ей за дело до какой-то машины! Пускай едет по другой дороге, а она, коза, будет стоять здесь и не сдвинется с места.
      Машина остановилась, из неё выглянул пожилой мужчина в хорошо отглаженном костюме. С другой стороны открылась дверца, и на дорогу вышла женщина. На ней было лёгкое пёстрое развевающееся платье.
      — Что случилось? — спросил мужчина.
      — Коза! Прогони её, — ответила женшина.
      Мужчина раздвинул руки, подошёл к козе и закричал: «Кш-кш-кш!» Коза посмотрела на него, отвернулась и продолжала стоять как вкопанная.
      — Она не хочет уходить, — сказал мужчина.
      Женщина засмеялась:
      — Возьми её за рога и оттащи в сторону!
      — Да как же... — растерялся мужчина. — Лучше подождём, пока кто-нибудь придёт.
      С грохотом подъехал трактор с двумя большими прицепами. На нём сидели два молодых тракториста. Им тоже пришлось остановиться.
      — В чём дело? — крикнули они. — Почему вы остановились посреди дороги? Мы не можем ждать, у нас нет времени.
      — Коза... — отвечал мужчина в отутюженном костюме. — Здесь коза, она не хочет уходить!
      Парни слезли и подошли к козе. Они сразу её узнали. Да ведь это коза дедушки Яноуша! Трактористы знали, что его коза упрямая и силой с ней ничего не поделаешь. Один из них побежал в свинарник и сказал дедушке, что коза стоит на дороге и не хочет двинуться с места.
      — А вы не знаете, что делать? — удивился дед. — Вот я пошлю туда нашего Гонзика, и увидите, что коза пойдёт за ним.
      — Ну, так я побегу, — поднял голову Гонзик. Он как раз помогал дедушке размешивать помои для поросят.
      — Ты знаешь, что тебе надо взять с собой? — спросил дедушка внука.
      — Знаю, — ответил Гонзик.
      Во дворе он сорвал веточку акации и побежал на площадь.
      Люди на дороге удивились, что за козой пришёл такой маленький мальчик. Но через минуту они удивились ещё больше. Гонзик поднёс веточку к носу козы. Коза сразу забыла обо всём и понюхала веточку. Она сорвала с неё несколько листочков и потянулась за остальными.
      Очень уж они ей нравились. Прямо таяли на языке. Через минутку дорога была свободна, и люди могли продолжать свой путь. Мужчина в отутюженном костюме и женщина в развевающемся платье сели в машину и сразу уехали. Вернулись на свой трактор и молодые трактористы. Вскоре на дороге опять никого не осталось.
      В свинарнике дедушка отчитывал козу за её фокусы. Коза стояла перед ним, опустив голову, и слушала. Казалось, что теперь она будет вести себя хорошо. Но всё испортил поросёнок Принц. Он бегал возле дедушкиных ног, а это козу раздражало. Ей было немного завидно, что поросёнок всё время крутится вокруг дедушки. Коза разбежалась и хотела поддеть Принца на рога. Принц завизжал и спрятался за Гонзика.
      — Так вот ты какая! — рассердился дедушка. — Я тебя ругаю, а ты снова за своё. Иди под навес! Я тебе задам!
      Коза опустила голову и послушно пошла под навес. Дедушка грозился, но козе ничего не сделал. Только привязал её под навесом.
      Когда они шли домой, Гонзик с воодушевлением сказал:
      — Дедушка, когда я вырасту, я тоже буду ухаживать за свиньями. И у меня тоже будет коза и Принц. С ними так весело.
     
      XI. ГОНЗИК ИДЁТ ЗА ОБЕДОМ
     
      Бабушка послала Гонзика за обедом в кооперативную столовую. Положила ему в сумку горшочек для супа и большую тарелку для блинчиков. Да наказала Гонзику, чтобы он нигде не задерживался и нёс обед прямо домой.
      Итак, Гонзик отправился. В калитке к нему присоединился Пунтя, и они пошли вместе. В столовой Гонзик стал в очередь к окошку и не беспокоился, что его почти не видно. А Пунтя тем временем поджидал его у двери.
      — Сегодня три обеда, — сказал Гонзик, когда подошёл к окошку, и протянул сумку с посудой.
      Чья-то рука взяла сумку, и в окошко выглянула раскрасневшаяся женщина. Она широко улыбнулась Гонзику:
      — Это ты, Гонзик?
      — Да, я, — отвечал серьёзно Гонзик.
      — А что делает дедушка?
      — Чинит забор.
      — А бабушка?
      — Убирается. Завтра приедет мама, и бабушка моет пол.
      — И поэтому ты пришёл один! Придётся тебе опять дать добавку, — засмеялась женщина, и действительно, сумка с обедом, которую она подала Гон-зику, была изрядно тяжела. Сумка пригибала Гонзика к земле. Но его это не смутило. Он наклонился на другую сторону и с сумкой и Пунтей вышел на улицу.
      У липы, посреди деревни, мальчик остановился немного передохнуть. Кроме того, его заинтересовало, что делается под липой: там на корточках, наклонив голову, сидел какой-то мальчик. Гонзик присмотрелся и узнал его: это был веснушчатый Ферда, он бросал в ямку шарики.
      — Гонзик, иди играть, — поднял голову Ферда.
      — Я несу блинчики, — отказался Гонзик.
      — Подумаешь! Меня бы блинчики не остановили, — вызывающе сказал Ферда.
      — Ас кем ты играешь?
      — С тобой.
      Это было странно. Как Ферда мог играть с ним, если Гонзик стоял около сумки? Гонзик недоверчиво посмотрел на Ферду.
      — Что смотришь? — посмеивался Ферда. — Погляди! Вот кидаю я. — Ферда ловко вогнал шарик в-ямку. — А теперь кидаешь ты, — сказал Ферда, но при этом так слабо ударил по шарику, что тот едва шевельнулся.
      — Неправда, я так не играю! — рассердился Гонзик. — Так бросают шарик только маленькие дети.
      — Ты так играешь!
      — Нет, не так.
      — Ну, так покажи как.
      Гонзик колебался — посмотрел на сумку, а потом опять на Ферду. Он знал, что надо сразу нести обед домой, но не мог позволить, чтобы его считали таким плохим игроком. Поэтому он поручил Пунте караулить сумку с обедом, а сам бросился к ямке. Гонзик вынул
      из кармана свой красивый стеклянный шарик, которым всегда выигрывал, и начал играть.
      — Какой у тебя красивый шарик! — позавидовал Ферда.
      — Да,—довольно ответил Гонзик. — А как он катится!
      И действительно, стеклянный шарик прекрасно катился, гораздо лучше, чем глиняные шарики Ферды.
      Едва Гонзик начал играть, как уже три шарика Ферды оказались у него в кармане.
      Тем временем Пунтя сторожил сумку. Это было для него очень трудной задачей. Ему прекрасно были видны блинчики на тарелке. Их аромат бил ему прямо в нос. Но Пунтя был дисциплинированной собакой. Он знал, что к блинчикам нельзя притрагиваться. Поэтому, чтобы не видеть их и не чувствовать их запаха, он нарочно повыше поднял голову. Но это мало помогало. Блинчики, казалось, пахли ещё сильнее.
      У Пунти потекли слюнки, он с трудом удерживался от желания всунуть голову в сумку и схватить блинчик. Но всё же Пунтя этого не сделал. Он широко открыл пасть и высунул язык — немного помогло. Запах блинчиков уже не так дразнил его.
      А между тем около ямки с шариками случилось что-то ужасное. Ферда убедился, что стеклянный шарик всё время выигрывает. Он схватил шарик, зажал его в руке и пустился бежать так, что только пятки засверкали. Через минуту Ферда скрылся среди домов.
      Когда Гонзик наконец пришёл в себя, у него уже не было прекрасного разноцветного шарика, его стеклянного шарика, которому завидовали все мальчики.
      Бежать за Фердой Гонзик не мог — ведь ему надо отнести обед! Он уже должен быть с ним дома.
      Гонзик подошёл к Пунте. Пёс встретил его весёлым лаем. Он был рад, что не тронул блинчики.
      — Ну скажи, Пунтя, — пожаловался ему на себя Гонзик, — зачем я играл? И шарик был бы у меня, и обед бы не остыл.
      Пёс бегал вокруг Гонзика и ещё громче лаял. Он говорил своему товарищу примерно так:
      «Не огорчайся, Гонзик! Ведь ты получишь свой шарик обратно. А обед? Суп бабушка разогреет, а блинчики вы съедите холодными. Но не забудь обо мне! Мне очень хочется попробовать блинчиков».
     
      XII. ГОНЗИК ВНОВЬ ПОЛУЧАЕТ СВОЙ ШАРИК
     
      После обеда бабушка с дедушкой пошли ненадолго на кооперативный огород и взяли с собой Гонзика. Они помогали огороднику собирать огурцы.
      Гонзик шёл по рядам вслед за дедушкой и высматривал пропущенные огурцы. Он нашёл уже несколько штук и каждый раз громко сообщал об этом.
      — Вот ещё один! — воскликнул Гонзик и поднял огурец над головой. — И какой толстый!
      — Дед, — засмеялась бабушка, — ты сегодня что-то плохо собираешь!
      — У Гонзика глаза лучше моих, — проворчал дед, недовольный замечанием.
      Вскоре Гонзик перешёл на бабушкин ряд. Вначале он ничего не мог найти, но наконец под большим листом увидел красивый зелёный огурец с жёлтым брюшком.
      — Нашёл! — закричал Гонзик. — Огурец спрятался от бабушки, а я его нашёл!
      — Бабушка, — усмехнулся дед, — ты сегодня что-то плохо собираешь!
      — Покажи, Гонзик, — сказала бабушка и посмотрела на огурец. — Как это я его не заметила? Где он был?
      — Здесь, под листом, — показал Гонзик. — Он спрятался, и его было не видно.
      — Да, у Гонзика и вправду глаза лучше наших, — сказала бабушка и посмотрела на деда. Он промолчал и только улыбнулся в усы. Он, наверно, думал: «Значит, не только я один, бабушка тоже пропускает огурцы».
      В огород пришла группа ребят. Среди них были маленькие и большие, все они бегали около пожилого седого человека с белыми усами. Гонзик перестал искать огурцы и уставился на них.
      — Это школьники, — сказал дедушка. — Их привёл учитель Столарж.
      — У них тут участок, где они сами выращивают оеоши, — пояснила бабушка.
      Гонзик узнал пионера Виктора, ему показалось, что здесь и маленькая Терезка. А кто там у забора? Не Ферда ли? Гонзик покраснел и открыл рот. Конечно, Ферда, который сегодня отобрал у него шарик!
      Гонзик не знал, как быть. Ему было стыдно за Ферду, и поэтому он никому не сказал о его поступке. Но свой шарик он хотел получить обратно.
      Бабушка заметила, что Гонзик всё время смотрит на ребят.
      — Иди к ним, — предложила она. — Иди, не бойся.
      Гонзик медленно направился к детям. Он не решался к ним подойти. Ведь это настоящие школьники. «Я им, наверно, помешаю». Больше всего Гонзик боялся учителя. Он выглядел совсем не так, как учительница из детского садика. Та была красивая и весёлая, а у учителя Столаржа были усы, и он казался строгим.
      «Узнает ли меня Терезка? — думал Гонзик, приближаясь к школьникам. — Если она меня не узнает, я сяду на дорожку и буду играть один».
      Но Терезка узнала Гонзика. Едва она увидела его, как её маленькое личико просияло, и она сразу подбежала к нему.
      — Гонзик! —окликнула она мальчика.
      — Мы собираем огурцы, — ответил он и показал на деда и бабушку.
      — Ты проиграл шарик, да? — с сочувствием спросила Терезка.
      — Какой шарик? — насторожился Гонзик.
      — Стеклянный, разноцветный!
      — Ферда у меня отобрал шарик! — рассердился Гонзик. — Мы играли, а Ферда схватил его... Там и Пунтя наш был, он сторожил блинчйки... и Ферда убежал. Это мой шарик!
      — Я ему сразу не поверила! — деловито сказала Терезка. — Он показывал его в школе и хвастал: «Я выиграл его у Гонзика!»
      — Да, «выиграл»!.. Схватил и убежал!
      — Подожди, — прошептала Терезка. — Ты пока сделай вид, будто играешь, а я расскажу об этом Виктору.
      Гонзик присел, нашёл три щепочки, подобрал несколько камешков и принялся строить на тропинке двор. А сам искоса поглядывал, что делается на школьном участке.
      Там Терезка шепталась с Виктором и ещё с одним пионером, постарше. Мальчики рвали помидоры и складывали их в корзины.
      Вскоре оба пионера поднялись и пошли на другой конец участка, где Ферда полол капусту. Гонзик видел, что мальчики стали ему помогать. А о чём они говорили, он не слышал.
      А в это время в построенный Гонзиком двор залез муравей. Мальчуган заметил его и хотел помочь муравью выбраться. Но муравей, видно, не понял его, и Гонзику пришлось открыть ворота. Только тогда муравей выбежал из ограды.
      Когда Гонзик поднял голову, перед ним стоял Виктор и протягивал ему стеклянный шарик.
      — Вот твой шарик! — тихо сказал малышу Виктор.
      — Виктор! — просиял Гонзик, схватил шарик, и тот мгновенно исчез в его кармане.
      — Иди к нам! — позвал его Виктор. — Поможешь нам рвать помидоры.
      Гонзик очень обрадовался. Ведь помидоры были такие красивые! Он их аккуратно срывал и осторожно укладывал в корзинку. Заметил Гонзика и учитель Столарж. Он спросил его о дедушке, похвалил за хорошую работу и пригласил в школу. Мальчик, конечно, согласился и стал работать ешё усерднее. Учитель оказался не таким строгим, как думал Гонзик. Он раз-говарил с Гонзиком очень просто и смеялся совсем как дедушка.
      — Виктор, я завтра пойду в школу, — сказал обрадованно Гонзик.
      — Давай приходи, — смеялись мальчики.
      — Я тоже буду пионером?
      — Будешь, — кивнул Виктор.
      — И Терезка тоже?
      — И Терезка!
      — А Ферда? — Насторожился Гонзик и перестал рвать помидоры.
      — Ещё не знаем. Нужно подумать, — ответили мальчики.
      Они подняли наполненную помидорами корзинку и понесли её.
      На следующий день Гонзик действительно отправился в школу. Он тщательно вымылся и надел чистую рубашку. Бабушка хотела проводить его, но Гонзик не согласился. Ведь в деревне только одна школа, и он отлично найдёт её сам. Пунтя тоже хотел пойти с ним, но мальчик объяснил ему, что школа только для детей и Пунте негде будет сесть — там нет парт для собак.
      По деревне Гонзик шагал бодро. Он решительно открыл дверь школы и вошёл в тёмный коридор. И вот там-то у него ёкнуло сердце. Он колебался, идти ли ему. А что, если учитель забыл о нём? Вдруг он его выгонит? Наконец Гонзик набрался храбрости и нажал ручку двери.
      Но учитель Столарж не забыл Гонзика. Когда дверь открылась и показалось испуганное лицо мальчика, учитель пошёл ему навстречу, взял за руку и подвёл к первой парте.
      Гонзик увидел много ребячьих лиц. Все они улыбались, но он никого не узнавал.
      — Садись, — ласково сказал учитель, — и слушай, что я буду говорить.
      Гонзик сел и начал осматривать класс. Впереди стоял столик, за ним две доски. На одной доске висела картина, на который была нарисована большая кошка. Она была светло-серая, с большими усами и смотрела прямо на Гонзика. Казалось, что кошка вот-вот соскочит с картинки и пойдёт к нему.
      — Гонзик, — раздался тихий голос.
      Гонзик не знал, можно ли повернуть голову и посмотреть, кто это шепчет. Ведь в школе нельзя вертеться во все стороны.
      — Гонзик, — снова раздалось около его уха.
      Что делать? Гонзик незаметно перевёл взгляд с кошки на доску, потом на окно, где стояли красные цветы. И вот он уже смотрит на своего соседа.
      Гонзик был потрясён. Рядом с ним сидел Ферда!
      Ферда смотрел на Гонзика без всякой злобы. Глаза у него блестели, а веснушчатое лицо улыбалось.
      — Я уже давно хожу в школу, — прошептал Ферда.
      Ходил он в школу всего только неделю, но ему казалось, что уж очень давно.
      Гонзик хотел было сказать, что он в городе тоже ходит в школу, но в это время учитель постучал указкой по столу. Это означало, что все должны внимательно слушать. Понял это и Гонзик. Он тоже стал смотреть на доску.
      Учитель рассказывал о серой кошке на картинке О том, какая она умная, как видит в темноте и умеет прятать когти. Гонзику это понравилось. Потом учитель спросил, какие у них дома кошки. И дети стали наперебой рассказывать. Кошки были у всех, и все любили играть с ними.
      «Ну что тут особенного? — подумал Гонзик.— У нас дома тоже есть кот, весь чёрный, а глаза у него горят, как лампочки».
      — Жаль, что у нас кошка только на картинке, — сказал учитель. — Лучше бы иметь настоящую.
      — Я принесу! Я сбегаю! Наша кошка очень красивая! — хором кричали дети.
      Все вскочили и подняли руки. Каждому хотелось побежать домой за кошкой. Гонзик забыл,, что он первый раз в школе, перестал стесняться и тоже поднялся на цыпочки, высоко вытянул руку и громко сказал:
      — У нас дома чёрный кот.
      Учитель услышал его. Он улыбнулся, подошёл к мальчику и погладил его по голове.
      — Сходи за своим котом, — сказал он.
      Гонзик вскочил и побежал домой. Ему даже не пришлось входить в комнату — кот спал на пороге. Гонзик схватил его, прижал к себе и помчался с ним в школу. Кот вертел головой, а ноги его свисали почти до земли. Он хотел убежать, но Гонзик крепко держал его.
      Все дети в классе встали, им хотелось рассмотреть
      кота. Подумать только — в классе живой кот! Такое событие! В классе была кошка, собака, была и корова, но на картинках. Они все смотрели на детей со стен, но не двигались. И вдруг посреди класса оказался чёрный кот. Он понюхал дверь, чихнул и стал бегать по классу, высоко задрав хвост.
      — Гонзик, сколько у него ног? — спросил учитель Столарж, указывая на кота.
      Гонзик встал и хотел ответить: четыре! Это было просто. Ведь он знал, что у каждого кота четыре ноги. Но Ферда шёпотом подсказал: «Пять». Гонзик заколебался, не зная, что сказать. Может быть, у этого чёр-ього кота и вправду пять ног? Возможно, что Ферда это лучше знает. Ведь он уже давно ходит в школу.
      — Пять, — ответил Гонзик так громко, чтобы все услышали.
      — Пять! — с весёлым смехом закричали дети.
      В классе поднялся такой шум, словно рушился дом.
      Кот испугался и выскочил в окно. Гонзик посмотрел ему вслед и увидел, как он перелез через забор и скрылся среди сахарной свёклы.
      — Что ты сказал? — спросил учитель, когда шум в классе затих. — Пять ног?
      Не успел Гонзик и рта открыть, как Ферда вскочил и быстро сказал:
      — Гонзик и хвост сосчитал.
      Дети снова засмеялись. Гонзик расстроился и сел на место. Кроме того, он беспокоился о коте. Ему вдруг пришло в голову, что кот заблудится и не найдёт дорогу обратно. Только бы этого не случилось! Гонзик любил кота и не мог сдержать слёзы. Они катились по щекам и капали на парту. Гонзик всхлипнул.
      — Что с тобой? — спросил учитель.
      — А вдруг он не найдёт дорогу домой? — сквозь слёзы сказал Гонзик.
      — Ну, так иди за котом, — разрешил учитель и опять погладил Гонзика по голове. — А ты, Ферда, беги с ним.
      Оба мальчика вскочили и побежали к двери.
      — Гонзик! — окликнул его тоненький голосок.
      Гонзик оглянулся и увидел Терезку. Она была
      едва видна из-за парты, её блестящие глаза дружелюбно смотрели на него.
      — Не ходи далеко, — сказала Терезка.
      — Мы идём за котом, — ответил Ферда вместо Гонзика и подтолкнул его к двери.
      Весь класс смотрел им вслед и завидовал. Эти ребята будут гоняться за живым котом, а они должны сидеть в классе с нарисованной кошкой. После ухода Гонзика и Ферды с детьми уже трудно было справиться. Хотя они сидели в классе, но мысли их были далеко: там, где ребята ловили кота.
     
      XIV. В ЛЕС ЗА КОТОМ
     
      Гонзик и Ферда вначале искали кота на участке сахарной свёклы за школой. Но участок свёклы был очень большой, а под каждый лист невозможно было заглянуть. У Гонзика скоро заболели ноги, и он рассердился на Ферду. Во всём виноват этот веснушчатый мальчик! Ведь кот испугался пяти ног, которые выдумал Ферда.
      Искали они и на соседнем картофельном поле. Там ходить было гораздо легче. Мальчики вспугнули куропаток, и Ферда выстрелил в них. Он нацелился рукой, приговаривая: «Пиф, паф!» Но никого не застрелил. Куропатки чуть отлетели и опять сели. Вдруг из-под ног Гонзика выскочил большой заяц. И оба, Гонзик и заяц, испугались. Однако заяц быстро пришёл в себя и ускакал. Гонзик хотел побежать за ним, но запутался в картофельной ботве и упал.
      — Ты тоже хочешь бегать на четвереньках? — засмеялся Ферда.
      Гонзик ничего не ответил. Он зашиб колено и поцарапал лицо. На Ферду он рассердился ещё больше. Сколько раз этот мальчик обижал его, а теперь ещё насмехается!
      — Ну что, поймал кота? — опять засмеялся Ферда.
      Это было уже слишком. Гонзик был очень зол. Он стремительно обернулся, вихрем перепрыгнул через несколько рядов картошки и набросился на Ферду. Схватил его за плечи, повалил и начал колотить.
      — Я тебе покажу шарик! — кричал Гонзик, едва переводя дух.
      — Оставь! Пусти меня! — пищал Ферда и хотел вырваться, но это было не так легко: Гонзик крепко держал его.
      — Я тебе покажу пять ног! — кричал Гонзик, продолжая колотить Ферду.
      — Пусти меня! Я тебе что-то скажу! — хныкал Ферда.
      Гонзик перестал сердиться, и ему уже стало жаль Ферду. Он отпустил его и медленно поднялся. Ферда тоже вскочил. Он утирал слёзы и отряхивал штанишки.
      — Так что ты мне скажешь? — спросил Гонзик.
      Его голос ещё дрожал от злобы.
      — Нужно идти за котом в лес.
      — В лес? — удивился Гонзик.
      — Да, туда! — указал Ферда на кониковицкий лес.
      Это был небольшой лесок, росший на вершине низкого холма, но кот вполне мог спрятаться там.
      — Что ж, пойдём в лес, — согласился Гонзик и сразу отправился в путь. Ему очень хотелось пойти туда. Ведь он ешё никогда не был в кониковицком лесу.
      — А ты больше драться не будешь? — с опаской спросил Ферда.
      — Нет, — честно ответил Гонзик.
      Зачем ему было опять драться с Фердой? Гонзику казалось, что теперь он с Фердой в полном расчёте.
      Оба мальчика отправились в лес. Солнце светило у них над головой, и белые облачка плыли по небу. Возле дороги цвёл голубой цикорий, а в высокой траве стрекотали кузнечики. Мальчики дорогой вспугну-
      ли ласочку и долго следили за большой хищной птицей, кружившей высоко в небе.
      В лесу было очень красиво. Гонзик гладил зелёные подушечки мха, а Ферда сломал два прутика. Они хотели спугнуть чёрного кота и поэтому стучали прутиками по стволам деревьев. Но кот не показывался. То ли ему не хотелось слезать вниз, то ли его вообще там не было.
      Мальчики прошли хвойный лес и вошли в буковый. Там земля была покрыта сухими листьями, которые шуршали у них под ногами. Гонзик с Фердой уже забыли про кота и погнались за белкой. Но белка быстро убегала от них, проворно перескакивая с одного дерева на другое.
      Наконец Ферда залез на бук. Он загнал белку на самую вершину. Когда ему показалось, что он вот-вот схватит её, белка, похожая на меховую шапку, сделала длинный прыжок, пронеслась по воздуху и уцепилась за нижнюю ветку соседнего бука.
      — Гонзик, ты видишь её? Полезай наверх, туда! — кричал Ферда.
      Гонзик следил за прыжком белки. Он весь дрожал от желания поймать этого рыжего зверька. К счастью, ветки у бука начинались очень низко. Гонзик уцепился за них и быстро полез за белкой. Вот она уже совсем рядом. Белка смотрела на мальчика небольшими живыми глазками и, казалось, ждала, пока он приблизится. Но вдруг она шевельнула лапками и сразу оказалась на другой ветке, высоко над головой Гонзика. Затем опять стала поджидать, вертя головой и поглядывая, что сделает Гонзик. Гонзик, разумеется, полез за ней. Влезая на дерево, мальчик порвал штаны, но теперь было не до этого. Когда он поднялся выше, а белка вновь убежала, Гонзик понял, что ему не поймать её. Очень уж она была быстрая и проворная. Гонзик предпочёл спуститься с дерева, а когда оказался на земле, стал искать Ферду.
      — Ферда! Где ты? — крикнул Гонзик несколько раз подряд.
      Но Ферда не отзывался.
      — Ну что ты прячешься, вылезай! — кричал Гонзик.
      Но и это не помогло. Ферда не отзывался, и Гонзик решил, что этот маленький веснушчатый мальчик заблудился в лесу.
      «Пора домой, — подумал Гонзик, — но я не пойду: не могу же я бросить здесь Ферду одного!»
      Гонзик хорошо помнил дорогу и прекрасно бы добрался до дому. Ведь отсюда была видна опушка букового леса. Пройти через хвойный лес тоже нетрудно. А потом по полевой дорожке он бы очень быстро добрался до Кониковиц. Но Гонзик чувствовал, что он не должен уходить из леса. Мальчик забыл обо всех обидах, которые ему нанёс Ферда, и решил помочь ему. Он будет его искать до тех пор, пока не найдёт, и тогда они вместе пойдут домой.
      И вот Гонзик ходил по буковому лесу и звал Ферду. Он боялся, что с ним что-нибудь случится.
     
      XV. ВПЕРЁД ЗА ГОНЗИКОМ
     
      А между тем Ферда нарочно убежал из леса и оставил там Гонзика одного. Ему хотелось напугать Гонзика. Кроме того, Ферда думал, что, если Гонзик вернётся домой поздно, его побьют. А он желал Гонзику только зла.
      Всю дорогу до Кониковиц Ферда бежал, а домой пробрался огородами, чтобы его никто не видел. Он уже было скрылся во дворе, но, к счастью, его заметила Терезка. Она вернулась из школы и теперь искала обоих мальчиков. А глаза у неё были острые, как булавки.
      — Ферда! — воскликнула Терезка.
      Ферда вздрогнул, но бежать уже было поздно.
      — Чего тебе надо? — спросил он, сбивая ногой крапиву.
      — Где Гонзик?
      — Почём я знаю? — равнодушно ответил Ферда и хотел идти домой.
      Но Терезка не пустила его. Она подлетела, как вихрь, и загородила ему дорогу.
      — Сейчас же говори, где Гонзик! — строго приказала она.
      — В лесу, — неохотно ответил Ферда.
      — А почему ты его там оставил?
      — Он погнался за белкой и не хотел идти домой!
      — Говори правду! В школе никто не будет с тобой разговаривать! — пригрозила Терезка.
      — Гонзик меня побил, и я пошёл домой один,— оправдывался Ферда.
      Но Терезка его уже не слушала. Она побежала в школу и всё там рассказала. Учитель Столарж удивился, что Ферда такой злой. Как мог он убежать из леса и оставить Гонзика одного? Старшие мальчики рассердились ещё больше. У них занятия должны были быть до обеда, но учитель отпустил их раньше. И все они пошли в лес искать Гонзика. Они были пионерами и хотели помочь своему маленькому товарищу. Вёл всех Виктор. За ним шла Терезка — ей нравился Гонзик.
      Всю дорогу до леса пионеры бежали. Терезка часто отставала, но мальчики каждый раз останавливались и поджидали её. Они любили эту маленькую девочку, хотя она только недавно начала ходить в школу.
      Хвойный лес ребята прошли очень быстро. Они звали Гонзика, но никто не откликался. В лесу было пусто. Только в густых ветвях шумел ветер и где-то вдали кричала сойка. Мальчики вошли в буковый лес. Терезка держалась поближе к Виктору. Он казался ей самым сильным и умным.
      В буковом лесу пришлось идти медленнее. Нужно было просматривать кусты и громко кричать. Но и в лесу они не нашли Гонзика. Казалось, что здесь нет никого, кроме деревьев. Не пробежит заяц, не запоёт птица. И белка куда-то скрылась.
      И всё-таки они отыскали Гонзика. Виктор и Терезка. увидели его почти одновременно. Он лежал под большим буком на куче пожелтевших листьев и спокойно спал. Щёки у него раскраснелись, вихры растрепались, одну ногу он подогнул, в руке держал прут.
      — Гонзик! — вырвалось у Терезки.
      — Надо разбудить его, — сказал Виктор и позвал остальных мальчиков.
      Все радовались, глядя на спящего Гонзика, и тихо смеялись. Он казался им таким милым и близким. Хорошо, что они нашли мальчика. А ведь он такой маленький, мог совсем потеряться.
      — Гонзик, вставай! — громко сказал Виктор и потряс Гонзика за плечо.
      Гонзик приоткрыл глаза и сел.
      — Ферда! — сказал он заспанным голосом.
      Мальчики засмеялись, а Гонзик внимательно посмотрел на Виктора.
      — Ты не Ферда, — поправился Гонзик и открыл глаза пошире.
      — Конечно, я не Ферда, — засмеялся Виктор.
      — Ты Виктор! — воскликнул Гонзик и вскочил.
      Он узнал Терезку и остальных школьников. Как
      он был рад! Он смеялся, хватал их за руки, радовался тому, что видит их, что они теперь вместе.
      — А где Ферда? — вдруг вспомнив что-то, забеспокоился Гонзик и посмотрел на Виктора.
      — Не беспокойся о нём, — ответил Виктор.
      — Ферда уже дома! — сообщила Терезка.
      — Никуда больше не ходи с Фердой! — предупредил один из пионеров.
      — Он плохой товарищ, — сказал другой.
      — Я думал, что он заблудился, — удивился Гонзик, — и искал его до тех пор, пока не уснул здесь.
      Из Кониковиц донёсся звон. Это сзывали к обеду. Дети переглянулись. В это время каждый из них должен был быть за столом. Не говоря ни слова, ребята отправились домой... Гонзик побежал за ними. Вид у него был довольно жалкий: ноги поцарапаны, колени
      ободраны, штаны в дырах, на лице было несколько ссадин, и волосы торчали во все стороны.
      Короче, он выглядел так, словно дрался по крайней мере с пятью белками.
     
      XVI. ПРИЕЗД МАМЫ
     
      У деревни дети разбежались. Каждый хотел попасть домой вовремя. Ведь ни одна мама не любит, чтобы дети опаздывали к обеду.
      Не нравилось это и бабушке Гонзика. Он это хорошо знал. Кроме того, его смущали царапины и разорванные штаны. Чем ближе он подходил к дому, тем больше казалась ему дыра в штанах. Гонзик шёл всё медленнее. В калитку он прошмыгнул, как мышка, и облегчённо вздохнул, не встретив никого во дворе. Мальчик тихонько прошёл по крыльцу, пригнулся, пробираясь мимо окна, и испуганно вздрогнул, когда в сенях что-то упало. Не дедушка ли идёт? Гонзик проскользнул мимо двери и осмотрелся, где бы спрятаться. Но ничего не увидел, кроме лестницы, приставленной к курятнику. Недолго думая Гонзик взобрался по ней, спрятался в курятнике и принялся наблюдать через щёлку, что делается на дворе.
      Сначала всё было тихо. Из приоткрытой двери дома вылез чёрный кот и важно пошёл по завалинке.
      Вдруг что-то зашумело, и кот скрылся на чердаке.
      «Вот, — подумал Гонзик, — я искал его в лесу, а он расхаживает тут, по завалинке!»
      Вскоре из сеней вышла бабушка, оглядела двор, заглянула в садик, посмотрела через калитку и опять вернулась домой. Гонзик видел, что она озабочена. Конечно, она искала его! Мальчик хотел крикнуть: «Бабушка, я здесь!» Но бабушка вошла в сени, и двор опять опустел. Только куры, ничего не замечая, расхаживали взад и вперёд.
      Вдруг одна из них, видно, что-то задумала и стала взбираться по лестнице. Может быть, она хотела сне-
      сти яичко? Но, взлетев к двери, курица ужасно испугалась. Посмотрите, что это? Ведь под насестом сидит мальчик! Курица с криком слетела вниз, и остальные четыре сразу окружили её. Они удивлённо кудахтали, вытягивали головы кверху и растерянно собирались в кружок.
      Гонзик рассердился, высунул голову и закричал: «Кш, кш, кш!» Куры отбежали, но продолжали кудахтать.
      Открылась калитка, и во двор вошёл дедушка. Гонзик видел, что он несёт в сумке обед из кооперативной столовой. Мальчик сразу почувствовал мучительный голод. Ведь он с утра ничего не ел! От голода он готов был грызть насест, под которым сидел.
      За дедушкой вбежал в калитку и Пунтя. У завалинки он обогнал деда, заглянул в дверь и исчез в сенях. За ним вошёл и дед. Гонзик заметил, что дедушка тоже озабочен: не улыбается, смотрит в землю.
      На завалинке вновь показался Пунтя. Он уселся, вытянул нос и стал принюхиваться. Тут Гонзик уже не выдержал. Он высунул голову и тихонько позвал: Пунтя!
      Пёс насторожился, вскочил и помчался к курятнику.
      Гонзик опять высунул голову и засмеялся. Пунтя обрадовался, стал прыгать и тихонько тявкать. Он даже попытался забраться в курятник по лестнице. Но у него ничего не получилось, потому что ноги у Пунти были длинные, а перекладины лестницы были поставлены близко друг к другу.
      Раз Пунтя не может залезть наверх, значит Гонзик должен спуститься вниз. Он понял, что в курятнике долго не просидеть. Пунтя от курятника не уйдёт и всё равно его выдаст. Гонзик решил пойти домой и всё рассказать дедушке и бабушке. Ведь они ждут его.
      Он уже потихоньку шёл к двери, как вдруг открылась калитка и во двор вошла его мама. Сначала Гонзик опешил от удивления, но потом с криком бросился в мамины объятья. Как хорошо! Мама здесь! Он тан крепко обнял её, что чуть не задушил. Приехала его золотая мамочка!
      Гонзик забыл обо всём, что случилось сегодня, вырвался из маминых рук и помчался в кухню сообщить о её приезде.
      Дедушка с бабушкой встали из-за стола и выбежали на крыльцо, чтобы обнять свою дочь.
      — Анечка, — говорила бабушка дрожащим голосом, — как хорошо, что ты приехала!
      — Входи, милая, входи! — приглашал дедушка, беря у неё из рук большую сумку.
      — А что, Гонзик хорошо вёл себя? — спросила мама, не снимая руки с вихрастой головы Гонзика.
      Гонзик напряжённо ждал, что скажут бабушка и дедушка. Ведь сегодня он вёл себя неважно! Да ещё никто не заметил дыры на штанах!
      — Что ты, конечно, хорошо!—ласково ответила бабушка.
      — Гонзик молодец, — подтвердил дедушка,— Мальчики о нём говорят: «Он скоро пионером будет!..» Только из школы он не должен приходить поздно.
      — Разве Гонзик ходит в школу? — удивилась мама.
      — Сегодня я был там, — пояснил Гонзик. — На первой парте было свободное место, и я туда сел.
      — Завтра увезу тебя, а то папа соскучился, — сказала мама и пошла в сени вслед за бабушкой.
      — Вот ты уже и уезжаешь, — тихо сказал дедушка.
      — Дедушка, — повернулся к нему Гонзик, — ведь мы ещё целую ночь здесь пробудем.
      — Ну, ну, — кивал седой головой дед, проходя вслед за остальными в комнату.
      Бабушка уже постелила чистую скатерть и раздумывала, чем бы ей покормить самых дорогих для неё людей...
     
      XVII. ГОНЗИК ПРОЩАЕТСЯ С ДРУЗЬЯМИ
     
      После обеда дедушка пошёл на кооперативный двор и вскоре подъехал на тележке. Задрав голову, лошадь прядала ушами. Дедушка остановился, и на козлы вскочил рыжий Пунтя. Ему хотелось поехать на станцию, но дедушка прогнал его. Пришлось Пунте соскочить, но он не унимался и всё время бегал вокруг телеги. Потом Пунтя отогнал чёрного кота, который пришёл понюхать деревянные колёса. Кот уселся на столбик у калитки и ждал, что будет дальше.
      Через минуту прибежал Гонзик. Он обошёл вокруг лошади и завёл разговор с Пунтей. Кониковицкие дети увидели Гонзика и прибежали к нему. Они хотели с ним попрощаться. Вокруг Гонзика уже собралась целая толпа.
      Виктор принёс Гонзику красивую лодочку, вырезанную из коры, а Терезка дала ему огромную грушу. Груша была похожа на маленький бочонок. Гонзик
      положил подарки на сиденье и стал щупать карманы: что бы такое подарить ребятам? Но ничего не нашёл. Только разноцветный шарик. Гонзик переводил взгляд с Виктора на Терезку. Кому его отдать? Он бы с удовольствием отдал шарик обоим, но это невозможно. Нельзя же распилить шарик пополам!
      — На, Терезка, — сказал наконец Гонзик, — возьми себе шарик!
      — Не надо, Гонзик, — отказалась Терезка.
      Она знала, как Гонзик любит свой шарик.
      — Возьми, возьми! И никому не отдавай его! — уговаривал её Гонзик. — Когда я приеду, я, может быть, его выиграю и отдам Виктору.
      — Спасибо, — засмеялся Виктор.
      Гонзик посмотрел на липы, которые росли посередине деревни. Кто это там стоит одиноко и печально смотрит на Гонзика и собравшихся вокруг него детей?
      Это был Ферда. Гонзику стало жаль его.
      — Ферда! — закричал он на всю площадь. — Иди сюда!
      Ферда сразу прибежал. Он чуть испуганно взглянул на Гонзика, попытался было улыбнуться, но из этого ничего не получилось.
      — Ферда, — весело сказал Гонзик, — а та белка от меня убежала!
      — Она очень проворная, — ответил Ферда, и глаза у него блеснули.
      Гонзик показал ему грушу, полученную от Терез-кщ и лодку из коры. Ферда сразу покраснел, сунул руку в карман, вынул ножик и подал его Гонзику.
      — Это твой ножик, — сказал он тихо и приветливо посмотрел на Гонзика.
      — Ферда, оставь его себе, — отказывался Гонзик. — Я уже и так много получил!
      — Я дарю его тебе, — сказал Ферда.
      И Гонзику показалось, что Ферда вот-вот заплачет.
      — Бери, бери, — сказал Гонзику Виктор. — Ведь Ферда дарит тебе его от всего сердца. Да, Ферда?
      — Да, — кивнул головой тот.
      Тогда Гонзик взял ножик, посмотрел на него и положил в карман. И даже не видя его, всё время чувствовал, что у него в кармане есть что-то очень дорогое и красивое.
      — Ферда, — спросил Виктор, — хочешь сегодня пойти с нами к речке?
      — Хочу! — воскликнул Ферда и только теперь по-настоящему засмеялся.
      — Вы пойдёте к речке, а я должен уехать! — вздохнул Гонзик.
      И верно, мама с бабушкой уже подходили к телеге. Дедушка сел на козлы и взял в руки вожжи. Бабушка подхватила Гонзика на руки и подала его маме на сиденье.
      — Теперь нам будет скучно, — сказала бабушка.
      — Что ты, бабушка, — утешал её Гонзик,— я опять приеду. Не то Пунтя и кот тоже рассердятся!
      Бабушка не успела ответить. Дед крикнул на лошадь, и повозка тронулась. Пунтя залаял, кот замяукал, дети закричали: «До свиданья!», а бабушка утирала слёзы. Она очень любила своего маленького внучка.
      Но ничего не поделаешь. Ведь Гонзику нужно было возвращаться домой.

|||||||||||||||||||||||||||||||||
Распознавание текста книги с изображений (OCR) — творческая студия БК-МТГК.

 

На главнуюТексты книг БКАудиокниги БКПолит-инфоСоветские учебникиЗа страницами учебникаФото-ПитерНастрои СытинаРадиоспектаклиДетская библиотека

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru