На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Техническая книга Радиоспектакли Детская библиотека

География в названиях. Мурзаев Э. М. — 1982 г.

Эдуард Макарович Мурзаев

География в названиях

Серия «Планета Земля и Вселенная»

*** 1982 ***


DjVu

 


  HAШA PEKЛAMA:
  500 советских радиоспектаклей в MP3 на 9-ти DVD или на карте 64GB  

BAШA ПОМОЩЬ ПРОЕКТУ:  
РАБОТАЕМ БЛАГОДАРЯ ВАМ  

СОДЕРЖАНИЕ

От автора 3
Введение 4
Из истории топонимики в СССР 8
Географические названия — народное творчество 18
Познание Земли и географические названия 86
Методы исследования 76
Классификация названии 90
Закономерности номинации, информативность названий 118
Вторая жизнь географических названий 138
Топонимика и современность 159
Литература 171


      ВВЕДЕНИЕ
      Все на Земле имеет свой адрес. Адресная функция географических названий — наиболее важная и необходимая человеческому обществу. Они нужны для того, чтобы отличить один объект от другого, точпо указать его местоположение и т. д. Невозможно представить себе современный мир без географических имен. Прекратят свою деятельность почта и телеграф, железные дороги, замрут самолеты в аэропортах и суда у безымянных причалов. А как станут рассказывать газеты о событиях, происшедших в различных местах земного шара?
      Часто в литературе географическое название заменяют греческим словом «топоним» (топос — место, местность; онома — имя). Отсюда и топонимика—учение о географических названиях, их происхождении, закономерностях образования, смысловом содержании, грамматическом оформлении. Отсюда и ономастика — раздел лексикологии, изучающий собственные имена: личные, географические, космические, мифологические и др. Отличают топонимику от топонимии. Последним термином обозначают совокупность географических названий какого-либо района, области, края и других региональных единиц. Еще употребляли слово «топономастика», т. е. часть ономастики, изучающей собственные географические имена. Это та же топонимика.
      Читатель может спросить: зачем нужно изучать географические имена, что в них заслуживает внимания ученых? Адресная функция топонимов самая первая, но не единственная.
      Каждый топоним несет разнообразную информаций: историческую, географическую, лингвистическую. В любом географическом имени присутствует или присутствовало конкретное содержание, но нередко оно оказывается утраченным. Практически же не бывает бессмысленных плаваний. Процесс наименований — процесс народного творчества, неистощимого во все века и имеющего свои национальные и языковые особенности.
      Географические названия — свидетельства исторических условий эпох, когда они возникали, формировались распространялись в тех или иных страпах, областях, краях. Историки, археологи, этнографы все чаще обращаются к помощи топонимики. Ведь она связапа с исторической географией. По географическим названиям судят о прошлых миграциях населения, о контактах разных наций между собой, о древних ареалах этносов. В свою очередь, без знания конкретных исторических ситуаций, совпадающих со временем зарождения топонимов, трудно правильно понять их первичное содержание.
      Конечно, географическое название — прежде всего слово, хотя и не всегда сохранившее значение. Какой смысл в именах Иркут, Амур, Волга, Самара, Вятка, Полтава? Не сразу может ответить на такой вопрос человек, даже искушенный в языковых тонкостях. Топонимы — категория лингвистическая и поэтому подчиняется законам языка. Однако нельзя поставить знака равенства между обычными словами, которыми мы пользуемся для передачи образов и мыслей, и топонимами, часто не несущими смысловой нагрузки и отвечающими только служебной задаче — обозначению данного географического объекта. Они обладают наибольшей номинативностью.
      Каждый из нас знает очень мало собственных географических имен, существующих в мире, в своем отечестве, л родной области, районе и даже в родном городе, если, конечно, этот город достаточно большой, в котором количество улиц, площадей, переулков, прудов, речек, оврагов, холмов исчисляется многими сотнями или тысячами. Географы, которые, казалось бы, должны хорошо представлять географическую карту, в действительности помнят ее номенклатуру в очень малой степени.
      Географические названия — важнейший элемент карты. Они имеют пространственную привязку и нередко отражают природу ландшафта, говорят о характере заселения человеком новой территории, о природных богатствах и других географических особенностях территории. Географическая номенклатура, большей частью определяющая объект и метко характеризующая его, изучается не только лингвистами и историками, но и географами, которые ввели в научный обиход немало местных народных географических терминов. Именно географы могут разобраться в смысловых нюансах местной географической терминологии и в географических названиях на широких территориях. Очень часто название обусловлено сущностью самого географического объекта.
      Географические имена возникли в глубокой древности, их истоки лежат в первобытном обществе. Создавая их, человек исходил из необходимости отличить одно место от другого, будь то река, гора, озеро. Первобытный человек не обладал большим лексическим запасом, поэтому его возможности в процессе присвоения названий были ограниченны. Водой он нередко называл и реку, и озеро, и море, а горой — и холм, и возвышенность, и хребет, и просто бугор. Так было на заре человеческой цивилизации. «По крайней мере, еще не было открыто ни одного племени, настолько примитивного, чтобы оно не употребляло имен — и для людей, и для местностей. Человека называют мыслителем, производителем орудий и т. п. Мы можем также считать человека создателем имен»,— пишет известный американский топонимист Джордж Стюарт [1975, с. 4-5].
      Тысячелетиями накапливались географические названия, количество их на земном шаре огромно. Никто пока не знает, в каких цифрах можно выразить совокупность местных имен. Да и как это сделать? Ведь существуют имена, которыми пользуется лишь очень ограниченное число людей, живущих в какой-либо деревушке или на хуторе Сюда относятся названия сенокосов, выгонов, рощ, отдельных плесов, речек, прудов и т. д. Они могут стать широкоизвестными, если на их месте возникнут новые поселки, заводы, города, но могут быть и забыты, если население переедет в близлежащие города или села.
      Географическое название рождается, в процессе функционирования нередко меняется его форма и звучание, прожив свой век, умирает. Длительность жизни топонимов очень разная. У одних она исчисляется годами или десятилетиями, у других — многими веками. Иерусалим, Иордан, Египет, Эллада, Рим, Афины, Александрия, Самарканд, Ереван живут и в наши дни, хотя их возраст измеряется тысячелетиями. Ассирия, Вавилон, Карфаген, Троя, Финикия известны нам только по историческим документам. Сколько трудностей испытывает исследователь, который пытается привязать к определенному месту географические названия, встречающиеся в летописях, записках путешественников античного времени, средневековья, и эпических художественных произведениях! Разгаданы далеко не все географические объекты, описанные в трупах Геродота, Страбона или упомянутые Марко Поло и Афамасием Никитиным. Сколько толкований и споров вызывает расшифровка топонимов в поэме Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре», в карельском эпосе «Калевала», в киргизском «Манасе», в монгольском «Сокровенном сказании», в русском литературном памятнике «Слово о полку Игореве».
      Нередко исчезают пе только многие топонимы, но и низки их создателей. Такой процесс осложняется еще и рождением множества новых имен на карте мира. Уже ин кто не вспомипает, что Новосибирск до Великой Октбрьской социалистической революции был известен как Новониколаевск, Свердловск — как Екатеринбург, Кировоград — как Елизаветград, а Кзыл-Орда — как Ак-Мечеть.
      Наиболее консервативны названия больших рек. Как правило, чем крупнее река, тем устойчивее ее имя, смысл часто остается загадкой. Сколько уже появилось гипотез, пытающихся объяснить названия таких рек, как Волга, Москва, Двина, Припять, между тем общепринятого толкования пока нет. По данным топопимиста В. А. Жучкевича [1968], из 45 рек Белоруссии, имеющих протяженность от 100 до 500 км, расшифровано только 11 названий, или 24,5%, однако из 816 рек меньшей длины стали известными 245, или 30%. Как видно, 605 речных имен остались нераскрытыми. Но и гидронимы, т. е. названия рек, озер и морей, тоже не вечны.
      Днепр у древних греков был известен как Борисфеи. а Амударья — как Оке (ус). Каспийское море имеет десятки названий: Хвалынское (Хорезмское), Гирканское, Хазарское, Хорасанское, Дербентское и т. д. Дон знали иод именем Танаис. Это, конечно, греческий вариант иранского слова, и не случайно у осетин, говорящих на одном из иранских языков, и теперь каждая река именуется доном: Донгом, Ардон, Гизельдон, Ганалдон, Мамисон-доп. Здесь ясно видна закономерность перехода нарицательного слова (дон — река) в собственное Дон. При таком переходе нередко теряется смысл слова и оно воспринимается лишь как единичное имя, обладающее только назывательной функцией. Имя реки Дон — наследие скифов. Осетины (в прошлом ветвь аланов) — одно из скифских племен, пришедшее в горы Северного Кавказа из приазовских равнин. Язык и история народа неотделимы друг от друга. Известный филололог-германист и сказочник Якоб Гримм писал: «Наш язык есть также наша история».
      Процесс наименований имеет свои закономерности и обусловлен в первую очередь историческими причинами. Нельзя представить, чтобы географические имена, связанные с именем В. И. Ленина, могли появиться в дореволюционной России. То же самое можно сказать о топонимах Комсомольск, Красноармейск, Октябрьск, Первомайск, Советск, Червоноармейск, Целиноград, Новый Путь. Такие и подобные им названия сформировались только в Советскую эпоху. Они отражают ее идеологию.
      В книге автор постарался показать, как рождаются географические названия, как они живут и работают, как их изучали и изучают, какими методами обладает топонимика, каков информационный потенциал топонимов. Небезынтересно узнать и о второй их жизни, когда собственное имя переходит в нарицательное слово, обозначающее различные предметы быта или техники, понятия науки и культуры. Наконец, будет также рассказано о значении топонимики в современной жизни.
      Само заглавие книги «География в названиях» говорит о предпочтительном внимании к географическим аспектам изучения такого сложного феномена, как топонимы. Автор интересуется их происхождением около полувека, начиная с первых своих экспедиций в 30-х годах. С тех пор он опубликовал немало статей и очерков по топонимике и, естественно, использовал их при работе над этим изданием.
      Если читатель захочет расширить свои топонимические знания, ему поможет список литературы. В нем он найдет фамилии тех ученых, которые неоднократно упоминались в тексте.
     
      ИЗ ИСТОРИИ ТОПОНИМИКИ В СССР
     
      Интерес к осмысливанию географических названий появился на самых ранних этапах цивилизации. Еще античные историки и географы пытались объяснить тот или иной топопим в ойкумене — населенной части мира, известной древним грекам.
      В нашей стране топонимические исследования ведутся в республиках, в некоторых областных и краевых центрах. А начало этим исследованиям положено в трудах ученых раннего средневековья: Мовсеса Хоренаци Армении, Махмуда Кашгари в Киргизии, в русских лети мсях, где приводится множество географических названий.
      Учепый-энциклонедист Абу Рейхан аль-Бируни еще XI в. писал: «Названия изменяются быстро, когда какую либо местностью овладевают иноплеменники с чужим языком. Их органы речи часто коверкают названия, и в каком виде они переносят их в свой язык, как э го в обычаи греков. Они берут первоначальпое значение, но названия претерпевают изменения» [см.: Хасанов, 1972, 116].
      И более поздних источниках содержится обширный материал по географическим названиям нашей страны. Здесь можно вспомнить «Слово о полку Игореве», «Книгу Большому чертежу», старые картографические произведения, например: «Чертежная книга Сибири» С. У. Реме-IOIIH, «Карты генерального межевания» и т. д. Попытки объяснения отдельных географических имен, встречающихся в этих и других источниках, часто основывались на различных домыслах и народной этимологии, так как ещо пе существовало методов познания, не были выявлены и топонимические закономерности. Естественно, о зарождении топонимики как научной дисциплины в то время не могло быть и речи.
      Постоянное внимание к географическим названиями как важпому историческому и географическому материалу, обладающему большой информативностью, наблюдается в России начиная с XVIII в. Пионером можно считать историка и географа В. Н. Татищева. Его исторический и географический лексиконы содержат много интересных топонимических объяснений. Другой ученый XVIII в., В. К. Тредиаковский, писал: «Знаю, что произведение имен есть такой довод, который опасно и благоразумно производить должно: ибо оно сходствеппым звоном, а самом чуждом языке изобретаемом, способно и прельстить и обольстить может» [см.: Поспелов, 1977, с. 96]. Однако, понимая это, В. К. Тредиаковский сам оказался в плену наивных и надуманных этимологий.
      В 1812 г. появляется небольшая статья академика А. X. Востокова «Задача любителям этимологии», где впервые сформулирована точка зрения на возникновение гидронимов. Он обратил внимание на их одинаковые окончания: -ра, -ма, -га, -ва, -гол (-кол) и т. д. Эти не поддающиеся осмыслению частицы ныне известны как топонимические форманты. Таким образом, А. X. Востокова можно считать родональником формантного метода.
      В XIX в. географическими названиями занимались языковеды и этнографы А. М. Шегрен, М. А. Кастрен, Д. П. Европеус, Ю. Ю. Трусман, М. П. Веске. Никто из изучающих славянскую топонимию не обходится без «Толкового словаря живого великорусского языка» В. И. Даля, собравшего обширный список географических терминов; среди них многие входят в состав собственных географических имен.
      Н. П. Барсов составил «Очерки русской исторической географии» [1885], в которых содержатся извлечения из древнейших русских летописей географических названий и их толкования. Н. И. Надеждин [1837] и И. П. Филевич [1894, 1899] обратили внимание на важность изучения географической номенклатуры для исторической 1еографии России. В возрасте 27 лет Н. И. Надеждин был избран профессором теории искусств и археологии Московского университета. Н. Г. Чернышевский высоко ценил этого ученого, считая, что оп один «из замечательнейших людей в нашей истории литературы, человек необычайного ума и громадной учености, какого не являлось между нашими учеными со времени Ломоносова» [см.: Берлинер, 1936, с. 145]. Н. И. Надеждин писал о большой стабильности топонимов, которые, подобно окаменелостям, помогают археологам определять последовательные стадии миграции и заселения земель народами. Он считал, что нужно изучать всю сумму географических названий, а не какое-то одно, выхваченное из их массы.
      Н. И. Надеждин отмечал эволюцию топонимов, искажение их форм и звучания во времени и пространстве и возражал против поспешности в трактовке этимологии: «Слово все в нашей власти. Оно беззащитно. Из него можно вымучить всякий смысл этимологической пыткой».
      Именно Н. И. Надеждин показал [1837], что изучение истории должно начинаться с географической карты: «Первой страницей истории должна быть географическая ландкарта, должна не только как вспомогательное соседство, чтобы знать, где что случилось, но как богатый архив самих документов, источников» (с. 27).
      (...)
      Одновременно необходимо отметить еще слабую изученность наследия наших предшественников.
      Многие интересные наблюдения, выводы, отдельные этимологии, фактические данные, имеющиеся в опубликованных трудах топопимистов XVIII—XIX вв., еще не введены в научный оборот наших современников и нередко открываются заново» (с. 102).
      На рубеже XIX—XX вв. работали два востоковеда: академики В. В. Радлов и В. В. Бартольд. Первого из них можно считать отцом сибирско-тюркской и монголоязычной топонимии. Второй в своих трудах по истории Средней Азии и Переднего Востока приводит много топонимических этимологий и комментариев для этих частей Азиатского материка. Он использует местные географические термины: арык, до/суй, ком, кыр, рабад, тархан, турткуль, ьиахристаНу т. е. оросительный канал, проток, большой иблноводный канал в Бухаре, плато или возвышенность, укрепление и городские стены, освобожденные от пошлины земли или мастеровые люди, плоские столовые останцы, возвышающиеся высокими отдельными холмами, внутренняя укрепленная часть города. Трактовка В. В. Бартольдом топонимии Средней Азии — тюркской, ираноязычной, арабской, монгольской — отличается простотой, ясностью, убедительностью и опирается на исторические данные, Он писал о чрезвычайной важности изучения терминов, так как некоторые из них, возможно, сохранились с глубокой древности.
      Академик Л. С. Берг еще в 1915 г. также обратил внимание на необходимость систематизации и сравнительного изучения народной географической терминологии, на изменение значения терминов от места к месту, тем са-4 мым указав на их смысловые сдвиги.
      Интересные работы по топонимике выполнили академики Ф. Е. Корт и II. Я. Марр. Ф. Е. Корш в 1913 г. нарисовал обширные ареалы народных географических терминов, активно участвующих в образовании географических названий, не считающихся с границами языковых семей. Н. Я. Марр написал немало топонимических статей по Крыму, Сибири, Черноморскому побережью Кавказа, которых можно найти ряд интересных мыслей. Следует шмегмть, что современные исследователи редко пользуются грудами этого ученого, который излишне увлекался широкими топонимическими и, вообще, языковыми сравнениями и обобщениями.
      (...)
      В 1914 г. Ф. П. Саваренский показал связь географических названий Тульской губернии с ее ландшафтами.
      Он первый обратил внимание на то, что названия, связанные с лесом (Дубки, Залесье, Березняки), обычны дли степных ландшафтов и нетипичны для лесных. К этом случае «лесной» топоним лишается признака и исключительности, теряет свой адрес.
      Интересные и аргументированные фактическим материалом исследования, пользуясь этимологическим методом, выполнил А. М. Селищев по славянской топонимии, Д. И. Соболевский по Украине и южным областям европейской части РСФСР. По мнению академика А. И. Соболевского, гидронимы здесь принадлежат какому-то индоевропейскому языку, который условно можно назвать скифским. Он ошибочно считал, что на громадных пространствах господствуют субстратные ираноязычные географические названия.
      В. П. Семенов-Тян-Шанский оставил глубокий след в географии и был, как принято теперь говорить, географом широкого профиля, географом-комплексником. Не остались без его внимания и вопросы топонимики. В его творчестве выделяются три направления: 1) топонимика и картография; 2) топонимика и историческая этнография; 3) связь топонимики с географическими особенностями территории. Свою топонимическую деятельность В. Г1. Семенов-Тян-Шанский начал в 1904 г., когда в Русском географическом обществе была создана подкомиссия географических названий по установлению правильного их написания. В ней приняли участие известные географы, историки и лингвисты: Ю. М. Шокальский,
      В. В. Бартольд, А. А. Шахматов, С. Ф. Ольденбург, И. А. Бодуэн де Куртенэ, К. Г. Залеман, П. М. Мелио-ранский.
      После Октябрьской революции деятельность подкомиссии была возобновлена при участии И. Ю. Крачковского, Л. В. Щербы, Е. Ф. Карского, Э. К. Пекарского. В. П. Се-менов-Тяи-Шанский мечтал о полной картотеке географических названий СССР — грандиозной работе, без которой невозможна стабилизация названий.
      В 1926 г. в Иркутске вышла большая статья В. Б. Шостаковича «Историко-этнографическое значение названий Сибири». Этой статьей было положено начало топоминическому изучению Сибири.
      В первой половине XX в. объектом пристального внимания стали топонимические форманты, интерес к которым проявили еще А. X. Востоков и А. М. Шегреп. В XX столетии учение о формантах продвинулось благодаря А. М. Селищеву, А. Ф. Орлову, В. Б. Шостаковичу. Была обнаружена одноименность рек, часто текущих на больших расстояниях друг от друга.
      Следует отметить крайнюю субъективность в определениях древнего топонимического горизонта па европейской территории России, объясняемую несовершенством методов топонимического анализа, а также специализацией и конкретными знаниями того или иного исследователя.
      Действительная топонимическая карта нашей страны гораздо сложнее. Значительная часть ее номенклатуры а теперь во многом остается неясной.
      После Великой Отечественной войны в Советском Союзе началась систематическая работа по изучению географических названий. Можно сказать, что взрыв топонимических исследований в нашей стране приходится на конец 50-х — 60-е годы. В результате топонимика заняла прочное место среди научных и учебных дисциплин, даже скептики поняли, какую большую информацию несет сумма географических названий и какова их научная ценность. Возникли и оформились топонимические центры в разных городах и республиках СССР
      Изданы многие научные сборники и монографические исследования, целиком посвященные географическим названиям. Было проведено около 30 специальных конференций, совещаний, семинаров, работа которых полностью отвечала вопросам ономастики. Топонимика заняла важное место в трудах научных собраний по языкознанию, этногенезу, истории, географии и т. д. Десятки кандидатских и несколько докторских диссертаций были защищены на топонимические темы. Поток литературы оказался таким мощным, что появилась нужда в ее систематизации, составлении библиографии.
      В этой небольшой книге нет возможности сколько-нибудь иодробно рассказать о работах, проводимых советскими учеными в наши годы. Ограничимся перечислением наиболее крупных научно-исследовательских коллективов,, которые заняты систематическим изучением географических названий.
      Прежде всего следует указать на большую работу, которую проводит в Москве отдел географических названий Центрального научно-исследовательского института геодезии, аэросъемки и картографии Главного управления геодезии и картографии при Совете Министров СССР. Здесь сосредоточены исследования по местным географическим терминам, транскрипции названий, их стандартизации. Над этими проблемами работают топонимическая комиссия Московского филиала Географического общества СССР, академические институты географии, языкознания, русского языка, этнографии, славяноведения, филологический факультет МГУ.
      Географические названия — объект исследований топонимической комиссии Географического общества СССР в Ленинграде, факультетов филологического и востоковедения ЛГУ, ленинградских отделений академических институтов языкознания и востоковедения, Института Арктики и Антарктики.
      Сотрудники кафедры русского языка и общего языкознания Уральского университета в Свердловске занимаются изучением северной топонимии и регулярно публикуют сборники «Вопросы ономастики». В Поволжье проводится работа в Уфе, в Чувашском университете в Чебоксарах, в Горьком в педагогическом институте, в Казани— в университете и филиале АН СССР. Силами волжских топонимистов издаются сборники «Диалекты и топонимия Поволжья» и «Ономастика Поволжья». Топонимические исследования в Сибири сосредоточены главным образом в Томском педагогическом институте, где собрана большая картотека географических терминов и названий Сибири. Сотрудники этого института издают сборники «Языки и топонимия Сибири», В Иркутске ведутся работы по топонимии Восточной Сибири на географическом и филологическом факультетах университета. В Южной Сибири выделяется своей изученностью Алтай.
      В настоящее время уже опубликовано немало работ по топонимии Севера РСФСР, бассейпа Оби, Иркутской области и Бурятской АССР, Горного Алтая, Урала и Приуралья, Чукотского автономного округа, Якутской АССР и Камчатки. О северокавказскнх географических названиях написаны монографические исследования по Северо-Осетинской, Кабардино-Балкарской и Чечено-Ингушской АССР.
      Относительно хорошо изучена в топонимическом отношении Украина. В Киеве плодотворно работает ономастическая комиссия Академии наук УССР. Она регулярно созывает в разных городах республики ономастические конференции, издает их труды. В университетских городах Украины (Львов, Одесса, Донецк, Черновцы, Ужгород, Днепропетровск) работают коллективы топонимистов. Украинские ученые в 1980 г. опубликовали капитальный словарь гидронимов своей республики, в котором собрано свыше 20 тысяч основных названий рек и других водотоков и 24 тысячи гидрономических вариантов. Такого словаря не имеет ни одна другая наша республика. Это настоящий научный подвиг.
      По Белоруссии написаны многочисленные сводные работы и оригинальные статьи, показавшие прошлое и настоящее географических названий республики. Помимо сводпого топонимического словаря БССР, опубликованного в 1974 г. в Минске, здесь начата работа по созданию полных словарей названий населенных мест по областям. Уже вышли из печати словари по Витебской [1977], Брестской [1980] и Минской [1981] областям.
      И Грузии работает топонимическая лаборатория при кафндра новогрузинского языка Тбилисского университета.
      Не мало потрудились и ученые Азербайджана над изучением географических названий своей республики, частности над исследованием народных географических шрмпиов, формирующих топонимы, а также над сопря-мчшым анализом этнонимических и топонимических образований. В Ереванском университете собирается карто-нки географических иазваиий Армянской ССР и исторической Армении. В Кишиневе публикуются избранные труды но топонимии Молдавии.
      Во всех Прибалтийских республиках уже давно ведут топонимические исследования. Особенно это касается речных названий. Наиболее полно топонимы систематизированы в Латвии. В такой небольшой республике, как Япония, собрана картотека, насчитывающая около четкими миллиона единиц.
      Уже появились в печати монографические исследовании но топонимии отдельных районов нашей страны. Все мицо печатаются топонимические словари. Они интересны не только справочным материалом и систематизацией географических названий, ио и научным подходом авторов их анализу на прочном фундаменте всей суммы знаний и закономерностей образования и эволюции топонимов, методики их изучения. Словарь в конечном итоге — всегда результат большой обобщающей работы, кропотливого труда. Топонимический словарь — книга, в которой содержатся географические сведения об объекте (населенный пункт, река, озеро, море, гора, равнина и т. д.) и объяснения смысла топонима, его этимологии, истории возникновения и эволюции. В ряде случаев этимологий может быть несколько, когда нет одной вполне достоверной и, как правило, простой.
      Легко понять, что топонимический словарь — хороший помощник в работе разных специалистов: географов, истриков, языковедов; особенно он полезен педагогам средней и высшей школы. А сколько людей интересуются происхождением географических названий! Такой словарь поможет любознательному человеку в его исканиях. Поэтому справочные издания по топонимике всегда находят читателей.
     
      ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАЗВАНИЯ — НАРОДНОЕ ТВОРЧЕСТВО
     
      Как уже говорилось, с первых шагов цивилизации человек пытался именовать окружающие его места. Первоначально процесс номинации, или называния, проходил стихийно: не существовало регламентаций да и обобщенного опыта присвоения имен горам, рекам, озерам, болотам, населенным пунктам. Каковы же психологические аспекты такого процесса? Из каких соображений исходил человек на заре культуры, когда вынужден был становиться автором географических названий? Здесь не случайно сказано «вынужден». Первая причина возникновения собственного имени — в его необходимости. Оно стало нужным человеку, которому в повседневном труде и общении с окружающим миром, даже ограниченным тесными рамками познанного пространства, стало трудно обходиться без обозначения заметных объектов на нем. Покажем это на примере.
      Красный холм высится среди окружающей равнины тысячи лет, по ней течет водный поток, несущий белесоватый ил — продукт размыва горных пород. Однако долгое время ни холм, ни река не назывались. Топонимы возникли из потребности. Появился человек, обосновался у красного холма или белого потока, стал хозяйничать, выросли селения. Их нужно было отличать друг от друга, нужно было понять, о каком сенокосе, выгоне, пастбище, пашне идет речь, отсюда и потребность в их наименовании. Селение у холма получило название Краснохолмское, а река стала известна как Белая.
      Но эти названия неодинаковы но существу. В первом случае селение именуется по близлежащему холму, а во втором — сама река стала именоваться Белой, и первоначально названий типа Белореченск, Белоречное, Белорецк не возникало. Но со временем, в процессе дальнейшего заселения и освоения долины Белой, исторического развития ее бассейна подобные образования могли появиться.
      Принцип необходимости сохраняется и в наши дни.
      (...)
      Но трассе БАМа можно обнаружить топонимы дорусского происхождения: Ангара, Чара, Удокан, Беркакит, Тында, Зея, Селемджа, Ургал, Нюкжа, Олекма, Ципа, Мама и много других. Русские принесли свои названия или своими языковыми средствами преобразовали местные: Усть-Кут, Нижнеангарск, Нагорный, Известковая, Золотника. Но проектировщикам и строителям Байкало-Амурской магистрали показалось, что существующих топонимов мало, их не хватает для того, чтобы удовлетворить потребность в названиях. Еще более сказывается такой недостаток в зоне освоения дороги, где формируются несколько террнториально-производствеппых комплексов. Хотя список географических названий железнодорожных станций и населенных пунктов в зоне освоения состоит и будет состоять из местных имен, но какое-то количество окажется совершенно новым. Они возникпут из потребности в наименовании тех мест, которые не обозначены даже на самых крупномасштабных картах, а возможно, потому, что и само местное население по незнанию не может помочь в процессе поминации. Названия либо утеряны, либо вообще их не было никогда.
      Географический объект сам себя никак не называет. Это ясно. Имя ему присваивает человек. Чем же он руководствуется при этом, когда возникает такая необходимость? Ниже рассмотрены топонимические классификации, где показаны разные пути формирования и становления назвапий. Здесь же ограничимся анализом только самых распространенных приемов номинации, когда автором выступает народ.
      В. П. Семенов-Тян-Шанский [1924] на основании анализа географических названий населенных мест Центральных областей РСФСР очень ярко показал значение признака, какой-либо характеристики в процессе называния. Он писал: «В общем мы можем видеть, что народ невольно и очень верно и последовательно отражает в названиях своих селений характерные особенности того естественного географического пейзажа, среди которого ему приходится жить. Психологически это вполне попятно... Земледелец... попав на житье в обстановку того или иного естественного пейзажа, невольно стремится зафиксировать какую-либо наиболее поразившую его черту этого пейзажа посредством меткого слова, назвав им свою постоянную оседлость. Предмет, первоначально давший это название, может исчезнуть с лица земли, но название селения останется за ним до тех пор, пока будет существовать само селение» (с, 155—156). Вот почему на карте Российской Федерации обычны такие имена населенных пунктов: Каменки, Боровое, Борок, Овражки, Горки, Озерки, Березки, Липки, Рамень (Раменки, Раменское).
      И в нерусской топониии часто можно встретить аналогичные названия. Об имени города Саратов уже существует целая литература, по-разному трактующая его происхождение. Но все-таки самое простое и логичпое объяснение: Саратов от тюркских слов сары тау — желтые горы.


      KOHEЦ ФPAГMEHTA КНИГИ

 

 

ТРУДИМСЯ ДЛЯ ВАС, НЕ ПОКЛАДАЯ РУК!
ПОМОЖИТЕ ПРОЕКТУ МАЛОЙ ДЕНЕЖКОЙ >>>>

 

На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Техническая книга Радиоспектакли Детская библиотека

 




Борис Карлов 2001—3001 гг. = БК-МТГК = karlov@bk.ru