На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека






Карлуша на острове Голубой звезды

Часть первая. ОПАСНОСТЬ ГДЕ-ТО РЯДОМ


MP3

 


Глава пятая...

В НАЧАЛО



HAШA PEKЛAMA
Заказать почтой 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD.



  BAШA БЛAГOTBOPИTEЛЬHOCTЬ
  ПOOЩPИTЬ KOПEEЧKOЙ


      Глава четвёртая

      Благоустройство.
      Первая остановка для ночлега.
      Таинственное дупло

     

      Остаток дня путешественники провели благоустраивая свои каюты, каждая из которых, как мы уже знаем, предназначалась для двух пассажиров.
      В каюте номер один поселились Взломщик и Шестерёнка. Вся их каюта была завалена чертежами и инструментами. На месте они почти не сидели, а больше лазали по кораблю, проверяя надёжность работы его узлов и механизмов. Взломщик лучше разбирался в электронной системе управления, а Шестерёнка — в механике.
      В каюте номер два поселились Студент и доктор Глюк. Здесь была чистота и образцовый порядок. Глюк выполнял свои привычные обязанности, Студент руководил экспедицией. Он также вёл подробный дневник путешествия, который называл судовым журналом.
      Третью, четвёртую и пятую каюты занимали барышни: Ласточка и Кувшинка, Капелька, Мушка и Зубрилка. Свои каюты они украсили расшитыми салфетками, рукодельными ковриками, подушечками и занавесками. Огромные, до самого потолка, букеты ландышей распространяли аромат леса. У них было красиво и уютно.
      В каюте художника Бантика и музыканта Скрипки царил, творческий беспорядок. Бантик делал путевые наброски в альбом, а Скрипка сочинял симфоническую поэму «Навстречу ветру». Повсюду были разбросаны нотные тетради, музыкальные инструменты, карандаши и тюбики с красками. Поскольку Бантик почти всё время проводил на палубе, стоя перед мольбертом, эти творческие натуры друг другу нисколько не мешали.
      В других каютах расположились: фотоохотник Мазила и его собачка Колобок, Немой и Зануда, Ловкач и Растеряшка, Вихор и Хитрюга, Карлуша и Чек.
      В персональных каютах, по одному, расположились Сахарок и Пухляк. Сахарок вообще любил устраиваться с двойными, так сказать, удобствами. Большую часть времени он проводил в кают-компании, где всегда можно было попить чайку, сока или газированной водички.
      Что касается Пухляка, то он решительно принял позу невинно пострадавшего. Он ни с кем не разговаривал, а встречаясь со Студентом, начинал требовать, чтобы его вернули домой. Но так как для этого пришлось бы разворачивать обратно судно с пассажирами, Студент, устав разъяснять Пухляку ситуацию, начал от него прятаться. Своим поведением Пухляк добился, что вокруг него образовалась тягостная и нелепая атмосфера всеобщей вины.
      Таким образом, в тринадцати каютах расположились двадцать два путешественника и собачка Колобок. Поскольку кают всего было шестнадцать — по восемь с каждой стороны — ещё три оставались пустыми.
     
      Вечером, когда солнце скрылось за деревьями, Студент объявил высадку для ночной стоянки.
      Захлопнув солнечные батареи, «Стрекоза» наехала плоским дном на песчаный берег, и Шестерёнка намотал якорь на торчащий из земли корень дуба. Взломщик спустил трап, и нагруженные снаряжением путники ступили на незнакомый берег.
      То там, то здесь высились огромные камни, а могучие дубы, казалось, достают кронами до раскрашенных закатом редких перистых облаков. Не многие гномы из Песочного города видели такие большие деревья.
      Студент выбрал поблизости ровную поляну и велел всем собраться. Обязанности распределились следующим образом.
      Взломщик и Шестерёнка устанавливают четыре шестиместные палатки; Ловкач, Вихор и Хитрюга разжигают костёр; барышни собирают и укладывают в палатках сухие листья для мягкого ночлега, а все остальные идут за дровами. Дежурными по кухне были назначены доктор Глюк и Сахарок. Сам Студент отправился пилить замеченный им неподалёку белый гриб.
      На «Стрекозе» остался только один Пухляк. Он сослался на плохое самочувствие и отсутствие верхней одежды. Действительно, он попал на судно в одной пижаме, в ней и разгуливал по «Стрекозе». Когда Сахарок любезно предложил ему примерить что-нибудь из своего гардероба, оказалось, что вся одежда толстенького Сахарка, за исключением сандалий, Пухляку мала. Так он раздался вширь за время своей болезни.
      Теперь Пухляк сидел у окна своей каюты, грыз печенье, попивал какао из термоса и поглядывал на разгоравшийся огонёк костра. «Ничего… — приговаривал он с удовлетворением, — пусть они там… А мне и здесь хорошо. Тепло, светло и мухи не кусают…»
     
      В поисках подходящих дров для костра, человечки разбрелись по лесу. Сухие сучки и ветки постепенно образовали на поляне большую кучу, которой должно было хватить до утра. И костёр, по мере того, как сгущались сумерки, светил всё ярче, разгораясь, потрескивая и пуская в небо искры.
      Вскоре со стороны лагеря потянуло ароматом грибного супа. Поскольку сегодняшний обед был подчистую уничтожен Пухляком, у всех путешественников текли слюнки.
      Карлуша и Чек, подобрав для видимости несколько сухих веточек, тоже было двинулись в сторону лагеря, но тут их внимание привлёк Колобок. Он откуда-то спешил, держа в зубах тряпочную шапку с козырьком. Как показалось друзьям, это была шапка Растеряшки. По своей рассеянности он мог зайти далеко в лес и заблудиться. Покричали куда-то в темноту, но ответа не было. Все гномы уже вернулись в лагерь.
      — Ищи! — приказал Карлуша собаке. — След!..
      Колобок с довольным урчанием побежал в лес. Карлуша и Чек, спотыкаясь и налетая на деревья, — за ним. В считанные минуты они оказались так далеко, что за деревьями не стало видно костра.
      — Погоди, погоди, — сказал Чек. — Этак мы и сами заблудимся. Колобок, ты где?
      Колобок тявкнул. Он забрался в дупло дуба и теперь, опершись передними лапами о край, звал за собой внутрь.
      — Вот тебе раз, — пробормотал Карлуша. — Неужели Растеряшка в дупло залез?
      — Подумаешь, дупло, — недовольно сказал Чек, которому совсем не хотелось лезть в темноту. — Ну, посидит там немного, пока не надоест, а потом сам вылезет. Пойдём лучше к нашим, есть охота.
      Они покричали в дупло, но ответа не последовало.
      — А почему мы решили, что это шапка Растеряшки? — сказал Чек. — У Растеряшки шапка старая, измятая. А это совсем новая. Только похожа.
      Было уже совсем темно. Карлуша повертел шапку в руках и был вынужден согласиться, что в первый раз хорошенько её не рассмотрел. Он уже хотел предложить вернуться в лагерь, как вдруг ему показалось… что из дупла доносятся странные приглушённые звуки, похожие на музыку.
      — Погоди-ка… — произнёс он, понизив голос. — А ну, послушай.
      Друзья перегнулись через край дупла и сосредоточенно, не дыша, стали слушать. Откуда-то из глубины доносились едва различимые звуки весёленького марша.
      — Что же это… — пробормотал Чек, позабыв о своём правиле ничему не удивляться. — Разве так бывает?.. Дерево…
      — Ерунда какая-то… — согласился Карлуша, у которого по спине забегали мурашки.
      Обоим стало сильно не по себе.
      — Давай только заглянем… — прошептал Карлуша, глаза у которого от страха и любопытства сделались круглыми.
      — Лезь первый! — прошептал Чек.
      Закусив губу, Карлуша схватился за влажную от волнения руку приятеля и, осторожно перешагнув через край дупла, ступил на мягкие сухие листья.
      — Ничего, — сказал он Чеку, — можешь лезть.

 

 

ТРУДИМСЯ ДЛЯ ВАС, НЕ ПОКЛАДАЯ РУК!
ПОМОЖИТЕ ПРОЕКТУ МАЛОЙ ДЕНЕЖКОЙ >>>>

 

На главную Тексты книг БК Аудиокниги БК Полит-инфо Советские учебники За страницами учебника Фото-Питер Настрои Сытина Радиоспектакли Детская библиотека

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru