На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека

Американский фашизм. Спивак Дж. — 1949 г.

Джон Спивак

Американский фашизм

*** 1949 ***


PDF


Сохранить как TXT: american-fascism-1949.txt

 

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ КНИГИ

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие 6
1. Странное сходство 17
2. Истинные цели похода против «красных» 21
3. Национальная ассоциация промышленников и Торговая палата США 23
4. Возникновение Организации «Американское действие» 30
5. Выступление комиссии по расследованию антиамериканской деятельности 36
6. Появление таинственного «Эндрью Эйвери» 41
7. Шпиономания 46
8. Приказ президента о проверке лойяльности 49
9. Брошюры Торговой палаты 60
10. В чем подлинные цели Торговой палаты 66


AMERICAN FASCISM
NEW YORK 1947
Перевод с английского д. КУНИНОЙ
Предисловие Б. ЛЕОНТЬЕВА


  HAШA PEKЛAMA:
  500 советских радиоспектаклей в MP3 на 9-ти DVD или на карте 64GB  

BAШA ПОМОЩЬ ПРОЕКТУ:  
РАБОТАЕМ БЛАГОДАРЯ ВАМ  

      ПРЕДИСЛОВИЕ
      Брошюра прогрессивного американского журналиста Джона Спивака «Американский фашизм» была написана и опубликована в Соединенных Штатах около двух лет назад, в 1947 г. Однако она и сейчас не утратила своей злободневности. Факты, приводимые автором, разоблачают механизм так называемой «демократии доллара», обеспечивающей неограниченную власть капиталистических монополий, этих подлинных хозяев Соединенных Штатов. На примерах, относящихся к периоду выборов предыдущего, 80-го, состава американского конгресса и первых месяцев его деятельности, Дж. Спивак показывает, каким образом промышленные и финансовые магнаты США диктуют свою волю президенту, конгрессу, государственным и судебным учреждениям, совершенно не считаясь с интересами и конституционными правами американского народа.
      Рассказ автора о той роли, которую сыграли в принятии антирабочего законодательства Национальная ассоциация промышленников и Торговая палата США, дает представление о скрытом механизме власти, которым располагают американские монополии, определяющие всю внутреннюю и внешнюю политику правительства. В частности, Национальная ассоциация промышленников не только оказывает влияние на решения конгресса через своих агентов-лоббистов, но и непосредственно диктует свою волю членам правительства, так как подавляющее большинство министров — ее ставленники: руководители банков и промышленных концернов.
      Документальный характер носит глава 8-я брошюры Спивака, в которой сопоставляется текст рекомендаций Торговой палаты о борьбе против «красной опасности» с текстом приказа президента «о проверке лояльности».
      Это сравнение показывает, что все официальные заявления Трумэна, в которых осуждается использование «пугала красной опасности», носят демагогический характер: подобные заявления были особенно необходимы лидерам демократической партии в 1946 г. накануне выборов в конгресс, когда они были озабочены тем, чтобы не оттолкнуть от себя многочисленных приверженцев политики Рузвельта. Немало подобных демагогических заявлений Трумэн сделал и во время предвыборной кампании 1948 г., показавшей, что большинство американского народа осуждает откровенно экспансионистскую антидемократическую программу, с которой выступал Дьюи. Но за обещаниями Трумэна «бороться за мир и за демократические институты» последовали — немедленно же после его избрания — лихорадочная деятельность по подготовке Северо-атлантического пакта и фактический отказ нового состава конгресса от пересмотра антирабочего законодательства, от рассмотрения закона о правах американских граждан, от всяких мероприятий, направленных к уничтожению расовой дискриминации в США.
      Не менее интересна глава 5-я о работе комиссии по расследованию антиамериканской деятельности. Два года, прошедшие со времени написания брошюры Спивака, дали новый, чрезвычайно яркий материал о полицейской и террористической деятельности этой комиссии, которую Спивак называет «своего рода гестапо». Этот орган американской реакции находится вне контроля парламентских учреждений и наводит ужас и панику даже на многих членов американского конгресса. Советским читателям известны факты преследований, которым подверглись за последние два года многочисленные представители прогрессивной американской интеллигенции — ученые, артисты, деятели Голливуда и, в особенности, лидеры коммунистической партии.
      История расследования «подрывной деятельности» преподавателей и студентов Чикагского университета и колледжа Рузвельта весной 1949 г. показывает, до каких пределов мракобесия и средневекового изуверства доходят пресловутая комиссия и ее филиалы в различных штатах. Расследование проводилось в апреле 1949 г. в связи с тем, что некоторые студенты этих учебных заведений выступили против антикоммунистических законов, принятых законодательным собранием штата Иллинойс по инициативе сенатора штата Пола Бройлса.
      Фашистские тенденции в США проявляются во всех областях общественной жизни. Печать и радио находятся полностью под контролем монополий. Процесс «чистки» кадров журналистов и обозревателей от всех прогрессивных элементов, о котором упоминает Спивак в главе о комиссии по расследованию антиамериканской деятельности, принял за последнее время чудовищные размеры. Газеты, выходящие миллионными тиражами, пропагандируют только те «идеи», которые выгодны их хозяевам — банкирам и моно-полистам-промышленникам. «Газета — это частное предприятие, ничем не обязанное публике, которая не дает ему никаких выгод, — с циничной откровенностью писал орган американских биржевых кругов «Уолл-стрит джорнал». — Она, безусловно, является собственностью своего владельца, который на свой страх и риск продает готовый продукт».
      Газеты, радио, кино, профашистская бульварная литература повседневно отравляют ядом реакционной пропаганды сознание миллионов американцев. Правящие круги, следуя примеру немецких и итальянских фашистов, взяли сейчас под свой специальный контроль школу, придавая особенно большое значение воспитанию молодого поколения. Вот один из многих, наиболее характерных примеров. В феврале 1949 г. «отдел просвещения» нью-йоркского муниципалитета начал проведение своей антикоммунистической программы воспитания 1 160 600 нью-йоркских детей всех возрастов, «рассчитанной на длительный срок». 35 тысяч нью-йоркских учителей уже получили первый из намеченной серии бюллетень, содержащий самую гнусную клевету на Советский Союз.
      В южных штатах фашистская организация Ку-клукс-клан вновь возобновила свою террористическую деятельность. Используя приемы чернорубашечников Муссолини или гитлеровских эсэсовцев, одетые в белые балахоны погромщики из Ку-клукс-клана терроризируют и убивают негров, передовых рабочих, прогрессивно настроенных интеллигентов.
      Немало примеров, указывающих на рост фашистских тенденций в общественной жизни Соединенных Штатов, приводит в своей брошюре и Дж. Спивак.
      Однако необходимо учитывать, что сам автор чрезвычайно сузил и ограничил свою задачу. «В этой брошюре, — пишет Дж. Спивак, — я коснусь лишь нескольких моментов, связанных с походом, организованным реакцией против 15 миллионов объединенных в профсоюзы рабочих, которые вместе со своими семьями составляют более одной трети всего населения Соединенных Штатов». В брошюре Спивака речь идет главным образом о подробностях подготовки и принятия американским конгрессом реакционнейшего антирабочего закона Тафта—Хартли, лишившего рабочий класс даже тех ограниченных прав, которые предоставляла ему буржуазная демократия. Но полностью разоблачая реакционную антирабочую политику финансовых и промышленных магнатов США, автор совершенно не касается предательской роли реакционного руководства двух крупнейших объединений американских профсоюзов: Американской федерации труда (АФТ) и Конгресса производственных профсоюзов (КПП). А между тем, без разъяснения позиции таких, например, лидеров профдвижения, как Грин и Мэррей, состоящих на службе у магнатов Уолл-стрита и полностью поддерживающих внутреннюю и внешнюю политику правительства Трумэна, нельзя понять, каким образом американский рабочий класс лишился прав, завоеванных десятилетиями борьбы. Только отсталостью рабочего движения в США, разобщенностью американских профсоюзов и предательством значительной части профсоюзной верхушки объясняется столь быстрый и легкий «успех» того «заговора» магнатов промышленности, о котором рассказывает Спивак.
      Эта важнейшая сторона вопроса совершенно не освещена автором. Не нашла отражения в его брошюре и стачечная борьба широких масс американского рабочего класса, очень часто ломающих сопротивление своих продавшихся монополиям лидеров и решительно требующих повышения заработной платы и отмены антирабочего законодательства. Все послевоенные годы в США насыщены эпизодами этой борьбы.
      Автор, ссылаясь на «сложность задачи», очень кратко останавливается на вопросах внешней политики США, лишь вскользь упоминая о «доктрине Трумэна». А, между тем, существует прямая, неразрывная связь между агрессивной и антидемократической внешней политикой правящих кругов США и тем организованным походом против демократических прав американского народа, который ведут эти круги в послевоенные годы. События последних лет говорят об этом со всей очевидностью.
     
      * * *
     
      Капиталистические монополии США, баснословно нажившиеся на второй мировой войне, получившие за годы войны колоссальные прибыли, поставили своей целью использовать всю военную и экономическую мощь Соединенных Штатов для закрепления и дальнейшего расширения завоеванных ими позиций на внешних рынках. Установление мирового господства американского империализма — такова программа правящих классов Америки. Но если исчезновение с арены борьбы в капиталистическом мире таких конкурентов и соперников США, как Германия, Япония и Италия, и ослабление Англии и Франции способствуют осуществлению этой экспансионистской программы, то зато на пути американских империалистов стоит огромное препятствие в лице возросших сил антиимпериалистического, демократического лагеря. Несокрушимый оплот мира и демократии во всем мире — Советский Союз с его растущим влиянием, страны народной демократии, сбросившие с себя иго империалистического господства, рабочий класс всех стран, в том числе и рабочий класс США, — таковы могучие силы, преграждающие дорогу американским монополиям в их стремлении установить свое господство над всем миром.
      «...Откровенно экспансионистская программа США, — говорил в своем докладе «О международном положении» на совещании представителей некоторых компартий в сентябре 1947 г. тов. А. А. Жданов, — чрезвычайно напоминает бесславно провалившуюся авантюристическую программу фашистских агрессоров, тоже, как известно, недавних претендентов на мировое господство».
      В выступлении тов. Жданова была подчеркнута неразрывная связь между агрессивной внешней и реакционной внутренней политикой правящих кругов США:
      «Переход американского империализма к агрессивному, откровенно экспансионистскому курсу после окончания второй мировой войны нашел свое выражение как во внешней, так и во внутренней политике США. Активная поддержка реакционных антидемократических сил во всем мире, срыв Потсдамских решений, направленных на демократизацию и демилитаризацию Германии, покровительство японским реакционерам, расширение военных приготовлений, накопление запасов атомных бомб, — все это сопровождается наступлением на элементарные демократические права трудящихся внутри США.
      ... Мечтая о подготовке новой, третьей мировой войны, американские экспансионистские круги кровно заинтересованы в том, чтобы задушить всякое возможное сопротивление внешним авантюрам внутри страны, чтобы отравить ядом шовинизма и милитаризма политически отсталые и малокультурные массы рядовых американцев, чтобы «оболванить» американского обывателя при помощи разнообразных средств антисоветской, антикоммунистической пропаганды посредством кино, радио, церкви и печати».
      Без понимания этой взаимосвязи между агрессивными завоевательными стремлениями американского империализма и последовательной ликвидацией в США даже тех куцых и ограниченных буржуазно-демократических «свобод», которые формально гарантированы американской конституцией, нельзя правильно оценить все происходящее в США.
      Перечисляя в самом начале своей брошюры черты сходства между американской действительностью и первыми шагами гитлеризма в Германии, Дж. Спивак обходит молчанием самую важную и основную сторону этой бросающейся в глаза аналогии, а именно: подготовку агрессивной войны за мировое господство. Сопоставляя последние десятилетия германской истории с послевоенной жизнью в США и обнаруживая при этом разительное сходство между ними, Спивак лишь отмечает вкратце, что за разгромом профессиональных союзов, очевидно, последуют «второй, третий, четвертый шаги» и последний из них — война. А, между тем, как «первый», так и любой, последний по времени, шаг американской реакции в направлении фашизации страны имеют в своей основе агрессивные, экспансионистские устремления американских империалистов.
      События последних двух лет со всей убедительностью показывают, что параллельно с ростом агрессивности внешней политики США происходит усиление внутренней реакции в стране. Один и тот же состав американского конгресса одобрил пресловутую антикоммунистическую «доктрину Трумэна», предусматривающую помощь фашистским правительствам Греции и Турции, антирабочий закон Тафта—Хартли и ряд других реакционных законов, направленных против американских трудящихся. Принятие затем американским конгрессом экспансионистского «плана Маршалла» сопровождалось организованным походом американской реакции против коммунистической партии, разгулом террористической деятельности пресловутой комиссии по расследованию антиамериканской деятельности и травлей всех передовых людей Америки. Наконец, подготовка Северо-атлантического пакта, наиболее отчетливо выражающего агрессивность внешней политики США, сопровождалась рядом таких актов со стороны американских властей, которые по существу означают полную ликвидацию всех буржуазно-демократических «свобод». Лишены права высказывать свое мнение не только деятели компартии, но и сторонники прогрессивной партии Уоллеса. Люди, «уличенные» в знакомстве со знакомыми коммунистов или в том, что они присутствовали на митингах прогрессивной партии, или даже в том, что они во время войны высказывались против фашизма, прогоняются со службы, заносятся в «черные списки», арестовываются. Суд над лидерами коммунистической партии, преследования участников Конгресса в защиту мира, запрещение въезда в США целому ряду прогрессивных деятелей Западной Европы, возмутительное издевательство над немецким антифашистом Герхардом Эйслером — таковы примеры фашизации внутренней жизни США.
      «Двухпартийная» внешняя политика американского правительства сопровождается полным единодушием обеих партий также и в вопросах внутренней политики. Дж. Спивак рассказывает в Своей брошюре о том, что победа республиканской партии на выборах 1946 г. обеспечила
      принятие закона Тафта—Хартли. Через два года, в 1948 г., демократическая партия одержала победу на выборах, так как большинство американского народа отвергло откровенно реакционную и агрессивную программу, выдвинутую республиканской партией. Характерно, что в избирательной программе Трумэна и его партии обещание отменить антирабочий закон Тафта—Хартли занимало видное место. Однако уже в мае 1949 г. окончательно выяснилось, что новый конгресс отнюдь не намеревается изменить антирабочее законодательство.
      Накануне 1 мая 1949 г. палата представителей подавляющим большинством голосов отклонила простое и ясное предложение — отменить закон Тафта—Хартли и восстановить прежний закон Вагнера. Начались длительные дискуссии, цель которых — провести законопроект, как две капли воды сходный с законом Тафта—Хартли. Представляемые конгрессу правительством Трумэна проекты не идут дальше незначительного «смягчения» драконовских положений ненавистного американскому народу антирабочего законодательства. «Новые» законопроекты (Лесрнского, Вуда и др.) сохраняют почти все основные положения закона Тафта—Хартли и, в частности, запрещение забастовок, «которые угрожают национальному благосостоянию и безопасности». Под такое определение американская юстиция может без труда подвести любую рабочую стачку.
      Ни одно из предвыборных обещаний Трумэна и демократической партии не выполнено как в области внешней, так и в области внутренней политики. Это — яркое доказательство того, что власть в Соединенных Штатах Америки фактически находится в руках крупных монополий, полновластно контролирующих деятельность как республиканской, так и демократической партий.
      Характерной особенностью американской реакции является ее лицемерное, ханжеское пристрастие к псевдодемократической фразеологии. В отличие от гитлеровцев, самые реакционные зубры американской правящей клики ежеминутно клянутся «демократией». Они «обосновывают» создание военных баз во всех частях мира и бешеную гонку вооружений заботами о «спасении демократии». Вмешательство во внутренние дела других стран на стороне фашизма, монархии и реакции они называют «борьбой рк демократию».
      Монополизированная пресса США беззастенчиво называла «представителями демократии» и гоминдановцев в Китае, и монархо-фашистов в Греции, и бразильского диктатора Дутра. Наконец, не чем иным, как «борьбой за демократию», именуют американские государственные деятели все свои полицейско-террористические мероприятия внутри страны.
      Однако тайное неизбежно становится явным. Фашистская политика порождает и фашистскую фразеологию. За последнее время в Соединенных Штатах тон различных высказываний реакционеров, вынужденных отдавать необходимую дань басням о «демократии», все чаще сбивается на цинично-откровенный солдафонский язык, который столь характерен для всех фашистских диктаторов и маньяков мирового господства. Примером может служить получившая печальную известность речь Кэннана, цинично потребовавшего от западноевропейских сателлитов Уолл-стрита предоставления пушечного мяса для осуществления бредовых завоевательных замыслов американских империалистов. Таков же стиль и вышедшей в 1948 г. книги американского мальтузианца Вильяма Фогта «Путь к спасению», в которой этот отъявленный расист призывает к истреблению двух третей населения Европы, большей части населения Китая и Индии и даже значительного числа «неполноценных» американцев.
      Но особенно характерна в этом отношении статья одного из наиболее реакционных деятелей американского империализма — «атомщика» Бернарда Баруха, опубликованная 23 апреля 1949 г. в американском журнале «Са-тердей ивнинг пост». В своей статье этот оголтелый поджигатель новой мировой войны с циничной откровенностью заявляет о «необходимости отказа от демократических свобод» ради достижения целей внешней политики США.
      Разумеется, Барух пытается замаскировать пропагандируемую им политику гонки вооружений и военных союзов, политику разжигания войны лицемерными заявлениями о «борьбе с войной». Но это ему явно не удается. Следуя своим нацистским учителям, Барух пытается доказать американскому народу «необходимость» примириться с «регламентацией и лишениями, которые влечет за собой война». Под «регламентацией» Барух — как он сам тут же объясняет — подразумевает отказ от «некоторых демократических свобод». Что касается лишений, то они уже налицо. Раньше, пишет Барух, армия и флот «стоили каждому американцу 1 доллар 25 центов в год. В 1948 г. ассигнования на оборону составили 100 долларов на душу населения плюс еще 30 долларов на помощь иностранным государствам». Барух тут же не стесняется назвать уровень жизни американского народа «слишком высоким», предлагая, таким образом, еще более ухудшить материальное положение американских трудящихся.
      Подобные «откровения» помогают нам уяснить и другую, не менее важную причину антидемократического похода американской реакции. Путем подавления прогрессивных организаций и, в частности, профсоюзов облегчается задача жесточайшего наступления монополий на заработную плату трудящихся, повышения налогов и цен — и все это ради умножения и без того колоссальных прибылей монополистов, ради увеличения ассигнований на вооружения для дальнейшей милитаризации страны.
      Таким образом, становится понятным, почему сейчас борьба прогрессивных людей Америки за мир и международное сотрудничество сливается с их борьбой против антирабочего законодательства, полицейского произвола и фашистского террора внутри страны. Как свидетельствуют факты, борьба за мир неотделима от борьбы за демократию. И тот, кто в наши дни, в тяжелых условиях непрерывных преследований, ведет в Соединенных Штатах Америки благородную и смелую борьбу против агрессивного Северо-атлантического пакта, тот выступает одновременно и защитником гражданских прав американских трудящихся против фашистского заговора монополистов-реакционеров.
     
      * * *
     
      При всех указанных нами недочетах брошюра Спивака дает советскому читателю значительный материал о современных условиях общественной жизни в США.
      Она также свидетельствует о том, что, несмотря на всесилие американской реакции, существует и борется «другая Америка», Америка трудолюбивых и честных людей, горячо стремящихся к миру между народами, к превращению Соединенных Штатов в миролюбивую и демократическую страну. Дж. Спивак взывает к сознанию и совести американского народа. И он верит в силы народа. «Американский народ терпелив, — пишет автор, — но, когда он поднимется на борьбу, его справедливый гнев превратится в могучую, непреодолимую силу».
      Уже в самое последнее время мир увидел, что в Соединенных Штатах Америки ширится и растет демократическое движение, движение за мир, против поджигателей войны — авторов агрессивного Северо-атлантического пакта. Именно этим ростом сил лагеря мира и демократии в США объясняется тот факт, что правящие круги Вашингтона вынуждены считаться с настроениями народа, лавировать, маскировать подлинные цели своей политики, твердить о своем «миролюбии» и «верности демократии». Время работает в пользу лагеря мира. Росту антивоенных, антифашистских сил в США способствуют и будут способствовать последовательные провалы американской внешней политики, подобные провалам в Китае и Греции или надвигающемуся провалу экспансионистского «плана Маршалла» в Европе, а также нарастающий в Соединенных Штатах и во всем капиталистическом мире экономический кризис, — это самое ясное и убедительное свидетельство преступности и авантюризма антинациональной и антинародной политики американских монополистов.
      Б. Леонтьев.
     
     
      1. СТРАННОЕ СХОДСТВО
     
      Вскоре после капитуляции гитлеровской Германии в США произошел ряд событий, весьма напоминающих то, что происходило в Германии перед тем, как Гитлер установил там фашистскую диктатуру. Определенная последовательность в развитии этих внешне не связанных между собой событий говорит о тщательно задуманном и выполненном заговоре, причем первым видимым шагом, предпринятым заговорщиками, была попытка ослабить и подчинить себе американские профсоюзы.
      Стратегия и тактика этого заговора заимствованы у Гитлера и Геббельса. Направляется и финансируется он влиятельными промышленными кругами, причем некоторые представители этих кругов были тесно связаны с теми германскими промышленниками-нацистами, которые некогда помогли приходу Гитлера к власти.
      Сходство между тем, что происходит в США после второй мировой войны, и тем, что осуществлял Гитлер в Германии для установления своего полного господства, обнаруживается во многом. В этой брошюре я коснусь лишь нескольких моментов, связанных с походом, организованным реакцией против 16 миллионов объединенных в профсоюзы рабочих, которые вместе со своими семьями составляют более одной трети всего населения Соединенных Штатов.
      1. В течение трех лет, предшествовавших приходу Гитлера к власти, Германия стояла перед проблемой непрерывного роста безработицы — проблемой, которую не в состоянии были разрешить германские промышленники и финансовые магнаты. Промышленники и финансовые магнаты Соединенных Штатов открыто высказывают опасения, что проблема массовой безработицы, существовавшая в годы
      кризиса и разрешенная лишь тогда, когда промышленность США стала работать на войну, снова встанет перед ними во время ожидаемого послевоенного кризиса.
      2. Германские промышленники не могли прибрать к рукам немецкие профсоюзы, принадлежавшие к числу крупнейших в Европе. Поэтому крупные промышленники оказали Гитлеру финансовую поддержку с условием, что по установлению фашистского режима он обеспечит им контроль над профсоюзами. Американские промышленники, также не имея возможности подчинить себе профсоюзы, в 1946 г. усиленно субсидировали кампанию по выборам в конгресс, добившись избрания такого состава конгресса, который немедленно принял антирабочий закон Тафта—Хартли1.
     
      1 Реакционный антирабочий закон Тафта—Хартли, принятый конгрессом в 1947 г., является выражением хищнической империалистической политики монополистического капитала США, стремящегося задушить рабочее движение и сохранить за собой огромные сверхприбыли, извлекаемые путем беззастенчивой эксплоатации рабочего класса. Закон Тафта—Хартли ликвидирует систему так называемых «закрытых мастерских», допускавшую прием на работу только членов профсоюзов, запрещает забастовки солидарности и создание фондов профсоюзных средств для помощи безработным и больным, лишает прав на заключение коллективных договоров те профсоюзы, руководители которых будут заподозрены в «коммунистических настроениях». (Прим, ред.)
     
      3. Не имея возможности сломить профсоюзы при существовавшем тогда парламентском режиме, крупнейшие германские промышленники содействовали установлению фашистской диктатуры. В Соединенных Штатах Г. У. Прентис, председатель фирмы «Армстронг корк компани» и влиятельный член Торговой палаты США, еще в 1938 г. на региональном заседании палаты с участием представителей трех штатов заявил, что в США может возникнуть необходимость в установлении тайной фашистской диктатуры.
     
      4. Одним из способов, с помощью которого Гитлер добился диктаторских полномочий, было демагогическое обещание, данное им немецкому народу, — обеспечить работой всех безработных. В Соединенных Штатах Эмерсон Шмидт, директор бюро экономических исследований Торговой палаты, развивает пропагандистскую деятельность, стремясь доказать, что диктатура позволит разрешить проблему безработицы в США.
     
      5. Как только Гитлер захватил власть, послушный ему рейхстаг принял законы, передававшие нацистам контроль над профсоюзами. В Соединенных Штатах немедленно после созыва антирабочего 80-го конгресса, избранного в результате предвыборной кампании, финансировавшейся крупнейшими капиталистами, были внесены законопроекты, направленные на ослабление профсоюзов.
     
      6. Одним из первых шагов, предпринятых Гитлером после захвата им власти, было подчинение своему контролю радио, чтобы помешать демократически настроенным радиообозревателям предостеречь народ против нацистов. В Соединенных Штатах перед началом усиленной антипрофсоюзной кампании прогрессивным радиокомментаторам запретили выступать по радио.
     
      7. Пытаясь обеспечить себе поддержку среди различных слоев населения, Гитлер прежде всего обратился к ветеранам первой мировой войны, из которых многие состояли в профсоюзах, уверяя их в том, что он хочет «спасти Германию» от «угрозы большевизма». От ветеранов войны и членов профсоюзов скрывали, что промышленники втайне поддерживают Гитлера. В Соединенных Штатах немедленно после окончания второй мировой войны была создана политическая организация «Американское действие», призывающая ветеранов обеих мировых войн, «независимо от их партийной принадлежности», поддержать ее кандидатов, чтобы спасти страну от «инакомыслящих радикалов», под которыми подразумевались коммунисты. Ветераны и члены профсоюзов не знали, что капитан Эдвард Хэйс, в прошлом руководитель «Американского легиона»1, возглавивший организацию «Американское действие», скрыл от них имена промышленников — врагов профсоюзов, финансировавших это движение.
     
      1 Под вывеской организации ветеранов войны, носящей название «Американский легион», скрывается фашистская организация, выполняющая волю самых реакционных кругов Уолл-стрита и финансируемая ими. (Прим, ред.)
     
      8. Встречи Гитлера с крупнейшими германскими промышленниками, оказывавшими ему помощь, хранились в тайне. В Соединенных Штатах, прежде чем взять на себя руководство организацией «Американское действие», капитан Хэйс совещался с виднейшими представителями демократической и республиканской партий — ярыми противниками профсоюзов, чтобы обеспечить себе их поддержку. Ветеранам и членам профсоюзов, к которым организация «Американское действие» обращалась с «патриотическими призыгами», не было известно об этих встречах.
     
      9. Гитлер с циничной откровенностью признавал, что одним из его лучших пропагандистских приемов была «крупная ложь». Повторяя эту ложь достаточно часто, он заставлял народ в нее верить. В Соединенных Штатах некая таинственная личность, именующая себя «Эндрью Эйвери» и принимающая исключительные меры предосторожности, чтобы не дать опознать себя и своих финансовых покровителей, открыла поход против профсоюзов, начав кричать о «контроле красных над профсоюзами» как раз во время предвыборной кампании 1946 г. За этим немедленно последовала агитационная кампания, руководимая крупнейшими промышленниками из Торговой палаты США и проходившая под теми же лозунгами. В основном, руководители этой кампании пытались доказать, что коммунисты якобы добивались контроля над профсоюзами не для того, чтобы бороться за улучшение условий труда их членов, а чтобы «сеять раздор и смуты», являвшиеся частью заговора — «выдать Соединенные Штаты (и фактически весь остальной мир) России».
     
      10. Пытаясь обеспечить себе поддержку среди всех слоев немецкого населения, Гитлер заявлял, что он хочет «спасти немцев от коммунизма». В Соединенных Штатах агитаторы, находящиеся на службе у Торговой палаты, повторяли гитлеровские лозунги во время кампании по выборам в конгресс в 1946 г., добиваясь избрания антирабочего конгресса, который принял бы законопроекты, направленные против профсоюзов.
     
      11. Проводя свой антикоммунистический поход, Гитлер сумел заручиться поддержкой высшего католического духовенства. Захватив власть, он начал преследовать католиков так же, как и представителей других вероисповеданий. В Соединенных Штатах Торговая палата
      США советует обращаться к священнику Джону Кронину из «Национальной конференции католических благотворительных обществ»1 как к человеку, который может рекомендовать тайных агентов для слежки за так называемыми «красными» профсоюзами.
     
      1 «Национальная конференция католических благотворительных обществ» (National Catholic Welfare Conference) — крупнейшая реакционная католическая организация США, являющаяся рупором Ватикана. «НКВК» руководится высшим католическим духовенством, тесно связанным с американским монополистическим капиталом. (Прим, ред.)
     
      Этого перечня вполне достаточно, чтобы показать, какую опасность представляют истинные цели влиятельных промышленных кругов, финансирующих кампанию за разгром профсоюзов и пытающихся, прикрываясь гитлеровским лозунгом «спасения страны от коммунистов», лишить рабочий класс всего, что он завоевал за последние десятилетия.
     
     
      2. ИСТИННЫЕ ЦЕЛИ ПОХОДА ПРОТИВ «КРАСНЫХ»
     
      Для того чтобы читатель мог получить представление об истинных причинах похода против профсоюзов, необходимо вкратце остановиться на положении рабочих в послевоенный период и на проблеме, стоящей перед американскими предпринимателями, — проблеме повсеместно ожидаемого кризиса с неизбежно сопутствующим ему ростом безработицы.
      Гитлер захватил власть в Германии в разгар мирового экономического кризиса. Число безработных в Германии по сравнению с размерами ее населения было колоссальным. Проблема безработицы миллионов людей была решена, когда Гитлер заставил их работать на войну.
      В тот период в Соединенных Штатах также имелась огромная армия безработных. Экономическая жизнь США была дезорганизована самым плачевным образом. Крупнейшие промышленники, возражавшие против всякого вмешательства в систему «свободного предпринимательства», которая и явилась причиной величайшего кризиса, когда-либо испытанного миром, не желали искать выход, приемлемый для американского народа. Стоявшие тогда у власти политические деятели были в состоянии дать безработным и отчаявшимся людям лишь туманные заверения в том, что «процветание не за горами». Читатель, возможно, помнит, что всякий раз, когда Герберт Гувер, ставленник республиканцев на пост президента Соединенных Штатов, возвещал наступление эры процветания, — акции катастрофически падали, предприятия закрывались, и появлялись новые безработные. В итоге, всякий раз, когда Гуверу чудилось процветание, всю страну бросало в дрожь.
      Когда на место Гувера был избран Франклин Рузвельт, новый президент стал принимать меры, чтобы вывести страну из тупика, в который завели ее промышленники и их политический рупор — республиканская партия. Но, несмотря на чрезвычайные меры, предпринятые Рузвельтом, как, например, организация крупных общественных работ, Соединенные Штаты, в сущности, так и не разрешили проблемы безработицы в стране до тех пор, пока не начали производить оружие и боеприпасы.
      Миллионы безработных нашли работу не потому, что экономика США была организована правильно, а потому, что временно развернулось производство для нужд войны. С прекращением военного производства и с сокращением производства товаров широкого потребления, вызванного падением покупательной способности населения, Соединенные Штаты неизбежно возвращаются к тому, с чего они начали: к безработице, охватывающей миллионы людей, слоняющихся по улицам в поисках средств к существованию.
      Именно эта проблема безработицы и стоит сейчас перед американскими промышленниками.
      В периоды массовой безработицы, когда покупательная способность населения сокращается, высокий уровень прибылей можно сохранить лишь путем сокращения заработной платы, увеличения рабочего дня и общего снижения жизненного уровня населения.
      Накануне второй мировой войны рабочее движение в США добилось определенных успехов. Были приняты законы, облегчавшие создание профсоюзов, и организованные рабочие благодаря своему единству достигли относительно высокого жизненного уровня. Покуда рабочие сохраняли крепкую организацию, американские промышленники, подобно германским, не могли добиться тех целей, к которым стремились. Прежде всего, в предвидении растущей безработицы промышленники ставили себе задачей ослабление профсоюзов и подчинение их контролю, который непосредственно сами промышленники не могли осуществлять. Подобный контроль мог осуществляться конгрессом.
      Для достижения полного господства Гитлер использовал политический принцип: «Разделяй и властвуй». Народ, расколотый на враждующие лагери из-за разжигаемых им разногласий по расовым, религиозным и экономическим вопросам, был ослаблен, и дальнейшее его подчинение и господство над ним уже не представляло трудности. Двумя пугалами, которыми Гитлер пользовался особенно широко, были «угроза коммунизма» и «евреи». В настоящее время пропаганда антисемитизма считается признанным тактическим приемом нацистов. Однако фашистская сущность истерических криков с призывами «спасти страну от красных» еще не вскрыта. В Германии все, кто возражал против утверждения, что евреи и коммунисты несут ответственность за все беды, постигшие мир, в том числе за безработицу, были заклеймлены как «плохие патриоты», как «тайные агенты большевиков», как «еврейские заговорщики» и брошены в концентрационные лагери.
      В Соединенных Штатах открытое финансирование антисемитской кампании было бы в настоящее время со стороны промышленников опрометчивым шагом. Но второй гитлеровский прием — поход за «спасение страны от красных» — используется сейчас ими в полной мере. Детали этого похода против «красной опасности» разрабатываются агитаторами, находящимися на службе у крупнейших американских промышленников. Последние действуют главным образом через Торговую палату США, имеющую свою штаб-квартиру в Вашингтоне.
     
     
      3. НАЦИОНАЛЬНАЯ АССОЦИАЦИЯ ПРОМЫШЛЕННИКОВ И ТОРГОВАЯ ПАЛАТА США
     
      Походом против «красной опасности», направленным на создание своего рода дымовой завесы, под прикрытием которой рассчитывают ослабить и ограничить деятельность
      профсоюзов, руководят две организации, обладающие мощным пропагандистским и лоббистским1 аппаратом. Это — Национальная ассоциация промышленников2 и Торговая палата Соединенных Штатов.
     
      1 «Лобби» (lobby) по-английски означает «кулуары». Отсюда пошло выражение «лоббисты» — агенты крупнейших монополий и других реакционных организаций предпринимателей, занимающиеся закулисной «обработкой» и подкупом членов конгресса. (Прим, ред.)
      2 Национальная ассоциация промышленников, созданная в 1895 г., стала одним из важнейших политических органов американских монополистов. Внутри США она проводит реакционную политику агрессивного наступления на рабочее движение, в области внешней политики борется за осуществление экспансионистских устремлений самых оголтелых поджигателей войны — монополистов Уолл-стрита. (Прим, ред.)
     
      Торговая палата играет в этой кампании роль ударной дивизии. Она может использовать почти 3 тысячи разбросанных по всей стране местных торговых палат, руководители которых зачастую пользуются в своем районе значительным влиянием. Однако рядовой предприниматель, член местной торговой палаты, практически не имеет голоса в определении.политического курса Торговой палаты США.
      Национальная ассоциация промышленников объединяет свыше 3 тысяч корпораций, в основном владеющих промышленными предприятиями и предприятиями комму-нального пользования, расположенными по всей стране. Каждый четвертый человек в Соединенных Штатах работает на предприятиях этих корпораций.
      До 1933 г. Национальной ассоциацией промышленников руководили сравнительно мелкие дельцы. После 1933 г., когда президентом стал Рузвельт и был принят ряд мер, улучшающих положение рабочих, Национальная ассоциация промышленников была реорганизована, и к руководству в ней пришли крупнейшие предприниматели страны.
      В 1912 г., тогда еще сравнительно слабая, Национальная ассоциация промышленников основала в Вашингтоне Торговую палату США. Задачей этого центрального органа предпринимателей было осведомление конгресса о желаниях американских деловых кругов.
      Рядовой член местной торговой палаты не имеет, по существу, никакого отношения к руководству деятельностью центральной Торговой палаты. Руководители крупных корпораций ухитряются закреплять за собой места в двух комитетах, которые фактически и управляют национальной Торговой палатой, — в исполнительном и финансовом комитетах. В состав исполнительного комитета входят председатель Торговой палаты и 11 директоров. Хотя формально комитет накачается сроком на год, на деле в этом важнейшем руководящем органе палаты заседают из года в год одни и те же лица, если не считать отдельных случайных изменений. Комитет во вопросам финансов ведет финансовые дела палаты, выделяя средства на пропаганду и деятельность «лоббистов».
      Лица, занимающие важнейшие посты в центральной Торговой палате, играют также руководящую роль в Национальной ассоциации промышленников. Сами по себе эти люди не имеют особого значения. Они лишь проводят в жизнь политику тех мощных промышленных концернов, которые они представляют. Размеры этой брошюры не позволяют подробно остановиться на связях некоторых из этих компаний с нацистскими промышленниками, которые поощряли и поддерживали гитлеровский план установления фашистского режима в Германии. Поэтому я ограничусь здесь двумя или тремя примерами.
      Эрл О. Шрив из Нью-Йорка, вице-председатель фирмы «Дженерл электрик компани», в настоящее время является председателем центральной Торговой палаты. Шрив занимает также видный пост в Национальной ассоциации промышленников и, прежде чем стать председателем палаты, был членом ее исполнительного комитета. Его фирма была тесно связана с нацистскими промышленниками и сохраняла свои связи с ними даже после того, как Германия развязала вторую мировую войну и США стали лихорадочно готовиться к обороне. Эти связи с нацистскими промышленными кругами, способствовавшими приходу Гитлера к власти, продолжались вплоть до 1941 г., то есть до вступления Соединенных Штатов в войну.
      Кларк Г. Майнор, председатель правления фирмы «Интернейшнл дженерл электрик компани» — филиала «Дженерл электрик», — входит в исполнительный комитет Торговой палаты. Его компания, как и «Дженерл электрик», поддерживала тесные связи с нацистскими промышленными кругами.
      Мэрион Б. Фолсом из Рочестера (штат Нью-Йорк), казначей фирмы «Истмен кодак компани», — член исполнительного комитета Торговой палаты, а также один из руководителей Национальной ассоциации промышленников. Фирма «Истм(н кодак компани» также была связана с нацистскими промышленниками.
      Связи крупных фирм, ведущих дела в международном масштабе, с иностранными промышленниками, по существу, — обычное явление. Но характерно то, что американские предприниматели заключали соглашения с нацистскими промышленниками, поддерживавшими Гитлера, и что эти соглашения наносили вред работе военной промышленности США. Американские фирмы, находившиеся в тесной связи с нацистами, в настоящее время, стремясь уничтожить американские профсоюзы, прибегают к тем же формам пропаганды, к которым прибегали нацисты, когда они добивались уничтожения германских профсоюзов. До тех пор пока германское рабочее движение не было окончательно раздавлено, нацисты не осмеливались прибегать в массовом масштабе к политике концентрационных лагерей, а впоследствии — лагерей смерти.
      Много белых крестов отметило могилы американских юношей, похороненных в чужой земле и погибших потому, что США не могли снабдить своих солдат достаточным количеством вооружения. Вероятно, никто никогда не узнает, сколько из них погибло из-за таких вот соглашений с нацистами, заключенных американскими фирмами, руководители которых занимают виднейшие посты в Торговой палате и Национальной ассоциации промышленников. Свидетельские показания, заслушанные на заседании сенатской комиссии относительно ряда таких соглашений, вскрыли настолько вопиющие факты, что даже нынешний президент Гарри Трумэн, возглавлявший в то время сенатскую комиссию по расследованию, воскликнул: «Да, это измена!»1
     
      1 Под давлением общественного мнения, возмущенного хищничеством американских монополий, наживших на войне огромные прибыли и саботировавших военные усилия страны ради своей личной выгоды, конгресс был вынужден образовать ряд комиссий, чтобы создать видимость удовлетворения требований масс. В числе этих комиссий была так называемая специальная комиссия сената по обследованию состояния национальной обороны, возглавлявшаяся сенатором Трумэном (до его избрания вице-президентом). Эта комиссия, действовавшая весьма осторожно, чтобы не ущемить интересы монополий, была все же вынуждена опубликовать ряд фактических данных о злоупотреблениях отдельных фирм. (Прим, ред.)
     
      Нацистские промышленники, связанные с некоторыми из виднейших американских фирм, фигурируют в числе лиц, изобличенных как военные преступники. Преступления, в которых обвиняются эти представители нацистских промышленных кругов, не менее ужасны, чем преступления гестапо. Они создавали, например, трудовые лагери, где применялся рабский труд, доводивший до смерти около 100 мужчин, женщин и детей в день. Тех, кто еще не падал замертво во время работы, но кто уже был настолько истощен, что не мог больше работать, отсылали для уничтожения в лагери смерти. Это — не моя выдумка. Эти обвинения были выдвинуты правительством Соединенных Штатов в обвинительном акте по делу 24 крупнейших германских промышленников, связанных с трестом «И. Г. Фарбениндустри». Вот с какого рода людьми имели дело американские промышленники! И американские фирмы, заключавшие соглашения с этими нацистскими компаниями, руководят сейчас походом Торговой палаты против американских профсоюзов!
      Направленная против профсоюзов деятельность крупнейших американских фирм, входящих в состав Торговой палаты, имеет длинную историю. Приведу лишь несколько примеров, чтобы проиллюстрировать отношение руководителей этих фирм к профсоюзному движению.
      Рой Ингерсолл, председатель фирмы «Ингерсолл, Борг-Уорнер», занимает руководящие посты в Торговой палате и Национальной ассоциации промьппленников. Чтобы помешать своим служащим вступать в профсоюз, эта фирма широко применяла шпионаж, пока правительство Рузвельта не запретило использование шпионов на предприятиях.
      У. Гибсон Кэри, председатель фирмы «Иэл энд таун манифакчэринг компани», занимает видное положение в Торговой палате и Национальной ассоциации промышленников. Эта фирма также широко использовала шпионов на своих предприятиях. Ее попытка сломить забастовку рабочих вызвала во всем городе стачки протеста, организованные профсоюзами.
      Соединенные Штаты в своем обвинительном заключении по делу руководителей треста «И. Г. Фарбениндустри» официально обвинили этот крупнейший германский трест в заключении соглашения с Гитлером в 1932 г., за год до захвата им власти. Германские промышленники, столкнувшись с хаосом и безработицей, порожденными системой «свободного предпринимательства», стремились к установлению фашистского строя. Как заявил профессор Гарвардского университета Уильям Янделл Эллиот, «фашистское государство находится полностью под контролем банковских и промышленных кругов, которые пользуются особыми привилегиями и осуществляют контроль над государственными финансами».
      Фашистское государство подчиняет себе профсоюзы. Стачечная борьба запрещается. Поскольку фашистское государство контролируется промышленниками, а само, в свою очередь, устанавливает контроль над профсоюзами, то фактически профсоюзы подпадают под власть промышленников. Вместо того чтобы являться организацией, призванной претворять в жизнь требования рабочих, профсоюз превращается в некое общество, находящееся под контролем ставленников промышленных кругов. Вот почему германские промышленники оказали Гитлеру финансовую поддержку.
      29 ноября 1938 г., в то время когда в США активно велась нацистская пропаганда, около 200 американских промышленников собралось в Филадельфии на региональное заседание Торговой палаты. Присутствовали представители штатов Пенсильвания, Нью-Джерси и Делавар.
      На этом заседании председатель ланкастерской фирмы «Армстронг корк компани» Г. У. Прентис откровенно заявил собравшимся, что не исключена возможность, что американским предпринимателям придется в конце концов
      прибегнуть к «какой-то форме скрытой диктатуры, чтобы ликвидировать хаос».
      «Хаосом» Прентис, очевидно, считал вступление рабочих в профсоюзы и принятие конгрессом благоприятного для рабочих законодательства. В этих словах выражалась позиция тех промышленных кругов, которые «в скрытой форме диктатуры» видели единственный способ разрешить проблему борьбы с профсоюзами.
      Рост сопротивления фашизму со стороны рядовых американцев требовал, однако, применения именно «скрытой» формы диктатуры из опасения, чтобы американский народ, разгадав подлинные замыслы промышленников, не высказал бы своего недовольства самым недвусмысленным образом. Ввиду возникноьения войны в Европе и ненависти народов всего мира к нацизму, дальнейшее открытое высказывание подобных идей было бы опасным.
      После окончания войны, когда неустойчивое военное хозяйство начало с трудом приспосабливаться к нуждам мирного времени, система «свободного предпринимательства» столкнулась с перспективой нового роста безработицы. Чтобы провести снижение заработной платы, нужно было предварительно ослабить профсоюзы. Для этого предприниматели хотели прежде всего заручиться поддержкой миллионов ветеранов обеих мировых войн, многие из которых были членами профсоюзов. Так как нельзя было рассчитывать, что члены профсоюза поддержат кампанию за сокращение своей собственной заработной платы, их поддержки можно было добиваться только обманным путем.
      Гитлер в свое время также понимал, что установление фашистской диктатуры будет облегчено, если он привлечет предварительно на свою сторону две организованные группы: ветеранов войны и членов профсоюзов. Так как многие ветераны состояли в профсоюзах, поддержка с их стороны означала в то же время поддержку со стороны крупной прослойки внутри профсоюзного движения. Гитлер с помощью Геббельса начал яростную кампанию, призывая к «спасению страны от коммунизма». Он скрыл от ветеранов войны и членов профсоюзов ту финансовую помощь, которую ему оказывали представители промышленных кругов.
     
     
      4. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ «АМЕРИКАНСКОЕ ДЕЙСТВИЕ»
     
      Гитлер со всеми его махинациями отошел сейчас в область истории. Тем временем в Соединенных Штатах вскоре после окончания второй мировой войны возникла новая политическая организация. Ее также финансировали промышленники, имена которых держались в тайне. Эта организация немедленно стала вопить о «спасении страны от инакомыслящих радикалов», иначе говоря, от коммунистов.
      Через два месяца после капитуляции Германии реакционный радиокомментатор Эптон Клоуз (чьи выступления оплачивались казначеем республиканской партии Джеймсом Кэмпером) совместно с ярым защитником генерала Франко и его фашистского правительства Мервином Хартом создал организацию под названием «Американское действие».
      Она отрекомендовалась публике как «патриотическая организация», посвятившая себя делу борьбы с «инакомыслящими радикалами». Эта организация была предназначена первой поднять крик о «коммунистической опасности» во время кампании по выборам в конгресс в 1946 г.
      Официальной целью этой организации была борьба против кандидатов, выставленных комитетом политического действия Конгресса производственных профсоюзов. Она называла себя «боевым движением местного и национального масштаба, находящимся под идейным руководством демократов, республиканцев и независимых». В программе этой организации говорилось, что целью ее является «организовать подавляющее большинство правых с большим успехом, чем это удалось инакомыслящим радикалам по отношению к шумливому меньшинству левых».
      Организация «Американское действие», обратившаяся к населению с призывом «спасти страну от красных», с самого начала окружила себя атмосферой тайны, скрыв, прежде всего, небезызвестные имена своих организаторов. Среди членов национального совета организации «Американское действие» вначале даже не упоминались имена Мервина Харта и Эптона Клоуза. Эти последние предпочли остаться в тени, чтобы их открыто враждебное рабочему движению прошлое не вызвало подозрений в том, что их ревностное желание «спасти страну» диктуется совсем иными тайными мотивами.
      В национальный совет вошли 6 человек: служащий универсального магазина из Лос-Анжелоса, полковник американской авиации, адвокат из Северной Каролины, комиссар одного из южных штатов по вопросам земледелия, мелкий книгоиздатель из Айдахо и в качестве казначея — чикагский промышленник У. Гомер Хартц, председатель «Ассоциации иллинойских промышленников». (После избрания антирабочего конгресса США 6 февраля 1947 г. на заседании сенатской комиссии по вопросам труда и общественного благосостояния Хартц выступил в качестве официального представителя Торговой палаты США. Ряд «реформ», направленных против профсоюзов, «реформ», на которых он настаивал, включен сейчас в закон Тафта—Хартли, лишивший рабочих результатов их многолетней борьбы.)
      Впоследствии среди членов национального совета, переименованного в исполнительный комитет, появились и другие, более известные имена, вроде генерала Леонарда Вуда, главы фирмы «Сиро, Робак», и Роберта Гарриса^ маклера с Уолл-стрита, друга и соратника Чарлза Кофлина, детройтского «радиосвященника», распространявшего в США нацистскую пропаганду, изготовлявшуюся Геббельсом в Берлине. Имя генерала Вуда могло привлечь бывших членов организации «Америка прежде всего», которых перед войной было немало. Близость Гарриса к Кофлину была известна сторонникам последнего, довольно многочисленным в тот период, когда выступления его по радио еще не были запрещены. Имя Гарриса в списке членов исполнительного комитета организации «Американское действие» должно было убедить сторонников Кофлина в том, что эта организация заслуживает их поддержки.
      Национальный совет, а затем и исполнительный комитет, служили, очевидно, «фасадом», который должен был придать организации респектабельный вид. Члены исполнительного комитета, эти люди, якобы встревоженные неминуемой опасностью, которая грозила стране со стороны «красных», с удивительным безразличием относились к митингам, на которых изобретались способы
      «спасения страны». Сошлюсь на письмо, написанное одним из членов первого состава национального совета, а затем исполнительного комитета — Джеймсом Гипсоном, председателем фирмы «Кэкстон принтере» из города Колдуэлл в штате Айдахо. Гипсон печатал книги и брошюры, издаваемые организацией, но сам, очевидно, плохо переваривал пропаганду, которой организация «Американское действие» пичкала народ, ибо не появился ни на одном из ее митингов. Гипсон писал:
      «Я ни разу не был на митинге организации «Американское действие». Я разрешил назвать свое имя в числе членов исполнительного комитета, ибо я сочувствовал и продолжаю сочувствовать целям, провозглашенным этой организацией. Но недавно я вышел из комитета, так как увидел, что не могу уделять организации того времени и того внимания, которых она заслуживает».
      «Американское действие», выступая как политическая организация, собирала средства на проведение кампаний в различных избирательных округах, но она держала в тайне от людей, к которым обращалась со своей агитацией, имена промышленников, противников профсоюзов, финансировавших ее деятельность, как, например, Эрнеста Уэйра, председателя правления фирмы «Уэйртон стил компани», или Ламмота Дюпона, председателя правления фирмы «Э. И. Дюпон де Немур».
      По существующему закону, все политические группы, принимающие участие в федеральных выборах, обязаны представлять в палату представителей отчет с указанием общей суммы собранных денег, имен жертвователей и статей расхода. Организация «Американское действие» сообщила, что между 1 января и 31 октября 1946 г. она собрала около 96 тыс. долл., а истратила свыше 114 тыс. долларов.
      О том, кто восполнил недостающие 18 тыс. долл., в отчете не сообщалось. Что еще существеннее, организация «Американское действие» перечислила лишь часть лиц, внесших основные 96 тыс. долл. Характерно, что никто не возражал против представления ею неполных сведений и не требовал обнародования имен всех жертвователей.
      По собственному заявлению организации «Американское действие», во время избирательной кампании 1946 г. ее представители выступали в 24 избирательных округах.
      Она сосредоточила свое внимание на тех районах, где голоса делились поровну между кандидатами, выступавшими за и против политики Рузвельта. Организация «Американское действие» надеялась, что, завоевав в таких округах даже небольшое число голосов, она сумеет повлиять на исход выборов в пользу желательных ей кандидатов.
      Только в 8 избирательных округах организация добилась некоторого успеха. В других местах она потерпела неудачу. Но всюду, где бы она ни выступала — успешно или безуспешно, — она поднимала вопрос о «красной опасности» и призывала избирателей отдать свои голоса кандидату, свободному, как утверждала организация, от влияния «инакомыслящих радикалов». Организация «Американское действие» обращалась ко всем избирателям и, в частности, к ветеранам войны.
      Враги профсоюзов, пользуясь приемом гитлеровской пропаганды — пугалом «красной опасности», захватили руководство конгрессом. Прогрессивные обозреватели и ряд газет, обеспокоенные создавшимся положением, указывали, что следует опасаться организаций, где действуют люди, вроде профашиста Харта и известного реакционера Эптона Клоуза. Когда же общественность подозрительно относится к какой-либо организации, действенность ее пропаганды уменьшается. Поэтому таинственные силы, направлявшие деятельность организации «Американское действие», попросили Харта и Клоуза выйти в отставку, что они и сделали. Пропаганда организации «Американское действие» могла бы быть более действенной, если бы никто не мог заподозрить эту организацию в профашистских симпатиях. Особенно важно это было для привлечения голосов ветеранов. Людей, сражавшихся с фашизмом на поле боя, нельзя было привлечь на сторону организации, заподозренной в профашистских симпатиях. Поскольку многие из ветеранов были членами профсоюзов, пропаганда борьбы с «красной опасностью», оказывая на них влияние, должна была, следовательно, влиять и на внутренние дела профсоюзов. Таким образом, можно было расколоть ряды профсоюзов и сделать первый шаг к применению тактики «разделяй и властвуй».
      Но для этого во главе организации необходимо было поставить ветерана войны, видного деятеля, против которого никогда не выдвигались официальные обвинения в профашистских симпатиях и который пользовался бы в стране достаточным весом.
      Таинственные персонажи, действующие за кулисами этого «открытого политического движения», остановили свой выбор на капитане Эдварде Хэйсе, в прошлом руководителе «Американского легиона». Для переговоров к Хэйсу был направлен не кто иной, как Эптон Клоуз, вышедший в отставку, чтобы снять со своей организации обвинение в профашистских симпатиях!
      Что происходило после того, как капитану Хэйсу предложили возглавить «Американское действие», лучше всего может рассказать он сам. 16 сентября 1946 г. перед выборами он писал в письме, на котором из предосторожности стояла пометка «секретно»:
      «Прежде чем взять на себя руководство организацией «Американское действие», я беседовал с видными представителями демократов, противников Нового курса, и с лидерами республиканской партии. Меня интересовала их точка зрения на практическую целесообразность выработанного нами плана. Всякий раз меня заверяли, что, по мнению лица, с которым я беседовал, организация «Американское действие» в том виде, в каком она нами задумана, будет в высшей степени полезной».
      Таким образом, эта организация, источники финансирования которой остались неизвестными, совещалась с политическими лидерами обеих партий, враждебными рабочему движению. От ветеранов, членов профсоюзов и от мелких предпринимателей, к патриотическим чувствам которых взывала эта организация, эти совещания утаили.
      Почему же «организация американских патриотов», якобы искренно убежденных в том, что стране угрожает какая-либо опасность, организация, которая обращается за поддержкой ко всему народу, считает нужным скрывать имена промышленников, финансирующих ее пропагандистскую кампанию? Это тайна. Почему «патриотически настроенные американцы» считают нужным скрыть от избирателей, к которым они обращаются за поддержкой, совещания с политическими деятелями — врагами профсоюзов? Это тоже тайна. Ветеран войны, стоявший под огнем
      врага на поле боя, чтобы спасти свою страну от фашизма, вправе спросить, к чему вся эта таинственность вокруг стремления спасти страну от якобы грозящей ей опасности и не играет ли тут «красная опасность» лишь роль дымовой завесы, прикрываясь которой можно навязать американскому народу все что угодно. Гитлер пытался прикрыться той же дымовой завесой, когда он захватывал власть в Германии.
      Ни один американец, честно пытающийся спасти свою страну от того, что он действительно считает грозящей ей опасностью, не постыдится назвать свое имя и не станет прикрывать свою деятельность словом «секретно».
      Деятельность организации «Американское действие» показывает нам вдохновителей кампании борьбы с «красной опасностью» за работой.
      1. Организация «Американское действие» создана якобы для того, чтобы «спасти страну», но ее основатели скрывают свои связи с этой организацией, так как имеют репутацию ярых врагов рабочего движения.
      2. Промышленники — враги профсоюзов — финансируют пропагандистскую и политическую деятельность организации «Американское действие». Но этот факт скрывается от членов профсоюзов, которых организация стремится привлечь на свою сторону.
      3. Ветеранов призывают к поддержке кампании «спасения страны», но в то же время встречи руководителя организации с политическими деятелями — врагами профсоюзов — носят «конфиденциальный» характер.
      Вот каким образом «патриоты» создают шумиху вокруг «красной опасности» и под ее прикрытием проводят законы, рассчитанные на снижение жизненного уровня 16 миллионов американцев и их семей.
      Об организации «Американское действие» можно сказать еще многое. Я ограничусь этим весьма сжатым описанием того, как фабрикуется «красная опасность», как создается дымовая завеса, прикрывающая подлинную цель организации — ослабление профсоюзов и установление над ними контроля. Гитлер и Геббельс прибегали к таким же методам.
      Гитлер и Геббельс понимали также, что успешно проводить свою пропаганду им удастся лишь тогда, когда будет зажат рот критикам, которые могли бы предупре* дить германский народ о том, что происходит в действительности. В Соединенных Штатах критикам, способным предостеречь народ, также зажали рот. И тут мы сталкиваемся с другой кампанией борьбы с «красной опасностью», начатой в совершенно иных сферах, внешне никак не связанных с организацией «Американское действие». Надо отметить, что эта кампания началась в момент, наиболее благоприятный для борьбы против профсоюзов.
     
     
      5. ВЫСТУПЛЕНИЕ КОМИССИИ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ АНТИАМЕРИКАНСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
     
      Учредительное заседание организации «Американское действие» состоялось летом 1945 г. К тому времени, когда она была уже создана и готова начать кампанию против «инакомыслящих радикалов», начала активно действовать: комиссия по расследованию антиамериканской деятельности; причем направление деятельности этой комиссии полностью совпало с программой наступления на профсоюзы, предпринятого Торговой палатой.
      Большинство членов этой комиссии, будучи членами местных торговых палат, связано с Торговой палатой США. Так, например, председатель комиссии Дж. Парнелл Томас 1 в течение ряда лет состоит членом торговой палаты Бергена (штат Нью-Йорк); член комиссии чикагский промышленник Ричард Вэйл гордится тем, что его фирма «Вэйл манифакчэринг компани» в течение многих лет является членом «Чикагской торговой ассоциации»; член комиссии Джон Макдауэлл, владелец газетного издательства в Уилкинсбурге (штат Пенсильвания), уже 20 лет состоит членом торговой палаты Уилкинсбурга. Список можно было бы продолжить. Насколько мне известно, ни одно из этих лиц не является членом профсоюза.
     
      1 Дж. Парнелл Томас — член конгресса от республиканской партии, один из наиболее оголтелых реакционеров в США, применявший поистине гестаповские методы преследования всякого прогрессивного движения в стране. В ноябре 1948 г. Томасу, по сообщению американской печати, было предъявлено обвинение в казнокрадстве, выразившемся в «хищении государственных средств при помощи включения в платежные ведомости в качестве мнимых сотрудников конгресса некоторых своих родственников и друзей и присвоения их жалованья». Однако делу не дали хода; федеральный суд цереносил слушание дела Томаса с одного заседания на другое, а 7 марта 1949 г. оно было отложено на неопределенное время якобы «в связи с необходимостью длительного лечения» для внезапно заболевшего Томаса. Формально Томас продолжает состоять членом комиссии по расследованию антиамериканской деятельности; председателем этой комиссии после новых выборов в конгресс стал один из бывших членов комиссии — демократ Вуд, продолжающий прежнюю гестаповскую политику Томаса. (Прим, ред.)
     
      Анализируя различные этапы этого похода, направленного против профсоюзов под предлогом борьбы с «красной опасностью», полезно вспомнить, что в Германии Гитлер немедленно после захвата власти установил свой контроль над радио. Таким путем он мог лишить прогрессивных немецких радиообозревателей возможности предостеречь немецкий народ от опасности того пути, по которому его вели. В то же время Гитлер мог отравлять сознание народа нацистской пропагандой. Он придавал такое значение влиянию радио на формирование общественного мнения, что слушание всяких иных передач, кроме геб-бельсовских, считалось преступлением, наказуемым смертной казнью.
      В США в период избирательной кампании 1946 г., когда организация «Американское действие» была готова начать поход против «красной опасности», комиссия по расследованию антиамериканской деятельности внезапно потребовала в декабре 1945 г. предъявления ей письменного текста выступлений 7 радиообозревателей. Требование это сопровождалось обычной шумихой по поводу «подрывной пропаганды», якобы распространяемой радиокомментаторами. Эта шумиха насмерть напугала владельцев радиостанций и большинство лиц, оплачивающие программы “радиопередач. Доходы владельца радиостанции создаются продажей «времени» в эфире. Если лицам, оплачивающим радиопередачи, придет в голову, что данная станция допускает «подрывную пропаганду», они обратятся куда-нибудь в другое место.
      Результатом всей этой шумихи, поднятой комиссией, было немедленное увольнение 7 упомянутых обозревателей. Вслед за тем аналогичные меры были немедленно приняты и по отношению к другим прогрессивным обозревателям
      по всей стране. Даже в тех случаях, когда лицо, оплачивающее радиопередачу, было готово рискнуть своей репутацией и сохранить обозревателя, владельцы радиостанций отказывались продавать ему «время», чтобы не отпугнуть других своих клиентов и не привлечь к радиостанции зловещее внимание комиссии по расследованию антиамериканской деятельности.
      Хотя все это изображалось как расследование «подрывной пропаганды», гонениям подвергались только обозреватели — сторонники рузвельтовской политики и притом как раз в такое время, когда они могли бы комментировать выборы 1946 г. и организованный реакцией поход против профсоюзов. Возможно, конечно, что самый момент этой травли был выбран случайно, но не менее возможно и то, что здесь проявилась «сыгранность» команды, как это говорится в спортивном мире.
      Размеры брошюры не позволяют вдаваться в подробности всей долгой истории сомнительных деяний комиссии и ее стремления обливать грязью прогрессивно настроенных патриотов. Но зловещая цель, которую преследует кампания против «красной опасности», раздуваемая внешне не связанными между собой организациями, и момент, выбранный комиссией по расследованию антиамериканской деятельности для создания в стране состояния истерии, — все это заставляет нас остановиться на некоторых ’сторонах деятельности комиссии, которые свидетельствуют о том, что в США создано и действует своего рода гестапо. Это гестапо находится под руководством частных лиц, хотя финансируется за счет общественных средств.
      Архивы комиссии тщательно охраняются. В конгрессе утверждают, что даже члены комиссии по расследованию антиамериканской деятельности не имеют свободного доступа к собственным архивам. Предварительно они должны получить на это разрешение председателя комиссии.
      Однажды в канцелярию комиссии зашла за получением каких-то сведений журналистка одной из вашингтонских газет. Секретарь, работавший в этой комнате, вышел па несколько минут. На столе находилась одна из картотек-указателей к множеству досье, имеющихся в комиссии, и журналистка от нечего делать начала просматривать карточки. К своему удивлению, она обнаружила, что, судя по картотеке, комиссия конгресса завела досье даже на членов палаты представителей и сената Соединенных Штатов.
      Узнать точно, на скольких членов палаты и сената комиссия завела дела, журналистка не смогла. За те несколько минут, которые были в ее распоряжении, она нашла карточки на 10 человек. Имена их она немедленно опубликовала. Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности так и не выступила с опровержением этого заявления. Карточки, обнаруженные журналисткой, свидетельствовали о том, что комиссия завела дела на таких членов палаты представителей и сената, как Адолф Сэбэт, Ашер Бэрдик, Эмануэл Селлар, Джон Коффи, Вито Маркантонио, Клод Пеппер и другие.
      Кое-кто из членов палаты представителей, на которых комиссия по расследованию антиамериканской деятельности завела дела, потерпел поражение на следующих выборах. В этом факте, как таковом, еще нет ничего необычайного. Но необычайно то, что член конгресса терпит поражение из-за опубликования материалов из секретных досье комиссии, как это случилось с бывшим членом конгресса от штата Вашингтон Хью Делэси. Этот факт свидетельствует о том, что одна из комиссий конгресса препятствует свободе выборов и тратит общественные средства на собирание материалов против тех членов конгресса, которые пришлись ей не по вкусу.
      Во время кампании 1946 г., когда финансируемая из таинственных источников организация «Американское действие» добивалась поражения Делэси, связав его имя с «красной опасностью», в одной из газет Сиэтла появились материалы из архивов комиссии. Опубликование этих материалов оказало влияние на значительное число избирателей, и в результате кандидатура Делэси была провалена. Тогда комиссия по расследованию антиамериканской деятельности заявила, что материал на Делэси исчез из ее архивов. Насколько мне известно, комиссия не прилагала особых стараний, чтобы узнать, кто «похитил» этот материал.
      Комиссия, как неоднократно указывалось, считает, что она сама творит для себя законы. Например, комиссия создала огромную шумиху вокруг существования якобы некоего «фронта» «подрывных» организаций. По причинам, лучше всего известным самой комиссии, она предпочитает не опубликовывать составленного ею списка организаций «фронта». Дело в том, что многие из тех организаций, которые комиссия занесла в число «подрывных», насчитывают в своих рядах столько выдающихся деятелей — мужчин и женщин, — пользующихся незапятнанной репутацией патриотов, что опубликование такого списка выставило бы комиссию в смешном свете даже для тех, кто считает, что она оказывает услугу своей родине.
      Во всяком случае, комиссия составила длиннейший список организаций «фронта». Этот список, расходы по составлению которого оплачиваются из общественных средств, недоступен представителям общественности, но зато вполне доступен отдельным личностям и организациям, одобренным комиссией. В управлении правительственных публикаций имеется список правительственных изданий. К нему приложена маленькая справка, гласящая, что составленный комиссией по расследованию антиамериканской деятельности список «организаций фронта» можно получить только с разрешения комиссии. Очевидно, комиссия в целом или ее председатель решает, какое лицо или организация могут быть допущены к материалам, собранным на общественные средства. Решение, по всей вероятности, зависит от того, могут ли данные лица или организации использовать этот список в нужном для комиссии направлении.
      Комиссия располагает также списком лиц, считающихся подозрительными, которым правительственные чиновники пользуются при проверке наличия предосудительных связей у тех или иных служащих. В этом списке я обнаружил удивительное собрание имен, упоминавшихся в разное время в показаниях о подрывной деятельности. Там встречаются, например, имена Франклина Д. Рузвельта, некоторых членов верховного суда Соединенных Штатов, имена губернаторов различных штатов и многих членов палаты представителей и сенаторов Соединенных Штатов. Но среди них я не нашел ни одного из тех американских промышленников, которые через контролируемые нацистами предприятия выдавали нацистской Германии секреты
      производства, имеющие важное значение для обороны США, или заключали с нацистскими дельцами соглашения, наносившие ущерб американской промышленности.
      О комиссии по расследованию антиамериканской деятельности можно сказать еще многое. Я коснулся вкратце этого вопроса, чтобы показать, что ее деятельность не может не вызвать недоумения и тревоги, особенно если учесть выбор ею момента для начала травли «радиокомментаторов, ведущих подрывную пропаганду», или кампании борьбы против «красной опасности», к которой я перейду немного ниже.
      Как только организация «Американское действие» подготовилась к выступлению против «инакомыслящих радикалов», а прогрессивные радиообозреватели были уволены, Торговая палата начала готовить к выпуску в свет первую из своих трех брошюр об «угрозе коммунизма». Цель этих брошюр, предназначенных для распространения в деловых кругах, среди промышленников и широких слоев населения, заключалась в том, чтобы способствовать созданию истерии во всей стране и подготовить избрание враждебного рабочим конгресса. Первая из брошюр, под названием «Коммунисты проникают в Соединенные Штаты», трактовала этот вопрос в национальном масштабе.
      Однако если бы инициатива в организации похода против «красной опасности» принадлежала Торговой палате, руководство которой было известно своей реакционной антирабочей деятельностью, это могло бы вызвать подозрение, что палата пытается замаскировать этой кампанией свои подлинные цели. Но если бы инициатива принадлежала кому-то другому, а палата выступила со своей пропагандой несколько позже, эффект был бы более полным. Так именно и поступила Торговая палата.
     
     
      6. ПОЯВЛЕНИЕ ТАИНСТВЕННОГО «ЭНДРЬЮ ЭЙВЕРИ»
     
      В это время произошло еще одно из якобы не связанных между собой событий, причем главный виновник его принял все меры предосторожности, чтобы скрыть от общественности свое подлинное имя и имена своих финансовых покровителей.
      Чикагская газета «Джорпал оф коммерс», рупор промышленных и торговых кругов Среднего Запада, отыскала вдруг некоего таинственного «Эндрью Эйвери», которого рекомендовала как крупный авторитет по вопросу о «коммунистической опасности» и о деятельности коммунистов в профсоюзном движении. Характерно, что редакция газеты наткнулась на него как раз в нужный для нее момент, чтобы использовать его статьи во время избирательной кампании 1946 г.
      Между 24 июня и 11 июля 1946 г. «Джорпал оф коммерс» опубликовала ряд статей «Эндрью Эйвери» о «коммунистической пятой колонне». В статьях, по утверждению газеты, приводились «результаты продолжительных наблюдений и изучения деятельности коммунистов в правительственных органах, в профсоюзах и в других областях жизни страны». После окончания этой серии все статьи немедленно были изданы в виде отдельной брошюры. Значительная часть тиража была закуплена дельцами и промышленниками для распространения среди своих служащих. Много экземпляров закупили пропагандисты организации «Американское действие», уже подвизавшиеся в 24 избирательных округах. Торговая палата Соединенных Штатов усиленно рекомендовала покупать брошюру. Пугало «красной опасности» пошло в ход. После избрания антирабочего конгресса «Эндрью Эйвери» выпустил другую серию статей на тему о «влиянии коммунистов в промышленности» с целью доказать не только предпринимателям, но и руководителям и членам профсоюзов, что «красные» подчинили себе профсоюзы и что целью их является не увеличение заработной платы, улучшение условий труда и обеспечение работой членов профсоюзов, а создание смуты и беспорядков с тем, чтобы «выдать Соединенные Штаты России». Это было повторение старой гитлеровской политики «разделяй и властвуй», повторение старого лозунга «спасения страны от коммунизма», которым пользовались в свое время нацисты.
      Серия статей о «влиянии коммунистов в промышленности» начала печататься 13 января 1947 г., то есть через несколько дней после открытия антирабочего конгресса США, и публиковалась до конца месяца. По странному «совпадению», именно в этот период поток антирабочих
      законопроектов буквально захлестнул конгресс, и статьи были предназначены убедить дельцов в необходимости усилить нажим на конгресс для принятия этих законопроектов. Новая серия статей также была немедленно издана в виде брошюры. Торговая палата рекомендовала читателям своей книжки о «красной опасности» покупать и читать продукцию Эйвери. Издания Торговой палаты США выходили в свет сразу же после выхода соответствующих брошюр Эйвери. Первая брошюра была выпущена как раз к избирательной кампании 1946 г., вторая появилась немедленно после открытия антирабочего конгресса США; целью ее было создать подходящую атмосферу для принятия многочисленных антирабочих законопроектов, нашедших свое наиболее полное выражение в законе Тафта—Хартли.
      Стиль брошюр, изданных «Джорнал оф коммерс», и время их появления заставляют меня подозревать, что они были написаны отнюдь не в саь ой редакции и что подлинной их целью было создание дымовой завесы, под покровом которой удалось бы протащить законопроекты, направленные против профсоюзов. Я подозреваю даже, что никакого Эндрью Эйвери не существует и что это — попросту псевдоним, за которым скрываются подлинная личность автора и стоящая за его спиной организация.
      Для проверки своих подозрений я снял на пару месяцев дом в Филадельфии, чтобы иметь там почтовый адрес, и заказал несколько бланков несуществующей фирмы, якобы находящейся по указанному мною адресу. Отсюда я написал письмо «мистеру Эйвери», поздравил его с широкой разоблачительной деятельностью, направленной им против «красной опасности», и заявил, что, дескать, нам, промышленникам Филадельфии, приходится также иметь дело с коммунистическим влиянием в местных профсоюзах. Я спросил его, не может ли он получить отпуск в газете, чтобы расследовать деятельность коммунистов в Филадельфии. Я указал, что я и еще несколько моих коллег оплатим его расходы. Письмо, адресованное «мистеру Эйвери», было вскрыто Дэвидом Дилмэном, главным редактором «Джорнал оф коммерс». Он немедленно ответил, что «мистер Эйвери» находится в отъезде и что по его возвращении он обсудит с ним этот вопрос.
      Одно было совершенно ясно: «мистер Эйвери» не хотел, чтобы его личность стала известна кому-либо. Главные редакторы обычно не вскрывают почту, адресованную сотрудникам редакции; письма задерживаются или пересылаются туда, где в это время находится данный сотрудник. То, что «мистер Эйвери» разрешил главному редактору вскрывать свои письма, означает, что он стремился скрыть свое подлинное имя. Это также означало, что «мистер Эйвери» был значительным лицом или представлял крупную организацию. Главный редактор — человек занятый, и даже если были основания распечатывать письма, адресованные Эйвери, это должен был бы сделать заведующий отделом городских известий, или отделом новостей, или финансовым отделом, или любой из младших редакторов, с которыми «мистер Эйвери» имел дело.
      Сообщение, что «мистер Эйвери» находится в отъезде, могло означать попросту, что «мистер Эйвери» постоянно проживает в городе, находящемся на некотором расстоянии от Чикаго, и ссылка на его «отъезд» должна была объяснить известный промежуток времени, который должен был пройти между письмом Дилмэна к Эйвери и его ответом. Через неделю с небольшим мои подозрения подтвердились. Я получил от Дилмэна еще одно письмо. На этот раз мне была прислана копия — без числа и без подписи — записки, полученной от таинственного «мистера Эйвери». Дилмэн писал:
      «Я говорил с мистером Эйвери о выдвинутом вами предложении заняться изучением деятельности коммунистов в Филадельфии. В настоящее время другие дела не позволяют ему отлучиться, поэтому он не может дать вам окончательный ответ. Думаю, что он заинтересовался затронутым вами вопросом, как вы увидите из прилагаемой копии его записки, адресованной мне».
      Мои подозрения, что «мистер Эйвери» не был жителем Чикаго и что истекшие дни ушли на обмен письмами, видимо, подтверждались, ибо если бы «мистер Эйвери» действительно беседовал с Дилмэном, то не было бы никакой нужды в официальной записке и особенно в такой, где ни словом не упоминалось ни о какой беседе.
      В записке «Эйвери» говорилось, в частности:
      «Я не смогу заняться этим вопросом в ближайшем будущем. Вот все, что я могу сейчас сказать. Я должен выждать, прежде чем буду в состоянии дать более определенный ответ, который зависит отчасти от хода событий в рабочем движении...»
      Следовательно, «мистер Эйвери» является еще одним в длинном ряду «патриотов», которые усердно трудятся, чтобы «спасти страну от красных», но не хотят, чтобы люди, которых они агитируют, знали, кто они или кто финансирует их деятельность. «Мистер Эйвери», который отчаянно встревожен тем, что «красные» якобы скрываются под вымышленными именами, видимо, сам мастер на такого рода приемы.
      Всякий раз, когда я встречаюсь с «патриотом», который бьет себя в грудь и клянется, что стремится к спасению страны, но отказывается назвать свое настоящее имя и имя того, кто платит ему за эту «спасительную деятельность», у меня неизбежно возникают подозрения относительно подлинных его мотивов.
      Я осветил эти детали лишь для того, чтобы читатель понял, каким образом вся эта оголтелая пропаганда о «красной опасности» распространяется в США неизвестными, таинственными личностями, которых финансируют столь же неизвестные и таинственные лида.
     
     
      7. ШПИОНОМАНИЯ
     
      Подобно неведомому «Эндрью Эйвери», с чрезвычайной поспешностью опубликовавшему в печати серию своих статей о «влиянии коммунистов в промышленности», Торговая палата США через несколько дней после созыва антирабочего конгресса также выступила с мелодраматическим детективным романом под названием «Коммунисты в правительстве. Факты и программа». В качестве иллюстрации к этой брошюре прилагалось мрачное изображение американского Капитолия, над которым возвышались красные серп и молот.
      Половину брошюры занимали «конкретные советы» относительно того, что следует предпринять в связи с возникновением «красной опасности» в самом правительстве. Очевидно, составление этих советов и их юридическое обоснование должно было потребовать немало времени.
      Посмотрим теперь, каковы обстоятельства появления данной брошюры.
      Материал для этого бульварного романа нужно было собрать, обработать, послать на просмотр каким-либо юристам, в особенности ту часть, где речь идет о конкретных рекомендациях. Затем брошюру нужно было направить работникам Торговой палаты и членам ее правления, которые разбросаны по всей стране. Каждый из этих занятых людей должен был прочитать ее, вероятно, отложив для этого в сторону все свои дела, одобрить ее (ибо брошюра была одобрена всем правлением) и вернуть в палату. Затем ее нужно было послать в типографию, набрать, сверстать, прочитать корректуру, отпечатать и подготовить к распространению в начале января 1947 г.
      Я перечисляю стадии, через которые должна была пройти эта брошюра, чтобы показать, что такая работа не могла быть проделана в промежуток времени между ноябрьскими выборами 1946 г. и выпуском в свет брошюры в начале января 1947 г. А это означает, что брошюра была уже давно готова и лишь придерживалась в ожидании того момента, когда ее выход сможет создать атмосферу всеобщего возбуждения и оказать на конгресс максимум влияния. Если бы Торговую палату действительно беспокоило наличие «красных» в правительстве, она опубликовала бы свои сведения немедленно по их получении. То, что она воздержалась от этого, означает, что она преследовала совсем иные цели.
      Я не собираюсь здесь приводить заведомо лживые утверждения и неточности, которыми изобиловала эта брошюра, или подробно анализировать пропагандистские ухищрения, весьма похожие на приемы, применявшиеся Геббельсом, также специализировавшимся на «красной опасности». В этой брошюре содержались «разоблачения», не подкрепленные, однако, никакими доказательствами, и сводившиеся к тому, что коммунисты и сочувствующие им лица проникли во все правительственные учреждения и что все они якобы — шпионы. Таким образом, ставилась под сомнение лойяльность нескольких миллионов государственных служащих. Избегая, однако, слишком уж очевидных нелепостей, Торговая палата на всякий случай застраховалась заявлением, что «подавляющее большинство служащих является лойяльным». Естественно, брошюра вызвала сенсацию, которую не могло не вызвать заявление влиятельной организации о том, что «агенты иностранного правительства» проникли во все государственные учреждения.
      Здесь мы сталкиваемся еще с одним из тех событий, внешне как бы не связанных между собой, но сопровождавшихся такими обстоятельствами, которые заставляют отнести их к одной и той же категории — к категории деятельности «хорошо сыгравшейся команды». Дело в том, что комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, изучавшая на протяжении многих лет деятельность коммунистов и коммунистическое движение, решила созвать специальное заседание, целью которого было объявить коммунистическую партию вне закона как «агента иностранного государства». Характерна последовательность действий комиссии. Начнем с того, что в ноябре 1946 г. комиссия стала собирать материал о Герхарде Эйслере, германском коммунисте, бежавшем в США от нацистов. Решение по его делу было отложено, повидимому, для доследования.
      После того как в январе 1947 г. произошло открытие антирабочего конгресса, Торговая палата США опубликовала свою мелодраматическую брошюру об «иностранных агентах» в правительственных учреждениях. Кампания под лозунгом «коммунисты подчинили себе профсоюзы» достигла своей вершины во время обсуждения антирабочих законопроектов. В тот период, когда даже самые консервативные профсоюзы начали борьбу за свое существование и осудили антикоммунистическую кампанию как ширму для сокрытия истинных целей ее инициаторов, боровшихся против профсоюзов, комиссия по расследованию антиамериканской деятельности вдруг выступила с сенсационными заявлениями о том, что Эйслер якобы является главой всех коммунистов в Соединенных Штатах и что распущенный Коммунистический Интернационал в действительности не был распущен. Газеты изобиловали заголовками, кричавшими, что Эйслер — шпион, пытающийся раскрыть секрет атомной бомбы, и что в промежутки времени, свободные от руководства всеми американскими коммунистами и деятельности в качестве главного шпиона по атомным вопросам, он занимается всякого рода другим
      шпионажем. Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, встав в позу спасителя страны, заявила, что на специальном открытом заседании она объявит коммунистическую партию вне закона.
      Таким образом, «красная опасность», которая за отсутствием доказательств дышала уже на ладан, была внезапно возрождена в качестве реальной зловещей опасности, якобы угрожавшей стране. Лейтмотивом всех этих истерических криков было заявление о том, что «красные» подчинили профсоюзы своему руководству или контролю. Отсюда публике навязывали вывод, что профсоюзы также представляют собой угрозу для страны.
      Время, выбранное комиссией по расследованию антиамериканской деятельности для своих выступлений, наводит на подозрение, что эта комиссия в своих расследованиях руководствуется интересами все той же «сыгравшейся команды» и поддерживает давно запланированное и подготовленное Торговой палатой наступление на профсоюзы.
      Вопрос об объявлении коммунистической партии вне закона, разбиравшийся комиссией, басни об «атомных» шпионах и обвинения в том, что в правительственные учреждения якобы проникли «агенты иностранного правительства», — все это было предназначено раздувать страх перед «красной опасностью» в то время, пока конгресс решал, как далеко он зайдет в своем антирабочем законодательстве.
      Ряд опытных руководителей даже консервативных профсоюзов понимал смысл происходящего и, рискуя получить кличку «красных», предостерегал членов профсоюзов, разъясняя, что запугивание «красной опасностью» — всего лишь пропагандистский прием, способ скрыть замыслы фашистов против США. А. Ф. Уитни1, председатель «Братства железнодорожных машинистов», отнюдь не коммунист и руководитель одного из самых консервативных профсоюзов в страде, предостерегал членов своего профсоюза в профсоюзной газете «Джорнал».
     
      1 А. Ф. Уитни — председатель одного из крупнейших «независимых» профсоюзов США — принадлежит к реакционной верхушке американских профсоюзных лидеров, являющихся прямой агентурой монополистов Уолл-стрита и рассматривающих руководство профсоюзом как выгодный «бизнес», как средство личного обогащения. Выступления Уитни, подобные приведенному выше, являются не чем иным, как демагогической маскировкой его истинной политики, служащей интересам американских монополий. (Прим, ред.)
     
      Уитни писал:
      «Американские фашисты в собственных интересах намеренно сеют антикоммунистические настроения среди американского народа... Нужно обратить все национальные усилия и оружие гласности против американского фашизма, который несет ответственность за высокие цены, за антирабочее законодательство, за нехватку жилищ, за чрезмерные прибыли компаний, за падающую покупательную способность населения и дикие кампании, организуемые фашистами».
      Одпако заявление Уитни и другие аналогичные предостережения прошли почти незамеченными. Газеты продолжали выходить с кричащими заголовками. Радиообозреватели продолжали свои сенсационные декларации, так как большинство прогрессивных обозревателей, защищавших интересы рабочих, было уволено. И в этот момент президент Соединенных Штатов подлил масла в яростно бушевавшее пламя.
     
     
      8. ПРИКАЗ ПРЕЗИДЕНТА О ПРОВЕРКЕ ЛОЙЯЛЬНОСТИ
     
      В своей второй брошюре «Коммунисты и правительство», промышленники, стоящие во главе Торговой палаты США, изложили подробно те меры, которые они рекомендуют принять для изгнания коммунистов и сочувствующих им лиц с государственной службы.
      В то время когда кампания запугивания «коммунистической опасностью» росла и ширилась, президент обратился с письмом к бывшему, губернатору штата Пенсильвания Джорджу Эрлу, которому при одном упоминании о коммунистах начинал угрожать апоплексический удар. В своем письме президент назвал «красную опасность» пугалом. Это письмо было обнародовано председателем национального комитета республиканской партии Карол-лом Рисом.
      И все-таки через месяц после написания этого письма президент издал чрезвычайный приказ о проверке лойяль-ности. Этот приказ попал на первые полосы газет и способствовал увеличению истерии, охватившей страну. Приказ
      имеет поразительное сходство с рекомендациями Торговой палаты о борьбе с «красной опасностью» среди государственных служащих.
      Интересно сопоставить требования Торговой палаты и приказ президента Соединенных Штатов:
     
      Рекомендации Торговой палаты
      ...Ответственность за лойяль-ность служащих должна возлагаться не только на комиссию по делам гражданских служащих, но также и на всех руководителей учреждений, отделов и департаментов.
      Руководящим работникам следует вменить в обязанность не только сообщать о всяком проявлении нелойяль-ности, но и наблюдать за принятием в каждом случае соответствующих мер. Они должны нести ответственность за разработку всех специальных мер безопасности в соответствии с условиями работы в данном департаменте и за назначение комиссии по делам безопасности, которая должна работать в их учреждении, отделе или департаменте.
      Конгресс должен проследить за тем, чтобы тот или иной административный орган нес ответственность за безопасность и проверку лойяльно-сти. Этому органу надлежит разработать определенные правила, которым должны следовать руководители департамента и учреждений.
      За исключением архива федерального бюро расследований, правительственные архивы, связанные с вопросами безопасности, должны быть, по возможности, сосредоточены в одном месте...
      Министерство юстиции должно по меньшей мере дважды в год публиковать официальный список организаций коммунистического фронта и контролируемых коммунистами профсоюзов.
      Во избежание раскрытия источников информации, федеральное бюро расследований не должно сообщать о них различным учреждениям... Федеральному бюро расследований разрешается сохранять свои источники информации в тайне, но от него следует потребовать, чтобы оно всякий раз определенно заявляло на основании своих данных, является ли то или иное лицо членом коммунистической партии, сочувствующим ей и т. п....
     
      Приказ президента
      Руководитель каждого департамента и учреждения... несет личную ответственность за проведение эффективных мероприятий, гарантирующих увольнение из его департамента или учреждения всех нелойяль-ных гражданских служащих...
      Он (руководитель департамента) несет ответственность за организацию и проведение проверки лойяльности служащих своего департамента или учреждения в соответствии с положениями данного приказа, которые должны рассматриваться в качестве минимальных требований. Руководитель каждого департамента или учреждения назначает одну или более комиссий по проверке лойяльности и... определяет правила проведения проверки на заседаниях таких комиссий.
      В штате комиссии по делам гражданских служащих создается комиссия по проверке лойяльности. Комиссия вырабатывает необходимые правила... для выполнения статутов и указов, касающихся проверки лойяльности служащих... Комиссии по проверке лойяльности надлежит также координировать политику в области проверки лойяльности служащих и процедуру проверки в отдельных департаментах и учреждениях...
      Комиссия по делам гражданских служащих создает и ведет центральную картотеку на всех лиц, проверка лойяльности которых производилась тем или иным департаментом или учреждением, начиная с 1 сентября 1939 г.
      Министерство юстиции должно сообщать комиссии по проверке лойяльности о каждой иностранной или внутренней организации, ассоциации, движении, группе или кружке лиц, которые генеральным прокурором характеризуются как тоталитарные, фашистские, коммунистические или подрывные. ..
      ... Разведывательные органы могут отказаться сообщить имена своих секретных осведомителей при условии, что они предоставят достаточную информацию о таких осведомителях, на основе которой запрашивающий департамент или учреждение смогут произвести соответствующую оценку представленных ими сведений...
     
      Приблизительно за год до того, как президент издал свой приказ, руководители различных департаментов обрисовали в общих чертах процедуру, принятую в департаментах при проверке лойяльности служащих. Фактически эта обычная процедура уже включала все требования, содержавшиеся в приказе президента.
      Морское министерство имеет собственную, хорошо организованную службу разведки. Лойяльность всех поступающих на работу в морское министерство подвергается проверке. Морской министр Джеймс Форрестол1 следующим образом описал процедуру этой проверки:
      «Насколько мне известно, в архивах комиссии палаты представителей по расследованию антиамериканской деятельности имеются письменные сведения, которые рассматриваются официальными разведывательными органами различных министерств как источник сведений о лицах и организациях, проводящих подрывную деятельность или связанных с ней.
     
      1 Джеймс Форрестол, занимавший последовательно ряд министерских постов в правительстве Трумэна, был представителем самых реакционных агрессивных кругов США, стремящихся к развязыванию новой мировой войны. В период пребывания Форрестола на посту министра обороны выяснилось, что он уже долгое время страдал психическим расстройством. По заявлению американского радиокомментатора Дрю Пирсона, сделанному им 10 апреля 1949 г., Форрестол «был одержим мыслью, что русские вторгаются в Соединенные Штаты». 22 мая 1949 г. Форрестол покончил самоубийством, выбросившись из окна 16-го этажа здания военно-морского госпиталя «Вифезда» в Вашингтоне. (Прим, ред.)
     
      Чтобы использовать все доступпые источники информации, особенно в тех случаях, когда имелось предположение, что комиссия располагает нужными сведениями, бюро военно-морской разведки справлялось с архивами комиссии.
      Все подобного рода запросы представителей морского министерства, адресованные комиссии, в свою очередь, передавались в службу морской разведки для проведения официального расследовапия. Все данные, полученные из архивов комиссии, использовались в качестве отправной точки для планомерного расследования дел. Они представляли лишь один из источников информации, способствовавших наиболее полному освещению вопроса, но отнюдь не подменяли деятельности представителей морского министерства, занимающихся расследованиями, и не сокращали ее масштабы.
      Указанная процедура применяется в течение длительного времени, и, как я разъяспил, архивы комиссии являются лишь одним из обычных источников информации...»
     
      Председатель комиссии по делам гражданских служащих Гарри Митчелл следующим образом описал применяемую комиссией процедуру:
      «Я хочу добавить, что для ведения аналогичных дел требуется изучение данных из других источников (помимо тех, которые содержатся в архивах комиссии по расследованию антиамериканской деятельности). К числу этих источников относятся наши собственные справочные архивы и архивы федерального бюро расследований, которые с 18 июля 1944 г. всегда использовались нами; архивы военной и морской разведки изучаются в тех случаях, когда проверяемое лицо находится на военной или морской службе или поступает на работу в военное или морское министерство, а также в связи с проверкой лиц, о которых, согласно предыдущей информации военной и морской разведки, в этих архивах содержатся неблагоприятные сведения.
      Мы используем все имеющиеся данные, связанные с расследуемым нами делом...»
      Военный министр Роберт Паттерсон1 рассказывает о процедуре проверки лойяльности в военном министерстве:
      1 13 июня 1949 г. военным министром США назначен Грей. (Прим, ред.)
      «Военное министерство про зводит в обычном порядке многочисленные запросы для выяснения пригодности и квалификации лиц, поступающих на определенные должности. Одним из лучших источников информации являются архивы федеральных и местных правительственных учреждений и учреждений штатов. Любой из этих органов или все они вместе могут быть запрошены по тому или иному делу. Запросы производятся в обычном административном порядке...
      Все правительственные учреждения, включая комиссию по расследованию антиамериканской деятельности, всегда представляли имевшуюся у них информацию. Информация, полученная из одного учреждения, сравнивается с информацией, полученной из других источников, в том числе из наших собственных, и используется для определения качеств проверяемого лица...»
      Дин Ачесон, бывший заместитель государственного секретаря1, сообщает о процедуре, существующей в государственном департаменте:
     
      1 После отставки Маршалла в январе 1949 г. Ачесон был назначен государственным секретарем США. Ачесон продолжает поддерживать прежний экспансионистский курс внешней политики США. (Прим, ред.)
     
      «Изучение архивов комиссии по расследованию антиамериканской деятельности, а равно и данных из других официальных источников, производится в обычном порядке в соответствии с принятой в государственном департаменте практикой изучения всей информации, относящейся к данному вопросу, и материалов, характеризующих пригодность, лойяльность, характер и другие качества лиц, поступающих на работу в государственный департамент.
      При проверке лиц, поступающих на службу в государственный департамент, соблюдается строжайшая секретность в отношении сведений о характере и репутации проверяемого лица. После того как информационный отдел соберет все данные о поступающем на работу, материал изучается, сопоставляется и тщательно оценивается соответствующими служащими департамента, до того как отдел личного состава государственного департамента дает помощнику государственного секретаря по административным вопросам рекомендацию относительно принятия на работу данного лица. Пригодность того или иного лица для работы в государственном департаменте определяется решением, которое государственный департамент выносит самостоятельно, действуя через собственных служащих и на основе своих собственных данных. Такое решение принимается независимо от какой-либо комиссии конгресса и не основывается на работе персонала такой комиссии»2.
     
      2 Как известно, лучшей рекомендацией для поступления на ответственную работу в государственный департамент США являются антисоветские взгляды или деятельность поступающего лица. Подробно о правилах приема на работу в госдепартамент см. А. Бюкар, «Правда об американских дипломатах», изд. «Литературной газеты», М., 1949 г. (Прим, ред.)
     
      Таким образом, мы видим, что все министерства на протяжении ряда лет придерживались определенной процедуры проверки лойяльностисвоих служащих, используя всевозможные источники информации.
      Естественно, возникает вопрос, зачем понадобилось президенту выпускать свой чрезвычайный приказ, тем более, что за месяц до этого он сам называл «красную опасность» пугалом.
      Мы можем, конечно, лишь догадываться о мотивах, которыми он руководствовался.
      В 1946 г. республиканские лидеры использовали это «пугало» с известным успехом. С его помощью удалось провалить кандидатуры ряда конгрессменов — сторонников рузвельтовской политики, и демократическая партия потеряла руководство конгрессом.
      В стране, повергнутой в полуистерическое состояние пропагандой о «красных» в правительстве, о «красных» в профсоюзах, о «красных» в Голливуде, «красных» шпионах, «атомных» шпионах и т. и., президент-демократ, не обративший внимания на все эти «опасности», может даже прослыть «сочувствующим коммунистам», если он не примет мер к «спасению страны». Демократическая партия может даже провалиться на президентских выборах 1948 г., если президент не вырвет инициативу из рук республиканцев. Поэтому демократы решили перехватить инициативу у республиканцев. Если республиканцы видят по одному «красному» за каждым углом, демократы там увидят двух.
      С другой стороны, приказ давал возможность прекратить те расследования, которые проводились во времена Рузвельта. Такая возможность чрезвычайно пришлась по вкусу демократам — противникам Рузвельта, а также лидерам республиканской партии. Дело в том, что эти расследования, проводившиеся как палатой представителей, так и сенатом1, делали достоянием гласности сенсационные и потрясающие факты о том, что ясизнь американского народа находится под контролем нескольких крупнейших корпораций США. Эти расследования касались, между прочим, засылки в рабочие союзы шпионов, мешавших рабочим организоваться, вскрывали связи, существовавшие между американскими и нацистскими дельцами в ущерб безопасности США, разоблачали контроль, установленный восемью главными финансовыми группами над Соединенными Штатами и жизнью 140-миллионного американского народа. Благодаря этим официальным расследованиям становились известными такие факты, которые промышленники хотели похоронить в своих личных архивах, стремясь скрыть их от американского народа.
     
      1 Комиссии сената и палаты представителей, производившие расследования деятельности американских монополий, были созданы под давлением общественного мнения, отражавшего огромное возмущение трудящихся масс США хищничеством монополий, наживавших на войне огромные сверхприбыли и ради своей выгоды саботировавших военные усилия страны. Хотя эти комиссии действовали очень осторожно, не желая сколько-нибудь серьезно ущемить интересы крупного капитала, в их материалах содержится немало разоблачительных фактических данных. (Прим, ред.)
     
      Большинство лиц, проводивших эти расследования, все еще находится на государственной службе. Они знают всю подноготную крупных дельцов, господствующих в стране; они знакомы с взаимным переплетением руководящих органов Торговой палаты и Национальной ассоциации промышленников; им известно, как работают «лоббисты» на службе у этих организаций, и, наконец, они в курсе того, кто из американских промышленников заключил с нацистами соглашения, которые поставили США в невыгодное положение, когда началась война. Словом, государственные служащие, вскрывшие подобные факты, знают слишком много, а поэтому их, очевидно, следует считать врагами системы «свободного предпринимательства». Отсюда заправилы Торговой палаты делают вывод, что всякий, кто является врагом «свободного предпринимательства», не может быть хорошим американцем, поскольку «свободное предпринимательство» характеризует «американский образ жизни». А если он не «хороший американец», тогда он, несомненно, коммунист. Вот почему в государственных учреждениях так много коммунистов. Промышленники, руководящие Торговой палатой, почувствуют себя много лучше, если имена таких служащих не будут значиться в государственных платежных ведомостях.
      Третья сторона этого вопроса относится уже к области международных отношений, на которые поход против «красных» оказывает немалое влияние. Поскольку вопрос этот слишком сложен, я коснусь его лишь бегло, в связи с приказом о проверке лойяльности.
      Из политических соображений (за неимением места я не могу подробно проанализировать факты, определяющие американскую внешнюю политику) Соединенные Штаты в ходе своей борьбы с коммунизмом решили оказать финансовую и военную помощь Греции и Турции. Даже республиканский конгресс был несколько ошеломлен, когда президент потребовал оказания помощи Турции, то есть стране, которая во время войны сочувствовала нацистам и виднейшие дельцы которой нажили колоссальные состояния, снабжая нацистов военными материалами, применявшимися против американских солдат.
      Видя возмущение общественности, некоторые группы в конгрессе заколебались. Еще можно было как-то обойти молчанием тот факт, что в Греции существует антидемократический режим, опирающийся на английские вооруженные силы; Греция, по крайней мере, сражалась против нацистов1.
     
      1 Истинной целью «помощи», предоставляемой Греции американскими монополистами, является стремление превратить ее в плацдарм для нападения на СССР и страны народной демократии. Американские монополисты расходуют свои доллары на поддержку монархо-фашистского режима и на вооруженную борьбу против греческих патриотов, сражавшихся во время второй мировой войны против фашизма. О режиме кровавого террора, установленного в Греции англо-американскими оккупантами^ и о героической борьбе греческого народа и Демократической армии Греции за освобождение своей родины см. «Правда о Греции», Иноиз-дат, 1949 г., и Л. Мавроидис», «Греческий народ непобедим!», Иноиздат, 1949 г. (Прим, ред.)
     
      В конгрессе было сделано несколько ядовитых замечаний, что в действительности президент намеревался оказать помощь Греции и Турции не для того, чтобы «остановить коммунизм», а для того, чтобы поддержать усилия американских банков и промышленных кругов, стремящихся подчинить своему контролю нефтяные промыслы Ближнего Востока. Кое-кто из членов палаты представителей и сената поставил в упор вопрос, почему Англия, которая может держать 100 тыс. солдат в Палестине, внезапно обнаружила, что она не может содержать в Греции и 10 тысяч.
      Рост сопротивления, а также сомнения в подлинных целях «кампании против коммунизма» ставили под угрозу выдвинутые президентом предложения. Это послужило побудительным мотивом к изданию им приказа о проверке лойяльности, одной из целей которого было возбудить у американского народа чувство, что опасность, якобы грозящая со стороны «красных», весьма остра и реальна. И это произошло всего через месяц после того, как президент, высмеивая истерию, назвал «красную опасность» пугалом!
      Отмечая сходство между требованиями Торговой палаты и текстом приказа президента, я не упомянул о тех сторонах приказа, которые фактически сводили на-нет основные принципы законности и справедливости, ради защиты которых Объединенные нации совсем недавно вели долгую и ожесточенную войну. Даже консервативные газеты, редакции которых нельзя заподозрить ни в чем «красном», хотя бы в наличии красных чернил, выразили свое удивление. О том, насколько ущемляет приказ президента основные права американского народа, гарантируемые конституцией, пожалуй, лучше всего сказал заместитель главного адвоката на Нюрнбергском процессе А. Л. Померанц. По возвращении в Соединенные Штаты из Нюрнберга, где он участвовал в суде над нацистами, Померанц прочел президентский приказ о проверке лойяльности и откликнулся на него длинным негодующим письмом, опубликованным в «Нью-Йорк тайме» 4 мая 1947 г. Он заявил:
      «Вернувшись недавно из Нюрнберга, я был поражен странным контрастом между судебным преследованием, возбужденным в Нюрнберге американским правительством против преступных нацистских организаций, и мерами, принятыми в США против так называемых нелойяльных американских организаций. Видимо, мы осуществляем американское правосудие для нацистов и нацистское правосудие для американцев.
      По возвращении в Соединенные Штаты я обнаружил, что в американской правовой системе воплотилась та самая германская тирания, против которой мы боролись и которую мы так яростно разоблачали. Я имею в виду приказ президента, предусматривающий, что любой из 2,5 млн. служащих наших федеральных учреждений может быть уволен, если он состоит или состоял членом или поддерживал связь с любой организацией или группой лиц,
      внесенной генеральным прокурором США в составленный им частным образом «черный список».
      Осужденная организация не получает ни обвинительного акта, ни даже сообщения о том, что ее лойяль-ность ставится под сомнение. Ей не дают возможности высказаться или опровергнуть обвинение. Генеральный прокурор попросту заявляет: «Ты осужден». Вслед за этим члены этой организации, бывшие, настоящие и будущие, автоматически признаются виновными в страшном преступлении — нелойяльном отношении к своему правительству. Американский гражданин, в отличие от немецкого, не имеет возможности оспаривать приговор ex-parte, вынесенный его организации генеральным прокурором.
      Это осуждение без суда, заимствованное из самого мрачного периода нацистской инквизиции, является поразительным нововведением в американской судебной процедуре. Значение его усугубляется тем фактом, что член осужденной организации подлежит исключительно суровому наказанию. Формально он увольняется с государственной службы. Это само по себе уже достаточно плохо. Но на практике это означает экономический смертный приговор. Ибо легко представить себе, как слабы шансы найти другую работу человеку, уволенному с государственной службы за неблагонадежность и пелойяльность по отношению к собственному правительству...
      Обвинение в личной нелойяльности, предъявленное государственному служащему, подлежит разбору в суде. Но на самом деле, это — пародия на суд. Согласно президентскому приказу, обвинение может быть конкретным лишь постольку, поскольку это, «по мнению данного департамента или учреждения, дозволяется соображениями безопасности». Далее оговаривается, что разведывательный орган может отказаться сообщить имена своих «секретных осведомителей».
      Итак, вы предстаете перед судом на основании обвинительного акта, в котором не говорится о предъявленных вам обвинениях, и вы не имеете никакой возможности возражать против него или хотя бы узнать что-либо о свидетелях обвинения. На обвиняемого ложится тяжесть опровержения неведомых ему обвинений. Следует добавить, что суд (над которым нависла тень недоброй намята
      германских судов!),рассматривающий дело,назначается главой департамента, выступающим в качестве истца, и несет перед ним ответственность.
      Таково американское правосудие двадцатого века...
      На мой взгляд, приказ президента, как по содержанию, так и по форме, является типично нацистским и самым страшным из всего того, что было принято со времени законов об иностранцах и о подстрекательстве к мятежу. Приказ этот следует отменить in toto (полностью). В наших кодексах уже достаточно законов, чтобы защитить нас от измены, саботажа и подлинной нелояльности».
     
     
      9. БРОШЮРЫ ТОРГОВОЙ ПАЛАТЫ
     
      Пока писалась эта книга, тираж трех брошюр о «красной опасности», изданных Торговой палатой, достиг более миллиона экземпляров.
      Первая брошюра вышла в октябре 1946 г., как раз к началу избирательной кампании. Она снабжала пропагандистским материалом организацию «Американское действие», финансируемую из тайных источников. Вместе с другой брошюрой о «красной опасности», изданной чикагской газетой «Джориал оф коммерс» за подписью лица, скрывающего свое подлинное имя и имена тех, кто финансирует его деятельность, она явилась провозвестницей кампании, которая помогла достижению тайной цели ее авторов — протаскиванию реакционных законов, направленных против профсоюзов.
      Когда была достигнута первая цель — избрание антирабочего конгресса, — Торговая палата выпустила вторую брошюру под названием «Коммунисты в правительстве». Характер этой брошюры свидетельствует о том, что она была подготовлена заблаговременно и придержана в ожидании наиболее благоприятного момента, когда она сможет взбудоражить страну различными россказнями о шпионах, тайных агентах и просто «нелойяльных» американцах и отвлечь внимание народа от законопроектов, направленных против профсоюзов и протаскивавшихся в тот момент через конгресс.
      Третья брошюра — «Коммунисты в рабочем движении» — была, гвоздем всей серии. В ней поднимался вопрос о
      «коммунистической опасности» в профсоюзах, с тем чтобы повлиять на принятие антирабочего законопроекта Тафта—Хартли. Одновременно в ней давались предпринимателям подробные советы, как сломить профсоюзы, с которыми у них имелись коллективные договоры, под видом «борьбы против коммунистов в профсоюзах».
      Не останавливаясь подробно на всей лжи, нагроможденной в этих брошюрах,на различных инсинуациях и необоснованных утверждениях, преподносимых в качестве фактов, и множестве других низкопробных ухищрений, к которым с таким усердием прибегал некогда Геббельс, я проиллюстрирую все эту технику несколькими примерами.
      Уже в предисловии к брошюре о рабочем движении Торговая палата заявляет:
      «...Администрация не может одна разрешить данную проблему. Ей необходимо сотрудничество антикоммунистически настроенных рабочих и профсоюзных лидеров».
      Предпринимателю дается совет, каким образом использовать эту мысль на практике. Среди его служащих, как и в большинстве профсоюзов, имеется группа, находящаяся в оппозиции к избранным должностным лицам союза. Эта оппозиция обвиняет должностных лиц в том, что они — коммунисты или находятся под влиянием коммунистов. Поддерживая оппозицию, предприниматель раскалывает профсоюз на две враждующие фракции. Опять мы имеем дело со знакомой гитлеровской тактикой — «разделяй и властвуй». Такого рода советами изобилует вся брошюра.
      Брошюра объясняет, как распознать профсоюзы, находящиеся под коммунистическим влиянием. Коммунисты, заявляет Торговая палата, предъявляют предпринимателю непомерные требования. Если в тот момент, когда стоимость жизни возросла на 30%, лидер профсоюза потребует 30%-ной надбавки к заработной плате в соответствии с вздорожанием жизни, значит он — «красный». Ошибиться невозможно.
      Торговая палата в своей пропаганде по поводу «красной опасности» не боится доходить до абсурда. Коммунисты, предостерегает брошюра, могут прибегнуть к любым ухищрениям, чтобы прибрать к рукам профсоюз, оппозицию или предпринимателя.
      Подробно описав «коварство красных» и напугав предпринимателя, который начинает, вероятно, считать своего личного секретаря тайным агентом «красных», выполняющим особое задание, палата предлагает предпринимателю нанять специалиста, который поможет ему справиться с «красной опасностью»:
      «Желательно, по меньшей мере вначале, обратиться к консультантам, сведущим в вопросе влияния коммунистов на рабочее движение. К сожалению, до сих пор никакие государственные органы, имеющиеся к услугам руководителей управлений по трудовым отношениям, не занимались специально данной проблемой. Несомненно, отдельные консультанты знакомы с ней. Но самый вопрос был поставлен слишком недавно, поэтому не было возможности создать специальный компетентный орган».
      Брошюры Торговой палаты были выпущены комитетом этой палаты, специально занимающимся «изучением» социализма и коммунизма, с одобрения директоров палаты. В 1946 — 1947 гг., когда были изданы брошюры, этот комитет состоял из 5 человек. Председателем его был Фрэнсис Мэтьюс, глава фирмы «Секьюритиз аксептэнс корпорейшн» в Омахе (штат Небраска). Директор бюро экономических исследований при Торговой палате Эмерсон Шмидт являлся секретарем комитета.
      Обычно практическую пропагандистскую работу выполняют наемные служащие, а комитет представляет собой только вывеску с именами. Но, поскольку в списке членов комитета Шмидт значился как директор бюро экономических исследований Торговой палаты, я предположил, что ему и поручена организация проводимой Торговой палатой кампании за «спасение страны от красных», и это предположение оказалось правильным.
      После нескольких запросов я выяснил, что Шмидт — бывший профессор экономических наук, уроженец Канады, переехавший в Соединенные Штаты в 1919 г.
      Бывший профессор Шмидт обладает, очевидно, беспокойной душой. Мне неизвестно точно, чем он занимался в первые годы пребывания в США. Может быть, он просто учился. Но через 5 лет после переезда в Соединенные Штаты он, будучи еще иностранным подданным, стал ассистентом профессора экономики в Маркетском университете в Милуоки (штат Висконсин). Он занимал эту должность с 1924 по 1926 г. Либо упиверситет не захотел его больше держать, либо сам он искал чего-то лучшего, но только с 1926 по 1928 г. он работал в Висконсинском университете в качестве простого преподавателя экономики. Здесь он тоже пробыл два года. Затем он перекочевал на Запад, так как с 1928 по 1930 г. мы видим его (все еще как иностранного подданного) профессором экономики в Орегонском университете. Человек, занимающий профессорскую кафедру в известном и уважаемом университете, имеет видное положение. Он стремится прочно закрепиться в избранной им области научной и преподавательской деятельности. Как правило, только чрезвычайные обстоятельства или предложение из другого, более крупного университета могут заставить его уйти со своего места. Однако профессор Шмидт ушел из Орегонского университета через два года. На этот раз он поступил в университет Миннесоты в качестве ассистента профессора экономики, что было понижением по служебной лестнице.
      Итак, профессор Шмидт довольно часто менял место работы.
      Переход в американское гражданство, видимо, положил конец его преподавательской карьере. Некоторое время он работал в провинции Альберта (в Канаде), а затем вернулся в Соединенные Штаты, где поступил на службу в «Американский легион», в отдел обеспечения работой, в качестве консультанта по. экономическим вопросам и редактора. Этот пост он занимал с 1939 по 1942 г. В Торговую палату он поступил 1 января 1943 г.
      Странствования профессора Шмидта сами по себе не имеют большого значения, они показывают только, что жизнь, посвященная преподавательской деятельности, видимо, пришлась ему не по душе или, может быть, преподавание им экономики и логики пришлось не по душе университетам, в которых он работал.
      Памятуя о таинственном «мистере Эйвери» и о совете Торговой палаты консультироваться со специалистами по вопросу о «красных», я начал раздумывать, какой совет дала бы Торговая палата предпринимателю, который не знает, где найти таких специалистов. Совет этот был аналогичен тому, какой обычно получает предприниматель, когда ему рекомендуют обратиться в сыскное бюро, поставляющее тайных агентов, которые, поступая на данный завод, выясняют, кто именно из рабочих вступил в союз, и сообщают предпринимателю их имена для увольнения. В тех же случаях, когда профсоюз охватывает большое число рабочих, эти агенты вступают в союз и сеют внутри него разногласия, чтобы помешать выступлению организованных рабочих единым фронтом. При Рузвельте шпионаж в рабочем движении был официально запрещен, и промышленники таким образом лишались козыря, дававшего им возможность препятствовать организации их служащих.
      Совет, данный Торговой палатой, напоминал старую практику шпионажа в рабочем движении, только на этот раз он препод лоси лея под видом борьбы с «красными». Для предпринимателя результат был тот же.
      На бланках фиктивной пирмы, на которых я обычно писал «мистеру Эйвери», я написал председателю комитета Торговой палаты по вопросам социализма и коммунизма, поскольку он специализировался на вопросе о «красных». Я сообщил Мэтьюсу, что в Филадельфии, где якобы помещалась моя фирма, местные профсоюзы находятся под влиянием коммунистов. Поскольку я не знал, где найти специалистов в этой области, и поскольку он и его комитет рекомендовали дельцам прибегать к помощи таких специалистов, я просил Мэтьюса свести меня с кем-либо из них. Несколько моих коллег и я брались оплатить все расходы и опубликовать результаты расследования.
      Очевидно, Мэтьюс, хотя он и являлся председателем комитета Торговой палаты, специализирующемся на разоблачении «красных», был незнаком со всеми подробностями техники этого дела. Этим занимался, невидимому, странствующий экс-профессор экономики, так как Мэтьюс немедленно переслал ему мое письмо. Приведу выдержку из письма Мэтьюса ко мне:
      «Я предложил бы вам написать д-ру Эмерсону Шмидту, директору бюро экономических исследований Торговой палаты США (Вашингтон, 6), и попросить его указать, где вы можете найти помощь для расследования и принятия мер в связи с положением, создавшимся у вас на месте. Я уверен, что д-р Шмидт будет вам очень полезен».
      Получив письмо от мистера Мэтьюса с копией моего письма, д-р Шмидт не стал ждать от меня известий. Он немедленно ответил мне поразительным по своему содержанию письмом. Привожу его полностью:
      «Я получил от м-ра Фрэнсиса Мэтьюса письмо с приложением копии вашего письма к нему от 24 марта. Нас очень заинтересовал разрабатываемый вами план.
      Я посоветовал бы вам обратиться к отцу Джону Кронину из «Национальной конференции католических благотворительных обществ» (Массачузетс авеню, 1312, Вашингтон) или, если вы желаете, я могу переговорить с ним об этом сам. Он обладает большим опытом в подобного рода расследованиях и знает много компетентных людей, которые * могли бы проделать такую работу.
      Сам я не католик и не знаю ваших религиозных воззрений. Я упоминаю об этом только для того, чтобы сказать вам, что тот факт, что доктор Кронин принадлежит к католической церкви, не должен говорить ни за, ни против ваших сношений с ним. Другими словами, он весьма опытный экономист, подготовленный к исследовательской деятельности, и может выполнить такую работу сам или подобрать людей, которые ее проделают».
      Я несколько раз в изумлении перечитал это письмо.
      Я просил Торговую палату познакомить меня с людьми, которые расследовали бы деятельность мнимых «красных» в профсоюзах, — со «специалистами», как называет Торговая палата этот тип шпионов, проникающих в рабочие организации, а меня отослали к католическому священнику с заверениями, что он выполнит ту работу, в которой я нуждался. Письмо не допускало другого толкования: католический священник займется шпионажем в профсоюзах, в которых имеются коммунисты, или возьмет на себя руководство таким шпионажем.
      То, что некоторые представители католического духовенства являются врагами коммунизма, достаточно широко известно. Но то, что один из них настолько близок к Торговой палате, что она рекомендует его в качестве своего представителя, в то время, пока сама палата занята общим походом против организованных рабочих, это трудно понять честным членам профсоюза — католикам.
      Все это имеет большое сходство с тем, что происходило в Германии при Гитлере. В Германии промышленники, стремившиеся к уничтожению профсоюзов, также использовали католических священников, прикрывавшихся маской «борьбы с большевизмом».
      Профсоюзы не спрашивают своих членов, католики они или протестанты, евреи или мусульмане. Рабочие всех вероисповеданий объединяются в одном профсоюзе, чтобы добиться такого уровня заработной платы, который позволил бы им поддерживать удовлетворительный образ жизни. Попытки сломить профсоюзы путем разжигания в них внутренних раздоров играют наруку предпринимателям. Такого рода тактикой равно возмущаются все чест-• ные члены профсоюзов, католики и не-католики.
     
     
      10. В ЧЕМ ПОДЛИННЫЕ ЦЕЛИ ТОРГОВОЙ ПАЛАТЫ
     
      Торговая палата, по существу, является противником не только «красных», но и всякого профессионального союза, требующего приличной заработной платы для своих членов, хороших условий труда и уверенности в завтрашнем дне. Этот факт выявляется при изучении книги, вышедшей под названием «Извращение и дезорганизация отношений в промышленности». Автором этой книги является все тот же профессор Шмидт. Торговая палата с большой радостью предоставит вам бесплатный экземпляр этой книги. Вот что писал Шмидт:
      «Забастовки, междоусобные трудовые конфликты, прогулы, большая текучесть рабочей силы, падение интенсивности труда, оплата простоев, бойкоты, неприменение местных законов против массового пикетирования и актов насилия, требования увеличения заработной платы от 60 до 100%, открытое неповиновение правительству Соединенных Штатов — все это симптомы почти смертельной болезни. В небольших дозах они могут наблюдаться в любом обществе; когда же они приобретают массовый характер, пациент может умереть, если только общая тенденция не изменится».
      Профессор с сокрушением отмечает далее;
      «Ввиду того, что широко распространилось безответственное приклеивание ко всякой реформе и мероприятию, проводимому в духе Нового курса, ярлыка «коммунистический», американский народ стал невосприимчив к угрозе коммунистического проникновения, и это очень опасно».
      Мы видим здесь старый пропагандистский прием, состоящий в осуждении той тактики, к которой народ начинает относиться с подозрением, чтобы, разоружив читателя таким кажущимся проявлением честности, продолжать прежнюю тактическую линию. Шмидт в совершенстве владеет этим приемом:
      «Одно время политика Национального управления трудовыми отношениями если и не диктовалась коммунистами и сочувствующими, находящимися у коммунистов на жалованье, то, во всяком случае, находилась под сильным их влиянием. В тот период предприниматели были прижаты к стене. Коммунистическое влияние в министерстве труда растет. Коммунисты в министерстве финансов США организовали заговор с целью передать Германию Советскому Союзу с помощью исключительно хитроумных приемов и приступили к осуществлению своих целей...»
      Организация заговора с целью передать целую страну другой стране потребовала бы немалого организаторского таланта. Заявление о том, что группа мелких служащих и обыкновенных клерков в одном из многочисленных государственных учреждений США могла составить такой план, имело целью показать, на что способны «красные». Тот факт, что существует министр финансов, являющийся членом правительства, государственный секретарь, также член правительства, тот факт, что в США имеются конгресс и президент и что никто из них не понял замыслов этой группировки, заставляет предположить либо такую неосведомленность со стороны американских руководящих деятелей, которая делает для них невозможным управление страной, либо беззастенчиво пренебрежительное отношение бывшего профессора, руководящего экономическими исследованиями Торговой палаты, к таким «мелочам», как логика, как очевидность или необходимость подкреплять свои утверждения фактами.
      Пропагандистские приемы профессора чрезвычайно характерны. Большинство предпринимателей, передававших свой конфликт с профсоюзом на рассмотрение Национального управления трудовыми отношениями, в тех случаях, когда решение выносилось в пользу союза, считали его несправедливым, и их нетрудно было убедить в том, что эта «несправедливость» являлась результатом заговора и, разумеется, коммунистического. Профессор уверял, что коварные «красные», пробравшись в Национальное управление трудовыми отношениями, шли теперь навстречу всем желаниям профсоюзов, а разве это можно было рассматривать иначе, чем проявление заговора с целью передать Советскому Союзу не только Германию, но и Соединенные Штаты? К чему профессор приплел здесь министерство финансов, я не знаю. Мне кажется, что Национальное управление трудовыми отношениями могло бы справиться с таким пустяком, как передача СССР Соединенных Штатов, и без помощи министерства финансов.
      Пожалуй, читатель подумает, что я фантазирую, когда в число стран, подлежащих, по мнению профессора Шмидта, передаче СССР, включаю помимо Германии и Соединенные Штаты. В таком случае разрешите мне, во избежание всяких недоразумений, процитировать самого профессора. Он писал:
      «Конечной целью американских коммунистов является передача Соединенных Штатов в руки СССР...»
      Такие «пустяки», как доказательства или вообще наличие здравого смысла в подобном диком заявлении, не интересуют директора бюро экономических исследований, когда он стремится внедрить свою пропаганду. Единственное, чего он еще не осветил, — это вопроса о том, будут ли Соединенные Штаты завернуты в целлофан в момент передачи.
      Профессор Шмидт располагает множеством высосанных из пальца сведений:
      «...их (коммунистов, сочувствующих и, вероятно, всех их родственников) непосредственной целью является ослабление американской экономической машины, чтобы дать СССР возможность достичь своих целей в Европе и Азии».
      Профессор определенно прогрессирует. Теперь уже «красные» собираются передать русским не только Германию с Соединенными Штатами, но и всю Европу и Азию. Непонятно, почему забыт еще Южный полюс.
      Однако, нагромождая всю эту пропагандистскую чепуху, профессор преследует определенную цель. Эту цель можно раскрыть в словах «ослабление американской экономической машины». Верный способ ее ослабить — это остановить производство, что происходит, когда рабочие бастуют или когда предприниматель останавливает завод, потому что не хочет удовлетворить требований рабочих или потому что выпуск продукции был слишком велик и он ждет, когда рынок сможет ее поглотить. Когда рабочие бастуют, чтобы добиться такого уровпя заработной платы, который позволит им существовать, это — «ослабление экономической машины». Когда же предприниматель повышает цены, чтобы сохранить или поднять уровень прибылей, это — «свободное предпринимательство». По мнению профессора, когда рабочие «ослабляют экономическую машину», организуя забастовку, они делают это не ради увеличения заработной платы в соответствии с ростом стоимости жизни, а только потому, что участвуют в заговоре с целью передать «красным» всю Европу и Азию!
      Размеры брошюры не позволяют привести много примеров откровений и удивительной «логики» профессора. Но трудно обойти молчанием один из образцов его «экономического исследования». Речь здесь идет уже не о «красных». Вот что писал уважаемый профессор и экономист:
      «Сейчас, когда общий уровень цен лишь в незначительной мере превышает эту цифру (то есть уровень цеп 1926 г.), в то время как заработная плата возросла почти вдвое, рабочие лидеры все еще утверждают, что стоимость жизни растет быстрее, чем ставки заработной платы! Можно ли когда-нибудь удовлетворить рабочих лидеров?».
      Я полагаю, что этот отрывок дает читателю достаточно яркое представление о качестве экономических исследований профессора.
      Поход против профсоюзов в Германии был одним из существенных моментов установления Гитлером фашистской диктатуры. Этот поход был предпринят в связи с острой проблемой безработицы миллионных масс в Германии. В США многих промышленников приводит сейчас в ужас проблема безработицы с ее следствием — быстрым падением покупательной способности населения.
      Появление в Америке миллионов мужчин и женщин, вновь слоняющихся по улицам в поисках работы, поставит перед правительством серьезную проблему. По мнению профессора, «нужно еще доказать, может ли свободное общество требовать ответственности правительства за поддержание полной занятости населения и оставаться в то же время свободным обществом».
      Как же, в таком случае, можно разрешить проблему массовой безработицы? Ясно, что Торговая палата не захочет решать проблему безработицы с помощью установления социалистического или коммунистического строя. По мнению директора Бюро экономических исследований Торговой палаты, единственным выходом остается фашистская диктатура.
      Таков был путь Гитлера. Он «разрешил» проблему безработицы в Германии, заняв рабочих производством оружия и боеприпасов для войны, а когда было произведено достаточное количество вооружения, он послал миллионы людей на смерть.
      Такова, видимо, конечная цель могущественных американских промышленников, управляющих Торговой палатой и Национальной ассоциацией промышленников. Этим объясняется, почему охватившая страну истерия по поводу «красной опасности» возбуждается одновременно внешне якобы не связанными между собой учреждениями; почему организация, которая держит в тайне имена своих финансовых покровителей, принимает участие в политической кампании по избранию антирабочего конгресса и почему «патриоты», скрывающие свое подлинное лицо и имена тех, кто их финансирует, ведут пропаганду против профсоюзов под маской борьбы против «красной опасности». Это обстоятельство проливает свет на деятельность комиссии конгресса, которая превратила в фикцию основные гарантированные конституцией права американского народа, пытаясь натравить всю страну на «красных», как раз в тот момент, когда такая травля способствует борьбе против профсоюзов, финансируемой из таинственных источников.
      Если бы германский народ стал действовать в то время, когда Гитлер еще только накапливал силы, — немцы были бы избавлены от агонии, которую они пережили и еще переживают сейчас. Миллионы немцев всех классов были бы спасены от безвременной гибели на своей и на чужой территории. Весь мир был бы избавлен от страшного нацистского террора, не были бы загублены жизни, разрушены домашние очаги.
      Американский народ терпелив. Но, когда он поднимется па борьбу, его справедливый гнев превратится в могучую, непреодолимую силу.
      Первый шаг, предпринятый Гитлером для утверждения фашизма в Германии, заключался в ослаблении профсоюзов и установлении над ними контроля, чего сами промышленники не могли добиться. Этот шаг уже предпринят в США. При помощи финансируемой из таинственных источников кампании был избран антирабочий конгресс, и профсоюзы зажаты в тиски с помощью закона Тафта—Хартли. Вслед за ним будут предприняты второй, третий, четвертый и пятый шаги, если народ не даст во-время отпора зловещим силам, которые проводят эту кампанию, скрывая свое подлинное лицо. Если время для этого будет упущено, преступные силы поведут Соединенные Штаты по пути фашизма, клика крупных промышленников окончательно поработит американский парод, подобно тому как Гитлер поработил немцев, а затем повел их к войне, гибели и разорению.



        _________________

        Распознавание текста — БК-МТГК.

 

 

ТРУДИМСЯ ДЛЯ ВАС, НЕ ПОКЛАДАЯ РУК!
ПОМОЖИТЕ ПРОЕКТУ МАЛОЙ ДЕНЕЖКОЙ >>>>

 

На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека

 




Борис Карлов 2001—3001 гг. = БК-МТГК = karlov@bk.ru