НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

Библиотечка «За страницами учебника»

Учусь быть здоровым, или Как стать Неболейкой. Семёнова И. И. — 1989 г.

Ирина Ильинична Семёнова

Учусь быть здоровым,
или Как стать
Неболейкой

*** 1989 ***


DjVu


PEKЛAMA Заказать почтой 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD. Подробности...


 

      ГЛАВА 1. В которой Петька спит и не знает о том, что происходит
     
      Сон был крепкий, легкий и веселый. Звали его Петинсон. Здоровье в нем так и булькало. Он сидел у Петьки на подушке, пуская время от времени легкие сонные пузыри. Они напоминали мыльные, но глаза не щипали. В каждом было что-нибудь интересное. Сначала над Петькиной головой пролетел пузырь с белой лошадью. Петьке приснилась цирковая арена, лошадь танцевала вальс, изящно перебирая длинными ногами. Во втором пузыре покачивался плот с пестрым парусом. Петька поплыл на нем вдоль маленькой речки. Теплый ветер шевелил парус, позади оставались люди и деревни, впереди ждала Неизвестность. Что может быть лучше! Петинсон решил продлить Петьке удовольствие и следующий пузырь выпускать не стал.
      Чтобы не скучать от безделья, пока Петька плавает, Сон уселся на подушке поудобнее, вытащил маленькую дудочку и принялся наигрывать сонную песенку:
      Сонный месяц влез в окошко,
      В башмаки обуты ножки.
      Он несет с собой лукошко Кислой ягоды морошки.
      Под простынкой дремлет кошка И мурлычет понемножку.
      С молоком ей снится плошка Или мышка на дорожке. Месяц сел среди дорожки,
      На руках качает кошку. Мышка сны несет в лукошке, В башмаках у мышки ножки. Из открытого окошка На пол сыплется морошка.
      Дальше нужно опять было петь про молоко, про то, что его немножко в плошке, но тут скрипнула дверь. Трусливо озираясь, в комнату пролезло тощее существо со злющей физиономией. Желтое платье незваной гостьи поблескивало кусочками битого стекла и торчащими во все стороны иголками.
      — Ангина! — в ужасе воскликнул Петинсон, спрятал дудочку, загородил собой Петьку и приготовился к бою.
      — Я самая, — гостья злобно улыбнулась. — Сейчас тебя укушу, а у Петьки стащу здоровье.
      Сон булькнул и выпустил на волю пузырь с золотистозелеными лимонами.
      — Не хотите ли лимонного сока, ваше болезненное величество? — спросил он.
      Ангина попятилась.
      Петинсон что было сил дунул на пузырь. Тот перевернулся в воздухе, наткнулся на колючее платье, лопнул, капли сока брызнули во все стороны. Ангина съежилась, сморщилась, запищала и отползла в угол.
      — Вот что значит знать слабые места своих вра-
      гов, — важно пробубнил Сон, вытаскивая дудочку. — Ангина боится лимонного сока. Капнем на нее этой волшебной жидкостью — и победа за нами.
      На радостях он выдул огромный пузырь, в котором поместился целый музейный зал. В стеклянных витринах стояли старинные греческие вазы. По их черным бокам бежали, прыгали, бросали копья и неслись в высоких колесницах древние спортсмены-олимпийцы.
      Пузырь взлетел над Петькиной головой, и Петька увидел себя возле витрин вместе со старшим братом — пятиклассником Антоном. Антон уже прошел в школе историю Древней Греции. Петька с жаром теребил брата, расспрашивая про древние Олимпийские игры. Однако Антон отвечал на удивление вяло и все оглядывался, ища скамейку. Он был бледен, ему хотелось сесть.
      — С Антоном неладно, — сказал себе Петинсон. Дунул. Олимпийцы исчезли, а Петька снова очутился на плоту под пестрым раздутым парусом. Сон же приложил к губам дудочку, но уже не заиграл, а свистнул. Никто не отозвался. Он свистнул погромче. На соседней кровати что-то шевельнулось. Из-под одеяла вылез Антошкин Сон и сел на край подушки. Он был тяжелый, скучный, здоровье в нем еле поскрипывало.
      — Что с тобой? — спросил Петинсон.
      — Вчера Антон выпил холодного кваса. Застудил горло и теперь...
      Договорить не удалось. Из угла с визгом выскочила Ангина, набросилась на Антошкин Сон, схватила здоровье и, позвякивая стекляшками, вылетела в окно.
      — Ты что же не защищался? — возмущенно закричал Петинсон.
      — Где мне после холодного кваса! Сил нет, — Антошкин Сон вяло повалился на подушку. (Маленькое облачко в черную и белую клетку поднялось и задрожало в воздухе.) Антон застонал, но не проснулся.
      — Плохо дело, — вздохнул Петинсон. — Надо маму звать.
      Он снова приложил к губам дудочку. Тихие звуки полетели в соседнюю комнату. Чуткий Мамин Сон сразу все понял и спрятался под кровать. Мама открыла глаза, быстро встала и вошла в комнату к детям.
     
     
      ГЛАВА 2
      Куча неприятностей
     
      ень начался с пропажи. Ну ладно, носок бы пропал или ботинок куда завалился. Рубашка в конце концов! Но не обнаружить рано утром на соседней кровати родного брата — это уже слишком. Умываться пошел? Как же! А одеяло? А подушка?
      Мама! — закричал Петька. — Где Антон?
      Тише, — сказала мама, — захворал Антон, горло ночью заболело, температура высокая. Я его в большую комнату переложила.
      Она на всякий случай посмотрела и Петькино горла, убедилась, что все в порядке, и пошла звонить на работу. Предупредила, что не придет, с больным сыном останется.
      Петька встал и нехотя начал делать зарядку. Вообще он любил как следует поразмяться утром. Любил побегать вместе с папой и братом вокруг дома, если, конечно, погода хорошая. Но сегодня Антон лежал больной, папа был в командировке, а в одиночку дело шло совсем плохо. Петька помахал руками, кое-как присел и собрался уже натягивать костюм для бега, да случайно взглянул в окно. А там! Небо затянуто серыми тучами, на дороге грязное месиво из тающего мартовского снега, моросит колючий весенний дождь. Серый день, слякоть! Бег отменяется! Настроение совсем испортилось.
      - Ну, нет, — одернул сам себя Петька, — ишь, навалилась куча неприятностей! Не сдамся! Папа говорит, что с ними нужно бороться!
      Он выпрямился, вдохнул полной грудью и сделал зарядку по всей форме. Потом подошел к окну, показал язык слякотной погоде и побежал в ванную.
      Душ, завтрак, ранец на спину — ив школу. Был последний день третьей четверти. Ученику 2 класса «б» Петру Лыкову предстояло вечером порадовать маму пятеркой по чтению. Когда такая радость — уроки летят быстро.
      Из школы он шел один, мучительно соображая, чем бы заняться.
      «В цирк билеты пропадают — это ясно. Они на сегодняшний вечер. Мама Антона не оставит, папа в командировке, идти не с кем. Эх, жаль, лошадь белую не увижу. Клоунов жаль, фокусников. Канатоходцы — ладно. Я на них все равно никогда не смотрю, только хлопаю, когда вниз слезут. А вот лошадь... — Петька вздохнул. — Может, по телевизору что хорошее покажут? Сказку дочитаю, да еще доски для плота найти надо!» — вспомнил он и принялся внимательно глядеть по сторонам.
      В широкой канаве среди грязных обломков льда плавал огромный щит с надписью «Родители! Не допускайте детей на стройплощадку!».
      «Плотик что надо!» — обрадовался Петька, резко обернулся в поисках шеста, но вдруг увидел у своего подъезда «скорую помощь».
      «К нам!» — решил он и со всех ног рванул домой.
     
      ГЛАВА 3
      Неоконченная сказка
     
      австречу ему из квартиры вышли мама, врач и молоденькая медсестра с чемоданчиком.
      Врач внимательно посмотрел на Петьку,
      — Брат? — спросил он у мамы.
      Мама кивнула.
      Изолируйте! — строго сказал доктор. — Ангина
      вещь заразная, — и пошел к машине, объясняя маме про витамины и настой липового цвета.
      Медсестра двинулась за ним, Петька потянул ее за рукав:
      А чем меня будут изолировать? — спросил он. Ему приходилось видеть, как папа, когда чинил утюг, заматывал провод изоляционной лентой — изолировал. А вот чем его, Петьку, замотают, было не ясно. Медсестра остановилась и объяснила:
      — Когда в доме больной гриппом или ангиной, дети не должны входить к нему в комнату. Это и есть изоляция. Ты к Антону не заглядывай, пусть поспит спокойно. Тогда его здоровье скорее вернется, да и сам не заболеешь.
      А откуда здоровье вернется? — девушка Петьке понравилась, ему захотелось с ней поболтать.
      — Как откуда? — В голубых глазах вспыхнули озорные искры. — Из королевства Простуды. Его туда ангина утащила, — лицо у медсестры было серьезное, но Петька все равно понял, что она шутит.
      — Лиза, я тебя жду! — позвал с улицы доктор.
      Медсестра побежала к машине.
      — Ну вот, вечно эти взрослые! Не дал сказку дослушать, — Петька вздохнул и шагнул в квартиру.
      Обед ждал на столе. Петька вымыл руки и принялся за суп. Есть без брата было скучно. Он решил Создать себе общество и тихонько посвистел. Из-под шкафа вышел маленький хомяк по кличке Киселев. Сел на задние лапки и уставился на хозяина.
      — Привет, — сказал Петька, заглянул в чашку и добавил: — на третье — компот. Твоего любимого молочного киселя нет. Грушу хочешь? — он вытащил черную разваренную грушу.
      — Сколько раз говорила: не корми хомяка у стола! — воскликнула мама. — У домашних животных: хомяков, кошек, собак — должно быть свое место для кормежки.
      — Давай заведем собаку! — в тысячный раз попросил Петька. — Мы ее кормить всегда в одном месте будем.
      — Для вас с Антоном не собаку, а розги надо завести. Да драть, как Сидорову козу, — ответила мама и вышла.
      Хомяк почему-то засопел.
      — Думаешь, правда драть будет? — спросил у него Петька и успокоил: — Не бойся. Не знаю, как эту козу, а нас с Антоном за всю жизнь пальцем не тронули.
      — Драть вас надо за то, что здоровье не бережете, — продолжила мама, вернувшись с рецептом. — Антон вчера кваса холодного напился, ты сегодня полные сапоги воды начерпал, тоже мог простудиться. Так что надень сухие носки, ботинки и иди в аптеку. Купи витамины. Да смотри — лужи обходи.
      — Хорошо, хорошо, — радостно закивал Петька, — я в старую аптеку пойду, к ней дорога посуше.
      Он быстро переобулся, схватил рецепт, деньги, сунул в карман Киселева и побежал.
      Петька жил в новом районе на самом краю Москвы. Когда-то тут были дачи. Кое-где виднелись остатки заборов, а на месте деревянных домиков построили голубые бащни. Сохранилось только одно старое здание — двухэтажное, с кружевными балконами. Оно стояло
      на пригорке у самой дороги, среди высоких кленов. На стене сияли доски из блестящего металла. На каждой — фамилия какого-нибудь знаменитого врача, побывавшего в доме прежде. Врачи ездили сюда к своему другу — аптекарю. Висели еще две доски, попроще.Белая и черная. На белой ярко выделялось слово АПТЕКА, на черной ровными желтыми буквами было написано: «Памятник архитектуры XIX века. Охраняется государством».
      Петька считал, что другой аптеки — памятника просто не существует и что ему очень повезло. Он любил все старинное и необыкновенное. А аптека поражала его не только снаружи. Внутри тоже было на что посмотреть. Маленькие резные шкафчики светились разноцветными стеклами. На прилавке сидели деревянные львы, под потолком на цепях висела огромная люстра. В стене напротив окна виднелись три двери. Две небольшие, обычные, а третья тяжелая, на массивных петлях, с колокольчиком. Ею никогда не пользовались.
      Работала в аптеке маленькая добрая старушка Варвара Сидоровна. Когда Петька попал сюда в первый раз, он очень удивился всему, что увидел. Даже спросил старушку, не боится ли она больших львов. Старушке шутка понравилась. Они подружились.
      Однажды Варвара Сидоровна дала ему посмотреть две таблицы. На одной был нарисован человеческий скелет, а на другой — то, что у людей внутри. Каждый человек, объяснила старушка, должен знать строение своего тела. Это поможет ему поддерживать организм в порядке, а значит, сберечь самую большую ценность — здоровье. Петька внимательно рассмотрел таблицы, а на следующий день пришел с альбомом и кое-что перерисовал. Рисунки показал своим друзьям Женьке и Корнею. Ребята рисунки похвалили и одобрили Петькино решение стать врачом. Обещали, что будут приводить к нему на лечение всех своих родственников. Сами они в будущем болеть не собирались. Варвара Сидоровна тоже похвалила рисунки. Назвала Петьку любознательным, старательным, обещала познакомить со своим внуком Сидором, студентом мединститута.
      Про Сидора Петька слышал не раз. Студент со школьных лет увлекался биологией. Биология — это
      такая наука, которая изучает на Земле все живое. От самых маленьких существ — микробов до самых больших — китов. И растения биология изучает: они ведь тоже живые. Петька узнал от Варвары Сидоровны, что слово «биология» не русское, а древнегреческое, состоит из двух слов «биос» — жизнь и «логос» — учение. Вот это самое учение о жизни Сидор и начал постигать с 4 класса. В кружке юных биологов при зоопарке. Петька решил туда через два года записаться. В кружке Сидор ухаживал за ламами, муфлонами и козлотурами, а Петьку больше привлекали лошади, пони и зебры.
      А сейчас Петька внимательно обходил лужи и думал о лошадях. Если бы у него была лошадь, то можно было бы ехать по воде, не глядя под ноги.
     
      ГЛАВА 5
      Дверь с колокольчиком
     
      Перед аптекой Петька аккуратно вытер.ноги. Привычно толкнул дверь, вошел, но вместо старушки обнаружил за прилавком незнакомого молодого человека. Он взял рецепт, посмотрел и сказал:
      Придется немного подождать. Заведующая за товаром уехала. Как раз витамины кончились.
      Можно, я тут подожду? — спросил Петька. Можно, — молодой человек открыл учебник английского и стал выписывать слова на маленькие бумажки.
      Петьке пришло в голову, что незнакомцу не очень хочется заниматься английским. Тогда он рассказал ему о своих несчастьях. Потом достал из кармана хомяка.
      — Симпатяга. Как его зовут? — незнакомец почесал зверька за ушком.
      — Киселев. Он молочный кисель любит. А меня Петя зовут.
      Меня Сидор, — незнакомец протянул руку.
      Ой, вы бабушкин внук!
      — Конечно, все мы бабушкины внуки.
      Петька засмеялся:
      — Я вашу бабушку знаю. Мы с ней друзья. Жаль, ее нет. Уж она наверное знает, как от этой старой аптеки пройти туда, где Ангина прячет Антоново здоровье, — он хитро посмотрел на студента.
      — А-а, — кивнул головой Сидор, ничуть не удивившись, — так я это место тоже знаю, только оно далеко.
      — Ничего, — обрадовался Петька. — У меня время есть — каникулы. А где дорога?
      — Видишь дубовую дверь с колокольчиком? Закрой глаза, толкни ее и ступай. Попадешь куда надо. Да Киселева возьми. Он у тебя санитаром будет, — и Сидор сделал хомяку маленький белый колпачок из кусочка марли.
      Петька сказал «спасибо», свистнул хомяку, толкнул резную дверь и, не глядя, шагнул вперед.
     
      ГЛАВА 6
      Под Кудыкиной горой
     
      Когда Петька открыл глаза, кругом шумел лес. Майский лес, с нежной зеленой листвой и желтыми одуванчиками, украшавшими придорожный бугор. Кроме одуванчиков бугор украшал Киселев. Он сидел на чемоданчике с красным крестом. Пройдя через дубовую дверь, хомяк очень вырос: стал выше Петьки. И приоделся — на голове белая шапочка, на плечах халат, как у доктора.
      — Вы чего в цветы уселись? — от неожиданности Петька обратился к хомяку на вы.
      — Я не в цветы, я рядом, — Киселев встал.
      Ой, — испугался Петька, — ты говорить умеешь? — он снова перешел на ты.
      Если ты думал, что не умею, то кому вопрос задал?
      — Тебе.
      — Если мне, то я ответил, — хомяк поправил халат. — Пошли?
      — Куда?
      За Кудыкину гору. Тошкино здоровье выручать.
      Петька оглянулся. За спиной действительно возвышалась гора. Под горой на дороге стояли указатели и разноцветные щиты. Голубой предлагал летать самолетами Аэрофлота, зеленый призывал беречь лес, на красном сияли цифры 01. Стрелка нового пластмассового указателя подсказывала, как пройти к санаторию «Свет и воздух».
      Нам сюда, — Петька ткнул пальцем в пластмассу. — Здоровье всегда в санаториях берут. Его там выдают по путевкам.
      — Но у нас нет путевки, — возразил Киселев.
      — Выдадут, выдадут! Я скажу, что мне для брата. — Петька был твердо уверен, что просить для других не стыдно.
      — Нет, там нам ничего не выдадут. Ангина утащила Тошкино здоровье совсем в другую сторону,; — и хомяк потрогал замшелый столб, тоже увешанный указателями.
      Они были повернуты в противоположном от санато-
      рия направлении и очень удивили Петьку. «Страна ватных одеял», например, было не написано, а выклеено из перьев. Найти дорогу к замку Зубной Боли помогал огромный леденец, каким-то хитрым образом приклеенный к столбу. Если кто хотел попасть в Растяпию, то дорогу ему показывал костыль. Названий Петька насчитал штук десять — и одно чуднее другого. Под каждой надписью было указано расстояние. Дальше всего находилось королевство Простуды.
      — Ангина утащила здоровье к Простуде. Так что нам туда, — пояснил хомяк.
      — Далеко, — вздохнул Петька. — Не устанешь чемоданчик нести?
      — Устану — тебе отдам.
      — А в нем что?
      — Всякие штуки медицинские. Бинты, йод, горчичники.
      — Ой, йод, горчичники! Это я не люблю! И зачем их брать — тяжесть лишняя?
      — В пирожных ковыряйся: корзиночку люблю,
      эклер не люблю! — рассердился Киселев. — А в медицине ничего лишнего нет.
      — Ты-то откуда знаешь?
      — Сидор сказал. Он дал чемоданчик и велел открывать его только в случае опасности. Все, что нужно, из него само выскакивать будет.
      — Всю жизнь мечтал, чтобы на меня горчичник выскакивал, — развел руками Петька.
      — Надо будет, так выскочит. И вообще, ты меня слушайся. Я санитар, — хомяк поправил шапочку, — меня Сидор назначил. Да и выше я тебя на целых десять сантиметров.
      «Выше еще не значит умней...» — подумал Петька, но спорить не стал. Честно говоря, рядом с Киселевым он чувствовал себя значительно увереннее.
      — Пошли, — хомяк прыгнул с бугра в сухую дорожную пыль и запел:
      Старший брат сражен недугом И один не справится!
      За здоровьем вместе с другом Младший брат отправится.
     
      ГЛАВА 7
      Кто там, у болота?
     
      Хорошо, что он поет, — рассуждал про себя Петька. — С песней идти веселее. Я тоже сейчас спою. Про красную конницу. Очень 00 походная песня».
      Но запеть походную песню не удалось. С горы послышался свист.
      — Рак на горе свистнул, — сказал Киселев, прислушиваясь.
      — Что это он надумал? — как можно безразличнее спросил Петька. Пусть Киселев не воображает, что свистящие раки — диковинка, известная только хомякам.
      — Опасность заметил. Предупреждает. С горы далеко видно — вот он и свистит в случае чего, — хомяк принюхался.
      — Он теперь всегда на горе живет? — продолжал Петька знакомство с невидимым раком.
      — Нет. Зимует рак вон там... Ой! — Киселев схватил Петьку за руку, и они оказались в придорожной канаве.
      Хулиганы! Чуть не раздавили! — отскакивая в сторону, возмущенно каркнула ворона.
      — Извините, мы нечаянно. — Петька потер ушибленный бок.
      — Редкое явление природы — вежливые хулиганы! Разрешите рассмотреть поподробнее! — ворона надела очки и добавила: — Ладно, я не сержусь. Вы от Кашля с Насморком прячетесь?
      Тут только Петька заметил тех, кто так напугал хомяка и о ком предупреждал рак.
      На берегу того самого болота, где, как уверял Киселев, раки зимуют, сидели двое. Один толстый и красный, другой тощий и бледный.
      — Апчхи, счастливого пути, — говорил бледный.
      — Кхе-кхе, желаю удачи, — вторил красный.
      — Странно, — удивился Петька, — они с кем-то прощаются, а никто не уходит.
      — Зато сколько улетает! — проворчала ворона. — Красный Кашель говорит «кхе-кхе» и выпускает на волю множество невидимых кашлей. Его дружок Насморк желает счастливого пути своим капельным насморкам, и те разлетаются во все стороны.
      — Ага, — задумчиво протянул Петька, — теперь ясно, почему говорят воздушно-капельная инфекция.
      — Почему? — не понял Киселев.
      — Ну как же, эти кашлюшки и насморчишки очень маленькие. А маленькое часто называют «капельное».
      — Позволю себе заметить, — вмешалась в разговор ворона, — передачу инфекционных заболеваний называют капельной потому, что маленькие кашли и насморки, перемещаясь по воздуху в каплях слюны...
      — Короче, когда чихаешь, надо рот платком закрывать, — нетерпеливо сказал Киселев. — Простое правило, которое знают все, кроме этих двух, — продолжал он сердито, — ишь расфыркались! Вон ребенок рядом. Проглотит кашлюшку или насморчишку — и заболеет.
      Петька приподнялся на цыпочки и выглянул из канавы. В кустах лежал связанный мальчик лет шести.
      — Ой, мальчик... Худой-то какой! — пожалел его Петька.
      — И не говори, — вздохнула ворона. — Никакого телосложения, одно теловычитание. А ведь как о нем заботятся! Папа, мама, две бабушки, два дедушки и старшая сестра не дают Егорушке, так мальчика зовут, шагу без присмотра ступить. Но с ним все равно постоянно что-то происходит.
      — У семи нянек дитя без глазу, — заметил хомяк.
      — Нет, нет, — ворона поспешно поправила очки, — с глазами у него все в порядке. А вот дырка в зубе есть, аппетит плохой. Вчера он коленку разбил, а сегодня, пожалуйста, попал в лапы Кашля и Насморка. В общем, здоровье у ребенка растеряно по частям, — ворона вздохнула и добавила: — Я, собственно, из-за него в канаве оказалась. Хотела отнять у негодяев. Но не справилась. Кашель схватил меня, ученую ворону, за лапу и зашвырнул сюда.
      «Вот почему она так длинно объясняет, — подумал Петька, — ученые знают слишком много разных слов. Им все сразу сказать хочется».
      — Они его к Простуде тащили? — спросил Киселев.
      — К ней, — опять вздохнула ворона, — отдохнут и дальше двинутся.
      — А кто она такая, Простуда? — Петька посмотрел сначала на хомяка, а потом на ворону.
      — О-о! Простуда — злая королева многих болезней! — пояснила ворона. — Если человек не любит свежий воздух, кутается, боится холодной воды, в общем, не закален, Простуда тут как тут! Й не одна, а со всей своей свитой: Кашлем, Насморком, Ознобом, Высокой Температурой. Они хватают больного и начинают его мучить.
      — Надо спасать! — хомяк открыл чемоданчик.
      Первый бой
      апахло мятной зубной пастой. Из чемоданчика медленно выплыла красивая дама в голубом длинном платье. Мятным настоем запахло сильнее. Дама качнулась в воздухе, приблизилась к Петьке, погладила его по голове, ласково спросила:
      — Ты чихаешь, детка?
      Вслед за дамой выскочил небольшой крепкий мужичок в кепке и желтом костюме. Под мышкой он держал два термоса. Запах мяты смешался с запахом горчицы.
      — Может, кашляешь? — затараторил мужичок. — Это мы мигом. Маслицем подсолнечным спинку смажем, горчичничек прилепим — и порядок, здоров, — он протянул Петьке термос в полоску.
      — Нет, нет, спасибо! Я здоров! — Петька попятился.
      — В вашей помощи нуждается лицо, лежащее в кустах у болота, — произнесла ворона научным голосом, заложила крылья за спину и прошлась по канаве.
      — Все полечим: лицо, пятки! — заверил Горчичник.
      — Я имею в виду лицо как единицу измерения, — уче-
      ная ворона протерла очки. Она, по всей видимости, собиралась прочесть лекцию, но ей снова помешали.
      — О, ужас! — вскрикнула голубая дама. — Насморк опять к маленькому привязался! Забыл, видно, кто такая — Мятная Капля! — дама взвилась в воздух.
      — Кто такая — Мятная Капля? — спросил Петька у мужичка.
      — Это она сама и есть. А я Горчичник, — мужичок вытащил из кармана три луковицы. — Ты, вот что, милок, съешь-ка луковку. Вы, ребята, тоже по кусочку откусите, не бойтесь, — обратился он к вороне и хомяку.
      — Это еще зачем? — недовольно спросил Киселев.
      — О, лук — замечательное средство. Если рядом кто кашляет или чихает, первое дело — лук поесть. Тогда никакой Насморк с тобой не справится.
      Петька с Киселевым запихали в рот по маленькой луковке и начали мужественно ее жевать. Ворона быстренько запрыгала на другой конец канавы.
      — Э-э, нет, — Горчичник двинулся за ней, — так не пойдет.
      Он очистил луковицу. Ворона со вздохом клюнула кусочек.
      — Другое дело, — одобрительно сказал Горчичник, и, протягивая синий термос, попросил Петьку: — Ты, милок, мне водички тепленькой на спину плесни.
      — А вы сначала хотели маслом спину мазать? — напомнил Петька.
      — Так это если горчичник ставить, чтоб не больно было. Прекрасный способ: марлю смочить теплым подсолнечным маслом, приложить к спине. Сверху — мокрый горчичник, да полежать в тепле минут двадцать. И не щиплет, и болезнь выгоняет. Но уж Кашель я припеку как следует. Ты только водички плесни.
      — Вы пиджак снимите, — попросил Петька.
      — Лей прямо на него, в нем вся моя сила!
      Петька плеснул на спину Горчичнику теплую воду, тот радостно поежился, выскочил из канавы и побежал к болотцу.
      Тем временем Мятная Капля опустилась с небесной высоты прямо на длинный распухший нос Насморка, вцепилась в него и принялась трепать из стороны в сто-
      рону. Насморк завыл, заскулил, заметался. Но Капля держала его крепко. Увидев, как обернулось дело, Кашель сорвался с места, собираясь бежать. Да не тут-то было! Горчичник навалился ему на спину своей спиной, оторвал ноги от земли и, весело покрякивая, задрыгал ими в воздухе. Кашель взвыл громче Насморка, попытался стряхнуть Горчичник, но не смог и взлетел.
      — Что теперь будет? — со страхом спросил Петька.
      — Мятная Капля и Горчичник станут гонять Кашель и Насморк до тех пор, пока те не выдохнутся, — ответил Киселев, вылезая из канавы. — Пойдем Егорушку развязывать. Бери чемоданчик. Он, кстати, полегче стал. Лишняя тяжесть — Горчичник улетел, — хомяк укоризненно покосился на Петьку.
      — Ладно, ладно, — примирительно сказал тот, — я же не знал, что Горчичник такой отважный.
      По горячим следам
      етька выбрался из канавы, взял чемоданчик и двинулся за Киселевым. Ворона остановила его:
      Хочу обратить твое внимание на состояние брюк. У меня создается впечатление...
      Киселев оглянулся.
      — Петь, отряхни колени, — сказал он и, обращаясь к вороне, добавил: — Говори короче, не умничай!
      — Умолкаю навсегда! — ворона обиделась, надулась,
      взлетела на ветку дуба и села носом к стволу.
      Стряхивая прошлогодние листья, Петька наклонился. Вдруг кто-то длинный, тощий, как Насморк, и красный, как Кашель, выскочил из рощи, перелетел через Петькину спину, оттолкнул Киселева, подхватил связанного Егорушку и припустился бежать по дороге. Через секунду лесная чаща скрыла грабителя.
      — Ужас, конец, все пропало! — заорала забывшая обиды ворона.
      — Кто это? Объясни толком, — хомяк подбежал к дереву.
      — Высокая Температура, ее послала Простуда.
      — Ясно! Ведь можешь без лишних слов! — похвалил птицу Киселев. — Догоним, — он резко повернулся и застыл на месте: следов на дороге было видимо-невидимо. Какие принадлежали похитительнице, ни хомяк, ни Петька не знали.
      Они в растерянности посмотрели на ворону.
      — Горячие, — ворона склонила голову и скосила правый глаз.
      — Что горячие? — хором спросили друзья.
      — Вы же просили короче, — ворона ковырнула лапой ветку и снова отвернулась. Обиду вспомнила.
      — Теперь не вредничай! — рассердился Киселев. — Ребенок в беду попал, а ты обиды разводишь. Нашла время. Знаешь, так объясни.
      — Высокая Температура оставляет горячие следы, — быстро затараторила ворона. Ей стало стыдно.
      — Поищем, — Киселев наклонился над дорогой, пытаясь определить, какой след теплее. Это оказалось нетрудно. — Нашел, идем, — позвал он Петьку.
      Друзья быстро двинулись по горячим следам. Ворона старалась не отставать и объясняла на лету:
      — Высокая Температура долго бежать не сможет. Устанет да сядет на полянке отдохнуть. Вот тут-то вы ее и нагоните. Только вам сначала к козе Белле завернуть придется.
      — К кому? — не понял Петька.
      — К Сидоровой козе Белле. За настоем липового цвета. Коза заведует Зеленой аптекой. Она вам даст липовый настой. Лучшее средство против Высокой Температуры.
      — А почему коза Сидорова? — как-то настороженно спросил Киселев. — Это у нее фамилия такая — Сидорова?
      — Нет, фамилии у нее нет. Просто эту козу Сидор вырастил, когда в кружке занимался, при зоопарке, — пояснила ворона и торопливо добавила: — Я, пожалуй, вперед полечу, предупрежу, что вы идете. Пусть готовит, чтобы.время не терять. С Высокой Температурой, — ворона снова перешла на научный тон, — нужно начинать бороться как можно раньше, — и она унеслась
      Давай, давай, — сказал Киселев повеселевшим / голосом. Он обрадовался, что у козы Беллы не оказа-t лось фамилии.
      «Киселев, Сидорова — это как-то чересчур, — подумал хомяк. — Пусть уж из зверей я один буду с фамилией, а остальные с именами».
      — Петь, — окликнул он товарища, — надо ворону спросить, как ее зовут.
      — Надо, — согласился Петька и предложил: — Давай бегом, а то следы остынут.
     
      ГЛАВА 10
      Урок древних языков
     
      ысокая Температура в постели лежать должна, а не по лесу бегать, — бубнил хомяк, — она соображает совсем плохо. Это ж надо такую дорогу выбирать — то бугор, то канава. Береги дыхание, на бегу не разговаривай, — прервал его Петька. А про себя подумал: «Хороню, что Антон научил меня бегать с препятствиями. Киселев с дорогой еле справляется, а мне хоть бы что».
      Он лихо перепрыгнул корягу, вскочил на пригорок и...
      — Вот она! — крикнул Петька.
      За деревьями мелькнула высокая фигура в красном.
      — Тише, не на футболе. Кричишь, будто гол забили! — зашипел хомяк. — Не знаешь разве, что от шума Высокая Температура еще сильнее больного сжимает. Ему хуже становится.
      Петька замер и прислушался. Егорушка застонал.
      — Вот видишь, — проворчал Киселев, а Петька закусил губу.
      Тем временем Высокая Температура решила отдохнуть. Она бросила скованного мальчика на кучу прошлогодних листьев, сама уселась на пенек и прикрыла глаза.
      Под большой липой стояла красивая пушистая коза и слизывала с травы маленькие исписанные бумажки. Они показались Петьке знакомыми.
      Нет такой ноты, — повторил он, — есть до, ре, ми, фа, соль, ля, си.
      Нота бэнэ означает «обрати внимание», — коза слизнула очередную бумажку.
      На каком языке?
      На латинском.
      Ты-то где его выучила, коза? — удивился Киселев. А Петька не удивился. Он решил вообще ничему не удивляться, пока обратно домой не попадет.
      — Белла ее зовут, — напомнила сидевшая на ветке ворона.
      Киселев, — хомяк шаркнул ногой и снял белую шапочку. Он подумал, что с образованной козой нужно обращаться попочтительнее.
      Петр Лыков, — Петька посмотрел на Киселева и тоже решил держаться посолиднее. На всякий случай он перешел с козой на вы. — Так где же вы латинскому научились?
      — Да это мы с Сидором, — уклончиво ответила Белла и добавила: — Со мной можно на ты, без церемоний.
      — Без чего? — спросил хомяк.
      церемоний.
      У нас их и нет, — заверил козу Петька, — может, в чемодане лежат? А, Киселев?
      Коза засмеялась.
      Церемонии — это когда отношения не простые, не дружеские.
      А-а, — протянул Петька, — пойятно! Это когда друг другу по шее дадут, а потом не разговаривают.
      Вот, вот! — кивнула коза. — Вроде этого.
      Так как же насчет латинского языка? — хомяк любил во всем ясность. — Как тебе удалось его осилить?
      — Очень просто. На первом курсе института. Сидор
      готовился к экзамену по латинскому и шпаргалки писал. Я их съедала. Пришлось ему все выучить на «пять» безо всяких хитростей. Ну, и я заодно язык усвоила.
      — Зачем Сидору латинский? — спросил Петька.
      — Как же! Ведь он на врача учится. Все медики мира знают латинский и немножко греческий. Это древние языки. На них писали и говорили самые первые врачи. И самый главный медицинский учебник — анатомия — на латинском написан. Так что без этих языков медицину не освоишь. Кстати, — коза прищурилась, — ты, Петя, тоже знаешь некоторые латинские и греческие слова.
      — Знаю одно — биология, — уверенно ответил Петька.
      — Больше знаешь. Просто никто никогда не говорил тебе, что пришли они в русский язык очень-очень давно. Ну, например, известно ли тебе слово «телевизор»?
      — Ой, сказанула! — Петька зажал рот, чтобы громко не смеяться. — Телевизор! Его, если хочешь знать,
      изобрели всего лет пятьдесят назад. Какая же это древность?
      — Сам телевизор, конечно, вещь новая, а слово древнее. Оно состоит из двух слов: греческого «теле» — далеко и латинского «визо» — смотрю.
      — Точно, — согласился Петька, — когда телевизор смотришь, такую даль увидеть можно. Особенно в Клубе кинопутешественников. Скажи еще что-нибудь по-древнему, только понятное.
      — Пожалуйста. Библиотека. «Библио» — книга, «те-ка» — хранилище. Или вот — цирк. В переводе с латинского — «круглый».
      — Я еще слово придумал! — Петька даже подпрыгнул. — Телефон. В переводе с древнего — «далеко слышу». Так?
      — Так, — коза слизнула с травы новую бумажку.
      — А это что? — спросил хомяк.
      — Это мы с Сидором английский учим. Инглиш, стало быть.
      «Конечно, — вспомнил Петька, — бумажки те самые, на которые Сидор выписывал слова из учебника. Пожалуй, он с такой козой скоро академиком станет. А еще говорят: драть как Сидорову козу. Это она с Сидора три шкуры дерет. Ему, бедному, при такой козе и погулять-то, наверное, некогда», — пожалел Петька студента.
      — Обожаю учиться, — продолжала коза. — Вита сине литерис морс эст.
      — Кто ест морс? — не понял хомяк.
      — Латинская поговорка. В переводе означает «без науки нет жизни».
      — У меня создается впечатление, что вы забыли о цели...
      Киселев, как всегда, не дал вороне договорить:
      — Да, разболтались мы тут с вами — английский, латинский... А ребенок в лапах у Высокой Температуры!
      — Батюшки, что же это мы! — всполошилась коза. — Вот настой, берите — и вперед. Горяченький, как раз пить, — она пододвинула бидон.
      — Спасибо, будь здорова, — Петька взял посудину.
      — Гуд бай, — мекнула коза и тут же перевела: — всего хорошего.
     
      Освобождение
     
      Как мы ей настой подсунем? — спросил Петька у хомяка.
      — Мы ей ничего подсовывать не станем.
      Мы Егорушку настоем напоим и поглядим, что будет, — ответил Киселев и добавил: — Ты на Высокую Температуру особенно не сердись. Она не виновата, что такая вымахала. Раньше это была Нормальная Температура. Ты, кстати, знаешь, какая у тебя нормальная температура?
      — Тридцать шесть и шесть.
      — Правильно. Вот и эта Температура когда-то была тридцать шесть и шесть. Она не носилась по буграм и канавам, не крала маленьких детей-. Одним словом, была Нормальная. Однажды Простуда схватила ее, превратила в Высокую и заставила творить всякие безобразия.
      — Смотри-ка, Киселев, — Петька выглянул из-за кустов, — она вроде заснула. Давай пробираться потихоньку. Наверное, лучше ползком, по-пластунски.
      Так и сделали. Легли на траву и поползли. Хомяк передвигал перед собой чемоданчик, а Петька — бидон с липовым настоем. Передвигал и снова с благодарностью вспоминал занятия физкультурой. Еще в детском саду их учили ползать между препятствиями. Воспитательница расставляла кубики по залу. Нужно было ползком добраться от одной стены до другой и ни одного кубика не свалить. Петька всегда побеждал в этой игре. Но тогда была игра, а сейчас...
      Егорушка зашевелился. Высокая Температура подняла голову, однако не проснулась. Петька быстро подполз к мальчику, налил в кружку теплый пахучий настой, дал ему.
      Егорушка с трудом разлепил сухие губы, сделал глоток, второй и — о чудо! Высокая Температура вздрогну-
      ла, ее красное платье стало линять, превратилось в розовое, она покачнулась и свалилась с пенька. Но и на сей раз не проснулась.
      — Ура! — закричал Петька. — Высокая Температура упала. Ну-у настой! Ай да липовый цвет!
      — Не шуми, — остановил его хомяк, развязывая мальчика. — Температура теперь Нормальная, пусть поспит. Поставь рядом с ней бидон. Проснется, еще попьет — совсем окрепнет. При Простуде чем больше пьешь, тем быстрее с ней справишься. Я думаю, Нормальная Температура не хочет возвращаться к своей злобной хозяйке, так что пусть пьет настой, вымывает из себя яд, которым отравила ее Простуда.
      — Это выходит, и мне нужно много пить, если простужусь? — задумчиво спросил Петька.
      — Конечно, и тебе, и вообще всем. Помнишь, ты таблицу рисовал? Там были почки? Они кровь от ядов очищают. Чем больше пить, тем им легче с этой работой справляться. Их, кстати, еще переохлаждать не стоит. Простуда только и ждет, чтобы с ними разделаться. А ты, бывает, на горке так зимой накатаешься, что штаны у тебя к телу примерзают, — говоря все это, хомяк осторожно освобождал маленького пленника. — Идти сможешь? — спросил он мальчика, сняв последнюю верев-ку.
      — Где ему, ослаб очень, — поспешно ответил за Егорушку Петька, пытаясь прервать воспоминания Киселева о примерзших штанах. — Я его на закорки посажу. Полезай, — скомандовал он малышу.
      Так они и двинулись дальше в путь: впереди Петька с Егорушкой на спине, а сзади Киселев с чемоданчиком и новой песней:
      Вам полезен будет Мой совет простой:
      Пейте при простуде Липовый настой.
     
      Куталки
      Ухабистая лесная дорога превратилась в ровную полевую. Она вела к воротам города, обнесенного высоким забором. На воротах висел замок.
      Рядом с воротами была маленькая калитка, плотно закрытая изнутри.
      Мы с вами приближаемся к Стране ватных одеял, — сообщила ворона.
      Петька подумал, что она опять начнет читать лекцию, но ошибся.
      Жители страны — : куталки — хорошие ребята, только очень Простуды боятся. Кутаются, на воздухе мало бывают, — как-то жалостливо и совсем по-домашнему продолжила птица.
      — Давайте зайдем к ним, может, поможем чем, — предложил Петька.
      А что они делают в свободное время? В каникулы?
      — Телевизор смотрят, — мечтательно ответила ворона. Чувствовалось, что ей тоже нравится это занятие.
      — Ия люблю телевизор смотреть, — подал голос Егорушка.
      — Все любят. Но гулять-то надо, — говоря это, Петька слегка облокотился о забор.
      — Ой, - — пискнул с его плеч Егорушка, — забор мягкий.
      Петька ткнул в доску пальцем. Палец провалился. Забор был нарисован на огромных пуховых подушках.
      — Ну дела, — присвистнул хомяк, — у них что, досок не было? — он ковырнул ворота и добавил: — Смотри, Петь, ворота из матрацев.
      — В Стране ватных одеял все мягкое, даже улицы коврами застелены. Куталки боятся споткнуться, упасть и ушибиться, — ворона села на забор и стала вытягивать перышки из подушек.
      — А как же там деревья, цветы растут, если вся земля коврами закрыта? — хомяк покосился на перышки.
      — Нет там живых цветов. Все на подушках вышиты. Гладью, крестиком. Красиво, — ворона снова выдернула перо.
      — Не ломай забор, — пробурчал хомяк и спросил: — А птицы как же?
      — Это я им дырки для воздуха делаю. Духота у них ужасная, — пояснила ворона, проклевывая еще пару отверстий и продолжила: — А птицы в этой стране тоже вышиты. В основном гладью.
      — Хоть гладью, хоть крестиком! Они же не поют! — хомяк кипел от возмущения.
      — Не поют, — ворона выпустила в воздух целый комок пуха, — да их там слушать некому. Куталки боятся застудить уши и носят такие теплые шапки, что через них все равно звук не проходит.
      — Так мы зря стоим. Они звонок не слышали. — Петька собрался идти.
      — У них лампочка загорелась, — остановила его ворона.
      — А что же не открывают? Может, пускать не хотят?
      — Одеваются. Тулуп, валенки. Дверь-то на улицу придется распахнуть. А тут ветер, — ворона хихикнула.
      В этот момент калитка приоткрылась, и путешествен-
      ники увидели симпатичных, но очень закутанных человечков.
      — Заходите, заходите, — радостно пригласили хозяева.
      Друзья вошли.
      И тут началось такое, чего они никак не ожидали.
      — Ай-я-яй! — закричали куталки. — Вы же простудитесь! Разве можно так легко одеваться?!
      Моментально на Петьке оказались валенки, тулуп и шапка-ушанка. Киселева вместе с чемоданчиком запихнули в меховой комбинезон, а сверху обвязали пуховым платком. Что касается Егорушки, то с ним дело обстояло еще серьезнее. Его запеленали сначала в байковое одеяло, потом в шерстяное и, наконец, в ватное. Над головой у мальчика раскрыли огромный дождевой зонт.
      Это больше всего рассердило Киселева.
      — Зонтик зачем? Мы в доме, — заворчал он, пытаясь вылезти из мехового плена.
      — Как зачем? — искренне удивились куталки. — А вдруг потолок прохудится?
      — Но ведь дождя нет! — не сдавался Киселев.
      — Может пойти!
      — У вас над городом стеклянная крыша, — вмешалась ворона, спасавшаяся на шкафу от плюшевого нахвостника.
      — Ты, Римулька, очень небрежно относишься к своему здоровью, — один кутал ка влез на плечи к другому. — Беречься надо! — С этими словами он натянул вороне на хвост теплый чехол.
      «Ну, наконец, выяснили, как птицу зовут. Хоть какая-то польза от куталок», — подумал Петька, снимая с вспотевшей головы шапку и скидывая валенки.
      — Вот сейчас, сейчас она тебя схватит, — запричитали куталки.
      — Кто? — Петька сбросил тулуп и расправил плечи.
      — Простуда!
      Было заметно, что хозяева не на шутку испуганы.
      — Петя, прочти им лекцию на тему «Как бороться с Простудой», — прошептал хомяк другу на ухо. — Отвлеки. внимание. Я пока Егорушку распеленаю. А то как бы он не сварился в одеялах.
     
      ГЛАВА 13
      Петъка и Киселев читают лекцию
     
      Доныне Петьке не приходилось читать лекции.
      Но выбора не было. Он откашлялся и начал:
      — Уважаемые слушатели! Попрошу подойти ко мне.
      Единственный лектор, которого видел Петька, была ворона Римулька. Она, когда говорила о чем-нибудь важном, прохаживалась взад и вперед, заложив крылья за спину. Петька заложил руки за спину и прошелся.
      Куталки оставили дела, а чтобы лучше слышать, развязали. шапки. Киселев принялся разворачивать Его-I рушку.
      — Известно, что чаще всего Простуда прилипает к человеку слабому, незакаленному, — продолжил Петька и подумал: «Вроде получается». — А чтодакое, дорогие слушатели, быть закаленным? — спросил он и тут же сам ответил: — Это значит не бояться ни жары и ни холода. Пожалуйста, — Петька оглядел куталок, — посмотрите на свою кожу.
      У человечков были видны только глаза и носы. Поэтому они начали рассматривать носы друг друга.
      — Нет, нет, — остановил их лектор. — Пусть каждый посмотрит на свою кожу. Для этого снимите, пожалуйста, тулупы, рубашки, майки можно оставить. — В глазах у Петьки заиграли веселые огоньки.
      Куталки опасливо посмотрели на дверь. Казалось, они ждали кого-то очень страшного.
      — Не бойтесь, — Петька прислушался к собственному голосу и подумал, что так говорит зубной врач, когда просит открыть рот, — не бойтесь! Простуда далеко, и мы ее сюда не пустим.
      Но уговоры не действовали, тулупы никто не снимал.
      — Давай, давай, — услышал лектор шепот Киселева, — я только до шерстяного одеяла дошел.
      «Попробую по-другому» — решил Петька.
      Он сбросил рубашку, поставил ноги на ширину плеч, руки на пояс и заговорил быстро, как спортивный комментатор по телевизору:
      — Лучшее средство против Простуды — зарядка. Глубоко вздохните и — раз! — он резко развел руки в стороны, — если Простуда стоит рядом, вы при помощи этого упражнения ловко даете ей по шее. Она сразу
      отлетит. Но, — Петька с радостью увидел, что куталки зашевелились, начали сбрасывать теплую одежду, — Простуда может притаиться сзади или спереди. В этом случае против нее отлично действует другое упражнение. Руки опустить вдоль туловища, — Петька посмотрел на куталок и чуть на захохотал: они стояли в майках, трусах и валенках. За их спинами тряслись от беззвучного смеха Киселев и распеленутый Егорушка. — По счету «раз» левую руку вытянуть вперед, правую отвести назад, — продолжил лектор-комментатор. — По счету «два» правую вперед, левую назад. Если Простуда спереди или сзади, вы попадете ей прямо в нос.
      — Скажи, пожалуйста, а зачем нам в самом начале надо было смотреть на кожу? — вежливо спросил один куталка, бодро размахивая руками.
      — А затем, — ответил за Петьку Киселев, — чтобы вы вспомнили, что у вас вообще есть кожа. Ты знаешь, кстати, зачем она нужна?
      — Для красоты, — не задумываясь, ответил куталка.
      — Не только, — хомяк поправил халат, шапочку, откашлялся и продолжил Петькину лекцию: — Кожа — это орган чувств. С ее помощью ты чувствуешь и холод, и тепло. Закаленная кожа сама помогает организму сохранять столько тепла, сколько надо. То есть не перегреваться и не переохлаждаться. Холодно на улице, притаилась за углом Простуда, а кожа настороже. Сократилась она, покрылась пупырышками — Простуда внутрь не пролезет. Когда жарко — кожа расширяется, выступают капли пота. Испарится пот, станет тебе попрохладнее.
      — А я знаю, для чего еще нужна кожа, — обрадовался Егорушка. — Мне бабушка сказала: «Не трогай кактус, он колючий!» Я не послушался — потрогал...
      — Да, да, — подхватил хомяк, — уж когда тебе о колючках сказала собственная кожа, ты запомнил на всю жизнь.
      — И что крапива кусачая, я тоже запомнил, — мальчик поморщился и потер обе ноги.
      — Ас ней ты где встретился? — засмеялся Петька.
      — Я в нее с забора на даче упал. Почему она так кусается — ведь зубов нет, а колючки меньше, чем у кактуса?
      — Колючки-то у крапивы, действительно, небольшие, но в крапиве есть кислота.
      — Как в лимоне? — поинтересовался куталка.
      — Вроде, — кивнул Киселев, — колючка прокалывает кожу, а кислота попадает в ранку и щиплет. Но это не опасно.
      — Да, да, — подхватил Петька. — Крапива даже полезная. Ее раньше вместо йода применяли. Делали кашицу и к ранам прикладывали.
      — Умнеешь на глазах, — тихо сказал другу Киселев, — совсем недавно ты йод не признавал.
      — Я его и теперь терпеть не могу, — так же тихо ответил Петька, — но нельзя же им об этом сказать. Они сейчас, может быть, первый раз на улицу выйдут. Вполне могут коленку разбить, нужно объяснить, что кожа нас от микробов защищает и если ее поранили, то надо йодом смазать.
      — Конечно, конечно, — заторопился Киселев и опять обратился к куталкам, — кожу не только закалять, но и беречь необходимо. Ранки зеленкой или йодом мазать. Если щипучим чем облились, например уксусом, скорее водой смыть, а когда оса или пчела укусит, разведите столовую ложку соли в стакане воды, намочите соленой водой платок и приложите к больному месту.
      — Вот спасибо, — стали благодарить куталки, — мы все поняли.
      — Нет, не все, — возразил тот, который спрашивал про кожу. — Я не понял, как закаляться.
      — Три главных правила закаливания, — медленно произнес Киселев, видя, что куталки записывают. — Первое — - одеваться по погоде. Не кутаться. Второе — делать зарядку и вообще дружить со спортом. Третье — обтираться прохладной водой или принимать прохладный душ.
      Он хотел еще что-то добавить, но тут на шкафу началась возня. Это разомлевшая от жары Римулька с яростью сдирала плюшевый нахвостник.
      — Ура! — закричала она, справившись с работой. — Даешь водные процедуры, всем брать пример с Закаленного Гвоздя!
      — Привет! — мрачно сказал хомяк. — Перегрелась, бредит.
      Петька придвинул к шкафу стул, встал на него и подул вороне на голову.
      — Ты что? — она удивленно встрепенулась.
      — А ты что про шурупы бормочешь?
      — Это она про нашего спортсмена. Его зовут не шуруп, а Закаленный Гвоздь, — пояснил куталка, — он никогда не носит тулуп, делает зарядку и даже дружит с Бормашиной. А ведь Бормашину боится сама Зубная Боль, — куталка поежился. Егорушка тоже.
      — И где же он живет, Гвоздь? — заинтересовался хомяк. — У нас к нему дело есть.
      — Могу проводить! — Один из куталок быстро накинул рубашку, накинул тулуп и взялся было за шапку, но, заметив укоризненные взгляды товарищей, остановился.
      — Я сама провожу, — Римулька встряхнула перьями.
      — Ладно, а я пойду принимать водные процедуры, — куталка вздохнул и начал раздеваться.
      — Ничего, ничего, — Петька похлопал его по плечу, — скоро привыкнешь. Даже понравится. Главное — Простуда сама будет тебя, закаленного, бояться.
      Он усадил Егорушку на плечи и двинулся вслед за хомяком и вороной, которые пели на два голоса: «Если хочешь быть здоров — закаляйся».
      Куталки схватили блокноты и начали записывать слова песни.
      Гвоздь все понял
      еть, ты меня спусти с плеч. Я сам пойду, по коврам не холодно, — попросил Егорушка.
      — Надо ему обувь раздобыть, — задумчиво сказал Петька, спуская мальчика на землю.
      У Закаленного Гвоздя попросите. Он не жадный, даст, — заверила Римулька.
      — Это мы еще посмотрим, какой он, — хомяк недоверчиво посмотрел на птицу.
      Ворона сходу обиделась.
      — Я не понимаю твоего отношения к нашему спортсмену. Гвоздь — он замечательный, крепкий, сильный, — ворона почти пела.
      — Эгоист он, твой Гвоздь. Но зайти к нему все равно надо, — Киселев переложил чемоданчик из одной лапы в другую.
      Устал? — спросил Петька. — Давай я понесу.
      Нет, — отказался хомяк, — просто долго в одной руке тяжелые вещи нести нельзя. Позвоночник искрив-
      ляется. Вот гы, например, сумку с учебниками в какой руке носишь?
      — У меня ранец. Так что руки свободны. Нам учительница говорила: кто с ранцем ходит, у тех осанка лучше. Я хочу, чтобы у меня спортивная фигура была. Стой, а где ворона? — спохватился Петька.
      — Я тут, — раздалось с ближайшего дерева, — ищу в словаре значение слова «эгоист». — Римулька принялась листать карманный словарик.
      — Можешь не тратить время, — Киселев посмотрел на птицу, — я объясню. Эгоист — это тот, кто все делает только для себя, не думает о других. Как ваш Г воздь.
      — Нет, нет, ты ошибаешься! Гвоздь — он не такой, вот увидишь! — Ворона с жаром начала защищать спортсмена.
      — Придем — посмотрим!
      — Уже пришли! — Римулька распахнула калитку в тенистый зеленый сад с небольшой спортплощадкой.
      Ах какая здесь была красота! Возле голубой гимнастической лесенки возвышался желтый турник. Хорошо отполированное бревно поблескивало под лучами весеннего солнца, ветер раскачивал кольца, шевелил молодую травку на футбольном поле. Между ямой с песком для прыжков в длину и беговой дорожкой скакал через веревочку сам Закаленный Гвоздь.
      «Осаночка у него что надо!» — с восхищением подумал Петька.
      — Здорово, ребята, рад вас видеть! Давайте знакомиться — Гвоздь. Так, быстренько все строимся по росту! Начнем тренировку. Ты, мальчик, почему босой? И форма у тебя не по сезону! — Гвоздь оглядел Егорушку. — Весной тренируются в тренировочном костюме, — он моментально сбегал в дом, вынес тренировочный костюм, кеды и шерстяные носки. — Одевайся.
      — Носки не надо, — Егорушка принялся натягивать кеды на босые ноги.
      — Запомни раз и навсегда, — строго остановил его спортсмен, — резиновую обувь надевают на толстые носки. Кожа в резине потеет и портится. А носки впитывают влагу. Вам тоже не мешает переобуться. — Он протянул кеды Петьке и хомяку.
      — Мы обойдемся, спасибо, — поблагодарил Киселев, — у Пети туристские ботинки, а у меня обувь лучшей мировой фирмы «Природа и К°», — Киселев показал Гвоздю лапу. — Ты лучше скажи, почему у тебя такое безобразие со спортивной работой? Сам, понимаешь ли, закаленный, стадион соорудил — Лужники позавидуют, а куталки в тулупах преют. Зарядку делать не обучены! Это как называется?
      — Я сто раз звал, — начал оправдываться Гвоздь, — пожалуйста, говорил, приходите, берите гири, гантели, перчатки боксерские, тренируйтесь! Не идут.
      — Ты бы им еще штангу предложил, умник! Не понимаешь, что ли, они не подготовлены, им с зарядки начинать нужно, с бега, прыжков. А ты сразу — перчатки боксерские! Мог бы объявление повесить: мол, открыты секции.
      — Да не пойдут они!
      — Пойдут, — весело сказала с крыши Римулька и позвала, — лезь сюда, глянь, что делается.
      Гвоздь одним прыжком одолел высоту и оказался на крыше. Он посмотрел вдаль и обомлел! По дороге, весело распевая: Если хочешь быть здоровым — закаляйся!, шли куталки в тренировочных костюмах и валенках. Одни аккуратно сворачивали ковры, убирали с обочин подушки, подметали осколки разбитой стеклянной крыши. Другие сажали цветы и выпускали на волю стаи певчих птиц.
      Чудеса! — закричал Гвоздь. — Да им кеды дать — и можно создавать олимпийскую команду!
      Он быстро спустился с крыши, сбегал в дом и вынес связку спортивной обуви.
      — А можно и мне кеды, вон те, красивые, — застенчиво попросила ворона. — Я тоже хочу в олимпийскую команду.
      — О чем речь?! — Гвоздь просиял от радости. — Наконец и ты поняла, что спорт нужен всем. — Он повернулся к Киселеву и пожаловался: — Совсем здоровьем не занимается, зрение портит. Читает лежа, свет от лампы у нее вечно как попало падает. К телевизору садится так близко, что того гляди — клювом экран проткнет.
      — Больше не буду, больше не буду! — Римулька любовалась кедами. — Читать стану сидя, лампу поставлю слева, кресло от телевизора отодвину на два метра.
      — Ведь все знаешь! Раныне-то почему так не делала? — удивленно спросил Гвоздь.
      — Как-то времени не хватало, — уклончиво ответила ворона и напомнила друзьям: — Вы у Гвоздя дорогу к Бормашине спросите. Я пока с вами не пойду. На тренировку останусь.
      — А зачем вам к Бормашине? У кого зуб болит?
      — Понимаешь, — начал объяснять Киселев, — злая ведьма Зубная Боль сделала у Егорушки в зубе дупло. Иногда прилетает и начинает там безобразничать. Надо бы ей туда дорогу закрыть. А говорят: без Бормашины не справиться.
      Пока он все это рассказывал, Егорушка на цыпочках стал двигаться к калитке: ему совершенно.не хотелось знакомиться с Бормашиной, и он решил удрать.
      «Я, — рассуждал в свое оправдание Егорушка, — им только мешаю. Петька с Киселевым идут к Простуде выручать здоровье Антона, а я у них время отрываю, в сторону увожу. Ведь без меня к Бормашине заходить бы не пришлось. Так что...»
      Додумать ему не удалось. Петька крепко взял мальчика за локоть и сказал:
      — Нам не туда!
      Егорушка понял, что с Бормашиной знакомиться все же придется.
     
      ГЛАВА 15
      Хитрый поваренок
     
      Раз не удалось удрать, попробую зареветь, — решил Егорушка, хныкнул и попытался выкатить слезу.
      Петька услышал, но головы не повернул.
      Тогда Егорушка хныкнул посильнее, еще раз старательно попытался выдавить из глаза слезу и вдруг совершенно отчетливо понял, что плакать не хочется. Оставалось последнее средство против неприятностей — шлепнуться на землю, застучать ногами и заорать гнусавым, противным голосом. Средство было верное — на бабушку, дедушку, папу, маму, старшую сестру оно действовало безотказно. Егорушка вообще-то был человек некапризный и поступал так очень редко, но сейчас предстоящая встреча с Бормашиной вселяла в него такой страх, что он решился.
      Нежные весенние листочки задрожали на деревьях, туча пыли, взбитая ногами, закрыла солнце, в небольшом придорожном озере побежали одна за другой высокие волны. Вот какую суматоху поднял Егорушка своим криком, и только хомяк да Петька стояли спокойно, слушая, как звенят в воздухе слова:
      — Не хочу лечить зуб!
      Егорушка довольно быстро понял, что и последнее средство не помогло. Он встал, отряхнул пыль с подаренного Гвоздем тренировочного костюма и тихо сказал:
      — Ну, боюсь я, понимаете — боюсь.
      — Понимаем, — ответил Петька, — все боятся зубы лечить. Ты думаешь, мне страшно не было? — он открыл рот и показал две пломбы. — На прошлой неделе дырки заделали, — продолжил он.
      — Больно? — уже шепотом спросил Егорушка.
      — Один больно, я его запустил, долго не шел в поликлинику. Зато про вторую дырку я вообще не знал. Когда ее заделывали, ничего не почувствовал. Удивился даже. Доктор мне объяснил, что чем раньше дупло в зубе закрыть, тем меньше больно.
      — Тебе этот второй тоже сверлили?
      — Конечно! Там же гадость всякая скопилась. А от нее и сердце, и желудок, и горло заболеть может. Она ядовитая, эта гадость.
      — Ладно, — Егорушка понуро опустил голову, — делать нечего, пойдем к Бормашине. Только вы меня одного не оставляйте, за ручку подержите.
      — Это можно, — согласился хомяк, — мы тебя за две держать станем. Петька — с одной стороны, я — с другой.
      — А нам далеко? — в голосе у Егорушки прозвучала слабая надежда на то, что Бормашина живет за тридевять земель.
      — Нет, — разочаровал его Киселев, — Гвоздь сказал: есть два пути — в обход и прямо. Через страну Манной Каши. Мы пойдем прямо. Заодно подкрепимся, — и он указал на стоявшую у ворот повозку. Белый конь был запряжен в бочку на колесах. У бочки на боку сияла надпись: «Сладкий молочный кисель».
      — Эх, — вздохнул Петька, — жалко, зубной доктор не велел мне в течение двух недель много сладкого есть. А то я бы сейчас этого киселька кружечек пять проглотил.
      — Чудак, — Киселев облизнулся и прибавил шаг, — доктор не велел много сладкого есть, а кисель пьют.
      Навстречу друзьям из-за колеса выскочил шустрый
      поваренок в переднике, колпаке и с огромным половником.
      — Милости просим, милости просим! Отведайте киселька, — заговорил он. Егорушке почудилось, что голос у поваренка липкий и приторный. Не понравился ему поваренок. Но кружку Егорушка взял и несколько глотков сделал.
      Кисель оказался чересчур сладким. «У этого противного поваренка и еда невкусная», — подумал мальчик, но вслух ничего не сказал, потому что видел, как Петька и Киселев, забыв обо всем на свете, наслаждаются угощением. Вкусы бывают разные! И не надо другим аппетит портить! А поваренок подливал и приговаривал:
      — Еще, пожалуйста, не стесняйтесь.
      Когда кто-то говорит такие хорошие слова, глаза у этого кого-то должны быть добрыми. А у поваренка, Егорушка сразу заметил, пробегали под ресницами злобные искры.
      «Надо Петю предупредить, пусть будет с поваренком поосторожнее», — подумал Егорушка, сделал к другу шаг, но было уже поздно.
      Петька застонал, схватился рукой за щеку и зажмурил глаза. У него разом заболели все зубы.
      Поваренок победно вскрикнул, сорвал с себя колпак, дунул в него. Колпак моментально превратился в большой мешок. Поваренок накинул мешок Петьке на голову, дернул за края, и несчастный сладкоежка исчез в нем целиком. Хомяк бросился было на помощь, но вдруг схватился за живот и упал на бок.
      Поваренок тем временем привязал мешок с пленником к бочке, прыгнул на козлы, стегнул коня и понесся по дороге к дремучему лесу.
      — Держи, держи Тянучку! — раздалось у Егорушки за спиной.
      Егорушка становится Егором
      иселев, миленький, что с тобой? — У Егорушки выступили слезы, хотя он этого совершенно не хотел.
      — Переел! — честно сознался хомяк. — А вот с Петькой что?
      Его утащила Тянучка, лучшая подруга Зубной Боли, — сказал тот, кто кричал «держи».
      — Ты откуда ее знаешь? — спросил Киселев, с трудом приподнимаясь и на всякий случай загораживая Егорушку. — Да вообще, кто ты такой? — хомяк оглядел стоящего перед ним бледного толстяка.
      Меня зовут Румяный Манник, — представился толстяк. — А Тянучку у нас знают все. Как только она появляется в стране Манной Каши, обязательно кто-нибудь пропадает, — Манник побледнел еще больше.
      Почему тебя зовут Румяный, если ты такой бледный? — Киселев снова взялся за живот и лег.
      — Это я на нервной почве, — ответил Манник и побледнел еще больше.
      — Так сойди с нее, встань рядом с Егорушкой. Он от тебя в двух шагах, а цвет лица у него нормальный. — Киселев посмотрел на песчаный бугорок под ногами толстяка, пытаясь понять, как бугорок заставляет Манника бледнеть.
      — Ты не понял, — улыбнулся Манник, — место здесь ни при чем. Просто я очень волнуюсь и поэтому побледнел. А некоторые наоборот: когда волнуются, краснеют.
      Волновать других очень нехорошо! — сказал Егорушка. — Когда мою бабушку кто-нибудь расстраивает, она начинает волноваться. Лицо у бабушки краснеет, и сердце болит.
      Но ты ее никогда не расстраиваешь? — спросил Манник, спрыгивая с бугорка.
      Нет, нет, — поспешно ответил Егорушка, влез на его место и густо покраснел. Хомяк заметил это и подумал, что бугорок все же, наверное, не простой. Почему-то ему показалось, что врунишки на этом бугорке краснеют. Киселев решил, что ученая ворона Римулька наверняка нашла бы этому научное объяснение. Но вороны рядом не было, а был Манник, с которым требовалось разобраться до конца.
      — Кто же тебя расстроил? — продолжил хомяк, обращаясь к толстяку.
      — Тянучка! Вчера она захватила в плен отважную маленькую Клецку. Клецка пыталась разведать дорогу к замку Зубной Боли, пробраться туда и освободить витамины А, В, С. Но ее схватила Тянучка, прилепила к своей липкой спине и оттащила в замок. Клецка и витамины томятся там в высокой башне, а я не знаю к ней дорогу! — Манник стал еще бледнее.
      — Ну, дорогу теперь найти не трудно, — заметил Киселев, — вот следы от колес. Так что идем! — хомяк резко встал, но с болью в животе не справился и рухнул.
      — Боюсь, что тебе сейчас никуда пойти не удастся! — вздохнул Манник. — Мы сделаем так: ты лежи здесь. Я сбегаю за доктором. А Егор сходит к Бормашине и вместе с ней по колесным следам отправится к Зубной Боли.
      Сказав это, Манник быстро помчался по дороге.
      — Толстый, а шустрый, — удивился мальчик.
      — Бывают толстые от переедания — это плохо. Бывают оттого, что мало двигаются. Тоже нехорошо. Это толщина по собственной вине. Но бывает, и ест немного, и бегает быстро, а все равно толстый. От природы. А ребята дразнят. Обидно. — Хомяк погладил свой больной живот.
      — Дразнить никого нельзя, — поддержал мальчик. — Толстый, тонкий, длинный, маленький — не важно! Лишь бы хороший товарищ!
      — Вот, вот! — согласился хомяк и посмотрел туда, где виднелся домик Бормашины.
      — Так я пойду, Киселев, — мужественно сказал Егорушка, — не грусти тут. Манник быстро вернется.
      — А ты не будешь бояться? — спросил хомяк.
      — Нет! — твердо ответил мальчик. — Ты слышал, Манник назвал меня Егор, значит, я уже большой и не должен трусить!
      Он махнул хомяку рукой и уверенно зашагал на встречу с Бормашиной.
      На лесной тропе
      акая непростительная оплошность! — восклицала Бормашина, старательно крутя педали своего огромного трехколесного велосипеда. — Как Петя мог забыть, что вредно есть много сахара? Ужас!
      — Он не забыл, он, наверное, просто не знал, — заступился за товарища Егор, стараясь не отставать от спутницы на своем двухколесном. — Петька учится во 2 классе. Они про сахар еще не проходили.
      — Не защищай его, он был предупрежден врачом и попал в беду из-за собственного непослушания. Если есть слишком много сладкого, из зубов исчезнут кальций и фосфор. Портиться, ломаться, болеть станут зубы.
      — Скажите, Бормашина, — Егор слегка дотронулся языком до пломбы, — а как вернуть вот эти, которые исчезли? — он не смог сразу запомнить новые слова.
      — Ты называй меня по имени-отчеству — Ужасина Тихоновна, — предложила Бормашина. — А что касается кальция и фосфора, то их можно вернуть с продуктами. Поешь рыбы — будет у тебя фосфор, подкрепишься творогом — и, пожалуйста, кальций. Кашу еще есть полезно. Особенно овсяную. Она сил прибавляет. Был в древности такой герой, сильный-пресильный. Очень он эту кашу уважал. Съест, бывало, тарелочку и идет подвиг совершать. Столько дел хороших понаделал! Геркулес его звали. — Ужасина притормозила и показала мальчику на чемоданчик с красным крестом. — Смотри, забыл кто-то.
      — Киселев забыл! Это наш чемоданчик! Где же хомяк? — губы у Егора дрогнули.
      — Погоди плакать! Тут записка.
      Ужасина Тихоновна подняла клочок бумаги и прочла:
      «За меня не беспокойся! Я у доктора. Спасай Петьку и остальных. Киселев». Она взяла чемоданчик и продолжила:
      — Видишь, он не один и ты со мной. Значит, все в порядке. Вперед, нам надо спешить. Жаль, что велосипеды придется оставить здесь.
      — Почему? — огорчился мальчик.
      — На них ездят по ровной дороге, а у нас впереди одни коряги.
      — Лучше всего на них по шоссе ехать, — Егор с сожалением слез с седла.
      — Что ты, что ты! На велосипеде можно кататься только в специально отведенных местах, там, где нет машин.
      Егор кивнул головой и подумал, что Ужасина Тихоновна знает, пожалуй, не меньше вороны Римульки.
      Не теряя из виду следы колес, они забирались все глубже в лесную чащу.
      — Боюсь я за витамины А, В и С, — вздыхала Ужасина. — Если эта ведьма Зубная Боль посадит их на крышу башни, они скоро погибнут.
      — Как погибнут? — испугался Егор.
      — Витамины не могут долго находиться на воздухе и на солнце. А над башней гуляют ветры, и солнечных лучей там хватает. Эх, лишь бы нам успеть!
      Лес вокруг путников становился все гуще и темнее. Чтобы мальчику не было очень страшно, Ужасина стала рассказывать ему разные истории и давать полезные советы. Советов у нее в запасе было так много, что Егор ни одного не запомнил. Правда, каждый совет Ужасина Тихоновна крупными печатными буквами записывала на листочек из блокнота и дарила ему, приговаривая:
      — Буквы выучишь — прочтешь!
      Егор буквы знал, но читал пока очень медленно. Больше любил слушать, поэтому он говорил «спасибо» и прятал листочки в карман тренировочных брюк. Советы были, конечно, очень полезные, но, честно говоря, от них становилось немного скучно. «Ах, как жаль, — думал Егор, — что самое интересное не всегда самое полезное!» Вот, например, истории Ужасины Тихоновны были совсем бесполезные, а куда веселее ее советов, потому запоминались быстро и легко.
      А рассказывала она о своих ближайших родственниках — тетушке Дрели и дядюшке Коловороте. Егор узнал, как Коловорот однажды ходил на рыбалку. Клевало у дядюшки, как всегда, хорошо. Мелочь он не брал — выпускал обратно в речку, а крупную рыбу помещал в стакан с водой. Рыба ходила кругами и била хвостом в стенки. Дома тетушка Дрель отдавала улов коту Винту. Тот поселял рыбок в аквариум, ждал, пока они подрастут, дрессировал и выступал в цирке с оригинальным номером «Зачем рыбке зонтик?». Зрителям очень нравилось.
      Так незаметно, с разговорами путники добрались до конца лесной тропы. Впереди была поляна. На ней возвышался замок, похожий на перевернутый вверх корнем зуб. Слева от него стояла белая башня. На ее вершине виднелись пленники в пестрых одеждах. И пленники эти собирались бежать!
     
      ГЛАВА 18
      Конец Зубной Боли
     
      Плетеная лесенка качнулась на ветру. Беглец махнул в воздухе ногой, с трудом нащупал ступеньку и сделал шаг.
      — Эх, подержать бы тесенку внизу, они бы мигом спустились! — вздохнула Ужасина Тихоновна, выглядывая из-за куста.
      — Так это я пожалуйста, — выбираясь из канавки, служившей ему укрытием.
      — Заметят тебя из замка, когда ты через двор к башне побежишь. А раз тебя заметят, то беглецов поймают, — удержала его Ужасина.
      прошептал в ответ Егор,
      Вдруг на середину поляны выехала конная повозка. На бочке с надписью «Сладкий молочный кисель» лежал связанный Петька и что-то говорил белому коню. Поваренка Тянучки на козлах не было.
      Кто это? — настороженно спросила Ужасина. Наши, — выдохнул Егор. — Петька наш, — пояснил он. — А про коня я не знаю.
      — Конь, видимо, тоже наш, — успокоила мальчика Ужасина Тихоновна, смотри, что он делает.
      Белый конь подтащил свою повозку к стене, взял зубами конец лесенки и натянул ее. Первый беглец, кругленький, одетый во все оранжевое, быстро пополз вниз. Наверху показался второй — в зеленом, за ним третий — в желтом. На башне, с которой удирали разноцветные беглецы, остался кто-то в белом. Этот кто-то спуститься не мог — он держал лесенку сверху.
      — Как же беленький, — заволновался Егор, — неужели мы его бросим?
      — Конечно, нет, это же Клецка! — ответила Ужасина.
      Оранжевый беглец быстро развязал Петьку. Вместе они встряхнули мешок. Тут как раз подоспели желтый с зеленым, все четверо растянули мешок за края. Петька крикнул: «Прыгай!» — и отважная маленькая Клецка легким облачком полетела вниз.
      — Ой, я тоже хочу так прыгать, — с завистью сказал Егор, глядя, как тугая ткань спружинила и подбросила вверх беглянку.
      — Запишись в секцию гимнастики, будешь на батуте еще выше взлетать.
      — А что такое — батут? — оживился мальчик.
      — Сетка такая. Ты на ней подпрыгнешь, опустишься, а она тебя снова подбросит. Красота, весело! Мышцы, знаешь, какие крепкие становятся! Ловким будешь, — пояснила Ужасина Тихоновна, помогая Егору залезть на крышу бочки. — Ну, вы поезжайте, — продолжила она, подавая Петьке чемоданчик с крестом, — а я тут с ведьмой разберусь и вас догоню.
      Тем временем белый конь Сахарок сдернул лестницу с башни, быстро ее сжевал и, к удивлению Егора, проглотил. Как только конь справился со своим необычным обедом, Петька решил, что теперь пора ехать. Ведь жевать на ходу опасно и людям, и животным: можно подавиться. Но когда конь поел, он должен лететь во всю прыть! Петька натянул поводья и свистнул. В этот момент из дверей замка вылетела Зубная Боль. Она была синяя, в шуршащих лохмотьях, лиловые искры летели от нее во все стороны. Выла боль жутким голосом. Егору сначала стало страшно. Однако он вспомнил, что дупла для ведьмы у него в зубе больше нет, и пока-
      зал ей язык. А вот сладкоежка Петька почувствовал себя неважно, перед глазами у него пошли круги, и, быть может, он бы выронил поводья. Однако Бормашина прыснула ему в рот что-то прохладное и приятное, пахнущее травой, сказала: «Плюнь!», Петька послушался и почувствовал, что все в порядке.
      — Гони! — приказала Бормашина и, вытянув свою тонкую блестящую руку, схватила ведьму за шиворот.
      Последнее, что увидели Петька и Егор, была Тянучка, пытавшаяся удрать от Ужасины Тихоновны на своих липких, вязких подошвах.
     
     
      ГЛАВА 19
      Знакомство
     
      Давайте знакомиться! — предложила Клецка, подпрыгивая на каждой кочке.
      — Давайте, откликнулся с козел Петька и представился: — Петр Лыков из 2 «б», живу на Новой улице.
      — Витамин А, — подхватил оранжевый, — живу в морковке и сливочном масле.
      — Как, сразу в двух местах? — не понял Егор.
      — Ага, — подтвердил витамин А, — морковка у меня вроде дачи.
      — А я все больше в смородине, яблоках да луке, витамин С меня зовут, — сказал зеленый и поддержал Клецку, которая чуть не свалилась с бочки на очередном повороте.
      — Ты тоже в смородине живешь? — спросил Егор у желтенького беглеца.
      — Нет, — резко ответил тот и отодвинулся на край бочки.
      — А где? — не отставал мальчик.
      — Не скажу, — желтенький надулся и отвернулся.
      Егор с недоумением посмотрел на товарищей.
      — Обиделся он на тебя, — пояснил витамин А.
      — За что? — удивился Егор.
      — Черный хлеб не ешь. У витамина В в черном хлебе главные кладовые. Он для тебя каждую буханку набивает своими волшебными шариками, чтобы ты рос сильным, ничего не боялся, не плакал, а тебя вся семья не может уговорить съесть кусочек черного.
      — Что-то я никогда никаких витаминных шариков в черном хлебе не видел, — возразил Егор.
      На такие слова и другие витамины обиделись. Все трое надулись и отвернулись от Егора.
      — Тебе правду сказали, — вмешалась Клецка, — витаминов в продуктах не видно, но они там есть и очень нужны человеку. Не будет витамина А — ты начнешь хуже видеть, не будет С — станешь слабым, выпадут зубы, а когда нет в пище витамина В, человек плохо спит и много плачет.
      — Отвез бы ты, витамин В, свои замечательные шарики трухляндцам, — задумчиво сказал белый конь.
      — А кто такие — трухляндцы? — спросил у него Егор.
      — Не скажу! — витамин В опять надулся.
      — Ох, — мальчик всплеснул руками, — да не сердись ты на меня! Буду я есть черный хлеб. Только бы вас случайно не проглотить, — забеспокоился он. — Может, лучше аптечные шарики?..
      — Не бойся, — засмеялись витамины, — ешь хлеб и лук. Ничего с нами не случится. А вот шариков аптечных больше двух штук никогда не принимай. Это лекарство, не конфеты.
      «Да, да, — подумал Петька, — лекарство, за которым мы с Киселевым в аптеку пошли».
      — Послушай, — попросил он витамина В, — ты, когда будешь трухляндцам шарики давать, и мне отсыпь немножко. Для брата. А про трухляндцев вы так и не рассказали. Они где живут?
      — В соседней стране Трухляндии, — послышалось из-под облаков.
      Все запрокинули головы. Над бочкой верхом на пылесосе летела Ужасина Тихоновна.
      — Так вот, — продолжила Ужасина, — Трухлян-дия — это та самая страна, в которой у всех жителей пропало хорошее настроение. Они хнычут и плачут целый день. Без дела слоняются по улицам и ждут, когда добрые манники привезут им манную кашу на обед.
      — А почему они не варят себе кашу сами? — удивился Петька.
      — Я же объяснила: у них плохое настроение. Хорошее, бодрое настроение пропало. Поэтому они не варят кашу, не чистят ботинки, не метут пол.
      — Так, может, оно просто в пыли валяется, это самое хорошее настроение? — возмутился Петька.
      — Возможно, — согласилась Ужасина, опускаясь на поляну, по которой навстречу друзьям бежали Румяный Манник и здоровый Киселев.
     
      ГЛАВА 20
      Снова вместе
     
      Начались рассказы. Сначала витамины расска-зали о том, как отважная маленькая Клецка (Ml принесла на башню сухие макароны, зацепила
      одной макарониной облако, нашла небольшое углубление в крыше башни, выжала в него воду и вскипятила. Ей помог веселый Солнечный Луч. Он очень старался, вода быстро забулькала. Клецка сварила макароны и сплела из них лесенку, по которой спустились беглецы.
      «А-а, — подумал Егор, — вот почему белый конь Сахарок жевал лесенку. Она была съедобная. Еду нельзя оставлять даже на тарелке, и уж тем более на стене башни».
      Егор был доволен, что ему в голову пришло такое важное правило. Он узнал его от Ужасины Тихоновны. Он даже хотел сказать об этом вслух, но вслед за Клецкой о своих приключениях начал рассказывать Киселев. Перебивать товарища невежливо. Это правило Егор тоже знал и стал слушать.
      Киселев говорил важно, солидно.
      — Я был у врача, — он окинул всех победным взглядом. — Я совершенно ничего не боялся, — хомяк снова
      посмотрел на всех так, будто совершил подвиг. Он ждал аплодисментов за свое бесстрашие, но никто в ладоши хлопать не стал. Ничего особенного тут не было. Все знали без него, что врачей бояться не надо.
      — Доктор посмотрел мой живот, — менее торжественно продолжил Киселев, — дал мне выпить отвар ромашки, и вот я здоров, у меня прекрасное настроение.
      — Прекрасное настроение — это то, что нам сейчас нужнее всего. Мы идем в Трухляндию. Надо вернуть ее жителям хорошее настроение. И мы сделаем это! Во-первых, подметем комнаты, посмотрим, не завалялось ли оно в пыли, во-вторых, витамин В даст нам чудесные шарики, от них трухляндцы сразу повеселеют. В-третьих, если твое прекрасное настроение разделить на всех, то, наверное, получится много просто хороших настроений — вот такую длинную речь произнес Сахарок. Он был добрым и доверчивым. Из-за доверчивости, кстати, и попал в дурную компанию Тянучки. Но теперь Сахарок понял свою ошибку и хотел поскорее загладить старую вину перед новыми друзьями.
      — Постой, постой! — Киселев любил порядок. — Давай разберемся! Что за трухляндцы?
      Когда ему рассказали про ленивых нерях, которых манники кормят кашей, хомяк даже подскочил от возмущения.
      — Нет, нет и еще раз нет! Никаких витаминных шариков. Мы без них поможем трухляндцам вернуть хорошее настроение.
      Все стали прощаться. Прежде всего проводили витамины. Они долго были на свету, очень ослабли и теперь бежали в прохладные темные кладовые набираться сил.
      Потом все крепко пожали руку Клецке, отцепили бочку «Сладкий молочный кисель», прицепили другую — с надписью «Молоко», махнули на прощание рукой Румяному Маннику и Ужасине Тихоновне. Петька и Егор устроились поудобнее на крыше, Киселев прыгнул на козлы и запел:
      У бездельников в покое Настроение плохое.
      Делом пусть они займутся,
      Вот тогда и засмеются.
     
     
      ГЛАВА 21
      Рыдало смеется
     
      н стоял на дороге и обливался слезами. Слезы текли по щекам и капали на криво застегнутую курточку. А некоторые слезинки даже долетали до брюк, одна штанина которых была спущена, другая — закатана. Правый ботинок зашнуровать он забыл.
      — Здорово, приятель! — весело окликнул его Киселев. — Ты что на дороге стоишь? Может, подвезти? Тогда полезай на бочку.
      — Я не могу, — мрачно ответил рева и заплакал уже навзрыд.
      — Погоди, Киселев! — Петька тронул друга за плечо. — Может, у него несчастье какое. Может, нога болит, а ты сразу полезай. — Он спрыгнул, подошел к человечку и спросил: — Что случилось?
      Плачущий указал на перышко, прилипшее к носку ботинка.
      И тут Петька понял все: перед ним стоял трухляндец! Конечно, кто, кроме потерявших хорошее настроение, станет плакать по пустякам?
      Петька нагнулся к уху трухляндца и шепнул:
      — Стряхни перышко!
      — У меня сил нет, — так же шепотом ответил тот.
      — Куда же они делись?
      — Пропали. Сними перышко, — попросил рева, захлебываясь от слез.
      — Не снимай ни в коем случае! — закричал Киселев.
      Но Петька не послушался друга. Дело в том, что у
      него созрел план и для осуществления этого плана перышко было просто необходимо.
      — Хорошо, — сказал он, — я снимку перышко, только ты его потом обратно не проси. Тебя как зовут?
      — Рыдало меня зовут, — ответил трухляндец и продолжил: — Не бойся, не попрошу. Была охота — тяжесть всякую на себе таскать.
      — Ой, сказал! Тяжесть! — Егорушка тоже спрыгнул на дорогу, обежал вокруг трухляндца и спросил: — Ты что, хлеб из магазина бабушке нести не помогаешь?
      — Можно подумать, ты помогаешь! — усомнился Рыдало.
      — Помогаю! Батон и половинку черного несу. А иногда еще и две булочки. Сдобы. Вот это тяжесть, а я все равно несу.
      — Сдобы я люблю, а носить мне не нравится. — Рыдало выпятил губу и отвернулся.
      Егор хотел еще что-то добавить, но Петька потянул его за руку. Киселев, Петька и Егор встали полукругом перед Сахарком. Петька подбросил вверх перышко и дунул на него. Перышко покрутилось и полетело в сторону повозки. Сахарок сказал «пфф», и оно понеслось к Егору. Егор сразу не сообразил, что надо делать, и перышко село ему на нос. Подскочил хомяк, сдул перо на Петькину голову. И пошло, пошло, пошло!
      Рыдало не выдержал, повернулся к друзьям и даже сделал несколько шагов в их сторону.
      — Хочешь поиграть? — спросил Петька.
      Рыдало молча засопел.
      — Хочет, хочет, — ответил за него Киселев. — Только пусть сначала ботинки зашнурует да куртку нормально застегнет. Неряхам в поддувалки играть нельзя.
      Ах как Рыдале не хотелось приводить в порядок свою одежду! Но поддувалки были такой завлекательной иг-
      рой, что он решил пойти на хитрость. Скорчил плаксивую рожу и начал кашлять.
      — Я не умею. Помогите мне.
      Добрый Егор сделал было шаг, но Киселев остановил его:
      — Не умеет — цусть учится.
      Тут хомяк так дунул на перышко, что оно взвилось вверх, сделало сразу все фигуры высшего пилотажа и полетело в сторону трухляндца.
      Рыдало не выдержал! Пока перо переворачивалось, выполняя хитрые петли, он быстро нагнулся, зашнуровал башмак, распрямился, перестегнул пуговицы, да еще и волосы причесал. Про волосы ему никто не говорил, но он и сам был неглупый — разве можно сказать, что ты привел себя в порядок, если голова всклокочена?
      К тому моменту, когда перышко плавно подплыло к его губам, Рыдало выглядел так, будто собрался в театр.
      — Красавец! Принц! — восхищенно сказал Сахарок, любуясь бывшим неряхой. — Можно идти на бал к сказочному королю.
      — Вроде не звали! — ответил Рыдало, дунул на перо и засмеялся.
      Новое имя и новые обязанности
      став от игры, приятели уселись на траве вокруг Сахарка и решили немного подкрепиться. Киселев налил всем по кружке молока и дал по куску черного хлеба. Конь от молока отказался, а хлеб попросил немного посолить.
      — Зачем? — удивился трухляндец.
      — Да как же, — Сахарок с удовольствием облизал горбушку. — Я ведь повозку везу, потею, воду теряю, а соль в организме воду задерживает. Без воды-то жить нельзя.
      Мы когда в пионерском лагере в поход ходили, — вспомнил Петька, — нам на завтрак кроме омлета селедку дали и чаю по два стакана. До самого привала
      пить никто не просил.
      Рыдало встал, снял с повозки ведро и побежал к озеру. Решил набрать воды для Сахарка.
      — Смотри, Петь, он совсем другой стал! Вот что значит вернулось хорошее, рабочее настроение, — сказал хомяк.
      — Надо ему новое имя придумать, — предложил Петька.
      — Верно, давай попытаемся из старого новое сделать, — поддержал Киселев.
      — Это как? — не понял Егор.
      — Очень просто. — Петька написал на песке «Рыдало». — Берем все его буквы, перемешиваем, получаем слово «Лодыра».
      — Не звучит, — возразил хомяк.
      — Да, — фыркнул конь, — как-то не здорово. Лодыра — эта все равно, что лодырь. Ему это теперь не подходит.
      — Давайте по-другому. — Петька снова переставил буквы. — Дарыло! Если ы заменить на и, то получится замечательное имя Дарило!
      — Имя хорошее, — согласился хомяк, — а что он будет дарить и кому?
      — Как что! — радостно подпрыгнул Егор. — Хорошее настроение всем трухляндцам!
      — Это как же ты себе такие подарочки представляешь? В коробке с бантом? — Киселев допил молоко и растянулся на траве.
      — Нет, — возразил Егор. — Дарило будет делать что-нибудь приятное, например споет или фокус смешной покажет, трухляндцы и развеселятся.
      — А давайте устроим цирковое представление, — предложил Сахарок, — билеты получит только тот, кто приведет себя в порядок, уберет постель, подметет пыль. Таким трухляндцам Дарило будет дарить билеты. Ура?
      Звезда арены
      Трухляндии поднялась страшная суматоха! Все боялись опоздать на цирковое представление, а потому спешили навести порядок. Петька оказался прав! Половина трухляндцев нашла свое хорошее настроение в пыли. Стоило им подмести пол, проветрить комнату, полить засохшие цветы — и пожалуйста, оно тут как тут! Правда, кое-кто обнаружил его в других местах. Например, под слоем грязи на бётин-ках, почистил — и вот оно! Среди немытой посуды тоже находили: стоило ее помыть — как в блестящей тарелке начинало сиять хорошее настроение. Дарило бегал по улицам и раздавал билеты в цирк. Ему помогал Егор. Егор так увлекся, что не заметил, как у него из кармана выпали записки Ужасины Тихоновны. Ветер подхватил листочки и развеял в разные стороны. Трухляндцы их ловили, читали правила, а потом распевали громко и весело. Так что Егор все выучил. Да и Петька тоже. Они с Киселевым и Сахарком готовили арену д. представлению, составляли программу и писали афишу. Собственно, писал Петька, Киселев чистил ковер, а Сахарок подавал советы. Вот тут-то и появилась Мисс Дарья!
      — Пожалуйста, — сказала она, — оставьте мне место в середине афиши. Я люблю быть в центре программы. В начале представления публика усаживается, опоздавшие ищут свои места, а в конце некоторые торопятся взять пальто, вскакивают раньше времени. Кто-нибудь может пропустить мой номер, потом будет жалеть, и у него опять испортится настроение.
      — Ой! — ойкнул хомяк и подумал: «Довольно нескромно сказано».
      — Ай! — айкнул Петька и подумал то же самое.
      — Фр-р! — фыркнул Сахарок. Ему никогда не нравились выскочки и задаваки.
      Потом все трое повернулись на голос и раскрыли рты. Та, которая хотела занять центральное место в представлении, была одета в большущее красное платье с белыми горошками. Платье она натянула поверх спортивного костюма. В руках артистка сжимала белый в красный горошек драный зонт, на ногах у нее непонятным образом держались старые, разношенные туфли на высоченных каблуках. Велики они ей были размера на четыре. На голове кривовато, но прочно сидел лохматый парик. К парику причудливой булавкой крепилась шляпа.
      — А кто вы такая? — первым опомнился Киселев.
      — Знаменитая артистка.
      — Как вас зовут?
      — Мисс Дарья.
      — Откуда вы?
      — Откуда, откуда? — рассердилась Мисс Дарья. — Чего вы все спрашиваете? Ну, из 2 «в». Школа № 320.
      — А здесь как очутилась?
      — К бабушке приехала на каникулы! Так мне место в программе будет или нет? — чувствовалось, что артистка начинает терять терпение.
      — Номер-то у тебя какой? — Петька водил кистью по афише и еле сдерживался, чтобы не засмеяться во весь голос. Дарья в общем-то ему понравилась, хоть она и важничала.
      — Я хожу по проволоке с зонтиком и на высоких каблуках.
      — Это опасно, — уже серьезно заметил Петька.
      — Я очень смелая и ловкая, — Мисс Дарья задрала носик.
      — Ладно, пусть попробует, — шепнул хомяк, — мы ее на страховочный трос прицепим. Один раз подрыгает ногами в воздухе — больше не станет воображать.
      — Хорошо, — Киселев обратился к артистке, — только твой номер будет в самом конце программы. Другого места нет.
      — Согласна. Но тогда скажите зрителям, чтобы приберегли цветы для звезды арены, для меня! Тра-ля-ля, тра-ля-ля, — запела она и заковыляла за кулисы в своих туфлях-кораблях.
     
      ГЛАВА 24
      Цирк, цирк, цирк
     
      Уверяю вас, никогда ни один цирк не видел такой нарядной и веселой публики. Все были аккуратно одеты, прекрасно причесаны, великолепно умыты и пахли одеколоном. Одеколон — это весьма полезная вещь, но раньше трухляндцы не умели им пользоваться. Они, например, не знали, что до протирать одеколоном ступни после купания в бассейне. Гадость Всякая, которая только и глядит, как бы привязаться к человеку, очень одеколона боится. Комар укусик — тоже хорошо к больному месту ватку с одеколоном приложить. Шею им еще полезно протирать. Особенней когда помыться негде. В поезде, например.
      Если далекЬедешь, конечно. Теперь все трухляндцы это знали. Они щетками да пылесосами, мочалками да гребенками разогнали плохое настроение, вымылись, подушились одеколоном и пришли в цирк. Некоторые, к сожалению, вылили на себя одеколона слишком много и пахли, как целая клумба. Но на первый раз им можно это простить, а больше они так делать не будут.
      Программа была очень разнообразной и интересной. Вызванные срочной телеграммой, примчались ворона Римулька, Закаленный Гвоздь и куталки. Правда, они назывались теперь не куталки, а закаляки. Потому как каждое утро делали зарядку и принимали прохладный душ, — в общем, закалялись. Имя это Петьке не очень понравилось. Он сначала даже не хотел писать его на афише.
      — Что это за имя? Закаляки! Как будто их кто-то зачеркнул, закалякал! — возмущался он.
      — Как хотят, так и называются! — возражал Киселев. — Им, может, тоже не нравится твоя фамилия — Лыков. А они ничего — молчат. Да и вообще не надо другим на всякие пустяки указывать, без толку замечания делать, настроение портить.
      Петька согласился с хомяком. Ворона Римулька исполнила отдельный номер — фигурное летание в красных кедах. Петька, правда, со страхом посматривал на эти кеды — боялся, что они сваляться на голову кому-нибудь из зрителей, но все обошлось. Потом сам Петька показал фокусы, а Сахарок станцевал вальс. И настала очередь Мисс Дарьи!
      Киселев с большим трудом заставил ее надеть страховочный пояс. Она долго капризничала, но в конце концов согласилась. Влезла на лесенку, едва не растеряв туфли, сделала шаг к проволоке и...
      Киселев вовремя натянул трос! Знаменитая артистка Мисс Дарья, размахивая белым зонтиком в красный горошек, роняя злополучные туфли, парик и шляпу, плавно проплыла вокруг арены и была осторожно опущена в ее центр. Цветы летели к босым ногам ученицы 2 «в» со всех сторон. Собой она была очень довольна, так и не поняла, что глупо и необдуманно рисковала здоровьем. Урок, преподанный ей Киселевым, пока пропал даром.
     
      ГЛАВА 25
      Как вернуть Егора?
     
      овольные, счастливые, трухляндцы покинули цирк в прекрасном настроении. Участники представления приводили арену в порядок. Петька и хомяк помогали закалякам упаковывать спортивные снаряды и инвентарь. Петьке почему-то очень понравилось слово «инвентарь». Да и сам инвентарь: прыгалки, мячи, обручи, гантели были вещами интересными. Особенно гантели. Гвоздь проделал для Петьки несколько упражнений и объяснил, что для развития бицепсов гантели — первое дело. А уж что такое бицепсы, Петька и сам знал. Антон показал ему эти мышцы, идущие от плеча к локтям. «Чем крепче бицепсы, тем сильнее руки», — сказал брат, отжимая вверх трехлитровый бидон с квасом. Петька тогда тоже хотел поупражняться с бидоном, но Антон неосторожно дернул рукой, квас пролился, залил и бицепсы и рубашку. Вместо отжиманий пришлось заняться стиркой. Теперь Петька решил попросить папу купить гантели, чтобы развитие мышц не зависело от случайностей.
      Занятый своими мыслями, Петька не сразу обратил внимание на Мисс Дарью и Римульку, обсуждавших важный вопрос.
      — Да пусть он с нами останется, — говорила артистка, прилаживая Егору на макушку веночек из цветов. Два таких веночка уже красовались: один — на Дарьиной голове, второй — у Римульки на шее.
      — Нет, нет, — возражала ворона. — У Егора режим. Его бабушка в час дня спать уложила, в три будить придет. Представляешь: входит старушка в комнату, а ребенка в постели нет! Она же не знает, что он с нами, — испугается.
      — Да, бабушку пугать нехорошо и режим нарушать нельзя, — согласилась Дарья и предложила: — Может, ты, Римулька, его отнесешь?
      — Отнести несложно, — согласилась ворона, — аисты детей носят — и все в порядке. Весь вопрос в том, как его в комнату незаметно протащить. Кашель с Насморком вытянули Егора через щель под дверью, но тогда он был очень худой и слабый. Теперь окреп, поправился. Не пролезет.
      — Может, меня в ящик с капустой в овощном магазине положить? — предложил Егор. — Дедушка пойдет после обеда за овощами и меня заодно купит. Как в первый раз.
      — Что как в первый раз? — насторожился Петька.
      — Ну, меня в первый раз домой из овощного магазина принесли. В капустном отделе купили, — пояснил Егор.
      — Это тебе кто сказал? — Петька положил на арену гантели и уселся на тугой футбольный мяч.
      — Сестра старшая. Я у нее спросил, откуда взялся, она и объяснила.
      — Ерунда какая! — возмутилась Римулька. — Детей не покупают и в капусте не находят. Их приносят большие белые птицы аисты, — ворона мечтательно посмотрела вверх. Будто ждала, что в подтверждение ее слов из-под Купола цирка спустится аист.
      — Темнота, — Петька покрутил пальцем около виска. — Дети родятся. Растут-растут у мамы в животе, а как им там тесно становится, они пяткой стучать начинают. Мама слышит и едет в родильный дом. Это боль-
      ница такая, чистая-пречистая. Там все и родятся. А то придумали — аист! Овощной магазин!
      Егор почему-то Петьке не поверил и посмотрел на Дарью.
      — Он правильно говорит, — артистка закончила возню с веночками и теперь складывала оставшиеся цветы в букеты. — Дети родятся. У меня сестра младшая есть. Недавно появилась. Еще говорить не умеет. Так вот — она родилась. Мы с папой ходили к роддому. Маму встречали. Я вырасту большая, и у меня кто-нибудь родится. Только я должна быть очень аккуратной. С мокрыми ногами не ходить, на горке не переохлаждаться. Это всем вредно, а девочкам особенно. Так
      мама сказала.
      — Правильно сказала, — подтвердил Закаленный Гвоздь, протянул ей кеды, носки и добавил: — Надень, Даша. Я так понимаю, ты дорогу домой одна не найдешь и пока отправишься вместе со всеми за Антошиным здоровьем. А уж потом тебя Петя проводит. Ты, кстати, как сюда попала?
      — Погулять пошла. Мимо стройки, на пустырь...
      — Где бочки из-под краски свалены? — уточнил Петька.
      — Ага, — кивнула Даша и продолжила: — Потом канаву перешла и попала на свалку. Тут Солнечный Луч из-за туч выбился. Я приложила пальцы к глазам, посмотрела на него, а как руки от лица отняла, здесь оказалась.
      — Зонтик там нашла? — хмыкнул подошедший Киселев.
      — Там. И зонтик, и туфли, и парик. Жалко, он потерялся после выступления, — вздохнула артистка.
      — Я его выбросил, — сердито пояснил хомяк. — Нечего грязь разную на голову напяливать.
      Даша обиделась и надулась. Все замолчали. Петька осуждающе посмотрел на друга. Действия Киселева показались ему слишком решительными.
      Положение спас Гвоздь. Он вынул из спортивной сумки яркие легкие кепочки с большими козырьками и раздал всем со словами:
      — Дорога дальняя, солнце высоко, надевайте, пока голову не напекло. Тебе, Даша, эта кепка пойдет куда больше, чем грязный парик, который неизвестно, кто раньше носил. Головной убор — вещь личная, как расческа или зубная щетка. Чужие шапки и уж тем более парики носить не надо. Могут волосы испортиться.
      Потом Гвоздь приподнял Егора, посадил его на раму велосипеда и спросил, прыгая на седло:
      — Форточку в твоей комнате бабушка оставляет открытой?
      — Когда сплю — обязательно. На свежем воздухе спать полезней.
      — Ну, вот и хорошо! Через форточку ты домой и вернешься.
      Гвоздь крутанул педали, и велосипед на бешеной скорости исчез с арены.
      — Во дает! — восхищенно сказал Петька.
      — Ему можно! Он тренированный! — нараспев откликнулась Римулька. Говорить о замечательном спортсмене спокойно она не могла.
     
      ГЛАВА 26
      Зонтик
     
      Во всем виноват зонтик! Ну, посудите сами: не будь у Даши белого в красный горошек зонтика, никому бы в голову не пришло пригласить ее прыгать с сарая. Если бы она не прыгнула и не попала неизвестно куда, то друзья могли бы спокойно двигаться дальше. А теперь, увы, они стояли в полной растерянности, пытаясь разобраться, что же, собственно, произошло.
      Дело было так. Ворона Римулька с веночком на шее, закаляки с мячами, обручами и прочими скакалками подождали, пока улягутся клубы пыли, поднятые велосипедом Закаленного Гвоздя, и отправились домой. Петька с Киселевым махали им вслед новыми кепками, Сахарок — хвостом, а Даша — зонтиком. Вот тут-то и появились двое неизвестных. По всему было видно — дошкольники. Тоже с зонтиками. Они потянули за рукав знаменитую артистку, шепнули ей что-то, Даша радостно закивала головой, и все трое бегом припустились к высокому старому сараю. К стене сарая кто-то приставил лестницу.
      — Куда ты, Даша? — крикнул Сахарок, первым почуявший неладное.
      — Она сейчас вернется! — ответил за беглянку один дошкольник. — Только прыгнет разочек и вернется.
      — Стой! — закричал Петька в ужасе. — Стой, говорю, разобьетесь!
      Но куда там! Отважная артистка, не разбирая дороги, неслась вперед. Друзья помчались вдогонку. Однако расстояние между ними было слишком велико. Вот уже три пестрых зонтика раскрылись под облаками, три горе-парашютиста прыгнули и... исчезли! Да, да, исчезли!
      — Наверное, их унесло ветром вон за те кусты, — предположил хомяк, указывая на заросли сирени. — Ты, Петь, влезь на крышу, посмотри вокруг.
      Петька вмиг оказался наверху. В школе он лучше всех лазил по шведской стенке, и одолеть лесенку оказалось делом пустяковым.
      Петька посмотрел в сторону кустов. Однако к его величайшему удивлению, сирени на месте не оказалось. Он лег животом на крышу, свесил голову вниз — хотел поделиться этой новостью с друзьями, но!.. Ни Киселева, ни Сахарка внизу не было! Сначала Петька решил, что вокруг облако, из-за него землю не видно. Он помахал перед собой руками, и тут ему пришло в голову, что землю-то видно! А хомяка с конем на ней нет. Вот в чем дело. Петька снова посмотрел в сторону кустов — пусто, вниз — никого, вдаль — вот они! Только не Сахарок с Киселевым у сарая, а Мисс Дарья с парашютистами возле стога сена.
      — Ура, — сказал он самому себе, — все шевелятся, значит, живы. А Даша вроде бы и здорова, — продолжил Петька беседу с самим собой, ведь больше говорить было не с кем, — ишь как носится от одного к другому.
      Наверное, они здорово ушиблись. Ладно, нечего любоваться, пойду ей помогу.
      Петька спустился на землю и собрался бежать, но вдруг услышал за собой ворчливый голос:
      — Видел их?
      Хомяк и конь смотрели на него вопросительно. Петька резко повернул голову: сирень шелестела листочками на своем старом месте. Стог, Даша и парашютисты пропали.
      Ни слова не говоря, Петька снова уцепился за ступени лесенки и быстро забрался наверх. Все повторилось: исчезли кусты, конь и хомяк, зато горе-парашютисты были видны как на ладони.
      — Даша! — крикнул он изо всех сил.
      — Петя! — в голосе знаменитой артистки звучали слезы. — Иди сюда! Недотепа колени разбил, а Разиня, Разиня... — она заревела. Что стряслось с Разиней, Петька не понял, но догадался — дело плохо.
      Догадался он и еще об одной важной вещи: прийти на помощь Даше и ее спутникам нельзя. Можно только прилететь. Осталось решить как.
     
      ГЛАВА 27
      Крылья
     
      Да-да-да, — протянул хомяк, выслушав Петин рассказ, — это задача! А еще вороны, как назло, нет! Помахала бы Римулька крылышками — и там!
      — Крылья, — мечтательно подхватил Сахарок, — я всегда хотел быть крылатым конем.
      — Крылья у лошадей не растут, — строго сказал Киселев.
      — Крылья могут вырасти у кого хочешь, — конь посмотрел в небо. — Вот выросли бы они у меня, вы бы с Петей сели ко мне на спину, я бы взлетел и отнес вас к Даше.
      — Если бы да кабы, да во рту росди грибы! — передразнил его хомяк. — Не слышал я, чтобы у кого-то ни с того ни с сего появлялись крылья.
      — Бывает, — вмешался в спор Петька. — Мама говорит: радость всех окрыляет. Давай сделаем что-нибудь, от чего Сахарок обрадуется. Вдруг у него вырастут крылья радости.
      — Может, ему стихи радостные прочитать? — задумчиво спросил хомяк.
      — Читай! — Сахарок прикрыл глаза и проготовился слушать.
      Бом, бом, бом, бом!
      Праздник и веселье!
      Мы построим новый дом!
      Будет новоселье! —
      закричал Киселев бодрым голосом.
      — Ты что так кричишь? — в ужасе прошептал Петька. — Хочешь, чтобы от твоих стихов лопнули барабанные перепонки?
      — А где тут барабан с перепонками? — не понял хомяк.
      — Барабана тут нет, а перепонки у нас в ушах. Звук стучит в них, тонкие перепонки колеблются, и мы слышим слова, музыку, шум всякий. А теперь представь, что кто-то бьет в барабан хоккейной клюшкой. Что будет?
      — Лопнет крышка барабана.
      — Правильно. А от твоих «бом-бом» может лопнуть перепонка в ухе. Для нее твои «бом-бом» все равно, что клюшка для барабана. Да и содержание стиха у тебя не очень.
      — Что не очень? — обиженно насторожился хомяк.
      — Не очень радостное. Если хочешь кого-то рассмешить — мало сказать «ха-ха-ха». И крылья радости от одного слова «радость» не вырастут.
      — Как же они по-твоему...
      Закончить хомяку не удалось. На сей раз не он перебил ворону, а она его.
      — Чаще всего крылья радости появляются, если радуешься чужой удаче, — сказала с дерева Римулька. И, не дожидаясь вопроса, откуда она взялась, продолжила:
      Баллада о добром слове
      По тропинке пес шагал,
      Настроенье скверное!
      Новость грустную сказал Кто-нибудь, наверное.
      Или просто на ветру Он простыл, болезный,
      А в родную конуру
      Муравьи залезли.
      В общем плохо было псу, Потому и злился.
      Вдруг над тропкою в лесу Кто-то закружился.
      Этот кто-то говорит:
      «Как же вы изящны!
      В вас, наверно, кровь бежит Догов настоящих!» Посмотрел на елку пес — Там сидит ворона.
      Он с волненьем произнес: «Очень благородно Было с вашей стороны j Проявить вниманье.
      Видно, вы душой добры. Ваше состраданье Помогло мне грусть унять. Вам за то спасибо,
      Что изволили сказать,
      Будто я красивый».
      А ворона говорит:
      «Я ужасно рада,
      Что тоска вас не томит.
      Это мне награда.
      Предлагаю вам теперь Вместе в путь отправиться.
      Вдруг еще какой-то зверь Без участья мается».
      И пошли они вперед.
      Прочь беда любая.
      Птица песенку поет,
      Пес хвостом виляет.
      Пока Римулька читала стихи, Петька и хомяк, не отрываясь, смотрели на спину Сахарка, смотрели, как на этой обычной лошадиной спине вырастают большие белые крылья. Когда ворона произнесла «пес хвостом виляет», Сахарок взмахнул крыльями и оторвался от земли.
      — Полетел, — восхищенно выдохнули Петька и Киселев, — ай да Римулька!
      — Я тут ни при чем! Просто добрый Сахарок по-настоящему обрадовался за собаку, у которой появился хороший товарищ. А теперь не теряйте времени даром! Садитесь на коня, и летим к Даше.
      — Знаешь, Петя, — сказал Киселев, хватаясь за конскую гриву, — ты мне все-таки как-нибудь нарисуй барабанную перепонку и объясни, как мы слышим. А то я не очень понял.
      — Ладно, — кивнул Петька, — и как слышим, и как видим, нарисую. Мне Варвара Сидоровна объясняла. Я помню. — Он крепко обнял Киселева, конь взмахнул крыльями, и друзья полетели.
      Растяпия
      что же было тем временем с парашютистами? Даша почувствовала себя ужасно несчастной, одинокой, никому не нужной. Еще бы! Оказалась неизвестно где, да с двумя больными дошкольниками. Ну ладно, Недотепа с разбитой коленкой — тут Даша знала, что делать.Она сорвала свежий лист подорожника, слегка потерла его между пальцами и приложила к ссадине. Недотепа сидел теперь на кочке и старательно прижимал лист к коленке. А вот Разиня!
      Даша вздохнула и подошла к Разине. Он прислонился спиной к стогу старого сена. Даша, кстати, свалилась со своим зонтиком прямо на этот стог, поэтому и осталась цела. Разиня тихо стонал. Его правая нога распухла и болела. И Даша, и Разиня, и Недотепа теперь очень жалели о своем глупом, неосторожном поступке, но было уже поздно — надо сначала думать, а потом делать.
      — Интересно, — тихо сказала Даша, — куда мы попали?
      — В Растяпию, — ответил Разиня, — каждый, кто за-
      оывает об осторожности, попадает сюда. Устроят ребята бой на палках, ткнут друг друга, ранят — и пожалуйста, здесь. Побежит кто-то на проезжую часть улицы за укатившимся футбольным мячом прямо под колеса машины — и окажется в Растяпии. В Растяпии у всех есть ссадины, болячки, раны.
      — Так, если ты заранее знал, что наш прыжок может плохо кончиться и мы попадем сюда, зачем мы прыгали? — воскликнула Даша.
      — Очень хотелось! — Разиня схватился за больную ногу и заплакал.
      «Нечего его ругать, — подумала Даша, — сама должна была думать. Я же старше. А ему и так хуже всех. Пойду-ка я лучше доктора или медсестру поищу».
      Но идти не пришлось.
      — Ах, ах-ах! Милые мои! Что с вами? — послышался приятный голос, и из-за стога сена выбежала Многорукая Ахля, сестра милосердия. На ней был длинный белый халат. Своим добрым лицом Ахля напоминала всех на свете бабушек. Рук у нее было только две, но она делала все так быстро, что казалась многорукой.
      Раз! Ахля взмахнула руками, пригладила Даше волосы, поправила курточку, отряхнула соломинки, вытерла девочке слезы и дала леденец на палочке. Из магазина.
      Даша растерялась, даже не заметила, как Откуда-то сверху спустилась ворона Римулька с чемоданчиком в клюве, Сахарок, Петька и Киселев. Они бесшумно приземлились возле стога и, не отрываясь, смотрели, как замечательно Ахля управляется с разбитой коленкой Недотепы. Все необходимое она вытаскивала из огромных карманов своего халата. Сначала появилась маленькая бутылочка с раствором перекиси водорода. Ахля сняла с коленки лист подорожника, плеснула на ссадину перекисью. Кровь идти перестала. Недотепа не пискнул. Снова замелькали быстрые руки, запахло йодом. Ахля смазала края ранки, смазала осторожно — ранку ни в коем случае нельзя поливать йодом, а нужно намотать ватку на палочку, обмакнуть в йод и слегка провести ваткой по больному месту. Потом в воздухе мелькнул бинт — и вот Недотепа уже трогает повязку на своей несчастной коленке. А Ахля принялась хлопотать возле Разини. Осмотрела его ногу, сказала:
      — Придется везти в больницу. Надо делать снимок. — Ахля наклонилась и принялась что-то искать во- -круг себя.
      — Вы фотоаппарат ищете? — спросила ворона.
      — Нет, шины, — Ахля с удивлением посмотрела на спустившуюся с неба компанию.
      — Автомобильные или для велосипеда? — уточнил Сахарок, считавший себя работником транспорта.
      — Да нет, совсем другие. Шинами медики называют плоские дощечки, — улыбнулась коню сестра милосердия, — я привяжу их с двух сторон к ноге пострадавшего, мы положим его к тебе на спину и поедем в больницу делать рентгеновский снимок. Снимок покажет: есть перелом или нет.
      — А зачем дощечки. Кладите так, — возразил Сахарок.
      — Дощечки нужны обязательно. Если кость сломалась, обломки при движении могут сдвинуться с места, а шины этому помешают.
      Тут в чемоданчике, который держала ворона, раздался стук.
      Киселев раскрыл его, и две ровные плоские дощечки плавно скользнули прямо в руки к Ахле. Она быстро привязала их к больной ноге Разини и вместе с Петькой
      уложила его на коня.
      — Где твои крылья? — тихо спросил Петька. Спина коня была ровной и гладкой, как прежде.
      — Крылья радости недолговечны, — грустно ответил Сахарок, — их не стало, как только мы прилетели на место. Но я не жалею. Я теперь всю жизнь буду помнить, как однажды взлетел вместе с вами.
      — Вы чего там шепчетесь? — спросила Даша.
      Но ни Петька, ни Сахарок не ответили. Они сердились на нее за дурацкий прыжок, за то, что она не остановила Недотепу и Разиню, а потому решили не рассказывать ей пока о крыльях радости.
     
      У реки
     
      дороги опять пришлось свернуть. К.Простуде, за украденным здоровьем, надо было идти налево; в поликлинику, куда Ахля везла Разиню, — направо. Да еще через реку. Там должен быть паром, а на пароме два паромщика. Дальше они помогут, но до берега Разиню должен был довезти Сахарок. А как же иначе? Не бросать же товарища в беде! И все двинулись к реке. А Ахля говорила вот что.
      — Кто попадает в Растяпию? — спрашивала она и тут же отвечала: — Те, кто не думает об осторожности. Например, зимой играют ребята в хоккей, а вратарь забывает маску надеть. Плохо это. Шайба летит с большой скоростью, может попасть в глаз. Да и просто в лицо ударит — тоже опасно. А в маске как хорошо. Играй на здоровье. А зонтики, — сестра милосердия посмотрела на горе-парашютистов, — одни с ними прыгают, руки-ноги ломают, другие фехтование устраивают — тоже до беды не далеко. Или качели? Какая замечательная
      вещь! Летаешь туда-сюда, чувствуешь себя бабочкой. Однако об осторожности и тут забывать не стоит. Держаться нужно крепко. Стоя качаться нельзя, закружится голова — упадешь. А уж прыгать с разлета совсем никуда не годится. Не успеешь отбежать, и доска ударит сзади по голове.
      Все слушали Ахлю внимательно, даже Даша перестала дуться на Петю и коня за то, что они секретничали.
      — Скажите, пожалуйста, — неожиданно спросил Петька, — а какая разница между сестрой милосердия и медицинской сестрой?
      — Никакой, — Ахля улыбнулась, — все медицинские сестры милосердны. У них обязательно должно быть доброе сердце.
      — Интересно, я смогу стать медсестрой? — спросила Даша.
      — Сможет, сможет, — ответил Недотепа. — Она нас с Разиней так жалела, так жалела, когда мы упали. У нее очень доброе сердце.
      — Хорошо, что жалела, зря только вовремя не удержала от прыжка, — строго напомнила Ахля.
      Даша покраснела.
      — Она больше не будет, — сказал кто-то зелененький и мохнатенький, появившийся неизвестно как, незнамо откуда. Может, из детского сада? Для школьника он был маловат.
      — Ты кто? — спросил хомяк.
      — Хлюпа! — ответил зелененький и хлюпнул носом.
      — Откуда? — продолжил знакомство Петька.
      — Из болота! — мохнатенький отряхнулся, и во все стороны полетели брызги.
      — Куда идешь? — Даша загородилась зонтиком.
      — Все равно куда, лишь бы с вами.
      — Мы к реке, — дружно пояснили Сахарок и Разиня.
      — Тогда уже пришли. Вон река, под обрывом. Пере-плюйка называется. Пожалуй, я поплаваю, — и, прежде чем его успели остановить, Хлюпа прыгнул вниз.
      — Ах! — ахнула Ахля.
      — Ох! — охнули все остальные.
     
      ГЛАВА 30
      Старый знакомый
     
      Петька, Киселев, Даша, Ахля и Недотепа мигом сбежали к воде. Сахарок и Разиня остались на краю обрыва. Они в ужасе смотрели, как по речной глади расходятся ровные круги. Утонул, — прошептал Разиня.
      Не думаю, — отозвался Сахарок, — ведь он сказал, что плавать умеет.
      Так он с разбегу прыгнул. Мало ли что на дне валяется. Железки могут быть, разные банки стеклянные, коряги, — взволнованно возразил Разиня. — Надо было аккуратно входить, на дно смотреть.
      «Ишь ты, поумнел, — подумал Сахарок, — понял, что такое осторожность. Жалко, поздно». Но вслух конь ничего не сказал. Вместе со всеми он во все глаза глядел на реку. А там! Вода вспенилась, забурлила, и у самого берега вынырнула странного вида деревянная старуха. В вытянутой корявой руке она держала мокренького, зелененького и уже не мохнатенького, а прилизанного Хлюпу. Старуха кричала сердитым голосом, а Хлюпа визжал и заливался слезами.
      — Это что же такое творится?! — восклицала старуха, потрясая в воздухе нырялыциком-неудачником. — Это как такое называется? Только села спокойно в песчаную ямку на дне любимой речки Переплюйки повязать себе теплые носочки из новеньких водорослей — и пожалуйста, валятся всякие прямо на голову. Ни те вам «можно войти», ни те вам «здрасти».
      Она размахнулась, примерилась и аккуратно приземлила Хлюпу на песчаный берег, тяжело вздохнула и погрузилась в воду.
      — Спасибо, извините, пожалуйста, — закричали стоявшие на берегу.
      Вода в реке снова вспенилась, старуха, высунув голову, сказала неожиданно ласково:
      — Да, ладно, я разве что, — и опять исчезла.
      Ахля с Дашей со всех ног бросились к Хлюпе. Ахля,
      вытащив из своего необъятного кармана пушистое махровое полотенце, начала растирать купальщика, приговаривая:
      — Ах, ах, ах! Что же нам делать! Ведь ты мокренький и холодненький, а сухого купальничка у меня нет.
      — Мне не надо, — откликнулся из складок зелененький и снова мохнатенький. — Я же водяной, я никогда не переодеваюсь. Это мальчики и девочки не должны на пляже в мокрых трусах сидеть, на холодных камнях лежать, а мне можно. t
      — Какой еще водяной! Никому нельзя в сырых вещах сидеть!
      — Вот я его сейчас подсушу, ему совсем хорошо станет — с этими словами из-за облака выскользнул Солнечный Луч. Всем сразу стало тепло и весело.
      — Здорово, приятель, — обрадовался Петька.
      — Привет, старый дружище, — махнул хвостом Сахарок.
      — Откуда вы его знаете? — удивился Киселев.
      — Так он вскипятил воду для макарон, когда Клецка и витамины томились в плену у Зубной Боли.
      — Ну, молодец, вот герой, — хомяк даже подпрыгнул от восторга. Но Луч оказался застенчивым, спрятался за облако.
      — Выходи, выходи, не скромничай, — позвал его обсохший Хлюпа. — Давай в салочки поиграем.
      Луч тотчас появился и начал носиться по поляне вместе с Дашей и Хлюпой. Недотепа хотел было тоже включиться в игру, но моментально споткнулся, растянул ногу в голеностопном суставе, и трудолюбивая Ахля опять взялась за работу. Стала накладывать ему восьмиобразную повязку.
      Что касается Петьки, то он тоже отказался от игры — надо было выполнить обещание, данное хомяку: нарисовать на бумажке, как мы слышим и видим. Разиня со спины Сахарка наблюдал за Петькой, а сам Сахарок щипал травку. В общем, все были при деле, и казалось, ничего неприятного произойти не может. Так нет! Нате вам! Опять Хлюпа!
      — Эй, сюда, Хлюпе плохо! — неожиданно позвала друзей Даша.
     
      ГЛАВА 31
      Луч совсем не виноват
     
      Прихрамывающий Недотепа влез Сахарку на спину, устроился рядом с Разиней, и конь повез их к тому месту, где шустрая Ахля уже хлопотала вокруг Хлюпы.
      — Как же так? Что произошло? — спрашивала она у Даши.
      — Это все Солнечный Луч! Играли мы, играли, вдруг он как стукнет Хлюпу по макушке. Тот и упал.
      — За что ты его? — рассердился Петька. — Он тебя что, трогал? И вообще так сильно бить нечестно!
      — Я нечаянно, я не хотел, — начал оправдываться Луч.
      — Не хотел, не хотел! Думать надо! — забубнил, как всегда, хомяк.
      — Не ругайте его! Хлюпа сам виноват — с этими словами к друзьям подошел незнакомец, чрезвычайно похожий на Хлюпу. Только Хлюпа был зеленый, а этот бесцветный, прозрачный и, когда шел, слегка позвякивал. Казалось, падает где-то рядом веселая весенняя ка-
      пель. — Мой брат очень небрежен и непослушен, — продолжил незнакомец, опускаясь на колени. — Ему много раз говорили, что нельзя играть с Солнечным Лучом без кепки, и вот случилась беда — солнечный удар. Надо лечить, — Хлюпин брат положил больному на голову влажную холодную косынку.
      — Ой, Ашдваока, — прошептал Хлюпа, открывая глаза.
      Ашдваока провел рукой по груди зелененького и мохнатенького.
      — Ты опять плескался в болоте? — спросил он, глядя на свою ладонь.
      Хлюпа сел, шмыгнул носом и стал ковырять пальчиком ямку.
      Тут уже Даша бросилась его защищать.
      — Он все понял, больше не будет, — затараторила она и спросила: — А почему нельзя в болоте плескаться?
      — Болото — место страшное, — Ашдваока дал Хлюпе стакан воды. Он попил и совсем пришел в себя. — В болотную трясину можно провалиться и не вылезти. Вода там грязная, тухлая, пить ее вредно.
      — А как же Хлюпа сказал, что живет в болоте? — Недотепа слез с коня, подошел к Ашдваоке и заглянул в его большие голубые глаза.
      Все молча посмотрели на зелененького и мохнатенького.
      — Это я раньше жил, теперь переехал, буду с Аш-дваокой по реке на пароме плавать, — Хлюпа совсем смутился и стал еще усерднее ковырять ямку.
      — Ты выдумщик и грязнуля, — укоризненно сказал Ашдваока. — Вы, наверное, думаете, — спросил он у друзей, — что Хлюпа всегда такого цвета? Нет, он просто давно не мылся по-настоящему, с мылом и мочалкой.
      — Не хочу с мочалкой, не надо мыла! Ушки мои бедные! В них пузыри попадут! — завопил Хлюпа, собираясь бежать.
      Но его схватили. Ахля моментально намылила зелененького и мохнатенького, Киселев растер мочалкой, а Петька с Ашдваокой подняли и понесли к реке.
      Из реки на бережок вылезла деревянная старуха и начала приговаривать:
      — Аккуратно заходите, не поскользнитесь, дно во-обще-то чистое, и коряг нет, если я на берегу, но ям много. Окунайте его, голубчика, поглядим, какой после мытья станет.
      Когда Хлюпу отполоскали, с него сошла вся зелень. Он стал такой же чистый и прозрачный, как Ашдваока. Только поменьше ростом. Ведь Хлюпа был младший брат.
      — Какой хорошенький, какой симпатичненький! — продолжала приговаривать старуха, оглядывая его со всех сторон. — Можешь теперь валиться мне на голову, когда захочешь.
      — Э-э, нет, — возразила Ахля, — хватит с нас приключений у реки. Я сейчас поставлю на берегу щит, а на нем напишу правила поведения у воды, и все должны будут их выполнять.
      Ахля сказала это так строго, что и Петя, и Даша сразу поняли — речь идет об очень серьезных правилах.
      Сестра милосердия махнула рукой, и с парома, на котором совсем недавно приплыл Ашдваока, соскочил де-
      ревянный старичок.
      — Братец, дорогой! — опять закричала деревянная старуха. — Пнюшечка! Как мы давно не видались!
      — Это ж надо! — удивился Петька. — То братцы, то сестрицы. Прямо какой-то семейный праздник! Только салата не хватает и чаю с коврижкой.
      — Я такую сестру ни за какие коврижки знать не хочу, — проскрипел Пнюшечка, вытаскивая на берег большой щит. — Не нужны мне родственники, которые на дне реки затаились и, вместо того чтобы делом заниматься, на ныряльщиков наскакивают. Отойди, Коряж-ка, с дороги и не подлизывайся.
      — Так где ж дело-то взять? Кому я, старая, страшная коряга, нужна? — деревянная старуха вдруг горько заплакала.
      — Не плачь, Коряжка, не плачь! Ты очень даже красивое произведение природы. Я знаю, где ты нужна! — стала утешать ее Даша. — Если тебя подсушить и поставить в раздевалке, то на твои сучки можно будет вешать шапки.
      — А шляпки? — всхлипнула Коряжка.
      — И шляпки, и панамы, и кепки, — заговорили все сразу.
      Солнечный Луч выглянул из-за дерева. Ему было стыдно. Конечно, Хлюпа виноват, что бегал без кепки на солнцепеке, но и играть нужно осторожно. Силу рассчитывать.
      «Сделаю что-нибудь хорошее, — подумал Луч, робко подбираясь к друзьям, — подсушу-ка я мокрую старуху».
      Так он и поступил. И вдруг произошло чудо!
      Вместо плачущей черной коряги перед путешественниками возникла золотистая красавица. Ее сучки и ветви причудливо изгибались. На стволе поблескивали коричневые круги, красноватые разводы разбегались в разные стороны, образуя замысловатые узоры.
      Все столпились вокруг Коряжки, разглядывали ее и восхищались. Только Хлюпа, натянув до самых ушей кепку, носился по поляне, переливаясь под солнцем всеми цветами радуги.
      Потерялась!
      аром отплыл. Разиню положили на матрац, а его больную ногу подняли повыше, устроив на одном из сучков Коряжки. Если нога повреждена, ее надо поднять повыше. Ахля налила в резиновую грелку холодной воды и приложила к больной ноге Разини.
      — Грелка-холодилка, — сказал Недотепа, у которого уже все прошло, и он теперь бегал по парому вслед за Хлюпой.
      Это она сегодня холодилка, — Ахля схватила обоих и посадила рядом с собой, — в первый день к ушибленному месту всегда прикладывают холод. А завтра она будет грелка. В нее горячую воду нальют.
      Почему? — хором спросили непоседы, пытаясь вырваться.
      — Потому, что начиная со второго дня ушибы и растяжения надо согревать. Можно грелку прикладывать, можно ванночки с морской солью делать.
      — И будет как будто море? — Хлюпа уже не надеялся вырваться из крепких Ахлиных рук и просто дрыгал ногами.
      Те, кто остался на берегу, не слышали, что ответила сестра милосердия: паром уплывал все дальше и дальше, увозя Недотепу, Разиню, Ахлю, Хлюпу, Коряжку и Риму льку. Ворона уговорила добрых паромщиков Пню-шечку и Ашдваоку взять ее с собой.
      — Моряки раньше всегда брали ворон, — научно объясняла Римулька свое неудержимое желание прокатиться по реке. — Вот плывут они, плывут, берегов не видно, грустят, конечно, ведь в море для того и уходят, чтобы по земле грустить. Потом выпускают ворону. Полетит птица над бурными волнами, а моряки ждут — вернется, значит, далеко берег, не долетела. Не вернется — земля рядом!
      Римульку на паром взяли. Правда, Киселев пытался обратить общее внимание на то, что у реки Переплюйки с одного берега другой видно и моряки вряд ли успеют во время путешествия затосковать по земле. Но Петька предложил хомяку не приставать к вороне по пустякам, а двигаться вместе со всеми, наверстывать упущенное.
      — Хорошо тут, — Даша еще раз окинула взглядом луг, берег, лесную поляну, — чисто, красиво. Деревьев поломанных нет, вода в реке прозрачная, на дне ничего не валяется.
      — Заповедный уголок. Туристы какие или путешественники, вроде нас, если и забредут, то мусор не разбрасывают. — Сахарок наклонил голову и ухватил губами обертку от бинта. Она случайно выпала у Ахли из кармана. Киселев сунул ее в карман. Вокруг стало совсем-совсем чисто. Как будто здесь недавно и не было большой компании. Прибрежные ивы кивали ветвями, шелестели листьями, поскрипывали на разные голоса — благодарили друзей за бережное отношение к природе.
      А путники уже ступили на лесную дорогу, бежавшую прямиком к королевству Простуды.
      Сахарок трусил первым, пощипывая иногда молодые липовые листочки, следом за ним рядышком шагали Петька с Киселевым. Они загадывали друг другу загадки и считали очки за каждый правильный ответ. Пока что выигрывал Петька, а Киселев старался придумать что-нибудь помудреней. Последней шла Даша. Она несколько поотстала от приятелей, так как ей все время попадалось что-нибудь интересное. Сначала муравей не мог перетащить через толстый сучок длинную травинку. Пришлось ему помочь. Затем майский жук налетел на березовый ствол, упал на спину и беспомощно шевелил своими тонкими лапками. Даша повернула его и тут же увидела нечто необыкновенное!
      Два гриба на серых ножках, в причудливых шляпках, каждая из множества завитушек, выглянули из-за кочки и поманили ее к себе. Даша шагнула с дороги на тропинку, грибы шмыгнули за пенек, снова выглянули и свистнули. Даша за ними, грибы бегом, она вприпрыжку. Через осинник, на поляну, в ельник, оврагом, опять поляна и... Ой! Где я? Заблуд-и-и-лась!
      Коза, которая всегда кстати
      Счет продолжал расти в Петькину пользу. Надо было принимать какие-то серьезные меры. Киселев, зная, как Петька не любит заниматься уборкой квартиры, предложил ему очень трудную загадку:
      Зверь живет у вас в квартире,
      С ревом по полу ползет,
      Все, что на пол уронили,
      Обязательно слизнет.
      — Какой ответ? — хомяк хитро посмотрел на друга.
      — Ответ простой — это ты! — засмеялся Петька, вспомнив, как Киселев шустро хватал кусочки яблок и печенья, когда Антон или он сам ронял их на пол.
      — Не угадал! Я, конечно, могу слизнуть что-нибудь вкусное, но я не ползаю, а бегаю, да и не реву! Отгадывай снова! Очко мне!
      Петя решил посоветоваться с Дашей. Он обернулся... Никого!
      — Даша! — позвали они с Киселевым.
      — Мисс Дарья! — взволнованно заржал Сахарок. Только никто не откликнулся. Не было Даши, пропала знаменитая артистка Мисс Дарья.
      — Может, спряталась? — предположил Петя и раздвинул ветки кустов.
      — Может, на дерево влезла? — Сахарок закинул голову.
      — Нет, — вздохнул хомяк, указывая на следы кед, свернувшие в чащу. — Она заблудилась. Мы сами виноваты! Даша самая слабая из нас, нельзя было ей последней идти. В любом походе направляющим и замыкающим должны быть самые сильные.
      — Ой, обида какая! До королевства Простуды осталось всего ничего и опять задержка, — вздохнул Сахарок.
      — Ладно уж, задержимся, лишь бы Дашу отыскать! Ты, Сахарок, на дороге оставайся, все равно через чащу не продерешься, да и Даша может обратно вернуться.
      Петя махнул коню рукой и двинулся вслед за хомяком. В осиннике Дашиных следов не было. Зато в ельнике им повезло. На куче старых, порыжевших хвоинок лежало платье знаменитой артистки, то самое, красное, с белыми горошинами. Даша путешествовала, как все нормальные туристы, в спортивном костюме. В костюме она ушла из дому, а платье надела на свалке. После прыжка с крыши сняла его и таскала всю дорогу под мышкой, да на бегу потеряла.
      — Она где-то рядом, — обрадовался хомяк и стал старательно закапывать находку, подгребая со всех сторон хвоинки.
      — Прекрати сейчас же, — остановил его Петька. — Положи в чемодан это противное платье, дойдем до помойки и выбросим.
      От таких слов у Киселева шерсть встала дыбом.
      — Ты думаешь, что говоришь! В мой медицинский чемоданчик положить эту грязную тряпку со свалки! Да по ней, поди, Гадость Всякая туда-сюда шныряет, так и глядит — на кого бы перепрыгнуть!
      — Какая гадость? — не понял Петька. — Как в больном зубе?
      — Да! Микробы разные, — ответил хомяк важно.
      — А микробы — они какие? — не унимался Петька.
      — Противные и вредные, — Киселев решил на этом разговор закончить, так как больше сам ничего не знал.
      — Почему же только противные и вредные? — по-
      слышалось из-за старого раскидистого дуба. — Бывают симпатичные и полезные.
      — Я таких не видел и никогда о них не слышал, — откликнулся хомяк невидимому собеседнику.
      — Слышать ты слышал, мы с тобой уже целую ми-нуту разговариваем, а теперь смотри... — тот, кто отвечал, сделал шаг и появился перед друзьями.
      Больше всего он напоминал длинный розовый карандаш на ножках.
      — Это ты хочешь нас убедить, будто ты и есть полезный микроб? — фыркнул хомяк.
      — Я и есть. Зовут Бактерия Лакта.
      — Иностранец, что ли? — спросил Петька, пристально рассматривая розового. — И на каком же языке тебя так длинно зовут?
      — На латинском, — розовый шагнул на своих длинных ногах через канаву. Хомяк на всякий случай попятился, потянул за собой Петьку.
      — Жалко, мы с Петей маловато латинских слов знаем. Телевизор, цирк, библиотека — вот и все. А то бы побеседовали. Была бы тут коза Белла, она бы помогла, а то без переводчика трудновато.
      — Что трудновато? — не понял розовый.
      — Во вранье твоем разобраться. Думаешь, если мы из леса вышли, так не знаем, что микробы очень маленькие. Ты же такой вымахал, что того гляди — макушкой за облако заденешь.
      — Он не врет, — строго сказал знакомый голос, и из осинника важно выплыла коза Белла.
      Петька заплясал от радости.
      — Он не врет, - — повторила заведующая Зеленой аптекой, ставя перед собой корзинку с желтыми цветами. — Он, правда, микроб. Только однажды ему пришлось пройти через волшебный электронный микроскоп, и он стал таким огромным.
      — А если бы он прошел через обычный электронный микроскоп, не волшебный? — все еще настороженно спросил хомяк. — Тогда был бы поменьше?
      — У микроскопов, — начала растолковывать коза Белла, — вообще такое свойство — все увеличивать. Возьмешь, например, муху, положишь ее под микроскоп, и кажется она величиной со слона.
      — Начинает занимать много места, всем мешать, и поэтому люди иногда говорят друг другу: «Не делай из мухи слона!» — подхватил Петька.
      — Нет, нет, — засмеялась Белла, — муха не становится больше. Под микроскопом ее просто лучше видно. И микробов тоже видно. Но если с мухой мы и так знакомы, то микроба без увеличения не разглядишь.
      — Ой, да что мы тут разговариваем? Пойдемте ко мне в музей истории медицины. Я вам там все покажу, — предложил розовый.
      — Не можем мы, — вздохнул Петька, — у нас Даша пропала, искать надо.
      — Где пропала? — заволновалась коза.
      — Здесь где-то заблудилась, — Петька показал рукой вокруг.
      — Э-э, Квасилий, — обратилась Белла к розовому, — не нравится мне эта пропажа.
      Хомяк толкнул козу в бок:
      — Длинный сказал, что его как-то по-другому зовут.
      — Если по-латыни, тогда да, — согласилась Белла, — а если по-приятельски, то можно Квасилий. Он полезный микроб. Капусту помогает квасить. Яблоки моченые делает — пальчики оближешь. И еще — там, где Квасилий пройдет, нет места Эллочке-Шигелочке и ее всей бандитской шайке.
      — Она страшная, эта Эллочка? — спросил Петя.
      — Да как тебе сказать? — задумалась коза. — С виду вроде бы нет. Но носит она с собой тонкую палочку. Коснется Эллочка-Шигелочка этой палочкой кусочка торта, который ты не доел да не убрал в холодильник, и тотчас поселятся на кусочке вредные микробы. Постоит торт на столе, ты по улице побегаешь, проголодаешься, придешь, доешь его и заболит у тебя живот.
      — А как же Эллочка-Шигелочка пролезет ко мне домой? — рассердился Петька на незваную гостью.
      — Чаще всего она с мухами прилетает. Мухи на лапах много всякой гадости приносят и ее иногда захватывают.
      — Значит, если все от мух закрывать и прятать в холодильник, никакая Шигелочка не страшна? — Петька недоверчиво посмотрел на козу.
      — Надо еще руки мыть как следует, овощи и фрукты грязные не есть, воду не пить на улице из общих стаканов, вот тогда Шигелочке до тебя ни за что не добраться, — объяснил Квасилий.
      — Это какую воду? Газировку? — Петька совсем расстроился. — Как же так, газировку не пить?
      — Пей, пожалуйста, только из чистых бумажных стаканчиков. Или из своей домашней эмалированной кружечки. Ну, в крайнем случае сверни фунтик из бумаги, подставь под струю — вот тебе и посудина. — Квасилий вытащил из кармана листочек и скрутил его.
      — Все правильно, а теперь за мной! — коза Белла шагнула и остановилась. — Ах, батюшки, чуть мать-и-мачеху не забыла, — она подхватила корзиночку.
      — Зачем тебе мать-и-мачеха? — Киселев сунул нос в желтые цветочки.
      — От кашля хорошо помогает, — коза повесила поклажу на свои красивые рога.
      Квасилий рассказывает
      Василий взял длинную палку, поддел на нее платье, закинул ношу через плечо и стал похож на огромную розовую птицу фламинго, но только с крыльями в горошек.
      На кукурузном поле за лесом стоит пугало. Одежка на нем поистрепалась, мы ему новое платье подарим, — сказал он. Тут дунул сильный ветер, платье вспорхнуло, и сходство Квасилия с птицей стало еще больше.
      Петька сказал ему об этом.
      Ничего удивительного, — ответил микроб, — мы с фламинго родственники.
      — С кем родственники? — не понял хомяк.
      — С птицей фламинго, и с тобой, хомяк, и с козой, и с Петей. А вы между собой тоже все родственники, —
      Квасилий говорил это так просто и уверенно, что Киселев даже не стал спорить. Он решил ждать разъяснений. Особенно волновал его вопрос о родстве с козой Беллой: одно дело — если он ей дядя и совсем другое — когда она ему тетя. — В природе все едино, все связано, — продолжал рассказ специалист по заквашиванию капусты, — посмотрите, вон трава растет. Зеленая.
      Когда светит солнце, она выделяет кислород. Ты знаешь, Петя, что такое — кислород?
      — Газ такой невидимый. Мы им дышим.
      — Правильно, — кивнул рассказчик.
      — Вот и первый признак нашего родства — мы все дышим кислородом, — сказал хомяк важно. Ему было приятно, что он сам об этом догадался.
      — Нет, — возразил Квасилий, — это второй. Первый признак нашего родства состоит в том, что все мы построены из мельчайших кирпичиков. Вместе эти кирпичики называются «органические вещества». А мы с вами организмы. Органические вещества разные, их очень много, но все они делятся на три группы: белки, жиры и углеводы. И все живое ими постоянно обменивается.
      — Это как? — не поверил Киселев. — Как обменивается? Что-то я не помню, чтобы Петя с кем-то углеводами менялся. Марками - — это было, а вот чтобы как ты говоришь — не случалось.
      — Смотрите, — Квасилий кивнул на козу, которая щипала на ходу травку, — коза ест траву. А трава и вообще все растения состоят из органических веществ. К вечеру у козы появится молоко. В этом молоке будет все то, что содержалось в траве. Вы попьете молока, ведь коза не жадная и непременно угостит вас, окрепнете и подрастете. Но вы не железные, не каменные, а живые. Вы дышите и выдыхаете углекислый газ. Этот газ поглощает трава. Поглощает и тоже растет.
      — Здорово объяснил! Теперь я понимаю, почему мы все родственники: мы все состоим из одних и тех же веществ и меняемся ими друг с другом. Так? — спросил неугомонный Киселев. А Петя молча улыбался. Дело в том, что кое-что об этом он уже знал.
      — Так, так, — согласился умный Квасилий. — Только нужно добавить, что мы получаем от природы еще и силу, чтобы жить, двигаться. Силу эту называют «энергия». Она получается, когда кирпичики белков, жиров и углеводов распадаются на молекулы, на составные части. Это сложный процесс. Он похож на горение дров. Вы видели, как горят дрова?
      — Видели! Видели! — донеслось из-под облаков. — Они горят ярким пламенем, становится тепло и светло.
      Выделяется тепловая и световая энергия. Формула энергии, которая напечатана в учебнике физики для 6 класса, выглядит так...
      — Еще одна родственница прилетела, — хомяк, как всегда, не дал вороне договорить. — Интересно, кем она мне приходится? Прабабушкой?
      — Почти, — серьезно ответил мудрый микроб, — ведь птицы появились на Земле раньше, чем звери. Сначала были мы, бактерии, потом — простейшие. К ним, например, относятся медузы. Потом — рыбы, птицы, звери и, наконец, человек.
      — Понял? — ворона опустилась пониже. — Изволь слушаться.
      Такое хомяк вынести не смог. Он дернул Римульку за хвост, и она лишилась одного перышка. Ворона зашипела. Петя понял, что сейчас начнется драка.
      — Прекратите немедленно! — закричал он. — Мы не можем терять время! Найдем Дашу, тогда подеретесь.
      — Я уже нашлась, но драться все равно не обязательно, — навстречу друзьям из березовой рощи вышла Мисс Дарья, да не одна.
      Можно даже сказать, что Даша вела за собой целый отряд, отряд друзей. Справа и слева от знаменитой артистки, отважной парашютистки, будущей медсестры, ученицы 2 «в» бодро шагали Дарило и Клецка. Клецка несла термосы с надписями «Суп» и «Манная каша», а Дарило взвалил на плечо несколько пар лыж. Он стал настоящий силач. Следом за ними, бережно прижимая к себе пучки зеленого лука, бутылку подсолнечного масла и буханку черного хлеба, шли витамины С, А и В. Тут же крутился неугомонный Хлюпа, без конца приставая с вопросами то к Горчичнику, то к Закаленному Гвоздю. Вопросами этими он очень мешал, так как Гвоздь рассказывал Горчичнику и Мятной Капле, что такое аэробика, почему полезно заниматься гимнастикой под музыку, и советовал им полюбить это веселое, интересное дело. Гвоздь даже показал два упражнения. Он бы показал и третье, но тут Хлюпа подвернулся ему под ногу, и спортсмену пришлось через него перепрыгнуть. Капля погладила перепуганного Хлюпу по головке, дала мятную конфету, попросила немножко помолчать и не крутиться. Конфету он взял, однако не замолчал, а при-
      нялся приставать к Уксусу. Уксус, как ни странно, вопросам обрадовался. В Дашиной компании он был новичок и чувстровал себя не очень уверенно. Хлюпины «зачем» и «почему» помогали ему освоиться.
      Что касается Петьки, Киселева, козы и Квасилия, то, увидев Дашин отряд, они сначала удивились, а потом обрадовались. Было ясно, что Даша победила каких-то, пока неведомых им врагов и помогли ей в этом друзья.
     
      Главное — не сдаваться
     
      Шумно и весело стало на поляне. Старые знакомые здоровались,- знакомили новичков друг с другом. Петька радостно приплясывал вокруг Мятной Капли и Горчичника. У него все-таки были опасения, что отважная голубая дама и желтый мужичок могут не справиться с Кашлем и Насморком. Витамин С очень обрадовался Кваси-лию. Оказывается, они были давними друзьями. Дело в том, что весной витамина С нет ни в яблоках, ни в картошке, за зиму он оттуда исчезает и остается витамин только в кислой капусте. Той самой, которую готовит Квасилий.
      Мятная Капля и Горчичник сразу подружились с козой. Они очень заинтересовались цветами мать-и-маче-хи. Это не удивительно — их вообще интересовало все, что помогает бороться с Кашлем.
      Киселев же решил поближе познакомиться с Уксусом. Но прежде хомяк нашел дело для болтливого Хлюпы. Он дал ему злополучное платье в горошек и попросил бегом отнести на кукурузное поле в подарок пугалу.
      Освободившись таким образом от приставалы, Киселев предложил Уксусу и Даше подробно рассказать, как они познакомились. А как же иначе? Ведь Киселев во всем любил порядок.
      Даша села на пенек и начала:
      — Я свернула с дороги за двумя поганками. Они кланялись, снимали шляпки и звали меня за собой. Это было так интересно, что я, конечно, пошла за ними.
      — Удивительное легкомыслие! — рассердился хомяк. — Нельзя идти за каждым, кто позовёт!
      Даша вздохнула. А Петька стал рассматривать облака. Он понимал Дашу. Удержаться и не побежать за шмыгающими поганками может не каждый. Он, Петька, тоже не удержался бы. Хотя и знал, что этого делать нельзя. Потому и разглядывал облака.
      — Так вот, — продолжила Даша, — грибы привели меня на большую поляну и исчезли. Тут стало ясно, что я заблудилась. Найти север и юг в лесу я могу...
      — Как? — спросил Уксус.
      — С южной стороны у деревьев веток больше, — ответила Даша и продолжила: — Где какая сторона, я разобралась сразу, а вот куда идти, не знала. Только собралась заплакать — появилась фея в лиловом платье.
      — Кто? — Петька схватился за живот и захохотал. — Ой, не могу! Во 2 классе учится, а в фей верит! Это тебе что — новогоднее представление в театре или лес? Какие тут феи? Феи — это артистки из Москонцерта. Они в костюмах по ельнику не гуляют.
      — Не перебивай, — одернул его Киселев. — Не известно, во что бы ты сам поверил, окажись на ее месте.
      — Так вот, — Даша сердито толкнула Петьку в бок, и он замолчал, — выходит эта фея и говорит: «Ах, девочка, ах, бедная, заблудилась-потерялась. Наверное, голодная. Давай я тебя накормлю». И протягивает мне корзинку. Чего в ней только не было: смородина красная, смородина черная, вишня! Морковь свежая с грядки, редиска, тоже свежая. Даже с землей. Я решила: поем и спрошу у феи дорогу. Тут Уксус! Как выскочит со своим голубым пластмассовым ведерком, как закричит: «Не трогай, девочка, ягоды, не еттть грязные овощи!» Фея корзинку схватила — и бежать. По пням, по кочкам, лиловое платье за ветки цепляется, а Уксус припустился за ней. Тут я совсем испугалась. Ну, думаю, сейчас этот с ведерком фею растерзает, а потом за меня примется. Я ж не знала, что фея вовсе не фея, а злая Эл-лочка-Шигелочка, повелительница вредных микробов, и что в корзине у нее вовсе не смородина с вишнями лежали, а ядовитые ягоды. Они просто по виду на съедобные похожи. Уксуса я видела в первый раз, и никто мне не говорил, хороший он или плохой, — Даша вздохнула.
      — Послушай, Уксус, почему тебя эта Эллочка-Шигелочка так испугалась? — Киселев внимательно посмотрел на нового знакомого, а тот, казалось, был сложен из маленьких кусочков льда, только не таял на солнце.
      — Кислый я! — ответил Уксус. — Опущу палец в воду — вода тоже кислая становится. Если такой водой вымыть овощи и фрукты, никакие вредные микробы не
      выживут. Погибнут. И Эллочке-Шигелочке конец придет.
      — От ядовитых грибов и ягод ты тоже помогаешь? — спросил Петя.
      — Нет, — Уксус блеснул прозрачными кубиками, — бессилен я против них.
      — Как же от них тогда защититься? — снова спросил Петя.
      — Да очень просто! Гораздо проще, чем от невидимых микробов. Нужно только знать, какие грибы и ягоды ядовиты, и никогда их не рвать.
      — Вот, — неожиданно сказала коза Белла, — возьмите эти картинки. Тут нарисованы грибы, ягоды и растения, которые содержат яд, опасный для человека, запомните их и никогда не трогайте, — она протянула Пете с Дашей по большой открытке. — Продолжай, Даша, свой рассказ. Что было потом?
      — Потом Уксус вернулся. Он быстро с Эллочкой-Шигелочкой справился. Успокоил меня. Дал редиску.
      — Но, — добавил Уксус, — вымыл предварительно по всем правилам.
      — Это как? — спросил Хлюпа, который уже успел сбегать на кукурузное поле.
      — Сначала жесткой щеткой под струйкой воды, потом положил в ведерко, налил чистой воды и добавил столовую ложку себя самого, — Уксус показал бутылочку с надписью «Уксус». — На немытых овощах и фруктах притаилось целое войско вредных микробов. Они только и ждут, как бы попасть человеку в живот и натворить там всяких бед. На грязных руках они тоже очень любят засады устраивать.
      — Так руки тоже с уксусом надо мыть? — удивилась Даша.
      — Ну, зачем?! — засмеялся Уксус. — Руки мой с мылом теплой водой. Если очень грязные, то щеткой потри. Гадость Всякая из Эллочкиного войска против мыла и щетки никогда не устоит.
      — Интересно все-таки посмотреть, — задумчиво сказала Даша, — какие они, эти вредные микробы?
      — Ты давай рассказывай свою историю, а то нам к Простуде надо — освобождать Антоново здоровье. А после Квасилий отведет нас в музей истории медицины.
      Там и на Гадость Всякую под микроскопом поглядишь, — поторопил Петька рассказчицу.
      — Ох, — вздохнула Даша, — до конца еще долго! Со мной дальше было такое! Сижу я, ем редиску, вдруг ветер, свист, крик. Это летят Кашель, Насморк и Горчичник с Мятной Каплей! Сцепились, борются. Капля с Горчичником никак этих негодяев одолеть не могут. Я и испугаться не успела, как Кашель схватил меня и поднял в воздух. Тут Капле с Горчичником еще тяжелее стало — ведь меня надо было защищать. Правда, Уксус в последний момент ухватился за мои пятки!
      — Да, да, — кивнул Уксус, — при кашле и насморке очень хорошо ступни яблочным уксусом натереть. Но она в кедах была, так что сразу до голых пяток я добраться не смог.
      — Яблочный — это у тебя фамилия такая? — спросил Киселев.
      — Фамилия, фамилия, — кивнул Уксус и продолжил Дашин рассказ: — Летим мы, сражаемся. Даша молодцом держится: не плачет, не кричит.
      — Еще бы! — засмеялся Петька. — Она у нас парашютистка!
      Даша обиделась:
      — Тебя бы Кашель с Насморком украли, я бы посмотрела, как ты терпел!
      — Он уже побывал в плену у Зубной Боли, — заступился за друга Киселев, — и держался очень стойко. А еще, Даша, никогда и никому не желай попасть в лапы к болезням. Нехорошо это.
      Даша смутилась и покосилась на Петьку. Но он махнул рукой — на друзей за ошибки не сердятся.
      — Так вот, — Уксус скорчил страшную рожу и задрожал, — летим мы, летим, к становится все холоднее, потому как тащат нас Кашель с Насморком в страну Холодрыгу, к своей подруге Вьюжине. Внизу белое снежное поле, поземка метет, а Даша, как известно, одета по-весеннему! Тут Горчичник и Мятная Капля навалились на врагов изо всех сил, да и я добавил, до пяток Дашиных добрался — растаяли Кашель с Насморком. Нет их теперь! Красота! Только мы из сил выбились, свалились прямо в сугроб! Холодно! Даша сначала хотела щеки снегом растереть. Но Мятная Капля вовремя ее остано-
      вила. Замерзшая кожа нежная, легкоранимая, можно в ранку Гадость Всякую втереть. Снег хоть на первый взгляд и чистый, а микробы вредные в нем иногда попадаются. А тут как раз прилетела Вьюжина.
      — На что она хоть похожа, эта Вьюжина? — спросил Петька.
      — На снежную бабу, которую пылесосом развеяли, — пояснила Даша, а Уксус продолжил:
      — Так вот, прилетела она, снегом напылила и говорит: «Сейчас я прокричу на весь свет четыре вопроса и дам вам одно задание. Если вы или кто другой даст мне на них ответы и ответы эти будут правильные — вернетесь в свой теплый майский лес, нет — пеняйте на себя — заморожу».
      И начала вопросы выкрикивать:
      «Вопрос первый: из каких органических веществ состоят растения, животные и люди?
      Вопрос второй: какой газ нужен человеку для дыхания?
      Вопрос третий: какие вы знаете органы чувств?
      Вопрос четвертый: в каких продуктах содержатся витамины А, В и С?
      А теперь задание: а ну-ка, покажите, как вы умеете делать зарядку!»
      — И знаешь, Петя, — тихо сказала Даша, — когда мы отвечали Вьюжине на ее вопросы, нам все время кто-то помогал! Мы одни ни за что бы не справились.
      — Да, да, да, — подтвердил Горчичник, — про кислород я, например, не знал!
      — У меня с зарядкой трудности, — смущенно созналась Мятная Капля. — Но вот что замечательно, — продолжила она, — с каждым правильным ответом мы становились все сильнее и сильнее, а рядом с нами появлялись друзья. Сначала Клецка, потом Дарило с лыжами, следом за ним витамины и наконец сам Закаленный Гвоздь! Он помог нам правильно подобрать лыжи, мы встали друг за другом, Гвоздь, конечно, впереди, и побежали к вам!
      Как только Мятная Капля замолчала, все закричали: «Ура!»
     
      ГЛАВА 36
      Возвращайся, здоровье!
     
      королевстве Простуды начался переполох! Еще бы! По дороге двигалось целое войско! И войско это было полно решимости освободить Здоровье Антона. Королева Простуда в калошах на босу ногу, замотанная серым платком поверх грязного ватника, смотрела в бинокль на лесную дорогу и отдавала приказы своим немногочисленным подданным: Ангине, Слякоти да парочке недобитых Уксусом вредных микробов, вот и все! Превратилась в Нормальную и покинула злобную хозяйку Высокая Температура, нет Зубной Боли, нет Кашля с Насморком. Исчезли Эллочка-Шигелочка и ее шайка.
      Зато по дороге на выручку Здоровью шагали веселые закаленные ребята и пели песню. Запевали Киселев с вороной Римулькой (она, конечно, тоже прилетела), а припев подхватывали все. От громкого, разноголосого пения дрожали серые скользские стены, отгородившие королевство Простуды от зеленого леса.
      Однако Простуда решила не сдаваться без боя. Слякоть растеклась перед воротами королевства огромной лужей, в ней бурлила холодная липкая грязь. Ангина уселась на ворота, взяла рогатку и приготовилась стрелять своими колючками. А ведь если колючка Ангины, которая есть не что иное, как вредный микроб, попадет в рот, то можно и заболеть. Недаром доктор говорил Петиной маме, что Ангина заразная. А Простуда достала из сырых, холодных кладовых несколько кашлю-шек и насморчишек и распихала их по карманам.
      Но Петя и его друзья тоже шли не с пустыми руками. Витамины приготовили разноцветные шарики, в голубое пластмассовое ведро Уксуса коза налила отвар мать-и-мачехи, Квасилий катил перед собой бочку кислой капусты. Маленький Хлюпа помогал Клецке — тащил термос с манной кашей. Сахарок был нагружен теннисными мячами, обручами, скакалками и Дашиным зонтиком, белым в красный горошек.
      Перед слякотной лужей Киселев скомандовал: «Стой!» Всем ясно, что Слякоть только и ждет, что кто-то промочит ноги, чтобы отдать этого мокроногого Простуде.
      Остановка очень обрадовала Ангину. Она моментально принялась обстреливать всех из рогатки. Но выстрелы не достигали цели. Колючие вредные микробы падали в лужу. Кашлюшки и насморчишки, выпущенные Простудой, тоже оказывались бессильными: с некоторыми из них быстро расправлялись Горчичник и Мятная Капля, других коза Белла обливала отваром мать-и-мачехи, а уж если какой насморчишка и долетал до Даши или Пети, то прилипнуть ему не удавалось. Свежий воздух, дальний поход и ходьба — это ведь тоже физкультура. Простая вкусная пища, а перед сражением все пообедали — съели суп, котлеты с картошкой и, конечно, молочный кисель — все это сделало друзей такими крепкими, закаленными, что никакие кашлюшки и насморчишки были им не страшны.
      Однако стоять и ждать, пока просохнет слякотная лужа, не стоило. Решили построить мост и по нему добраться до ворот королевства.
      — Погодите, погодите, — остановил друзей Квасилий, — прежде надо одолеть Ангину. К ней близко лучше не подходить.
      — Моя прабабушка, старая му драя ворона, говорила, что есть какой-то фрукт, сок которого очень хорошо помогает от Ангины, — начала Римулька, — но я забыла, как этот фрукт называется.
      — А ты потренируй память, сделай умственную зарядку, может, и вспомнишь, — предложил Киселев.
      — Как потренировать? — обрадовалась ворона.
      — Очень просто. Сейчас я положу перед тобой десять предметов, ты посмотришь на них одну минуту, потом отвернешься и назовешь. Это очень хорошая тренировка, она поможет тебе вспомнить и забытый фрукт.
      Так и сделали. Нашли пенек, положили на него зонтик, мяч, корзинку и другие вещи. Все столпились вокруг.
      Только Даша отошла подальше и крикнула в чащу леса:
      — Эй, кто-нибудь, скажите, чего боится Ангина.
      Даша верила, что кто-нибудь неизвестный обязательно поможет. Однажды он помог ответить на вопросы Вьюжины.
      И кто-нибудь снова помог. А может, помогла? Ведь неизвестный потому и неизвестный, что о нем ничего не знаешь, не знаешь даже, мальчик он или девочка.
      Услышав ответ, Даша со всех ног бросилась к пеньку.
      А ворона между тем старательно перечисляла предметы.
      — Девять, — говорила она, — зонтик, десять — об-руч...
      — Одиннадцать, — продолжила Даша, — лимон!
      И на глазах у всех на пеньке появился огромный сочный золотисто-зеленый лимон!
      Петя схватил его, прицелился, размахнулся и бросил точнехонько в Ангину. Да, недаром учитель физкультуры просил учеников 2 класса снова и снова повторять упражнение на меткость. Сейчас он был бы доволен результатом! Лимон наткнулся на иголки желтого платья, сок брызнул из-под кожуры, сраженная Ангина запищала, задрожала и свалилась в слякотную лужу.
      Тут из-за облака выглянул Солнечный Луч. Через минуту на месте лужи осталась маленькая кучка пыли. Слякоть просохла! Одинокая Простуда отчаянно замахала руками, чихнула, кашлянула — и исчезла. Ворота растаяли в воздухе. Навстречу друзьям осторожно шаг-
      нул мальчик, похожий на Антона, только очень бледный.
      — Антон, — радостно закричал Петька и, широко раскинув руки, побежал к брату.
      — Тише, тише, — придержал его Киселев, — это не сам Антон, это его здоровье. Но оно еще очень слабое после болезни, так что не кричи и не устраивай возню.
      — А мы его сейчас укрепим, — сказали витамины А, В и С, доставая свои разноцветные шарики.
      — Накормим, — подхватила Клецка, наливая в тарелку ароматную манную кашу с изюмом.
      — Главное — пей побольше! Замечательная вода — «Боржоми», — Хлюпа протянул здоровью кружку.
      — Хотя температура у тебя и нормальная, и горло не болит, ты должен еще один день оставаться в кровати. Поэтому тебя сейчас же нужно отправить домой, — послышался чей-то строгий незнакомый голос.
      Все оглянулись. Медленной, важной походкой к друзьям приближалась Нормальная Температура. Петька и Киселев сразу ее узнали. Коза и ворона тоже.
      Римулька вспорхнула на ветку ближайшего дерева и сказала:
      — Ишь, какая умная! Мы это несчастное здоровье искали, спасали, оно, бедное, в плену истомилось от скуки, ему поиграть хочется, а тут является какая-то Температура и заставляет опять ложиться в постель!
      — Объясняю: не какая-то, а Нормальная Температура! — строго сказала старая знакомая. — А если вы не будете меня слушаться, я очень расстроюсь и опять стану Высокой.
      Тут ее розовое платье слегка покраснело, и Петьке показалось, что Температура становится выше ростом.
      — Не надо, не надо! — Петька замахал руками. — Здоровье сейчас же вернется к Антону и будет тихо лежать под одеялом, — заверил он.
      Здоровье в знак согласия кивнуло головой — говорить ему было еще трудновато. Ангина так хватает за горло, что его потом приходится долго полоскать отваром шалфея, прежде чем восстановится голос.
      Солнечный Луч опустился к ногам освобожденного пленника. Тот схватился за него одной рукой, а другой помахал друзьям.
     
      ГЛАВА 37
      Встреча с хранителем времени
     
      Как же ты без нас?
      Петька обнял коня за шею.
      Он со мной, ответил за Сахарка Закаленный Гвоздь, секцию откроем. Сахарок у нас чемпионом станет.
      — Я тоже стану чемпионом, — пообещал Хлюпа, — по прыжкам в воду. А Недотепа с Разиней будут знаменитыми парашютистами. У Разини, кстати, с ногой все в порядке. Немножко полечат — и можно опять прыгать.
      — Только ты, пожалуйста, проследи, чтобы они без тренера не занимались, — попросила Даша.
      — Что ты, что ты! — сказал Хлюпа. — Мы все будем ходить на стадион к Закаленному Гвоздю. Вместе с зака-л яками.
      Места у тебя, пожалуй, маловато для такой большой команды, — заметил Киселев. — Да и название Стране ватных одеял нужно новое придумать. Может, назвать ее Закалякия?
      — Насчет места не волнуйся, — успокоил Гвоздь, — пока я здесь, закаляки пустырь под спортивную площадку расчищают. Было бы желание, а место найдем. А страну переименуем в Небо лейку. И все, кто закаляется и любит спорт, будут у нас небо лейки!
      — Вот и хорошо, — Петька пожал Гвоздю руку, а потом вздохнул. Ведь расставаться с друзьями всегда немного грустно. Им с Дашей нужно было возвращаться домой. Да еще по дороге зайти в музей к Квасилию.
      Петя, Даша, Киселев и Квасилий двинулись в путь, а остальные стояли и махали вслед. Даша вытерла кулачком две маленькие слезинки. Петька заметил это, но дразнить не стал. Он теперь понимал, что девочки чувствительнее мальчиков, а поэтому они иногда плачут. Лучше всего в таких случаях отвлечь их от грустных мыслей.
      — Знаешь, Даша, — сказал он, потянув подругу за ручку зонтика, с которым она так и не рассталась, хоть и теряла его уже десять раз, — у Квасилия в музее всего так много, что ты подолгу у экспонатов не задерживайся, а то мы и к ночи домой не попадем.
      — Ладно, — согласилась Даша, — ты мне только сразу скажи, где экспонат, чтобы я около него не стоял.
      — Все, чо есть в музее, и называется «экспонаты». Руками их трогать нельзя, — ввязался в разговор хомяк.
      — Музейные вещи любят жить в тишине и рассказывать свои истории тихими голосами, поэтому прошу вас разговаривать потише, — добавил Квасилий, останавливаясь у белой мраморной лестницы. Она вела к высоким резным дверям, скорее, похожим на ворота. У дверей стояли два стражника. Один был молодой, загорелый, в короткой легкой одежде. Другой старый, одетый, как доктор, в белый халат и шапочку, но на шее у него вместо фонендоскопа, которым слушают больных, висели большие часы. Над головой старика была прибита табличка: «Музей».
      — Этим стражникам, наверное, нужно показать билет? — спросила Даша.
      — Это не стражники, и билет им не нужен, — ответил Квасилий, — это сотрудники музея. Молодого зовут Дафнис. Он древний грек, спортсмён-олимпиец. А пожилой — хранитель времени Хронос. Хронос сделал так, чтобы дома никто не заметил ваше отсутствие.
      — Ой, — спохватилась Даша, — я ведь и правда на минуточку на улицу убежала. Мне бабушка сказала не задерживаться.
      — Когда я в ашеку пришел, два часа дня было. Интересно, сейчас-то сколько? — опасливо спросил Петька.
      — Посмотри на часы Хроноса, — улыбнулся Кваси-лий.
      — Ух ты! Только пять минут третьего! — Петька радостно всплеснул руками и вдруг заволновался: — Может, они у него стоят?
      — Нет, это самые точные часы. Просто Хронос решил тебе помочь и задержал время.
      — Спасибо вам большое, — сказал Петька хранителю, — а теперь, если можно, разрешите мы посмотрим ваш музей и пойдем домой. Как отсюда побыстрее добраться до Кудыкиной горы? — спросил он у молодого грека.
      — Фортес фортуна адьюват — смелым помогает судьба! — торжественно сказал Дафнис. — Вы были смелы, не бросали товарищей в беде, и вам не за чем тратить драгоценное время на обратную дорогу. Мы проведем вас через наш музей от далекой истории человечества до ваших сегодняшних дней, и вы вернетесь домой.
      — Проходите, пожалуйста, — пригласил хранитель времени.
      Киселев оставил у входа свой чемоданчик. Петька шепнул ему, что в музей нельзя ходить с сумками и портфелями, а уж тем более с чемоданами.
      — Идите пока без меня, — сказал Квасилий.
      — А кто же нас проводит? — заволновалась Даша.
      — Дафнис, — сказал Хронос и пропустил друзей в дверь.
      — Может быть, вы тоже пойдете с нами? — спросил Петька. Ему понравился старик с часами.
      . — Нет, мой друг, — ответил тот, — я должен остаться на своем посту и хранить время. Самое ценное, что есть у человека после здоровья, — это время. С раннего детства он должен научиться 5еречь его и правильно использовать, не терять время зря.
      — Соблюдать режим дня! — сказали Петя с Дашей в один голос, им показалось, что старику будет приятно это услышать. Хранитель улыбнулся. Друзья пошли за Дафнисом.
     
      Музей
      Теперь полная тишина! Все вопросы потом! Дафнис ведет друзей по музею истории медицины. Пойдем и мы за ними.
      Давным-давно, когда люди жили в пеще-
      рах, носили звериные шкуры, не умели пасти скот и растить хлеб, питались дикими растениями и случайной добычей, в племенах появились первые лекари. Племя — это крупное объединение людей. Племена кочевали по земле, сражались друг с другом, в этих сражениях кто-то погибал, кто-то получал ранения. Древние лекари оказывали им помощь, подбирали травы, помогавшие человеку справиться с болезнью, учили искусству оказания помощи.
      Но общество развивалось, знания наших далеких предков становились все разнообразнее, каждый день им удавалось освоить какое-то новое дело. Они больше не жили в пещерах. Они строили города и селения. Учились считать и писать. И о самих себе стремились узнать как можно больше, сохранить здоровье, продлить жизнь. Все это называлось одним словом — «культура». Самыми главными центрами древнейшей культуры были Древняя Индия, Древний Китай и Древний Египет. Китайцы первыми поняли и записали на длинных полосках тонкого шелка, как правильно питаться, как хранить продукты, чтобы они не портились. Эти знания принесли человечеству большую пользу. Ведь без еды люди жить не могут, а от несвежей пищи болеют и умирают.
      Жители Древней Индии, индусы, очень внимательно относились к своему телу. Они заметили, что малоподвижный, вялый, неуклюжий человек чаще болеет. Потому и старики и дети занимались там специальной гимнастикой. Она делала их мышцы крепкими, а организм выносливым.
      В Древнем Египте было очень много болот. В болотах жили комары. Вредные насекомые не только больно кусались, они переносили тяжелую болезнь — малярию. Конечно, это были не те комары, которых ты не раз встречал, это были особые, малярийные комары. Чтобы покончить с ними, а значит, и с малярией, египтяне осушали болота.
      Но все это пока была не научная медицина. Ведь ты, конечно, понимаешь, что медицина — большая серьезная наука и много ученых потрудилось, чтобы она стала такой.
      Знаешь, как звали первого ученого-врача? Гиппократ. Он жил в Древней Греции. Сделал много важных открытий и написал немало серьезных сочинений на медицинские темы. А еще он оставил письмо ко всем врачам, которые будут жить и работать после него. В этом письме Гиппократ подробно рассказал, каким должен быть настоящий медик, как нужно заботиться о тех, кого лечишь. И сам он поклялся всегда следовать тому, о чем писал. Его письмо дошло до нас и называется «Клятва Гиппократа». Мудрый древнегреческий врач призывал «заботиться о здоровых ради того, чтобы они не болели». Ты теперь, конечно, уже знаешь, что для этого надо делать: беречь нервную систему, соблюдать режим; часто мыться, содержать в чистоте одежду и жилище; быть осторожным, не подвергать опасностям здоровье и жизнь;
      правильно питаться, не привередничать и не переедать;
      не лениться, заниматься физкультурой, дружить со спортом.
      Современники Гиппократа серьезно относились к спорту. И часто устраивали соревнования в Олимпии. Именно с тех времен и стали проводить на земле Олимпийские игры.
      Жизнь многих врачей была подвигом. Их поступки и рассуждения иногда казались чересчур смелыми, их не понимали, им мешали. Но они боролись и добивались своего. Вот такую трудную, полную тревог жизнь прожил ученый Андрей Везалий. Он правильно описал строение человеческого тела, и это помогло другим врачам лечить больных.
      Люди самых различных специальностей трудились и трудятся на благо медицинской науки. В Голландии жил простой торговец Антони ван Левенгук. Днем он продавал сукно в своей лавочке, а по вечерам и в праздники, когда все отдыхали, изучал удивительные свойства шлифованных стекол. Божья коровка медленно ползла через тонкую травинку, но стоило Левенгуку взглянуть на нее через выпуклое стекло — и происходило чудо. Маленькое насекомое превращалось в пятнистого великана, а травинка — в толстую палку. Однажды Левенгук рассмотрел под большим увеличением каплю воды из лужи и увидел там целый мир маленьких живых существ, потом капнул на стекло каплю крови и обнаружил, что эта красная живая жидкость не однородна. Левенгук открыл для науки эритроциты, красные кровяные тельца, которые переносят кислород.
      Свои открытия голландский ученый сделал в конце XVII века. Век — это сто лет. Сейчас идет XX век, значит, лупам и микроскопам, а именно их создал Левенгук, триста лет.
     
      К выходу
      Петя, Даша и Киселев очень внимательно слушали Дафниса. Они старались запомнить все, что видели за стеклами витрин, пристально разглядывали каждую картинку на стене. Но всего было так много! Выйдя из зала с микроскопами, грек предложил друзьям сесть на лавочку и отдохнуть:
      — Сейчас придет Квасилий и поведет вас к выходу. Вы вернетесь в ваше сегодняшнее время, а мне пора обратно — в прошлое, — сказал он.
      Почему Квасилий не появился в том зале, где стоят микроскопы Левенгука? — спросил Петька.
      — Видишь ли, — пояснил Дафнис, — наш друг Квасилий по-научному называется «молочнокислая палочка» и относится, как вам уже известно, к микроорганизмам. Наука, которая их изучает, именуется «микробиология». Открыл эту науку и начал описывать невидимых друзей и врагов человека французский ученый Луи Пастер. Он был на двести лет моложе Левенгука, значит, встретиться с Квасилием вы сможете только в зале XIX века...
      В нашем музее все появляется вовремя, — послышалось изза колонны, и по мраморным квадратикам пола важно зашлепала красными кедами ученая ворона Римулька.
      Особенно ты, — рассердился Киселев, — шли-шли в тишине, никто слушать не мешал — и пожалуйста!
      Ты несправедлив к вороне, — укоризненно сказал Дафнис. — Ученые всех времен уважали мудрых птиц — воронов, орлов, ворон. Их даже изображали на эмблемах. Вы знаете, что такое — эмблема?
      — Знаем, знаем! — воскликнули Петя и Даша.
      — Эмблема — это условное изображение чего-то. Например, посмотрят люди на картинку с голубем — и подумают о мире. Голубь — эмблема мира, — сказал Пе-тя.
      — А если нарисована чаша со змеей, то люди думают о медиках. Чаша со змеей — медицинская эмблема, —
      добавила Даша.
      — Все это правильно, но наша-то Римулька — эмблема чего? — не сдавался упрямый Киселев.
      — У многих народов, — важно пояснила птица, — ворона — эмблема учености.
      Хомяк хотел что-то возразить, однако тут появился Квасилий, и друзья, попрощавшись с греком, двинулись дальше, к выходу.
      Пойдем и мы.
      Зал XIX века был огромный и светлый. Из тяжелых, старинных рам смотрели великие ученые. Англичанин Чарлз Дарвин. Он рассказал людям, как появилось на Земле все многообразие животного мира, как от далеких обезьяноподобных предков произошел современный человек.
      Француз Луи Пастер, тот самый, который изучал жизнь микроорганизмов, выяснил, какие из этих мельчайших представителей живой природы — друзья, а какие — враги человека. Пастер учился бороться с возбудителями многих болезней. И конечно, учил этому других. Ведь настоящий ученый работает не для себя, а для всех людей.
      Немецкий физик Вильгельм Конрад Рентген не знал медицины, но открытые им лучи помогли врачам проникать внутрь человеческого организма, не причиняя при этом боли. Просвечивание рентгеновскими лучами помогает определять многие болезни. Врачи называют это «ставить диагноз». А раз болезнь определена правильно, то ее легче вылечить. Вот почему во всех музеях истории медицины висит портрет немецкого физика.
      Почему мы видим и слышим? Что за великое чудо природы — мозг человека? Над этим думал великий русский ученый Иван Михайлович Сеченов. Иван Петрович Павлов был физиологом. Его интересовало, как работают легкие, сердце, желудок и, конечно, мозг.
      Но знаешь, как бы ни старались медики, какие бы чудо-приборы ни использовали в работе, у них ничего не получится, если каждый сам не будет внимательно и бережно относиться к своему здоровью. Поэтому над выходом из музея истории медицины висел лозунг: «Здоровье каждого — богатство всех!»
      Не забывай об этом!
      и без названия, так как очень короткая
      о свиданья, — сказали Даша, Петя и Киселев.
      — Будьте здоровы, — улыбнулся добрый микроб. Потом он дотронулся до тяжелой двери на массивных петлях и добавил: — Сейчас вы закроете глаза, сосчитаете до десяти, толкнете дверь и под звон колокольчика вернетесь в свой сегодняшний день. Главный хранитель времени сделает так, что большую часть своих приключений вы забудете, но знания, которые приобрели, останутся с вами.
      Сказав это, Квасилий повернулся, прошел через электронный микроскоп и исчез.
      Друзья зажмурились, Даша сосчитала до десяти, Петька потянул дверь за ручку, зазвенел колокольчик.
      Здравствуйте, Варвара Сидоровна!
      дравствуйте, Варвара Сидоровна, — радостно сказал Петька, запихивая хомяка во внутренний карман куртки, — я вас жду. Мама меня за витаминами послала.
      — Здравствуй, здравствуй, Петя, — приветливо ответила аптекарша, — хорошо, что ты тут. Поможешь товар из машины выгрузить, — Варвара Сидоровна поставила на прилавок плетеную корзину с коробками витаминов, повернулась и пошла к дверям. Петя и Сидор поспешили за ней. На пороге они чуть было не столкнулись с высоким загорелым человеком. Ув него была спортивная фигура и крепкая пружинящая походка. Человек нес над головой огромный мешок.
      — Кто это? — - удивился Петька.
      — Гвоздев, шофер нашего аптекоуправления. Очень хороший молодой человек, веселый, закаленный, спортом занимается, — ответила Варвара Сидоровна и дала. Пете большую, но легкую коробку с надписью «Вата». Он торжественно поднял поклажу над головой и постарался идти так же красиво, как спортсмен Гвоздев.
      У крыльца аптеки какая-то девочка зонтиком рисовала на песке. Зонтик был белый в красный горошек.
      — Можно, я тоже вам помогу таблетки разгружать? — спросила она аптекаршу.
      — Таблеток там нет. Только травы и перевязочный
      материал, — улыбнулась Варвара Сидоровна. — А помочь помоги. Отнеси-ка эту упаковку с бинтами, — и подала сверток.
      — Как тебя зовут, помощница? — спросил Сидор, открывая девочке дверь.
      — Даша Налепина. Из 2 «в», — быстро затараторила она, — як бабушке на каникулы приехала. Сегодня четверть кончилась, у меня всего одна четверка, по русскому, остальные — пятерки. Вы доктор? Да? А я хочу быть балериной, танцевать в цирке на проволоке. Можно еще медсестрой. Они все такие красивые, во всем белом, как феи.
      Девочка положила сверток и снова побежала на улицу за Сидором, теребя его за полу халата и что-то рассказывая.
      Петька двинулся было за ней, но Варвара Сидоровна его удержала.
      — Мы теперь справимся сами, — сказала аптекарша, глядя, как спортсмен Гвоздев взвалил на себя почти весь груз, — а ты бери витамины да неси домой. Мама ждет.
      Петя взял коробочки, попрощался и побежал. Проносясь мимо машины, он услышал, как студент объяснял Даше, что дети не должны трогать лекарства без разрешения взрослых. Некоторые таблетки красивы на вид, и ребятишки принимают их за витамины. Это может привести к печальным последствиям: проглотишь что не положено — и заболеешь.
      — Что вы, что вы, — важно отвечала девочка, — я ведь будущая медсестра. Я знаю, что лекарства не игрушки. Я вообще очень сознательная и осторожная. И четверка у меня только одна, по русскому.
      О чем еще рассказала студенту будущая балерина-медсестра, Петька не расслышал, так как на старой липе отчаянно раскаркалась ворона. От того или не от того во внутреннем кармане куртки завозился хомяк. Петя запихнул его поглубже и прибавил скорость. Он побоялся, что пойдет дождь — по небу плыло большое облако, похожее почему-то на крылатую лошадь.
      Ветер в паруса!
      ришлось немножко подождать: Варвара Сидоровна за товаром ездила. Когда приехала, я ей выгружать помог, — солидно сообщил Петька, подавая маме несколько коробочек с витаминами.
      — Молодец, что помог, — похвалила мама. — А пока ждал, чем занимался?
      — Учился быть здоровым! — Петька разулся и пошел мыть руки.
      — Хочу стать Неболейкой, — прокричал он из ванной.
      — Совсем хорошо, — обрадовалась мама, — и раз ты такой умник, то вполне заслужил сюрприз, даже два!
      — Какие? — Петькины глаза засияли.
      — Первый сюрприз - — Антону стало лучше. Я даже не ожидала, что липовый цвет ему так поможет. Температура упала, он крепко спит, здоровье явно возвращается.
      Петька подпрыгнул от радости и тихонько хлопнул в ладоши. Хомяк, который с аппетитом грыз морковку возле кухонного стола, довольно засопел.
      — Второй сюрприз — вот какой, — продолжила мама, — к нашей соседке Дарье Ивановне приехала внучка Даша. Я предложила ей билеты, и Дарья Ивановна согласилась проводить тебя и внучку в цирк. Так что, поешь, переоденься, а потом — цирк, цирк, цирк!
      Петька быстро сел за стол, придвинул тарелку, подцепил на вилку кусок творожника, хотел отправить его в рот, но случайно взглянул за окно — и застыл!
      Как и утром, в огромной луже плавал щит с надписью: «Родители! Не допускайте детей на стройплощадку!» Но только утром щит был ничей. Теперь он обрел хозяина, вернее, хозяйку!
      Натянув на шест кусок старого красного в белый горошек платья, упираясь ногами в буквы «Р» и «Д», на щите стояла ученица 2 «в» Дарья Налепина. Конечно, это был уже не щит, а плот, и будущая балерина-медсестра срочно превратилась в отважного капитана. Она отдавала приказы четырем дошкольникам, помогавшим ей отчалить от берега. Двое в комбинезонах, похожие на маленьких парашютистов, толкали плот пестрыми зонтиками. Третий, одетый, пожалуй, слишком тепло для весеннего дня, опустил руки в грязную холодную жижу, разгребая ручейку дорогу к большой луже. Он так старался, что не замечал, как из его кармана вылетают листочки блокнота. А четвертый дошкольник в зеленой мохнатой курточке стоял в воде и создавал палкой волны. Тут дунул ветер, парус напрягся, плот качнулся и...
      — Держись, Даша, — крикнул Петька, быстро положил вилку, на ходу натянул куртку, сунул ноги в сапоги и выскочил из квартиры. — Держись, — кричал он, вылетая из подъезда, ловко обежал дошкольников, скользнул по краю лужи и прыгнул на плот.
      Дошкольник в мохнатой зеленой курточке протянул ему палку. Петька измерил глубину лужи — она оказалась не выше колена. Петька понял, что плыть не опасно. Он оттолкнулся от дна и строго сказал:
      — Держись за меня, Даша!
      Плот еще раз качнулся и поплыл, но это уже другая история.
      Советы дает Неболейка
      Уважаемые родители!
      Задача нашей книги — убедить ребенка в важности гигиенических знаний и культурно-гигиенических навыков. Надеемся, что, читая о приключениях мальчика Пети и его друзей, малыш постепенно поймет, что надо делать, чтобы быть здоровым. Полученные знания усвоятся ребенком лучше, если вы обсудите с ним прочитанное.
      Знаешь, мне очень понравилось, как герои прогнали Кашель и Насморк. А теперь давай учиться ставить горчичники. Попробуем поставить их пластмассовой кукле. Итак, берем две мисочки. В одну наливаем немного теплого подсолнечного масла, а в другую — теплую воду. Достаем горчичники и марлю. Марлю складываем в три слоя. Теперь смачиваем марлю в масле и кладем кукле на спину. В теплой воде смачиваем горчичник и кладем на марлю горчицей вниз. Закрываем полотенцем. Готово. Я надеюсь, кукла будет терпелива и продержит горчичники двадцать минут.
      Каждый взрослый знает, как трудно порой убедить ребенка согласиться на ту или иную, пусть даже, безболезненную, медицинскую процедуру. Связано это прежде всего со страхом. Если же ребенок освоит ее в игре, потом он будет меньше бояться.
      В дальнейшем же умение обработать мелкие ранки, сделать простейшую повязку, правильно наложить шины очень ему пригодится.
      рез так, чтобы получилась «ранка». Возьмите спичку, обломите серную головку. Теперь пусть ребенок сам, непременно чистыми руками, накрутит вату на спичку. Если у него не получится сразу — покажите, как это делать.
      Попросите ребенка принести пузырек с йодом или зеленкой (это те немногие медикаменты, которые должны храниться в доступных детям местах).
      Теперь попросите ребенка самостоятельно окунуть вату в йод. Он должен преодолеть свой страх, если таковой есть, перед «щипучим» веществом.
      Аккуратно смажьте края поролоновой «ранки». Попросите ребенка повторить эту процедуру.
      Помните! Йодом нужно смазывать, а не поливать и не прижигать им раны.
      Научите ребенка обрабатывать мелкие раны на коже. Возьмите кусок поролона. Острым ножом или бритвой сделайте раз-
      Ты заметил, как весело зажили куталки после того, как подружились с зарядкой и стали делать водные процедуры? Я думаю, и тебе пора начать закаляться. Сегодня вечером попробуй вымыть ноги холодной водой. Она для начала будет не очень холодная. Мы ее подогреем до 32°С. Завтра утром ты обмакни губку в воду такой же температуры, оботри шею, спину и грудь. К воде, температура которой 32°С, твоя кожа будет привыкать неделю. Но ты человек упорный и не забудешь делать обтирания ежедневно. А на восьмой день мы снизим температуру — она станет 31°, еще через неделю — 30°, потом — 29° и наконец — 28°. Надеемся, с водой ты подружишься надолго. И я думаю, Простуда будет тебя бояться.
      Одним из действенных способов предупреждения простудных заболеваний у детей является закаливание. Начинать эту процедуру никогда не поздно, главное — быть последовательным и настойчивым. Ваш ребенок уже достаточно взрослый, чтобы соблюдать элементарные санитарно-гигиенические требования. Вот некоторые из них:
      1. Пусть ребенок ежедневно стирает свои носки или колготы. На первых порах вам придется переделывать его работу — не
      беда! Главное, у ребенка выработается привычка ежедневно менять белье. Исправляйте детские ошибки незаметно, иначе у ребенка возникнет ощущение бесполезности труда. Стирать дети должны с мылом, а не в растворе порошка, к которому у них может быть повышена чувствительность.
      Никогда не заставляйте стирать носовые платки. Платки нужно кипятить!
      2. Ребенок должен ежедневно мыть свою посуду. Мыть аккуратно, со всех сторон. Приучайте его к этому с 6 — 7 лет. И в свои 12 он будет доставлять вам на одно огорчение меньше.
      3. Влажная уборка помещения для ребенка дело вполне посильное. Стереть пыль с книжной полки, протереть пол несложно. Есть некоторые виды домашних работ, которые дети делают даже лучше взрослых, например мытье батарей. Маленькие детские руки ловко справляются с этим.
      Мы очень надеемся, что пример Закаленного Гвоздя вдохновит и вас на создание маленького стадиона.
      Его организация не потребует больших материальных затрат. Обрезки труб и старые покрышки от автомобильных колес, бревно, несколько досок — вот и все! Найдите небольшую площадку вблизи дома, получите разрешение домоуправления и пожарной инспекции,соберите группу энтузиастов, и
      дворовый стадион для малышей будет создан.
      Не забывайте о безопасности каждого снаряда. Бревно должно быть установлено на высоте 30 — 50 см от земли, песок в яме для прыжков хорошо просеян. Деревянные бруски лесенки тщательно оструганы и покрашены, прочно укреплены в земле.
      С 5 — 8-летнего возраста ребенку можно приступать к систематическим занятиям в детских спортивных секциях. Плавание, гимнастика,
      акробатика, фигурное катание, группы общей физической подготовки — вот те секции, куда вы можете записать малыша. Систематическое занятие спортом с раннего возраста дисциплинирует ребенка, тренирует его не только физически, но и психологически. Выработанная в детстве привычка разумно заполнять свой досуг поможет ребенку в наиболее трудный период становления — в возрасте 12 — 15 лет. Хочется предостеречь вас от
      довольно распространенной ошибки — однобокости в воспитании. Это бывает, как правило, тогда, когда ребенок имеет способности к какому-либо виду спорта. И тогда ему начинают внушать мысль об исключительности, готовят из малыша чемпиона, подрывая его моральное, а в случае перетренировок и физическое здоровье. Не забывайте об этом!
      Хотим вам напомнить некоторые правила, которые необходимо соблюдать во время отдыха с детьми у воды. Первое из них — выбор водоема. Прежде чем разрешить ребенку купаться в незнакомой реке, внимательно осмотрите дно, проверьте, нет ли опасных предметов, не слишком ли глубок илистый слой. Продолжительность купания зависит от температуры воздуха и температуры воды, закаленности ребенка. Но даже в самый жаркий день ребенку не стоит находиться в воде без перерыва больше 15 минут. Перед купанием полезно предложить юному купальщику размяться, сделать зарядку. Наклоны, приседания, несколько упражнений, углубляющих дыхание.
      Если вы учите ребенка плавать — проявите терпение, не кричите на него, не стыдите, если он боится. Ни в коем случае не отходите от начинающего пловца. Далеко не всем детям полезно в этой ситуации указывать на товарищей.
      Замечания типа: «Посмотри, как Саша хорошо плывет, а ты не можешь ноги от песка оторвать!» — приводят зачастую к обратным результатам: у ребенка пропадает уверенность в себе, начинает формироваться комплекс неполноценности.
      Солнечные ванны необходимы детям. Однако не стоит забывать, что нежная детская кожа чрезвычайно чувствительна. Солнечный ожог у детей бывает двух видов. Чаще всего — тепловой. Кожа на спине, плечах, предплечьях краснеет, становится горячей, болезненной. У ребенка может подняться температура, начаться расстройство желудочно-кишечного тракта. Если все обстоит так, покажите ребенка врачу. Если перегрев ограничился кожными проявлениями, то смажьте пораженные места одеколоном, кефиром или специальным кремом. Можно сделать примочки из слабого прохладного раствора марганцовки. Следите, чтобы на ткань не попали кристаллы марганца. Если появятся волдыри — не вскрывайте их!
      Реже, но бывают ультрафиолетовые ожоги. Кожа ребенка покрывается неровной розоватой сыпью, появляется зуд. Ребенок может быть вялым или капризным, агрессивным. Такое состояние связано с повышенной чувствительностью некоторых детей к ультрафиолетовым лучам. Оно может развиться не только летом, но и в ясные дни зимой и весной. Ребенка немедленно надо показать врачу.
      Помните, уважаемые родители, что ваше здоровье и здоровье ваших детей зависит от вашего отношения к окружающей природе. Если ребенок с детства научился бережно относиться к ней, можно смело сказать, что он вырастет хорошим, добрым человеком. Не разрешайте детям на загородной прогулке рвать цветы, ворошить муравейники, ломать ветки. Пусть они с вашей помощью научатся видеть красоту сучка, пня и старой коряги. Поделки из природных материалов украсят любую выставку детского самодеятельного творчества.
     
      Уважаемые родители!
      Справиться с упражнениями, которые мы приводим на страницах нашей книги, ребенок сможет и сам. Но на первых порах ваша помощь и советы будут необходимы. Не забывайте хвалить юного физкультурника даже за незначительные успехи. Не браните за неудачи. Ошибки — а они, конечно, будут — исправляйте мягко. Следите за осанкой ребенка, его дыханием, координацией движений. Не перегружайте его тренировкой.
      Помогайте ребенку при подготовке дорожки для бега с препятствиями. Шнуры, палки, бруски кладите на расстоянии 70 — 80 см. Очень полезно для развития глазомера делать препятствия разной высоты — от 6 до 10 см. Дорожка может быть с поворотами. С этой целью часть предметов ребенок должен не перепрыгивать, а обегать.
      Итак, физкультпри-вет!..
      Дорогой читатель! Ты, конечно, не раз слышал веселое, звонкое приветствие «физкультпривет». Так говорят друг другу спортсмены перед соревнованиями. Это приветствие сильных, крепких, здоровых людей. Я надеюсь, ты тоже хочешь подружиться со спортом. А раз хочешь, то давай учиться!
      Для начала ты должен освоить самые простые упражнения. Они помогут тебе укрепить мышцы, научиться правильно дышать, сохранять равновесие. Ты станешь ловким и метким, осанка будет правильная, походка — красивая.
      Ты человек веселый и любишь играть, потому предлагаю тебе не просто заниматься физкультурой, а еще и поиграть. Согласен? Прекрасно! Тогда начнем!
      Ты помнишь, в какое трудное положение попали наши герои, когда бежали по горячим следам Высокой Температуры? Ямы, кочки и коряги встречались им на пути. Хорошо, что Петя занимался бегом, у него были тренированные мышцы. Иначе — беда! Давай и мы с тобой разучим упражнения, которые готовят тело к бегу.
      Начнем с ног, т. е. с нижних конечностей.
      Упражнение: «Раз коленка, два коленка!».
      Поставь руки на пояс. Глубоко вдохни и
      начинай по очереди поднимать колени как можно выше. Дыши ровно.
      Упражнение: «Ножницы».
      Сядь на коврик. Упрись руками позади спины. Ноги вытяни так, чтобы носки касались пола. Разводи ноги в стороны и своди снова, складывая одну на другую, как ножницы.
      Упражнение: «Поехали!».
      Сядь на стул. Согни ноги в коленях, а теперь поднимай их как можно выше.
      Упражнение: «Велосипед».
      Ляг на коврик на спину. Подними ноги вверх и согни их в коленях. А теперь представь себе, что ты крутишь педали велосипеда. Сначала ты просто едешь по дорожке, не спеша, а вот ты уже вместе с нашими героями спешишь кому-то на помощь. Помощь должна успеть вовремя. Ну-ка, поторопись!
      Упражнение: «Любопытная черепаха».
      Ты видел, как высовывает головку из панциря любопытная черепаха? Теперь представь себе, что твоя правая нога — это голова черепахи. Ляг на пол на живот (на коврик, конечно) и медленно подними вверх правую ногу. Покрути ступней в разные стороны. Теперь сделай то же самое левой ногой.
      Упражнение: «Веселые пружинки».
      Встань, положи руки на пояс, быстро присядь и быстро встань.
      Когда выпрямляешься, делай вдох, когда приседаешь — выдох.
      Запомнил упражнения для ног? Повтори каждое из них несколько раз, а в дальнейшем включай по одному в утреннюю зарядку. Упражнений для ног шесть. Посчитай: до какого дня хватит? Правильно, до субботы. А как быть с воскресеньем? Не делать зарядку? Конечно, делать! Но о воскресных упражнениях мы поговорим особо, а пока что шесть следующих упражнений для рук, для верхних конечностей.
      Упражнение: «Здравствуй, солнце».
      Поставь пятки вместе, носки врозь, руки опусти вдоль туловища. Разведи руки в стороны, подними их вверх и немножко закинь голову — поздоровайся с утром, с солнцем.
      Упражнение: «Учусь летать».
      Кисти рук поставь на плечи, локти разведи в стороны и покрути руками вперед и назад. Жаль, что взлететь не удалось, зато руки стали крепче.
      Упражнение: «Подстригаем кусты».
      Представь себе, что твои руки — это огромные ножницы. Вытяни руки-ножницы вперед и скрещивай их так, будто подстригаешь кусты в парке. Вжик-вжик!
      Упражнение: «Берегись, простуда!».
      Руки перед грудью. Теперь резко разведи их в разные стороны. Снова вернись в прежнее положение.
      И опять упражнение: «Берегись, простуда!»,
      Правую руку вытяни вперед, левую отведи назад, потом наоборот.
      Упражнение: «Браво, браво!».
      «Браво, браво!» — кричим мы и хлопаем в ладоши. Ты выучил пять упражнений и теперь похлопай сам себе — это и будет шестое. Поднимай вытянутые руки через стороны вверх и делай хлопок над головой.
      Итак, упражнения для рук у нас тоже есть. Дальше займемся мышцами туловища.
      Ты видел, как покачивается на волнах лодка? Нет? Тогда представь себе, что ты и есть лодка, поставь руки на пояс и делай наклоны туловища вправо и влево.
      Упражнение: «Флюгер».
      Флюгер ставят на крыше. Ветер дует, и флюгер крутится. Поставь руки на пояс. Ты флюгер. Ветер дунул справа — ты повернул корпус влево, ветер слева — ты повернул вправо. Ноги от пола не отрывай.
      Упражнение: «Дровосек».
      Поставь ноги шире плеч, руки сцепи в замок — представь себе, что ты держишь топор. Подними руки вверх, резко наклонись вперед, опусти руки — расколи полено!
      Упражнение: «Какая в реке вода?».
      Как узнать, холодная или нет вода в реке? Нужно опустить руки в воду и пополоскать их. Наклони туловище и помаши опущенными руками перед собой, мышцы расслабь.
      Упражнение: «Мостик».
      Ляг на коврик на спину, обопрись пятками и согнутыми в локтях руками, попробуй приподняться. Это не простое упражнение. Не расстраивайся, если оно сразу у тебя не получится.
      Упражнение: «Ленивая нога».
      Поставь ноги на ширине плеч. Перенеси всю тяжесть на левую ногу, правую подними и потряси ею в воздухе, мышцы правой ноги должны быть расслаблены. Потом то же самое сделай с левой ногой, она будет лениться, а правая начнет трудиться за двоих.
      Давай немножко пошипим.
      Ляг на коврик на спину. Кисть правой руки положи на живот, кисть левой — на грудь. Сделай глубокий вдох. Видишь, как высоко поднялись твои руки? А теперь пошипи: скажи медленно «шш-ш», воздух вышел, руки опустились.
      Ляг на коврик. Зажми мяч между ступнями и приподнимай ноги вверх. Постарайся не выронить мяч. Учти: мяч хитрый и скользкий. Он будет стараться выскользнуть. Надеемся, ты с ним справишься.
      Упражнение: «Ванька-встанька».
      Попробуй-ка ненадолго стать Ванькой-встанькой. Постели на пол коврик, сядь на него, палочку зажми под коленями и держи руками. Ляг на спину, не выпуская палочку, прижми колени к груди и снова сядь.
      Упражнение: «Догонялки».
      Ляг на живот, поставь палочку перед собой, зажми ее в кулачки так, чтобы левый кулачок был над правым. Теперь правый кулачок разожми и обхвати палочку над левым. Правая рука обогнала левую на пути к вершине палочки. Но левая не должна отставать.
      Понял, как играть в догонялки лежа на животе? Чем выше забираются кулачки по палочке, тем больше прогибаешься ты в спине. Следи, чтобы носки были при этом плотно прижаты друг к другу.
      Упражнение: «Байдарка».
      Ты видел эти красивые легкие лодки — байдарки? Туристы путешествуют в них по быстрым и медленным рекам, любуются красивыми берегами. Может быть, и ты когда-нибудь отправишься в дальнее путешествие по воде. А пока давай поучимся грести. Расставь руки как можно шире перед грудью, возьми палочку за концы и... поплыли! Опусти правую руку вниз, сделай гребок, подними на уровень груди, а левую опусти. Получается? Хорошо, значит, со временем ты сможешь грести и на настоящей байдарке.
      Упражнение: «По камушкам».
      Сядь на стул, положи палочку на пол, поставь на нее ступни. Только предварительно сними обувь. Ноги должны быть босые. Перекатывай палочку между носком и пяткой так, будто идешь по камушкам.
      Положи палочку на пол и перепрыгивай через нее на прямых ногах так, чтобы не задевать ее ступнями. Сначала прыгай вбок, руки должны быть на поясе, а затем — назад и вперед. Руки на поясе, дыши ровно. Когда закончишь прыжки, разведи руки в стороны и глубоко вдохни.
      Все упражнения, которые ты разучил, требовали от тебя внимания, собранности.
      Ты их, конечно же, освоил и можешь переходить к силовым упражнениям.
      Упражнение: «Стойкий солдатик».
      Поставь палку прямо перед собой. Одним концом она упирается в пол, а другой конец палочки ты придерживаешь вытянутой рукой. Подними левую руку вверх, отпусти верхний конец палочки и, резко опустив левую руку, подхвати палочку, не дай солдатику упасть. Получилось? Хорошо. Сделай то же самое, поменяв руки: левая — на палочке, правая поднята вверх.
      Теперь усложни задачу для себя и своего солдатика. Поставь палочку перед собой, отпусти, перевернись кругом на пятках и подхвати палочку, чтобы они не упала.
      Упражнение: «Илья Муромец».
      Русский былинный богатырь Илья Муромец мог поднять одной рукой тяжелый камень: поднять его над головой и акку-ратно опустить на землю. Со временем и к тебе придут богатырские силы. А пока возь- ми самые легкие гантели, отведи руки в стороны, подними их вверх и спокойно опусти вдоль туловища. Не спеши. Дыши ровно, не делай упражнение через силу.
      Помни: физкультура и спорт должны прежде всего доставлять радость.
      Помнишь сказку о стойком оловянном солдатике? Он стоял на одной ножке, но стоял крепко. Представь себе, что палочка — сказочный солдатик.
      Уважаемые родители!
      Прежде чем познакомить вас с сокровищами нашей Зеленой аптеки, хотим еще раз напомнить о вреде самолечения. Рекомендации по применению того или иного лекарственного препарата должен давать только медик. Это относится и к большинству рас-тений-целителей. Отвары и настои из трав, листьев, корней и семян нужно принимать с большой осторожностью. Однако есть
      несколько рецептов, которые должны быть известны не только взрослым, но и детям. Их вы найдете в нашей Зеленой аптеке. Приведенные рецепты сборов и чаев утверждены фармакологическим комитетом Минздрава СССР.
      Не забывайте, что при приготовлении отваров и настоев из трав лучше использовать эмалированную посуду. Мешать отвар при кипячении рекомендуем простой деревянной
      ложкой, без рисунка и лака, или посеребренной ложкой. Ионы серебра обладают мощным антимикробным действием, поэтому постоянное пользование серебряной или посеребренной ложкой благоприяно отразится на работе желудочно-кишечного тракта ребенка, предохранит его от некоторых кишечных инфекций, особенно в летнее время года...
      Ты знаешь, что такое — ингаляция? Нет? Тогда слушай. Слово «ингаляция» происходит от латинского inhalari — это значит «вдыхать с лечебной целью». Это очень интересно и здорово помогает от кашля. Давай попробуем? Есть несколько способов. Я расскажу тебе о двух.
      Первый называется «Ароматные облака». Возьми кастрюлю, поставь на стол. Положи в нее чайную ложку питьевой соды, потом насыпь по столовой ложке разных трав: ромашки, шалфея, мяты, эвкалиптового листа, зверобоя, липового цвета, сосновых почек. Может случиться, что каких-то из этих трав и листьев у тебя не окажется — не беда! Клади какие есть. Потом попроси маму налить в кастрюлю горячую воду. Сам этого не делай, кипяток — вещь опасная, обожжешься — будет очень больно. Чувствуешь, как приятно пахнет? Будто ты в лесу в теплый день после дождя. Хорошо, что мы вспомнили о дожде — где дождь, там и зонт! Возьми зонтик, раскрой его и сядь на стул перед кастрюлей. Зонтик держи так, чтобы пар поднимался к нему белым теплым облаком. Сиди и дыши лесным ароматом. Это и есть ингаляция.
      Второй способ называется «Волшебник из термоса». Ты слышал о добром волшебнике — старике Хоттабыче? Хоттабыч жил в старинном кувшине. Мальчик Волька освободил его, и старик начал творить чудеса. Давай и мы с тобой попробуем освободить доброго волшебника. Возьми термос, брось туда мятную таблетку (валидол), которую тебе даст мама, потом мама нальет в термос горячей воды и несколько капель йода из пузырька. Теперь крепко закрой термос пробкой и завинти крышку. Потряси его, покачай из стороны в сторону, перемешай все, что внутри. Перемешал? Хорошо, пора выпускать доброго волшебника. Сними крышку, вынь пробку — и готово! Добрый волшебник — горячий пар на свободе. Наклонись над отверстием (не очень низко) и дыши. Добрый волшебник поможет тебе справиться с болезнью.
      Уважаемые родители!
      Мы хотим обратить ваше внимание на два маленьких эпизода. Первый: не показалось ли вам, что Петя и Киселев вели себя достаточно мудро и сдержанно в то время, когда Егорушка пытался плачем добиться поблажек? Дети — актеры. Они прекрасно знают «слабые места» взрослых и умело этим пользуются. Как часто мы идем на самообман и уступаем детским слезам. Всегда ли это оправдано?
      Второй эпизод также довольно поучителен. Ужасина Тихоновна видела, что ее юный друг напуган исчезновением товарищей, темнотой чащи, необычной обстановкой. Однако она не стала уговаривать его не бояться. Она просто отвлекла внимание мальчика спокойным рассказом, лишенным излишней эмоциональной нагрузки.
      Нервная система ребенка чрезвычайно неустойчива. Дети эмоциональны и впечатлительны. События окружающей жизни, кинофильмы, спектакли они воспринимают очень серьезно. Большие нервные перегрузки могут нарушить сон ребенка, вызвать слезы, истерику. Разумно ограждая детей, вы можете избежать этих явлений. Однако в некоторых случаях ребенка необходимо успокоить с помощью лекарственных средств. Но никогда не давайте детям успокоительных таблеток, которыми пользуются взрослые! Таблетки ребенку должен выписывать врач-педиатр! Детские дозы резко отличаются от взрослых. Некоторые лекарственные препараты, стабилизирующие деятельность нервной системы, противопоказаны детям, но в вашей домашней аптеке должен быть успокоительный чай.
      Успокоительный чай. Выпускается промышленностью, но может быть составлен и самостоятельно. Мяты перечной 2 части, листьев трифоли 2 части, корня валерианы 2 части, соцветий хмеля 1 часть. Две столовые ложки смеси заварить двумя стаканами кипятка, настоять 20 минут, процедить и остудить. Давать ребенку по столовой ложке 3 раза в день и еще на ночь.
      Чай дают 2 — 3 дня. Если деятельность нервной системы стабилизировать не удается, ребенка необходимо показать врачу.
      К концу зимы падает содержание витаминов во многих растительных продуктах. Рекомендуем вам приготовить летом витаминный чай, хранить его в сухом темном месте. В феврале — марте он будет очень полезен и детям, и взрослым.
      Витаминный чай № 1. Взять поровну плодов шиповника и ягод черной смородины, заварить, как чай, и пить.
      Витаминный чай № 2. Он состоит из равных частей плодов шиповника и плодов рябины. Его можно купить в аптеке. Выпускают чай в виде порошка, который годится для приготовления киселей. Можно использовать как чай. Для этого столовую ложку смеси заваривают двумя стаканами кипящей воды, настаивают
      4 часа в плотно закупоренной посуде в прохладном и темном месте, процеживают через марлю и пьют по 1/2 стакана 2 раза в день.
      Шиповника и рябины достаточно в наших садах и лесах. Собрать и высушить плоды поможет вам ваш ребенок. Рябину собирают осенью после первых заморозков. Тогда из нее исчезает горечь. Если собранная вами рябина все же гор-
      чит, положите ягоды в полиэтиленовый пакет и заморозьте в морозилке домашнего холодильника. После размораживания горечь исчезнет.
      Витаминный чай № 3. Состоит из равных частей листьев крапивы и ягод рябины. Способ приготовления аналогичен предыдущему.
      Витаминный чай № 4. Плоды шиповника, листья крапивы и корень моркови по 3 части, ягод черной смородины 1 часть. Заварить и пить, как чай.
      Витаминный чай № 5. Плоды шиповника и листья крапивы по 3 части, плоды брусники 1 часть. Столовую ложку смеси заварить двумя стаканами кипящей воды, кипятить 10 минут, настаивать 4 часа в холодном темном месте, процедить и пить по полстакана 2 раза в день.
      Витаминный чай № 6. Состоит из равных частей плодов шиповника и плодов брусники. Способ приготовления аналогичен предыдущему.
      Уважаемые родители!
      Дети часто жалуются на боли в животе. В большинстве случаев в основе жалоб лежит нарушение пищеварения. Но не забывайте, что такое серьезное заболевание, как аппендицит — воспаление червеобразного отростка, тоже начинается с боли в животе. Вовремя покажите ребенка врачу.
      Хотелось бы также обратить ваше внимание на объем порции еды, которую вы кладете ребенку на тарелку. Просим учесть, что большое количество пищи иногда пугает детей, особенно детей с плохим аппетитом. Мысль о том, что все надо съесть, иначе будут ругать, вызывает страх. Страх — очень сильная эмоция. Она тормозит выделение пищеварительных соков.
      Рацион ребенка должен быть полноценным и разнообразным. В него обязательно включают мясные, рыбные, молочные и овощные блюда. Если ребенок упорно отказывается есть какой-либо необходимый продукт, научите его самостоятельно готовить блюда из этого продукта. Овощные салаты, различные виды бутербродов, полуфабрикаты для овощного супа дети делают охотно и старательно. Участие в приготовлении пищи не только улучшает аппетит ребенка, но и прививает дополнительные навыки. Пусть дети как можно раньше запомнят, что овощи необходимо тщательно мыть, что посуда должна быть чистой, а значит, сковородку после яичницы надо сразу привести в порядок. Хорошо, если ребенок сумеет приготовить несложное блюдо не только себе, но и другим членам семьи. Не забудьте похвалить его за эту работу. Прививайте детям уважение к продуктам питания. Будем надеяться, что в будущем они не станут оставлять куски на тарелке и бросать хлеб на пол.
      Вот несколько рецептов простых и полезных блюд:
      1. Салат из тертой моркови, капусты и яблок, заправленный сметаной.
      2. Сложный бутерброд: хлеб, масло, кусочек вареного яйца, кусочек селедки, зелень (селедку почистите сами и очень внимательно выньте кости).
      3. Манная каша с наполнителем. Вскипятите молоко сами, а ребенок Ъусть смешает в кружке шесть чайных ложек манной крупы, столовую ложку изюма, немножко чищеных орехов, чайную ложку сахара.
      Предложите ребенку придумать для каждого
      блюда название, научите красиво укладывать пищу на тарелку или на большое блюдо. Пусть ребенок привыкнет есть за красиво накрытым столом, научится пользоваться салфеткой. Не забудьте, что эстетическое оформление обеденного стола не последнее звено в улучшении детского аппетита.
      Во время еды никогда не ругайте ребенка за ошибки и проступки, совершенные в детском саду, в школе, на улице. Волнение, которое он будет испытывать, может вызвать нарушение пишеварения. Если воспитательные беседы за столом имеют регулярный характер, они могут привести к тяжелым хроническим заболеваниям желудочно-кишечного тракта.
      При болях з животе (переедание, нарушение диеты) рекомендуем принимать по столовой ложке 3 раза в день отвар ромашки. Им же хорошо полоскать рот и горло при воспалительных процессах.
      20 граммов ромашки обливают одним литром кипящей воды, кипятят 10 минут, остужают и процеживают.
      Желудочный чай (вяжущий). Составить смесь из 3 частей плодов черемухи и 2 частей ягод черники. Две столовые ложки заварить двумя стаканами кипящей воды, кипятить 20 минут, процедить, остудить и пить по 1/4 стакана при кишечных расстройствах.
      Сбор для полоскания горла № 1. Составить смесь из коры дуба (3 части) и цветов липы (2 части). Заварить две столовые ложки смеси стаканом кипятка, настоять 2 — 3 минуты, процедить через марлю, остудить и полоскать несколько раз в день.
      Сбор для полоскания горла № 2. Составить смесь из коры ивы (3 части) и цветов липы (2 части). Две столовые ложки смеси заварить стаканом кипятка, настоять 2 — 3 минуты, процедить через марлю, остудить и полоскать несколько раз в день.
      Сбор для полоскания горла № 3. Составить смесь из цветов липы (2 части) и цветов ромашки (3 части). Столовую ложку смеси заварить стаканом кипятка, настоять 15 — 20 минут, процедить через марлю, остудить и полоскать несколько раз в день.
      Сбор для полоскания горла № 4. Составить смесь из коры дуба (6 частей), травы душицы (4 части), листьев алтея (2 части).
      Две столовые ложки смеси заварить стаканом кипятка, настоять 2 — 3 минуты и процедить. Полоскать несколько раз в день..
      Сбор для полоскания горла № 5. Составить смесь из листьев шалфея, цветов лесной мальвы, цветов черной бузины, коры дуба (взять равные части). Столовую ложку смеси заварить стаканом кипятка, настоять в течение 20 минут, процедить и полоскать горло.
      Шалфей. Две чайные ложки шалфея засыпать в подогретую эмалированную или фарфоровую посуду, залить стаканом кипятка, поставить на водяную баню на 15 минут. Процедить. Применять для полоскания горла и рта при воспалительных процессах.
      При простуде и кашле рекомендуются грудные чаи.
      Г рудной чай № 1. Составить смесь из корня алтея (2 части), листьев мать-и-мачехи (2 части), травы душицы (1 часть). Столовую ложку смеси заварить двумя стаканами кипятка, настоять 20 минут и принимать после процеживания по полстакана через 3 часа. Детям до 7 лет — по 1/4 стакана.
      Грудной чай № 2. Составить смесь из листьев мать-и-мачехи (4 части), подорожника (3 части), корня солодки (3 части). Столовую ложку смеси заварить двумя стаканами кипятка, настоять 20 минут, процедить и принимать в теплом виде по полстакана через 3 часа. Детям до 7 лет — по 1/4 стакана.
      Грудной чай № 3. Взять по одной части листьев шалфея, плодов аниса, сосновых почек, корня алтея
      и корня солодки, заварить кипятком, настоять 20 минут, процедить через марлю и пить по 1/4 стакана через 3 часа. Детям до 7 лет — по 1/8 стакана.
      Настой липового цвета. Две чайные ложки липового цвета заварить стаканом кипятка, настоять, пить горячим на ночь в постели. Так как средство потогонное, необходимо менять больному белье. Применяют при простуде и кашле. Детям до 7 лет — по 1/3 стакана, до 10 лет — по 1/2 стакана.
      Потогонный чай № 1. Смесь состоит из равных частей цветов липы и ягод малины. Две столовые ложки смеси заварить двумя стаканами кипящей воды, кипятить 5 минут, процедить и пить горячим, как чай.
      Потогонный чай № 2. Малины 2 части, листьев мать-и-мачехи 2 части, травы душицы 1 часть. Две столовые ложки смеси заварить двумя стаканами кипящей воды, настоять 20 минут, процедить и пить горячим, как чай.
      Потогонный чай № 3. Взять поровну коры ивы, плодов аниса, листьев мать-и-мачехи, цветов
      липы и ягод малины, столовую ложку смеси заварить двумя стаканами кипящей воды, кипятить 5 минут, процедить и пить отвар горячим, как чай.
      Потогонный чай № 4. Составить смесь из 2 частей коры ивы, 2 частей мать-и-мачехи, 1 части травы душицы, заварить двумя стаканами кипящей воды, настоять 20 минут, процедить и пить горячим, как чай.
      Потогонный чай № 5.
      Взять поровну листьев перечной мяты, цветов бузины, цветов липы, столовую ложку смеуи заварить двумя стаканами кипящей воды, кипятить 10 минут, процедить и пить горячим, как чай.
      Потогонный чай № б. Взять поровну цветов липы и цветов черной бузины. Столовую ложку заварить стаканом кипящей воды, кипятить 10 минут, процедить и пить. Для взрослых брать две ложки смеси на стакан.
      При использовании потогонных чаев следите за бельем ребенка. Оно должно быть сухим, меняйте его чаще.
      Ну, вот и вся история! Петя и его друзья преодолели немало трудностей.
      Спасибо, что ты вовремя пришёл им на помощь! Вы вместе победили всех врагов и помогли здоровью. И ещё вы узнали, а хорошо, если и запомнили три важные истины:
      болеть плохо! Быть здоровым хорошо! Липших знаний не бывает! Будь здоров и счастлив!

 

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru