НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

Игра на белой полосе

авторский моноспектакль по роману Бориса Карлова
«Игра в послушание, или Невероятные приключения
Петра Огонькова на Земле и на Марсе»

4. ОЖИВШАЯ МУМИЯ

Глава вторая

На сцене появляются лейтенант милиции Яблочкин и симпатичная
практикантка. Сокровищами гробницы интересуется человек-призрак


  mp3 — VBR до 128 kbit/s — 32Hz — Stereo  

4_02

MP3

 

ДАЛЬШЕ

 

В НАЧАЛО


 

PEKЛAMA

Услада для слуха, пища для ума, радость для души. Надёжный запас в офф-лайне, который не помешает. Заказать 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD. Ознакомьтесь подробнее >>>>


 

Глава вторая

На сцене появляются лейтенант милиции Яблочкин
и симпатичная практикантка.
Сокровищами гробницы интересуется человек-призрак

В понедельник, в самом начале рабочего дня, лейтенанта Яблочкина вызвал к себе полковник Иван Сидорович Громыхайло.

— В Египте бывать не приходилось? — неожиданно поинтересовался он.

— Никак нет, — удивлённо отвечал Яблочкин. — Я за рубежом только один раз в Болгарии, на учебных сборах…

— Ну а вообще… про пирамиды, сфинксы, гробницы фараонов что-нибудь слыхали?

Тут Яблочкин начал догадываться, куда клонит командир: в Эрмитаже открывалась выставка «Сокровища гробницы», а их дивизион как раз и занимался охраной таких объектов. Только Египет здесь совершенно не при чём — ступенчатую пирамиду раскопали в Центральной Америке, а там никаких фараонов и сфинксов отродясь не было. Командир хотя и не блестящего образования, но мужик всё равно хороший, его уважают.

— Так точно, слыхал, товарищ полковник, — подтвердил Яблочкин. — А вы по поводу этой выставки?

— По поводу. Заканчивай другие дела и поезжай туда принимать объект. Выставка продлится семь дней. И чем чаще тебя… то есть, вас будут там видеть, тем лучше.

— Вас?..

Внезапный переход на «вы» испугал Яблочкина.

— Вас, вас, — подтвердил Громыхайло. — Тебе на стажировку прикрепляю курсанта из милицейской школы. Курсант сообразительный, увлекается спортом. Симпатичная…

— Что?

— Я говорю, сержант Мушкина Валентина Николаевна увлекается спортом.

— Спортом? — глупо повторил Яблочкин.

— Иди работай, — закончил разговор Громыхайло.

Яблочкин вышёл в коридор и состроил удивлённую гримасу. Внезапно замаячившая на горизонте фигура симпатичной практикантки основательно выбила его из равновесия. «Пожалуй, надо будет с ней построже», — решил он.



Вскоре Громыхайло привёл в отдел курсанта Мушкину. Девушка оказалась действительно симпатичная, высокая, стройная. Одета она была по форме, тёмные волосы аккуратно заправлены под пилотку, а на лице почти совсем не угадывалось косметики. Ей было лет девятнадцать, то есть она была младше Яблочкина примерно на три года. Она называла Яблочкина «товарищ лейтенант», а он её, соответственно, «товарищ сержант» или «товарищ курсант». Выслушав от Громыхайло несколько невредных замечаний, они вдвоём поехали на выставку в Зимний дворец.

В машине они почти совсем не разговаривали, потому что в эти первые минуты знакомства по отношению друг к другу ещё испытывали неловкость. Только на ступеньках главного входа Яблочкин обмахнулся фуражкой и сказал что-то вроде того, что погода сегодня тёплая, а завтра, наверное, будет ещё теплее. А Мушкина тихонько согласилась и прибавила, что вчера тоже было тепло.



Выставочный зал представлял из себя просторное вытянутое помещение с яркими витринами по периметру, с главным экспонатом в центре зала и мумией в дальнем конце. Главным экспонатом был алмаз «Звезда Мексики» — камень величиной с куриное яйцо, главное достояние Национального музея города Мехико. Почти совершённой формы от природы, он сверкал и переливался на специальном возвышении под прозрачным пуленепробиваемым колпаком. Хозяин камня, мумия древнего индейского царя, зорко следил за своим сокровищем через пустые глазницы.

У входа в зал стояли два вооружённых автоматами милиционера, ещё четверо дежурили внутри. Все они подчинялись Яблочкину. Он подошёл к каждому и с каждым поговорил. Милиционеры разговаривали с Яблочкиным, а косились на Мушкину, поэтому каждому приходилось объяснять, кто она такая и что здесь делает.

Потом Яблочкин повёл Мушкину на пункт охраны, так как выставку охраняли не только милиционеры, которые стояли больше для порядка, а умная сигнализация.



Возле пульта молодые люди неожиданно увидели полковника Громыхайлу.

— Фуражечку наденьте по уставу, товарищ лейтенант, — заметил тот, не поворачиваясь.

Командир сидел перед экранами мониторов, на которых просматривался выставочный зал во всех ракурсах.

Яблочкин подмигнул Мушкиной и поправил фуражку.

— Взгляните вот на этого гражданина, — Громыхайло вывел крупным планом интеллигентного мужчину с бородкой, в очках, имеющих прямоугольную оправу. Приблизившись к алмазу, этот гражданин рассматривал его так и сяк с видом знатока.

— А вы его знаете, товарищ полковник? — спросил Яблочкин.

— Дело в том, — произнёс Громыхайло, — что этот гражданин несколько лет назад скончался. Сгорел дотла практически на моих глазах.

— Этот?!

— Может этот. А может, не этот. Ты сходи, проверь у него документы. Поделикатней как-нибудь. Лучше даже товарищ Мушкина пусть проверит. На выходе, чтоб не было потом жалоб.

Мушкина и Яблочкин сказали «есть!» и развернулись.



Мушкина осталась караулить гражданина, который может быть скончался, а может быть нет, у выхода. А Яблочкин, рассыпая направо и налево «извините», стал пробираться через толпу в центр зала, к алмазу. Пробравшись, он нырнул под плюшевый канат и поднялся на ступеньку.

Теперь все смотрели на него, а не на алмаз. Лица самые разные, но ни одного похожего на то, которое он искал.

Яблочкин обошёл экспозицию, заглядывая в лица всех стоящих спиной к нему мужчин, но тот — как будто растаял.

По виду стоявшей на выходе курсанта Мушкиной было понятно, что гражданин не проходил.

— Не проходил?.. — уныло сказал Яблочкин.

Мушкина отрицательно покачала головой.

Ситуация складывалась некрасивая. Что это за милиция, которая не может найти человека в закрытом помещении.

— Ладно, не переживай, — положил Яблочкину руку на плечо подошедший сзади полковник Громыхайло. — Если это тот, на которого я подумал, так он ещё не от таких как мы с тобой уходил. Из одиночной камеры уходил. Плотным кольцом на ровном месте окружали, а он уходил. В последний раз сгорел, взорвался, и даже его вставную челюсть нашли, а теперь думаю, что и тогда ушёл…

— Так ведь… — Яблочкин не находил слов, — куда?..

— Вот и гадай теперь — куда. Фокусник, одно слово. Кио, Гуддини, Коперфильд. Поеду в Управление, доложу Михал Михалычу, то-то он обрадуется… Кстати, Яблочкин, он ведь здесь неспроста крутился вокруг алмаза. Техника техникой, а я бы на твоём месте ночью подежурил. Пока это дело не прояснятся. И курсанту Мушкиной будет полезно учебники полистать, у неё экзамены на носу. Электроника — дело, конечно, хорошее, только свои глаза и уши ещё верней. Ну и зачтётся, конечно…

Молодые люди неуверенно отрапортовали:

— Есть, товарищ полковник, дежурить ночью!



К вечеру по всем милицейским отделениям города и области разлетелось сообщение о розыске преступника. Видеозапись из пункта охраны музея сверили с электронной картотекой и точно подтвердили личность подозрительного гражданина. Как и предположил Громыхайло, это был знаменитый в преступных кругах «гений электронного взлома» и мастер непостижимых иллюзий по кличке Профессор. Раньше он числился погибшим, но и это, как теперь установили, было одной из мистификаций неуловимого «профессора» преступного мира.

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru