НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

Библиотечка «За страницами учебника»

Развитие письма. Истрин В. А. — 1961 г.

Виктор Александрович Истрин

Развитие письма

*** 1961 ***


DjVu


 

PEKЛAMA

Услада для слуха, пища для ума, радость для души. Надёжный запас в офф-лайне, который не помешает. Заказать 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD. Ознакомьтесь подробнее >>>>


      4. СТРОЧНЫЕ И ПРОПИСНЫЕ БУКВЫ
      В большинстве современных буквенно-звуковых систем буквы подразделяются на строчные и прописные. Последние отличаются более крупным размером и иногда иным начертанием (например, а — А, е — Е). Применяются прописные буквы обычно для обозначения начала новых предложений (после точки) и собственных имен.
      Подразделение букв на строчные и прописные сложилось в буквенно-звуковых системах (в греческой, латинской, славянской и др.) далеко не сразу. Первоначально буквы имели только одно начертание, близкое к современному прописному. Позднее появляются буквы строчного начертания. Еще позднее за прописными буквами закрепляется их основная современная функция — они начинают применяться (в дополнение к точке) для обозначения начала новых предложений.
      В латинском письме строчное начертание букв (минускул), отличающееся от прописного (маюскул) большей простотой и скоропис-ностью, возникло в течение IV — VIII вв., а четкое подразделение алфавита на строчной и прописной оформляется с XV в. (рис. 82). С этого же времени прописные буквы начинают использоваться для обозначения начала предложений.
      В древнейших русских рукописях буквы первоначально также имели только одно начертание, или близкое к строчному (например, буква «а»), или же к прописному (например, буквы Б, В). Позже некоторые буквы начинают применяться в двух разных начертаниях, а с XVI в. буквы прописного начертания иногда используются для
      18 «Chronique graphique», Paris, 1953, N 1.
      выделения крупных разделов текста (рис. 97). Выделение прописных букв в отдельный алфавит (наряду со строчным) впервые появляется в России 1в букварях XVII в. Применение прописных букв упорядочивается в XVIII в. после введения гражданской азбуки.
      В современном русском печатном шрифте иное по сравнению со строчными начертание имеют семь прописных букв (А, Б, Е, отчасти Р, С, У, Ф); в русском рукописном шрифте прописных букв, имеющих иное начертание, чем строчные, еще больше (В, Г, Д, Т). В латинских печатных шрифтах иное начертание, чем строчные имеют 17 прописных букв (А, В, D, Е, F, G, Н, I, J, L, М, N, Q, R, Т, U, Y). В некоторых европейских системах письма ( в немецкой, английской) прописные буквы иногда применяются не только в начале отдельных предложений (после точки) и ib именах собственных, но и в начале всех существительных.
     
      5. ДИАКРИТИЧЕСКИЕ ЗНАКИ И ЛИГАТУРЫ
      Особую по типу группу знаков составляют в буквенно-звуковом письме диакритические знаки. К диакритическим относятся зсе виды надбуквенных, подбуквенных или внутрибуквенных знаков, которые служат не для самостоятельного обозначения звуков, а для изменения или уточнения звукового значения основных букв алфавита.
      Важнейшими случаями применения диакритических знаков являются следующие: 1) для обозначения вариантов какого-либо звука (например, французские а, а,а); 2) для придания букве нового звукового значения, отличного от обычного алфавитного (например, чешское с); 3) для указания на то, что данная буква сохраняет свое обычное алфавитное звуковое значение (например, французское I); 4) для обозначения долготы и краткости гласных звуков (например, греческие а, а); 5) для обозначения музыкальных тонов (например, в китайском буквенно-звуковом письме — см. рис. 28); 6) для обозначения ударений (например, греческие «острое», «облегченное» и «тяжелое» ударения — « а а) Последние три случая могут считаться вариантами первого.
      Диакритические знаки чаще всего бывают надбуквенными (нан пример, а), реже — подбуювенными (например,?), еще реже внут-рибуквенными (например ? ). Не относятся к диакритическим над-буквенные или подбуквенные знаки, служащие не для уточнения или изменения произношения букв, а для самостоятельного обозначения звуков (например, знаки «огласовки» в арабском консонантно-звуковом письме).
      Впервые появились диокритические звуки, видимо, в греческом письме для обозначения долготы и краткости гласных звуков и греческих ударений. Широкое применение получили диакритические знаки в национальных системах письма, возникших на латинской и русской алфавитных основах. Это объяснялось главным образом тем, что в русском и в особенности в латинском алфавите отсутствовали буквы для некоторых фонем тех народов, системы письма которых возникли на латинской или русской алфавитной основе. Образцы диакритических знаков, применяемых в системах письма народов СССР, построенных на русской основе — см. рис. 101, в системах письма на латинской основе — см. рис. 80.
      Диакритические знаки являются закономерным явлением, когда они служат для уточнения произношения звука, обозначаемого буквой алфавита. Наоборот, навряд ли может быть признано закономерным применение диакритических знаков для придания букве совершенно иного звукового значения; в этих случаях более рациональным было бы введение в алфавит дополнительной буквы.
      Лигатурами (от лат. ligare — соединять, связывать) в палеографии и истории письма обычно называют сочетания из двух или нескольких письменных знаков, написанных слитно или вписанных друг в друга, так что они образуют как бы один сложный знак. Лигатуры этого типа обычно применялись или для ускорения процесса письма (слитные написания знаков в скорописных почерках разных народов), или для украшения, орнаментализации текстов, чаще всего заглавных (лигатуры в почерках типа арабской, византийской и славянской вязи), или же в силу исторических традиций, или из-за подражания графике других систем письма (например, лигатурно-слоговое написание корейских буквенно-звуковых знаков — см. стр. 186 — 187). Иногда путем лигатурного сочетания двух букв создавались новые буквы (например, кирилловская буква ф, возникшая как сочетание букв ш, т).
      Наряду с графическими лигатурами во многих буквенно-звуковых и слоговых системах письма широко применяются также сочетания из нескольких самостоятельных знаков, которые иногда пишутся слитно, иногда раздельно, но служат для передачи какого-нибудь одного звука, или дифтонга (в буквенно-звуковых системах), или слога (в слоговых системах письма). По аналогии с графическими лигатурами, таким сочетаниям знаков может быть присвоено название «фонетических лигатур».
      г Чаще всего фонетические лигатуры применяются для передачи звуков, дифтонгов или слогов, которые не могут быть самостоятельно переданы ни одним из основных (алфавитных) знаков данной систе-
      мы письма. Возникновение таких лигатур (например, немецкого sch, французского ои, или лигатур, применяемых в деванагари для передачи слогов с двумя смежными согласными — см. стр. 140, 251 и др.) обычно бывает обусловлено недостаточностью буквенно-звукового или слогового состава данной системы письма, несоответствием ее звуковому или слоговому составу языка. Однако в ряде случаев фонетические лигатуры применяются и для передачи звуков, соответствующих значению той или иной буквы (например, французское аи = о). Возникновение лигатур такого типа обычно обусловливается отставанием развития письма от развития языка, историческими изменениями произношения слов при сохранении их прежней, традиционной орфографии.
      Появление и применение фонетических лигатур всегда затрудняет обучение и пользование письмом, и поэтому должно быть признано нежелательным явлением. Фонетические лигатуры первого типа могут быть устранены введением в алфавит дополнительных букв или же использованием диакритических знаков; фонетические лигатуры второго типа могут быть изжиты в результате орфографических реформ.
      Сочетания письменных знаков, близкие по их характеру и назначению к фонетическим лигатурам, широко применялись также в логографических системах письма. Как правило, это были или сочетания из двух идеографических логограмм, служившие для передачи какого-либо сложного по значению слова (см. стр. 114 — 116); или сочетания фонетической логограммы (морфемограммы) с идеографическим детерминативом, служившие для уточнения значения фонетической логограммы (см., например, рис. 26, 53); или же сочетания идеографической логограммы с фонетическим дополнением к ней, служившие либо для уточнения произношения этой логограммы, либо для передачи грамматической формы слова (см., например, рис. 47, 54).
      В отличие от рассмотренных выше фонетических лигатур, такие «логографические лигатуры» были вполне закономерным и даже неизбежным явлением. Применение их было обусловлено полисеман-тичностью фонетических логограмм, полифоничностью идеографических логограмм и, кроме того, невозможностью передачи в чисто логографическом письме грамматических форм слов (см. стр. 113 и 122).
     
      ЗАКЛЮЧЕНИЕ
      ОБЩИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ РАЗВИТИЯ ПИСЬМА
      акие же факторы обусловливали развитие письма в общеисторическом плане, а также особенности этого развития у различных народов?
      Наиболее полно перечень таких факторов дан в работе М. Коэна «Письмо». Такими факторами М. Коэн считает1: 1) общественные потребности в письме; 2) влияния особенностей языка; 3) влияния предшествующих систем письма; 4) влияния различных общественных групп; 5) влияния применяемых материалов и орудий для письма.
      В основном этот перечень факторов правилен2. В нем пропущено только различное у разных народов содержание письменности, в особенности первоначальной, и влияние на графику письма назначения письменных памятников, особенностей народного изобразительного искусства и исторической смены стилей в искусстве; на начальных этапах истории письма его развитие было связано также с разви-
      1 М. С о h e n. Lfecriture, Paris, 1953, p. 8.
      2 См. рецензию автора на упомянутую работу М. Коэна в «Вестнике древней истории», М., 1955, № 2.
      тием мышления. Кроме того, М. Коэн, так же как и другие авторы, не выделяет среди факторов, влияющих на развитие письма, наиболее важных и не дает характеристики роли и значения каждого из них. Между тем их роль и значение очень различны.
      В этом разделе дается характеристика роли каждого из этих факторов3. Характеристика опирается на материалы 3 — 9 глав. Поэтому в ряде случаев кратко резюмируются основные выводы этих глав.
      Из различных факторов, влиявших на развитие письма, прежде всего следует выделить общественные потребности в письме. В отличие от всех остальных факторов, обусловливавших своеобразные особенности письма разных народов, развитие общественной потребности в письме предопределяло общеисторические закономерности развития письма.
      Так, формирование зачаточного картинно-синтетического и счетно-тамгового письма было обусловлено превращением небольших и разрозненных родовых групп в более крупные племенные общины, а также возникновением между ними постоянных торгово-обменных и других связей. В первобытном обществе процесс формирования картинно-синтетического письма совпадает с развитием племенного строя, а это в свою очередь соответствует археологическому неолиту и переходу к энеолиту. В более поздние эпохи картинно-синтетическое письмо и счетно-тамговое возникало у народов, находившихся и на более высоких ступенях развития производительных сил, но также переживавших племенной строй (например, у славян середины I тысячелетия).
      Картинно-синтетическое письмо было еще несовершенным, неупорядоченным и нестабильным; при его помощи можно было делать только простейшие записи. Поэтому по мере дальнейшего развития общества, мышления и языка, по мере возникновения потребности в упорядоченной переписке случайные пиктографические изображения все более расчленялись на отдельные изобразительные знаки, которые все более стабилизировались как по значению, так и по форме. Постепенно почти каждый такой знак начинает передавать отдельное слово, а картинно-синтетическое письмо тем самым преобразуется в более совершенное и упорядоченное, но сложное логографическое письмо.
      Переход от случайных картинно-синтетических записей к упорядоченным логографическим системам был обусловлен образованием государств, нуждавшихся в упорядоченной переписке. Это подтверждается тем, что формирование древнейших систем письма — египетской, шумерской, критской, китайской и других — происходило почти одновременно с образованием первых рабовладельческих государств (с конца IV до начала II тысячелетия до н. э.). Большинство этих систем (шумерская, египетская, китайская, а в более позднее время системы майя и ацтеков) возникли самостоятельно, в связи со сходными общественными условиями и уровнем развития древних египтян, шумеров, китайцев, майя и ацтеков в периоды образования их систем письма. Чужеземные влияния, вероятно, сыграли роль при формировании лишь немногих из древнейших письменных систем, в частности протоиндийский и критско-минойской.
      Для передачи в логографическом письме слов конкретного значения первоначально служили схематические изображения тех предметов или явлений, которые обозначались данными словами. Для передачи слов абстрактного значения чаще всего применялись или символические изображения (у египтян, майя, ацтеков) или же прием сочетания двух идеографических логограмм, обозначавших слова конкретного значения (у шумеров и китайцев).
      Логографическое письмо по сравнению с картинно-синтетическим значительно точнее отражало язык. Оно передавало не только содержание речи, но и членение ее на слова, а также синтаксическую последовательность слов в речи. Кроме того, логограммы отражают словарный состав языка, который хотя и велик, но все же ограничен, поэтому знаки эти более стабильны и образуют системы письма. Что касается формы логограммы, то она иногда подолгу сохраняла изобразительный характер (например, в египетской иероглифике), а иногда теряла его, превращаясь частично (китайские иероглифы) или полностью (переднеазиатская клинопись) в условные знаки.
      В ее развитом виде логография создает возможность передачи самых сложных произведений. Имеет это письмо некоторые преимущества и по сравнению с буквенно-звуковым. Важнейшие из них — большая ёмкость логографического письма и своеобразно международный характер идеографических логограмм. Слабая связь логограмм с фонетической стороной речи делала логографические системы особенно удобными для древнейших, пестрых по этническому составу государственных образований, а также для народов, у которых еще не выработался единый литературный язык.
      В силу большей емкости и международного характера логограмм они могли получить широкое применение в современных науках (цифры, алгебраические, химические и другие научные обозначения). Правда, здесь они приобрели несколько иное, новое значение, значение знаков, терминов, «терминограмм».
      Наряду с достоинствами логография имеет еще более крупные недостатки. Важнейшие из них: 1) трудность передачи при помощи логограмм некоторых сложных слов, а также собственных имен, в особенности чужеземных; 2) многознаковость логографических систем, обусловленная тем, что логограмма обычно обозначает слово,, а количество слов измеряется многими тысячами; 3) невозможность передачи при помощи логограмм грамматических форм слов.
      Первый из этих недостатков был частично устранен путем превращения на основе омонимии идеографических логограмм в фонетические с уточнением значения последних при помощи детерминативов; такой способ обозначения сложных слов и собственных имен применялся во всех древнейших системах письма. Почти во всех этих системах (кроме китайской) получил применение также иной, «ребусный» способ передачи сложных слов и собственных имен (деление собственного имени на части с подбором для каждой из этих частей фонетически сходного знаменательного слова и с обозначением каждого такого слова особой логограммой).
      Хуже поддавался устранению второй недостаток логографии — многознаковость. Значительное сокращение числа логограмм без принципиального изменения типа письма достигалось лишь при обозначении знаками не целых слов, а однослоговых корневых морфем, входивших в состав многослоговых слов (так как количество морфем в языке всегда меньше, чем количество слов). Количество разных знаков сокращалось, кроме того, при использовании приема сочетания фонетических логограмм (или морфемограмм), обозначавших омонимические слова (или морфемы), с идеографическими детерминативами. Как тот, так и другой прием наибольшего развития достигли в китайском письме.
      Однако даже при использовании обоих этих приемов количество знаков, потребных для точной передачи речи, оставалось все же очень большим. Кроме того, в пределах логографического письма без дополнения его слоговыми или буквенно-звуковыми знаками почти исключалась возможность передачи грамматических форм слов. Поэтому по мере дальнейшего развития общества, по мере еще большего расширения круга людей, пользующихся письмом, и областей применения письма (в частности, при широком использовании его для торговых записей), сложные для обучения и пользования логографические системы, как правило, преобразовывались в логографически-слоговые (Передняя Азия, Крит, майя) или в лого-графически-консонантные системы (Египет) 4. В особенности ускорялся этот процесс в случаях, когда логографические системы применялись народами, языки которых отличались многообразием грамматических форм слов. В результате последовательно-логографический или точнее морфемо-логографический характер сохранило лишь китайское письмо, достигшее по этой линии развития наибольшего совершенства и, кроме того, оказавшееся удобным для Китая по языковым причинам.
      Закономерный процесс фонетизации большинства древних систем письма тормозился вследствие традиционализма рабовладельческих культур. В особенности сильно сказывалось консервативное влияние жрецов, профессиональных писцов и ученой бюрократии, стремившихся к монопольному влиянию письмом и поэтому противившихся его упрощению и демократизации. В результате ни одна из древних систем письма не превратилась в чисто фонетическую, в любой из них, наряду со слоговыми или звуковыми знаками, хотя бы пережиточно сохранялись логограммы.
      Слоговое письмо появилось в общеисторическом плане позже логографического, в относительно чистом его виде, т. е. почти свободном от логограмм — с середины II тысячелетия до н. э. (Крит). Это было обусловлено, во-первых, тем, что письмо это предполагало более развитую способность к анализу речи, к разложению ее на более дробные элементы — слоги; во-вторых, это было обусловлено тем, что слоговые знаки не могли иметь той непосредственной, наглядной связи с обозначаемыми ими слогами, какая существовала между значениями слов и изобразительными логограммами.
      Слоговое письмо проще логографического, но сложнее буквеннозвукового, так как количество разных слогов в языке меньше, чем количество разных слов (и даже морфем), но больше, чем количество разных звуков; количество основных знаков в слоговых системах колебалось от 35 — 40 до двух с лишним сотен, не считая лигатур и вариантных знаков. Кроме того, значительную трудность составляла для большинства слоговых систем передача смежных и конечных согласных звуков. Это обусловило закрепление слогового письма у немногих народов, языки которых (см. раздел 2 «заключения») соответствовали этому типу письма.
      4 Дошедшие до нас памятники большинства древнейших систем письма показывают их на этой относительно поздней, л о голрафи чески -слоговой или лого-графически-коисоиантной ступени развитии.
      Буквенно-звуковое письмо в общеисторическом плане появилось еще позже; в чистом виде консонантно-звуковое письмо сформировалось во второй половине II тысячелетия до н. э., а вокализованно-звуковое — в начале I тысячелетия до н. э. Это было обусловлено тем, что звуковое письмо предполагает еще более развитую способность к анализу речи на мельчайшие ее элементы — звуки.
      Буквенно-звуковое письмо проще не только логографического, но, как правило, и слогового. При точной передаче речи оно позволяет обходиться минимальным количеством разных знаков — обычно двумя — четырьмя десятками. Поэтому первые последовательные системы буквенно-звукового письма возникли у передовых торговых народов древности (финикийцев, хананеев и др.); возникновение их было обусловлено тем, что торговые записи и расчеты требовали письма, максимально простого для обучения и пользования.
      По языковым причинам (см. раздел 2 «заключения») первые буквенно-звуковые системы были консонантными. В дальнейшем, при заимствовании консонантно-звукового письма другими народами, письмо это (тоже главным образом по языковым причинам) преобразовывалось в слоговое или в вокализованно-звуковое. Во-кализованно-звуковое письмо по сравнению с консонантно-звуковым требовало несколько большего количества знаков, но зато обеспечивало еще более точную передачу языка.
      Распространение буквенно-звукового письма происходило быстрыми темпами и почти исключительно путем заимствований. Это было обусловлено: простотой и удобством буквенно-звукового письма (в особенности вокализованно-звукового), пригодностью его (в отличие от логографического и слогового) для точной передачи любых языков; ликвидацией к этому времени почти монопольного владения письмом наиболее консервативных общественных групп; широким развитием торговых, политических, религиозных и культурных связей между народами.
      Большая роль заимствований на этом этапе развития письма приводила во многих случаях к несоответствию между алфавитнобуквенным составом заимствованного письма и фонетическим составом языка. При консервативной политике в области письма, создавшийся разрыв между письмом и языком еще более усиливался в результате сохранения устарелой орфографии. Наоборот, при прогрессивной политике несоответствие языку буквенного состава и орфографии письма изживалось в результате алфавитно-орфографических реформ.
      Таким образом, развитие письма в общеисторическом плане происходило от случайных картинно-синтетических изображений к упорядоченным, но сложным логографическим системам, а от них — к более простым морфематическим и в особенности слоговым и буквенно-звуковым системам.
      Это объяснялось условиями развития общественной потребности в письме. Сначала в связи с зарождением государств возникла потребность в упорядочении, систематизации письма, хотя бы и за счет его усложнения (переход к логографическим системам). Затем, в связи с расширением областей применения письма и круга людей, пользовавшихся письмом (в частности, из-за широкого применения его для торговых записей), особенно настоятельной становилась потребность в упрощении письма (переход к морфематическим, слоговым и буквенно-звуковым системам).
      При этом для развития письма (в общеисторическом плане) был характерен последовательный переход к обозначению все более мелких элементов языка. Вначале это развитие (рис. 107) шло по одной линии — от передачи целых сообщений в картинно-синтетическом письме к передаче отдельных слов в логографии. При этом, наряду с идеографическими логограммами, непосредственно связанными со значением слова, широкое применение получили в этом письме фонетические логограммы, построенные на основе омонимии и непосредственно связанные со звучанием слова. Таким образом, в отличие от картинно-синтетического письма, имевшего почти полностью семантический характер, логография представляла собой письмо, сочетавшее знаки семантического и фонетического типа. В дальнейшем эта единая линия развития письма подразделилась «а три ветви.
      Первая из этих ветвей на всем протяжении своего развития сохраняла семантически-фонетический характер. Своего наибольшего совершенства эта линия развития достигла в китайском письме, перешедшем от обозначения целых слов к обозначению мельчайших значимых частей слова — морфем; так же как в логографии для этого обычно применялось сочетание фонетической морфемограммы с семантическим «ключевым знаком». В дальнейшем, при заимствовании китайского письма японцами и корейцами, оказалось необходимым дополнить это письмо слоговыми и звуковыми знаками, первоначально применявшими для передачи изменяющихся грамматических форм японских слов.
      Вторая — в основном фонетическая ветвь — развивалась от обозначения целых слов к обозначению слогов и звуков с постепенным изжигием логограмм и с достижением все более точной передачи
      108, Схема общеисторического развития письма
      Штриховкой обозначены семантические ветви развития письма; без штриховки — фонетические
      фонетики речи. Эта линия развития отличалась наибольшей сложностью и разветвленностью. Своей вершины она достигла в современном вокализованно-звуковом письме. Однако даже в этом письме, наряду с основными фонетическими знаками (буквами), оказались необходимы различные дополнительные знаки как фонетического характера (диакритические знаки), так и семантического (цифры, знаки пунктуации, пробелы между словами и прописные буквы).
      Наконец, третья, чисто семантическая ветвь сначала привела к выделению внутри различных систем письма особых цифровых знаков (представляющих собой идеографические логограммы), а затем ко все более широкому развитию научной терминографии.
      Будучи вызвано эволюцией общественной потребности в письме, такое развитие становилось возможным на базе совершенствования мышления, в частности способности к анализу речи, к разложению ее на простейшие элементы.
      Одновременно письмо все лучше приспосабливалось к точной передаче речи. В то же время по графической форме своих знаков письмо становилось все более условным и скорописным.
      Наконец, внутри отдельных письменных систем происходила борьба между консервативной тенденцией сохранения архаических особенностей применяемого письма и прогрессивной тенденцией обновления письма, приближения его к максимально простой и точной передаче языка. По мере развития общества последняя тенденция становилась преобладающей.
     
      Охарактеризованные закономерности должны пониматься как закономерности общеисторического плана. Развитие же систем письма отдельных народов нередко шло иными, иногда очень своеобразными путями.
      Встречающиеся в некоторых работах по теории письма попытки жестко связать типы письма с определенными общественно-экономическими формациями 5 заранее обречены на неудачу. Письменные системы одного и того же типа нередко возникали и развивались при различных формациях и, наоборот, при одних и тех же формациях часто существовали письменные системы различного типа. Так, в эпоху развития рабовладельческого строя у ацтеков применялось письмо переходное от пиктографии к логографии, в Китае — чисто логографическое, в Египте — логографически-консонантное, в государствах Передней Азии и у майя — логографически-слоговое, в Финикии — консонантно-звуковое, в Греции и Риме — вока-лизованно-звуковое, в древней Персии и на Крите — слоговое. С другой стороны, китайская логографическая система, японская лого-графически-слоговая, индийские слоговые системы продолжают существовать до настоящего времени, хотя эти страны пережили не только рабовладельческий, но и феодальный строй, давно вступили в капиталистический период развития, а Китай вступил на путь, социалистического развития.
      Такое своеобразное развитие письма у различных народов в наибольшей мере обусловлено тем, что письмо является средством общения, вспомогательным к звуковой речи. Поэтому особенности системы письма того или иного народа зависят не только от исторического развития этого народа, но и от особенностей языка, а язык — явление ненадстроечного характера.
      Так, полисинтетический строй языка, несомненно, содействовал развитию картинно-синтетического письма. В то же время полисинтетический строй, при котором слова с трудом выделяются из предложения, препятствовал переходу к логографии. Может быть этим объясняется то, что у народов с полисинтетическим строем языка письмо появлялось рано, но затем задерживалось в развитии.
      Формированию логографического письма в наибольшей степени способствовал корнеизолирующий строй языка (Китай), при котором слова наиболее легко выделяются из речи и не требуют дополнительных слоговых или звуковых знаков для передачи грамматических форм. В меньшей мере, но все же содействовал возникновению логографии агглютинативный строй языка (Шумер), при котором легко выделяются корневые основы слов, передаваемые логограммами. Содействовал развитию логографии по преимуществу однослоговой состав слов в языке, так как совпадение слова со слогом еще больше облегчает его выделение из речи (Китай, Шумер,, отчасти Египет).
      Особенности языков влияли также «а развитие тех или иных ло-гопрафичеюких приемов передачи речи. Так, развитию в логографи-чес/ких системах (например, в египетской) символических приемов-передачи слов абстрактного значения способствовало широкое применение в языке образно-символических выражений; наоборот, развитию в логографии (например, в шумерской, в китайской) приёма передачи слов абстрактного значения путем сочетания нескольких, идеографических логограмм, обозначавших слова конкретного значения, способствовало формирование в языке многослоговых слов, путем слияния первоначальных однослоговых.
      Превращение идеографических логограмм в фонетические оказывалось возможным лишь при наличии большого количества омонимов в языке, а развитие омонимии было характерно для языков, в которых преобладали фонетически простые однослоговые слова (древнекитайский, отчасти шумерский, в меньшей мере египетский, ацтекский и другие языки); с другой стороны, большое количество омонимов требовало применения ко мбинированного фонетически-идеографического обозначения слов, т. е. уточнения значения фонетических логограмм ери .помощи идеографических детерминативов.
      Наличие в языке, наряду с одноологовы ми, многослоговых слов способствовало развитию «ребусново» способа передачи этих многослоговых слов, в особенности собственных имен (ацтекское, египетское, шумерское письмо). Образование в языке сложных многослоговых слов путем слияния первоначальных однослоговых обусловливало превращение логогр афич веко го письма в его наиболее совершенную разновидность — в письмо логографическичморфематиче-ское (Китай).
      Сильное влияние оказывали особенности языка также на большую или меньшую длительность сохранения логографического письма у разных народов.
      Так, длительному сохранению логографического письма способствовали: корнеиэолирующий строй языка; словообразование путем слияния однослоговых слов; наличие в языке большого количества омонимов, которые при переходе на слоговое или буквенно-звуковое письмо писались бы почти одинаково, и, кроме того, облегчали образование фонетических логограмм; сосуществование сильно разнящихся диалектов при недостаточном распространении единого литературного языка (Китай).
      Наоборот, наличие в языке грамматических форм слов требовало перехода на слоговое или буквенно-звуковое письмо, либо дополнения логографического письма слоговыми или .буквенно-звуковыми знаками. При этом сочетание логограмм, обозначавших корневые основы слов, со слоговыми или буквенно-звуковыми знаками, служившими для обозначения грамматических аффиксов, оказывалось наиболее удобным при агглютинативном .строе языка, при четком делении слов на неизменяемые корневые основы и присоединяемые к ним аффиксы (например, Шумер, Япония, Корея и т. д.).
      Возникновению в логографическом письме слоговых знаков способствовало наличие в языке как однослоговых, так и многослоговых слов, при одинаковом значении согласных и .гласных звуков; слоговые знаки обычно развивались в древних логографических системах (ассиро-вавилонской, урартской, хеттской, критской, майя и др.) из фонетических логограмм или же из «ребусных» знаков, обозначавших однослоговые слова. Другой путь возникновения слоговых систем (например, японской каны) — это искусственное создание их в качестве дополнения к логографическим системам, когда эти системы применялись народами, языки которых отличались многообразием грамматических форм слов. Третий путь — это вокализация консонантных систем письма (например, эфиопское, вероятно, индийское слоговое письмо).
      Дальнейшему (развитию и закреплению слошвопо писыма содействовало малое количество разных слогов в языке, в особенности законы открытых слогов и недопустимости смежных согласных (например, Япония, в прошлом — древние народы Крита и Кипра). При применении же слоговых систем для передачи языков иного типа приходилось или создавать большое количество основных слоговых знаков (ассиро-вавилонское письмо и другие системы клинописи); или образовывать большое количество лигатурных знаков (индийские системы); или мириться с неточной передачей речи (эфиопское письмо); или же использовать одни и те же знаки не только со слоговым, но и с консонантно-звуковым значением (персидско-ахеменид-ское письмо, письмо майя).
      Возникновению в логографичеоком письме конюонантно-звукавых знаков тоже очень способствовало наличие в языке однослоговых слов, но при большем значении согласных звуков по сравнению с гласными (например, Египет, Финикия). Чаще всеяло консонантно-звуковые знаки возникали из логограмм, первоначально обозначавших однослоговые (вернее однокансонантные) слова, путем игнорирования начальных и конечных гласных звуков, входивших в эти слова. Другой путь возникновения консонантно-звуковых знаков — это путь акрофонический, т. е. превращение логограмм в знаки, передающие первый согласный звук того слова (одно или многослого-вого), которое ранее обозначалось данной логограммой.
      Дальнейшее развитие буквенно-звукового письма происходило в сторону его вокализации. Оно протекало у разных народов несколькими принципиально различными путями.
      У семитских народов (арамейцы, евреи, арабы), в языках которых согласные звуки имели большее значение, чем гласные, для обозначения последних применялись иные способы, чем для согласных. Наибольшее применение у семитских народов из этих способов получили два: более ранний и несовершенный способ matres lectionis, согласно которому гласные звуки (обычно долгие) обозначались близкими к ним согласными буквами; более поздний и совершенный способ надстрочных и подстрочных знаков. Возникновение таких особых способов обозначения гласных звуков у семитских народов было обусловлено взаимодействием двух факторов. С одной стороны, для обеспечения точного произношения богослужебных текстов, в особенности текстов, написанных на мертвом (библия у евреев) или на чужом языке (Коран у неарабских народов), требовалось обозначение не только согласных, но и гласных звуков. С другой стороны, консонантное строение корневых основ побуждало к выделению, акцентированию этих основ при письме.
      У несемитских народов, в языках которых согласные звуки, имели такое же значение, что и гласные, консонантно-звуковые знаки или преобразовывались в слоговые или же дополнялись самостоятельными буквами для гласных звуков. При этом сравнительно ограниченное количество разных слогов в языке, простота их структуры и связанная с этим легкость выделения слогов из речи способствовали развитию консонантно-звукового письма по слоговому пути (пример — брахми и кхарошти); наоборот, большое количество разных слогов в языке, сложность их структуры и связанная с этим трудность выделения слогов из речи способствовали преобразованию консонантно-звукового письма в вокализовавно-звуковое (пример — греческое письмо).
      Более естественным и простым был слоговой путь вокализации консонантно-звукового письма. Для создания же особых, самостоятельных знаков для гласных звуков оказалось необходимым дополнительное благоприятствующее этому обстоятельство. Таким обстоятельством было наличие в заимствованном греками финикийском алфавите букв, Служивших для передачи согласных и полусогласных звуков, отсутствовавших в греческом языке и произносившихся греками как гласные звуки.
      Из изложенного вытекает, что, несмотря на наличие общеисторических закономерностей развития письма, было бы принципиально неправильнЫ М утверждать (а такие утверждения часты 6), будто бы та или иная конкретная система письма является отсталой или передовой только потому, что она относится к логографическому, слоговому, консонантно-звуковому или вокализованно-звуковому типу.
      Письменная система каждого из этих типов может быть рациональной, если она соответствует особенностям языка или условиям ее применения7 и если она достигла достаточного совершенства. Так, слоговое письмо, видимо, является целесообразным для Японии, в связи с простым слоговым составом японского языка, позволяющим
      6 См., например, М. Cohen. Lecriture, p. 109 — 110.
      7 Например, применение лого прафических знаков в современных науюах.
      обходиться малым количеством слоговых знаков; наоборот, для Кореи применяемое там лигатурно-звуковое письмо, очевидно, менее целесообразно. Аналогично этому, в связи с консонантным строением корневых основ в семитских языках (арабском и др.), применение консонантно-звуковых систем письма! в какой-то мере правомерно для этих языков, в особенности при условии дополнительного обозначения гласных звуков при помощи надстрочных и подстрочных знаков; наоборот, применение консонантного арабского иисыма неправомерно для индоевропейских, тюркских и других языков, в которых гласные звуки выполняют те же функции, что и согласные. Соответственно длительное сохранение и высокое развитие в Китае логогрвфически-морфематичеакой системы письма тоже в значительной мере было обусловлено особенностями китайского языка (корне-изолирующий строй, словообразование путем слияния однослоговых слов, большое количество омонимов и наличие сильно разнящихся областных диалектов).
      Необходимо, кроме того, учитывать, что охарактеризованные выше закономерные связи между особенностями языка и особенностями письма тоже не являются абсолютными. В ряде случаев они нарушались в результате воздействия других факторов, в частности вследствие различных заимствований и влияний.
      4
      К числу факторов, обусловливавших особенности различных систем письма, должно быть отнесено также различное содержание первоначальной письменности у разных народов 8.
      Так, по преимуществу государственно-историческое и ритуальнокультовое содержание первоначальной письменности египтян, ацтеков, майя и отчасти китайцев (надписи на бронзе) сравнительно легко передавалось картинно-синтетическим письмом и поэтому способствовало пережиточному сохранению картинно-синтетических изображений в письменности этих народов. С другой стороны, такое содержание обусловливало частую встречаемость собственных имен и тем самым привело к раннему появлению в письме этих народов фонетических логограмм, а также «ребусного» способа передачи многослоговых слов.
      8 Впервые роль и значение этого фактора отмечены автором данной работы а его рецензии на книгу М. Коэна Lecriture, «Вестник древней история», 1955, № 2.
      Наоборот, по преимуществу учетно-хозяйственное содержание древнейших шумерских письменных памятников, строившихся по схеме «число плюс обозначение предмета учета», облегчало распадение картинно-синтетических изображений на отдельные логограммы (цифровые плюс изобразительные) и тем самым предопределило чисто логографический характер первоначального шумерского письма. С другой стороны, такое содержание предопределило редкую встречаемость собственных имен и тем самым более позднее появление в шумерском письме фонетических логограмм.
      Разным содержанием древнекитайских письменных памятников был обусловлен также картинно-синтетический характер надписей на ритуальной бронзе и чисто логографический характер гадательных иньских надписей на черепашьих костях.
      В значительной мере этими же причинами объяснялось пережиточное сохранение: иероглифического письма в поздних ритуальнокультовых памятниках египетской письменности; классического арабского письма в письменности мусульманских народов; мертвого латинского письма в католической и церковно-славянского в православной культовой письменности.
      Оказывало влияние содержание письменности на характер письма и в более поздние эпохи. Так, например, замена в России при Петре I полууставного шрифта новым гражданским шрифтом в наибольшей степени была вызвана изменением содержания русских книг в петровскую эпоху, появлением, наряду с религиозно-богослужебными, большого количества книг светского научного и учебного характера.
      5
      Кроме влияния особенностей языка и содержания письменности, своеобразие развития письма у различных пародов объяснялось также тем, что письмо является своего рода техникой. Поэтому письмо легко поддается ускоряющим, а иногда и тормозящим его развитие воздействиям систем письма других народов.
      История показывает, что большинство систем письма формировалось на основе и под воздействием ранее существовавших систем письма соседних народов. Без воздействий извне возникали только различные разновидности картинного синтетического письма да несколько логографических систем (китайская, шумерская, египетская, ацтекская, майя и др.) древнейших культурных народов мира, которые в силу особых исторических условий в течение ряда веков превосходили всех своих соседей в общественно-культурном развитии.
      Иначе протекало развитие письма в более поздние времена у народов, соседи которых уже имели развитые письменные системы. Под воздействием этих более совершенных систем развитие письма обычно ускорялось. Однако в этих же случаях естественное развитие письма нередко искажалось; при механическом ее заимствовании система письма нередко вступала в противоречие с народным языком.
      Именно такими путями возникало подавляющее большинство современных систем письма. Так, на Дальнем Востоке японская, корейская и ряд других систем письма возникли и развивались под сильным влиянием китайской иероглифики. На Ближнем Востоке финикийское письмо возникло на основе египетского, арамейское — на основе финикийского, арабское — на основе арамейского и т. д. Аналогично этому на Западе греческое письмо возникло на основе финикийского, латинское и славянско-кирилловское — на основе греческого, системы письма большинства современных народов Европы — на основе латинского или славянско-кирилловского письма.
      Значение и роль заимствований в истории письма усиливались по мере развития торговых, политических, религиозных и культурных связей между народами.
      Особенно большое значение имело здесь то, что многие системы письма некогда вводились у разных народов в связи с введением у них новых религиозных учений — католицизма (латинское письмо), православия (греческое и производные от него системы письма), магометанства (арабское письмо), буддизма (на Среднем Востоке — брахми и некоторые производные от него системы письма, на Дальнем Востоке — китайское письмо у японцев и аннамитов). Религиозные учения обычно служили средствами культурно-политического воздействия со стороны одних народов на другие и поэтому постепенно приобретали (как и связанные с ними системы письма) своеобразно международный характер.
      Некоторые системы письма (например, манихейская, несториан-ская, авестийская, езидская и др.), наоборот, были тесно связаны с слабо распространенными и недолговечными религиозными учениями; такие системы письма возникали, получали распространение и исчезали вместе с этими учениями.
      Кроме причин религиозного порядка, распространению некоторых систем письма сильно способствовали: широкие международно-торговые связи народов, применявших эти системы (например, финикийцев, арамейцев); превращение некоторых систем письма в официальные системы крупнейших государственных образований древности (например, Ассирия, Вавилон, Ахеменидская Персия, Римская империя, Арабский халифат); большое значение, которое приоб-
      ретали некоторые из этих систем (например, китайская, греческая, латинская, арабская) в связи с высоким расцветом литературы, искусства и науки народов, применявших эти системы.
      Несмотря на несомненную и большую роль влияний в истории письма, значение их в дореволюционной русской и в современной зарубежной литературе сильно преувеличивалось. Так, не всегда достаточно учитывалась разная роль влияний на первоначальной и более поздней ступенях развития письма; в связи с этим делались противоречащие историческим данным попытки выведения из одного источника всех, в том числе и самых древнейших систем письма (Ф. Гоммель, И. Гельб, Р. Вулли и другие авторы). С другой стороны, вся история письма иногда почти полностью сводилась к установлению генеалогических схем (Ч. Лоукотка).
      Между тем, для истории письма, наряду с установлением «родословных» различных систем письма, не меньшее, а даже большее значение имеет изучение специфических черт каждой системы. Только таким путем могут быть вскрыты важнейшие закономерности развития письма, в частности связь его с народным языком и с особенностями развития народа. В случае же иного построения история письма неизбежно (сводится только к перечню в значительной степени случайных влияний.
      Вывод этот подтверждается историей письма. История эта показывает, что наиболее часто подвергалась заимствованию форма знаков, поскольку она не связана с языком. Наоборот, важнейшие особенности каждой системы письма (ее тип, состав и значение письменных знаков) почти всегда перестраивались в соответствии с особенностями языка; они перестраивались, даже если система письма возникла под сильным влиянием другой, ранее существовавшей.
      Так, при изучении происхождения древнейшей буквенно-звуковой системы — финикийского алфавита — основное внимание уделялось влияниям, которые испытал этот алфавит со стороны ранее существовавших письменных систем. В качестве доказательств таких влияний обычно приводились примеры графической близости финикийских букв к египетским, критско-минойским, протооинайским и другим знакам. Между тем, с точки зрения всеобщей истории письма наиболее важным в финикийской системе была отнюдь не форма знаков, а то, что финикийское письмо оказалось исторически первой последовательной буквенно-звуковой системой. Возникновение же в Финикии и дальнейшее распространение буквенно-звукового письма следует объяснить не столько внешними влияниями (хотя эти влияния, в частности знакомство финикийцев с египетскими консонантно-звуковыми иероглифами, сыграли немалую роль). Возникновение
      буквенно-звукового письма в наибольшей мере было обусловлено потребностями развитой торговли, которая являлась основным занятием финикийцев, а также особенностями финикийского языка (консонантное построение корневых основ слов и т. п.). Этот вывод подтверждается тем, что у западных семитов почти одновременно появились несколько разных систем буквенно-звукового письма — угаритский и финикийский алфавиты, протоеинайское и протохана-анское письмо. Будучи разными в графическом отношении, эти системы полностью совпадали по типу (консонантно-звуковому) и в значительной степени по звуковому составу.
      Аналогично при изучении старославянского «кирилловского» алфавита основное внимание нередко уделялось установлению близости формы букв кириллицы с греческими и другими буквами. Между тем наибольшее значение здесь тоже имеет не форма букв, а звуковой состав «кирилловского» алфавита, отличный от Греческого и хорошо приспособленный для передачи фонетики славянской речи. Именно это и определило оригинальность «кирилловской» азбуки, послужило причиной того, что эта азбука до сих пор лежит в основе большинства славянских алфавитов.
      За последние 15 лет в советской литературе наметилась обратная тенденция, стремление преуменьшать и даже игнорировать роль влияний в истории письма. В особенности сильно эта тенденция сказалась в ряде работ, посвященных возникновению славяно-русского письма. Такая тенденция также является нежелательной в науке крайностью. Доказательства оригинальности письма того или иного народа надлежит искать не в абсолютной самостоятельности его происхождения, так как систем письма, возникших без воздействий извне, почти не существовало (кроме самых древних логографических систем). Самостоятельными следует считать те системы письма, которые (подобно славяно-русскому) возникли не путем механического заимствования, а благодаря творческому использованию опыта других народов и поэтому правильно отражают особенности народного языка.
      6
      На развитии и применении многих систем письма сказывались влияния различных общественных групп, в том числе классовые влияния.
      Правда, письмо, подобно языку, предназначается для обслуживания всего общества, всех его членов и в этом отношении не является классовым. Однако на историческом развитии и фактическом
      применении письма классовые влияния оказывались больше, чем на развитии и применении языка. Объясняется это следующими причинами. Во-первых, обучение письму проводится обычно в организованном, школьном порядке и требует большой затраты времени и средств, а это не всегда доступно представителям угнетенных классов. Во-вторых, потребность в письме, как дополнительном средстве общения, становится настоятельно необходимой лишь на сравнительно высокой ступени культурного развития, а культурное развитие угнетенных ислассов и зависимых народностей нередко сознательно тормозилось. В-третьих, на развития и применении письма сильно отражается его государственная регламентация.
      В классовом обществе возможности пользования письмом для трудящихся классов, а также для угнетенных народностей часто сильно затруднены. Так, социально-экономические условия царской России препятствовали широкому распространению народной грамотности, а в отношении зависимых малых народностей проводилась политика, почти лишавшая их возможности пользоваться письмом. В еще большей мере сказывались классовые влияния на развитии и применении письма в феодальном и в рабовладельческом обществе. Здесь письмо нередко становилось почти монопольной привилегией определенных общественных групп — жрецов и профессиональных писцов (Египет, Шумер), государственных чиновников и ученых (Китай) и т. д. В свою очередь умение писать способствовало обособлению этих общественных групп и порождало у них сопротивление попыткам демократизации письма.
      Иногда искусственно задерживалось политикой господствующих групп и создание национальных систем письма. Примером может служить борьба латинского духовенства против Кирилла и Мефо-дия и созданной ими славянской письменности. Борьба эта закончилась изгнанием учеников Кирилла- и Мефодия и заменой в Моравии славянского письма латинским; под влиянием католицизма было введено латинское письмо также в Польше. Аналогичную политику проводило мусульманское духовенство в отношении среднеазиатских, кавказских и других народов, искусственно насаждая чуждое языкам этих народов арабское письмо.
      Под влиянием консервативных научных и правительственных кругов нередко тормозилось развитие и уже существующих письменных систем. Некогда почти вое изменения в письме накапливались постепенно и протекали стихийным порядком. В эти периоды наиболее тормозящее влияние на развитие систем письма различных народов оказывали: применение этими народами, наряду с их собственными системами письма, мертвых богослужебных и научно-литературных письменных систем (латинской, арабской и др.); традиционализм значительной части ученых кругов, воспитанных на классической литературе, гордившихся своей образованностью и считавших приближение письма к народному языку вульгаризацией.
      За последние столетия (в России сю времени Петра 1) в связи с государственной регламентацией орфографии, изменения алфавитно-орфографического порядка находятся в полной зависимости от правительственной политики в области письма. При консервативной политике несоответствие письма развивающемуся языку все более усиливалось и основным принципом письма становился историко-традиционный принцип (английская, французская и некоторые другие системы письма). Наоборот, при прогрессивной государственной политике письмо постепенно перестраивалось в сторону все более точной передачи языка; такая перестройка обычно происходила в периоды религиозно-реформаторских, национально-освободительных и революционных движений.
      7
      Особое место среди факторов, влиявших на развитие письма, занимают материалы и орудия письма. В то время, как все другие факторы обусловливали и тип письма, и состав, и значение письменных знаков, материалы и орудия письма влияли только на форму знаков.
      Иногда это влияние было довольно велико. Например, применение народами Передней Азии глиняных плиток обусловило сходную клинообразную форму письменных знаков почти у всех древних переднеазиатских народов. Именно в связи с этим системы письма Передней Азии объединяются под названием «переднеазиатской клинописи», хотя по типу, по составу и значению знаков различные системы клинописи Принципиально отличны; так, древнейшая шумерская клинопись была в основном логографической, ассиро-вавилонская — лошграфичеоки-слоговой, персидская — в основном ело-говой, угаритская — консонантно-звуковой. Аналогично появление в Египте, наряду с иероглифическим, иератического, а затем демотического письма ® значительной мере было обусловлено широким использованием мягких материалов для письма, в частности папируса, а также тростниковой палочки — калама. Своеобразная форма китайских иероглифов сложилась в основном в результате применения в Китае бумаги, кисти и туши.
      Влиянию материалов и орудий письма подчас тоже придается чрезмерное значение. Так, превращение древнейших изобразитель-
      но-линейных шумерских письмен в условные комбинации клинообразных черточек или появление у египтян иератического и демотического письма, нередко объясняется только влиянием применявшихся материалов для письма. Между тем, еще большую роль здесь играло стремление к ускорению процесса письма; стремление это стало особенно настоятельным в связи с распространением письменности в Египте и Шумере, в частности в связи с формированием общественных групп профессиональных писцов. Почти одними этими причинами, а не изменением материалов для письма был вызван на Руси переход от уставного письма к полууставу и затем к скорописи.
      8
      Наряду с материалами и орудиями письма большое влияние на графику письма оказывало назначение письменных па-мятнико в.
      Большинство древнейших памятников письменности представляет собой короткие государственно-мемориальные и погребально-культовые надписи на скалах, стеллах и стенах зданий, а также дарственные и другие надписи на оружии, на вазах и т. п. Надписи эти предназначались для восприятия на большом расстоянии. Поэтому знаки их обычно имели крупные размеры и состояли из тщательно вычерченных или выгравированных элементов. Коммуникативная и мемориальная функция соединялась в этих надписях с орнаментальной. Они должны были хотя бы частично быть понятными не только для умеющих читать, но и для неграмотных. Поэтому знаки таких надписей долго сохраняли картинный характер и нередко сочетались с художественными изображениями. Образцами может служить египетская иероглифика, письменность ацтеков, майя, китайские надписи на бронзовых сосудах и т. п. Близки к этой группе надписи на монетах, печатях и других мелких предметах, отличавшиеся главным образом размерами шрифта и особенностями, обусловленными гравировкой на поверхностях малого масштаба.
      Иной графический характер имели появившиеся в более позднее время тексты книжного типа (религиозно-культовые, исторические, литературные и др.), выполнявшиеся, как правило, на мягких материалах. Тексты эти предназначались для чтения квалифицированным читателем и на небольшом расстоянии; поэтому знаки их имели меньшие размеры и условный, не изобразительный характер. В то же время в графике этого письма сказывалось стремление придать книжным текстам (в особенности религиозно-культовым) стилевое
      единство, четкость, торжественность и красивость. Знаки, как правило, писались раздельно, лигатуры и сокращения применялись редко. Образцами может служить египетское иератическое письмо, китайские и арабские книжные почерки, греческий и русский устав.
      Следующую группу составляют различные орнаментальные почерки, применявшиеся для заглавий в книгах, для монограмм и т. д. В этих почерках стремление к красоте являлось преобладающим, даже за счет четкости и удобочитаемости. Образцами могут служить различные виды вязи.
      Особую группу составляют скорописные почерки, применявшиеся в государственно-канцелярской переписке. Отчасти сохраняющееся в них стремление к единству и к красоте уступает стремлению к ускорению письма. Знаки становятся еще более мелкими, начинают писаться слитно, увеличивается количество лигатур и сокращений. Близки к этой группе почерки бытовой переписки, отличавшиеся от канцелярских еще меньшим стилевым единством и большей небрежностью написания.
      9
      Немалое влияние на форму письменных знаков или, вернее, на общий графический стиль письма оказывали особенности изобразительного искусства различных народов.
      Так, ярко выраженный орнаментальный характер арабского письма объясняется тем, что религия ислама во избежание идолопоклонства запретила изображения живых существ в живописи и скульптуре. В связи с этим запретом, широкое развитие получил в арабских странах стилизованный растительный орнамент и столь же стилизованные, орнаментально построенные надписи. После замены в Узбекистане, Таджикистане и в других восточных советских республиках арабского письма письмом на русской основе, письмо это перестало удачно сочетаться со старинными национальными орнаментами. Это обусловлено иным, не орнаментальным, а геометрическим графическим характером русского письма.
      В соответствии с традициями греческой архитектуры и орнаментики претерпела изменения и форма заимствованных греками финикийских букв; буквы эти утеряли свою угловатость, приобрели более четкий и завершенный геометрический рисунок. Несколько изменилась графика греческих букв и при заимствовании их римлянами; при сохранении греческого геометрического принципа латинское письмо приобрело более округлые и плавные формы. Здесь сказалось влияние римской архитектуры, которая отличалась большей плавностью форм.
      Влиянию народного искусства на графику письма нередко придается преувеличенное значение. С особенностями народного искусства бывает иногда связан лишь общий графический стиль письма и шрифта. Конкретная же форма букв является чисто условной и в наибольшей мере зависит от применяемых материалов и орудий, а также от влияния графики ранее существовавших систем письма. Та или иная форма букв начинает восприниматься как национальная только в силу многовековой к ней привычки. Так, несмотря на общность графики русского и латинского письма, несмотря на то, что некоторые русские и латинские буквы («а», «е», «о», и др.) полностью совпадают, введение в русскую надпись хотя бы одной латинской буквы, несовпадающей с русской (например, латинского N или D), воспринимается как нарушение привычного «национального» графического строя русского письма.
      Оказывала влияние на графику письма и шрифта также смена стилей в изобразительном искусстве.
      Так, в эпоху расцвета готического стиля в европейском искусстве резко меняется и графика латинского письма: «каролингский минускул» сменяется «готическим письмом». Опять-таки под влиянием смены стилей в искусстве, начиная с эпохи Возрождения, латинское письмо приобретает более плавные округлые формы и превращается в так называемое «гуманистическое письмо»; на его основе создаются типографские шрифты типа «антиква». С конца XVIII в. под воздействием стиля классицизма и гравюры на металле получают распространение новые, более контрастные шрифты. В конце XIX — начале XX вв. в Западной Европе и России под влиянием стиля «модерн» возникают вычурные и неудобочитаемые шрифты типа «изида», «Озирис», «гейша», «зецессион» и др. Вскоре после победы Октябрьской революции в России эти модернистские шрифты сдаются в переплавку. Новые советские шрифты строятся на научных основах удобочитаемости и с учетом полиграфических и художественных требований (в зависимости от содержания и типа изданий).
      10
      Таким образом тип и особенности системы письма, применяв шейся тем или иным народом в тот или иной период его развития, объясняются взаимодействием многих факторов. На разных этапах истории письма каждый из этих факторов влиял на развитие письма в разной степени.
      На самых ранних этапах истории письма, в эпоху первобытно-общинного строя и возникновения рабовладельческого хозяйства, развитие письма того или иного народа (картинно-синтетического и переходного к логографии) определялось главным образом ступенью общественного развития этого народа. Недаром первоначальное картинно-синтетическое письмо обычно появлялось на различных ступенях развития родо-племенного строя, а все древнейшие логографические системы (египетская, шумерская, критская, китайская и др.) начинали формироваться почти одновременно с формированием древнейших рабовладельческих государств. Столь тесная зависимость развития первоначального письма от развития общества объясняется тем, что особенности языка могли лишь в слабой степени обусловить своеобразие развития первоначального письма, так как письмо это отражало главным образом только смысловую сторону речи и почти не отражало ни грамматического строя, ни словарного состава, ни фонетики языка. На этих ранних этапах еще меньшее значение могло иметь влияние одних систем письма на другие; это объяснялось относительной обособленностью родо-племенных общин, а также слабыми связями между древнейшими рабовладельческими государствами на заре их истории. Оказывало некоторое влияние на этих ранних этапах развития письма разное содержание письменности у различных народов, общественно-групповые, в частности классовые интересы, применяемые материалы и орудия письма.
      В эпохи сложившегося рабовладельческого, а также феодального строя по мере того, как развивающееся письмо (логографическое, слоговое, звуковое) начинает все более точно отражать язык, на развитии письма разных народов все сильнее сказывались грамматические, лексические и фонетические особенности языков этих народов. С другой стороны, по мере укрепления торговых и других отношений между народами в истории письма все большую роль начинали играть заимствования и влияния9. Поэтому связи письма с развитием общества осложняются, и у разных народов письмо развивается различными, подчас очень своеобразными путями и различными, нередко скачкообразными (в результате влияний более развитых письменных систем) темпами.
      В эпоху формирования наций и национальных языков роль механических заимствований в истории письма сильно сокращается и развитие письма большинства народов определяется главным образом особенностями их языков и условиями их общественного развития.
      9 Преимущественно в эту эпоху формируются генеалогические группы систем письма.
      По мере формирования нации и национального самосознания обычно происходит очищение систем письма от чужеродных для данного языка элементов, приспособление письма к развивающемуся национальному языку; процесс этот протекал, в частности, за последние столетия в России (исключение из русского письма «пси», «кси», «омеги», «фиты», «ижицы» и других букв, заимствованных из греческого алфавита, но ненужных для передачи фонетики русской речи). Если же применявшаяся система письма не соответствовала грамматическому строю или фонетическому составу языка, происходила замена ее другой, иногда совершенно отличной; процесс этот происходил и отчасти происходит в Японии и Корее (замена китайской иероглифики национальными фонетическими системами письма), а также у многих несемитских народов, пользовавшихся консонат-ным арабским письмом. Наиболее полно, без искажающих классовых и иных влияний протекает процесс приспособления письма к языку у свободных социалистических наций.
      11
      Разобранные закономерности развития письма сказались также и на образовании генеалогических групп систем письма.
      Так, в Европе исторически сложились две основные генеалогические группы буквенно-звуковых систем. Одна, возникшая на основе латинского алфавита, применяется в большинстве романских, германских и англо-саксонских стран; другая, возникшая на основе славянской «кириллицы», применяется в большинстве славянских стран. Аналогично этому, на Ближнем Востоке появился ряд систем письма, построенных на арабской основе; на Среднем Востоке — ряд систем, построенных на основе брахми; на Дальнем Востоке — ряд систем, возникших на китайской основе.
      Эти генеалогические группы письма лишь частично совпадают с генеалогическими группами языков. Так, в силу особых условий исторического развития поляков, чехов, в частности под воздействием католицизма, применяемые сейчас этими народами алфавитные системы построены не на основе славянской «кириллицы», а на базе латинского алфавита, меньше соответствующего звуковому составу этих языков (отсутствие букв для ряда шипящих й йотированных звуков). Такое несовпадение генеалогических групп письменных систем с генеалогическими группами языков объясняется большой ролью заимствований в прошлой истории письма, а также связью многих систем письма с различными религиозными учениями, крупными государственными образованиями и т. п.
     
      В эпоху образований наций, в особенности же в текущем столетии, возникшее у многих народов несоответствие между письмом и языком постепенно изживается. Это приводит к некоторому сближению групп письменных систем с группами языков.
      Однако из сказанного, конечно, не следует, что в будущем каждой группе языков будет соответствовать особая группа систем письма. Это не может произойти вследствие развития другого процесса — образования все более крупных зональных групп письменных систем. Внутри каждой такой группы отдельные письменные системы, будучи построены на единой основе, отражают специфику данного языка путем применения дополнительных букв, диакритических знаков и т. д. Именно таким образом построено большинство систем письма народов СССР.
      В современном мире наибольшее распространение имеют четыре генеалогические группы систем письма (рис. 109).
      1. Системы письма, построенные на латинской основе; в настоящее время применяются: в большинстве стран Европы (кроме двенадцати союзных республик СССР, Болгарии, Греции и частично Югославии); во всех странах Америки и в Австралии; в большинстве стран Африки (кроме Эфиопии и арабских стран); в нескольких азиатских странах (Турция, Индонезия, отчасти Филиппины). В целом это составляет более 30% населения мира. На латинскую основу запроектирован также перевод письма в Китае.
      2. Системы письма, построенные на славянско-кирилловской основе; в настоящее время применяются в СССР (кроме Грузии, Армении, Литвы, Латвии и Эстонии), в Болгарии, в значительной части Югославии и в Монгольской Народной Республике. В целом это составляет почти 10% населения мира.
      3. Системы письма, построенные на консонантно-звуковой арабской основе; в настоящее время применяются во всех арабских странах (Египет, Сирия, Иордания, Ливан, Ирак, Марокко, Тунис и др.), а также в Иране, Афганистане, Пакистане и в Китайском Синьцзяне. В целом это составляет около 10% населения мира.
      4. Системы письма, построенные на индийской слоговой основе; в настоящее время применяются в Индии, в большей части Индо-Китая и на Цейлоне. В целом это составляет около 20% населения мира.
      Кроме этих четырех групп, продолжают применяться около десятка систем письма, не входящих в перечисленные группы, а именно: 1) китайское логографическое письмо, применяемое в Китайской Народной Республике (кроме Тибета, Синьцзяна и китайской Монголии, т. е. около 650 млн. чел.) впредь до запроектированного перехода
      109. Распространение различных систем письма в современном мире (по М. Коэну с некоторыми исправлениями)
      Китая на буквенно-звуковое письмо, в сочетании со слоговыми знаками каны используется также в Японии; 2) японское логографиче-ски-слоговое письмо, исторически происходящее от китайского, но отличное от него по типу (90 млн. чел.); 3) корейское лигатурно-звуковое письмо — кунмун — с частичным, пережиточно сохраняющимся использованием китайских иероглифов (30 млн. чел.); 4) эфиопское слоговое письмо (около 20 млн. чел.); 5) греческое письмо (около 8 млн. чел.); 6) грузинское письмо (около 3 млн. чел.); 7) армянское письмо (около 3 млн. чел.); 8) еврейское письмо (около 3 млн. чел.); 9) монгольское письмо (в китайской Монголии); 10) сирийское письмо (у восточных христиан Сирии, Ирана и некоторых других стран Азии). В целом этими десятью системами письма пользуется более 30% населения мира, в том числе китайским около 25%.
      Пережиточно сохраняется также несколько архаических систем письма Африки (тифинак, ваи, баму, сомали) и эскимосов Аляски.
      В свою очередь в зависимости от применения различных типов письма население мира распределяется следующим образом: логографическое письмо (Китай, отчасти Япония) около 25% населения мира; слоговое (Индия, Индо-Китай, Тибет, Цейлон, отчасти Япония, Эфиопия) — около 25%; консонантно-звуковое письмо (арабское и еврейское) — около 10%; вокализованно-звуковое (все остальные системы письма) — около 40%.
      12
      Из различных типов письма в дальнейшем, видимо, исчезнут ло-гографические системы, в связи с запроектированным переходом Китая на буквенно-звуковое письмо и с вытеснением китайской иерогли-фики из корейского и японского письма; однако логографические знаки (цифры, терминограммы), несомненно, получат еще большее применение в системах научных обозначений. Слоговое письмо, вероятно, сохранится у тех народов, языки которых обладают ограниченным количеством разных слогов (например, в Японии); консонантнозвуковое — у народов (например, у арабов) с консонантным строением корневых основ.
      Наибольшей жизненной силой, видимо, обладают латинская и славянская группы систем письма. Об этом свидетельствует: переход на латинскую основу Турции, Индонезии, запроектированный переход на ту же основу Китая; переход на славянско-кирилловскую основу среднеазиатских и ряда кавказских народов СССР, а также Монгольской Народной Республики; происходящее вытеснение сирийского письма, а тем более различных архаических систем письма (тифинак, ваи и т. п.).
      Выше уже отмечалась желательность некоторого, постепенного сближения латинской и русской групп буквенно-звукового письма; отмечалась также желательность унификации начертания и применения диакритических знаков и дополнительных, в частности лигатурных букв, применяемых в этих системах письма. Видимо, следует ожидать и приближения письма к современному литературному языку у тех народов, в орфографии которых преобладает историкотрадиционный принцип. Надлежит упомянуть также о попытках создания единого международного алфавита 10.
      10 См. А. В. Суаераиская. Международный алфавит и международная транскрипция. «Вопросы языкознания:, 1958. № 4.
      Общая сфера применения письма, резко расширившаяся после изобретения бумаги, книгопечатания, развития периодики и т. п., в настоящее время несколько сокращается. Это обусловлено все более широким распространением других, новых способов закрепления, передачи и воспроизведения речи — звукозаписи, телефона, патефона, радио, звукового кино и т. д.
      Тем не менее, письмо и, в частности, книга навряд ли смогут быть вытеснены этими новыми, техническими способами, так как книга является наилучшим средством для углубленной работы над текстом, в особенности над текстом справочным, научным, учебным и в несколько меньшей мере литературно-художественным.
      Это обусловлено рядом обстоятельств. Во-первых, чтение по сравнению с перечисленными техническими способами воспроизведения речи не требует сложной аппаратуры и не мешает окружающим; поэтому оно может осуществляться в любом месте и в любое время. Во-вторых, чтение протекает, как правило, быстрее, чем слушание того же текста; особенно большое значение это имеет для крупных литературно-художественных (например, для романов) и научноучебных текстов. В-третьих, письменные тексты легче допускают беглый просмотр, выборочное, повторное чтение, наведение справок и другие приемы научной и учебной работы с текстом.
      Наибольшую угрозу новые способы воспроизведения речи представляют для различных видов корреспонденции и для массовой злободневной периодики. Кроме того, в будущем эти способы, вероятно, еще несколько потеснят, но, конечно, не вытеснят из книги некоторые малые литературно-художественные, научно-популярные и массово-политические жанры.
      Таковы вероятные перспективы развития письма.

 

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru