НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

Город

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Приключения Карклина

  mp3PRO — VBR до 96kbps — 44Hz — Stereo  

3.13


MP3

 


ДАЛЬШЕ

В НАЧАЛО


 

PEKЛAMA

Услада для слуха, пища для ума, радость для души. Надёжный запас в офф-лайне, который не помешает. Заказать 500 советских радиоспектаклей на 9-ти DVD. Ознакомьтесь подробнее >>>>


 

Приключения Карклина


Архаров, видевший Карклина последним, потерял его в тот момент, когда Бруно Вольфович, не в силах более сдерживать душившие его рвотные позывы, ухватился за ствол молодой берёзки и принялся блевать, натощак пуская только желчь и слюни...

Но вот, уже в следующее мгновение, он заметил разительные перемены в окружавшем его мире. Стало темнее, в ушах гудело и стучало, а землю и ствол, за который он держался, стало покачивать и трясти. Тошнота отступила, Карклин поднял глаза и огляделся.

Он стоял в вагоне переполненной электрички метро, ухватившись за хромированный вертикальный поручень. Раздавшиеся в стороны пассажиры смотрели на него с отвращением. «Улицы им мало, ещё в метро лезут...» — сказал кто-то. «Сейчас, на станции, позовите кто-нибудь милиционера...»

Поезд замедлил ход, объявили станцию, Карклин рванулся к выходу и смешался с толпой. «Что за дьявол,— бормотал он про себя,— что за дьявол...»

Поднявшись на улицу, он присел на скамейку и вытер струившийся по лицу пот. Для него было совершенно очевидно, что произошла какая-то чертовщина во время демонстрации излучателя. Он всё ещё в Москве, но это совсем не та Москва, в какой он был ещё вчера, 26 августа 71 (1988) года. Перед ним бурлил проспект, переполненный автомобилями иностранного производства. А люди более походили на иностранных туристов...

Карклин посмотрел на тумбу с расклеенными афишами. «Шоу монахов монастыря Шао-Линь». Шоу монахов?.. Но вот, вот, самое главное: дата. 27 августа... Нет-нет, не может быть! 2001-го?.. Третье тысячелетие от Рождества Христова!!


Итак, с этим следовало смириться. Он в Москве 2001 года, судя по всему, оккупированной вражеской капиталистической державой. С этим ему следовало здесь выжить. Ему?.. И тут Карклина ошарашила догадка. Чтобы проверить эту догадку, нужно было позвонить по телефону.

Заметив поблизости упитанного мужчину с мобильной трубкой, он подошёл и умоляюще попросил набрать номер одной из закрытых клиник, принадлежавших ведомству ВПК.

Толстяк снисходительно посмотрел на чудака, одетого в строгий «похоронный» чёрный костюм. Жалобные просьбы о медицинской помощи на него подействовали, он набрал требуемый номер, и Карклин прижал трубку к своему большому уху.

— Вас интересует Карклин? Бруно Вольфович? — удивился его лечащий врач.— Простите, а с кем я имею честь?..

— Я, видите ли, родственник... Приехал с крайнего Севера. Обстоятельства сложились так, что вот уже тринадцать лет я не видел своего родного брата...

— Тринадцать лет? В таком случае это объяснимо. Боюсь, что вынужден буду вас огорчить, господин... Карклин?..

— Да! Валдис Оттович.

— Боюсь, что вынужден буду вас огорчить, Валдис Оттович: вот уже тринадцать лет, день в день, ваш родной брат находится в коматозном состоянии.

— Как?!

— Между жизнью и смертью, господин Карклин. Да-да, внезапный удар без каких бы то ни было видимых причин.

— Адрес!

— Хорошо, не волнуйтесь, записывайте...

Выслушав и запомнив, Карклин сунул телефон в руки понимающе кивнувшего ему владельца. В клинике находился... кто? Он сам... или его двойник... В любом случае, кто-то из них в этом мире совершенно лишний.

Нащупав за пазухой пистолет, он пошёл на противоположную сторону улицы, к автобусной остановке.

Но едва только он ступил на пешеходную разметку, как из-за поворота на большой скорости вырулил огромный тёмно-зелёный джип.

Удар оказался не смертелен. Пострадавший, хотя и потерял сознание, но быстро пришёл в себя. Поднялся и зашагал прочь. Он не произнёс ни слова, но теперь у него была странная, деревянная походка. В его голове больше не существовало ни мыслей, ни воспоминаний. Его физическим телом управлял теперь только один, заданный за минуту до столкновения, алгоритм: проникнуть в палату к двойнику, убить его и уничтожить труп.


В ту самую секунду, когда несчастный пешеход потерял сознание, в клинике открыл глаза коматозник. Память и сознание вернулись к нему внезапно. «Проклятый идиот!» — обругал он шофёра, увидев, что находится в больничной палате.

Карклин ощупал тело — всё на месте, никаких переломов.

Он поднялся на кровати и свесил ноги. Но почему же так ослабло всё тело, кружится голова, не слушаются мышцы и ломит все косточки! Неужели он так долго провалялся здесь без сознания? Сколько — день, неделю, год или месяц?

Его телодвижения заметили через стеклянную дверь больничного коридора, началась радостная суматоха. Его уложили, над ним склонился профессор, палату заполнили врачи и персонал.

— Сколько я здесь? — невнятно выговорил Карклин, с трудом ворочая во рту онемевшим, словно чужим, языком.

Профессор снял и протёр очки.

— Не буду скрывать от вас правду, товарищ маршал. Тринадцать лет вы находились здесь, в бессознательном состоянии.

— Сколько?!

— Тринадцать лет. Ваши дети выросли, жена... немного изменилась. Мир тоже изменился. Мужайтесь. Мы с вами оба военные люди.

Изо всех сил наморщив ум, Карклин начал догадываться, что именно происходит с ним на этот раз.


После всестороннего обследования, ванной и лёгкого ужина, его оставили в покое. Ссылаясь на частичную потерю памяти, он узнал всё, что можно было узнать от врача, о своих последних годах активной жизни. Начиная с осени 1982-го всё было не так.


Поздно вечером, когда клиника опустела, Карклин вспомнил о том, другом теле, которое сегодня утром сбила машина. Никаких документов, удостоверяющих личность, в карманах не было. Члены Политбюро не носят в карманах документы, удостоверяющие личность. Если тело увезли в морг, необходимо дать кому-нибудь на лапу, чтобы его поскорее кремировали как неопознанное. Но что если тот человек, то тело, в котором он находился,— ещё живо?

В палату заглянула дежурная медсестра:

— Больной, Бруно Вольфович, вы ещё не спите?

— Нет, а что?

— К вам пришли.

— Кто?!

— Брат.

— Нету, нету у меня брата! Документы, документы спрашивали?!

— Да у него на лице документы — родной ваш близнец.

— Где он? Где?!

— Так он уже по лестнице поднимался. Я на лифте приехала, чтобы вы не очень волновались.

— Не пускать!.. Милицию!.. Заприте все двери!..

Карклин натянул до самых глаз одеяло.

— Ой, пойду Главному врачу позвоню, разбужу его... — всплеснула руками медсестра и убежала.

— Стойте! Не уходите!..

Но голос его был слаб, а поблизости никого уже не было.

Карклин спустился с кровати на линолеум и медленно, на четвереньках, приблизился к стеклянному шкафу. Его тело было свинцовым. Открыл дверцу и достал из металлического футляра скальпель.

В коридоре уже слышались шаги двойника.

Цепляясь за ручку и выступы дверной рамы, Карклин поднялся и прислонился спиной к стене. Слабо сжал в кулаке скальпель, поднял руку и приготовился.

Зомби распахнул дверь и шагнул в палату. Взгляд его остановился на белеющей во мраке кровати. Он вынул пистолет и взвёл курок. В этот момент Карклин взмахнул рукой и слабо ударил «брата» скальпелем в шею.

Он промахнулся: лезвие только слегка поранило кожу. Но пистолет выпал, и в следующее мгновение два Карклина вцепились друг другу в горло. Зомби сжал пальцы, медленно опустил руки, и коматозник послушно осел на пол. В горле у него засвистело, руки скользнули по измазанной кровью шее противника и бессильно упали.

Посетитель спрятал за пазуху пистолет, поднял скальпель и несколько раз ударил лезвием в горло двойника. Тот зашипел, заклокотал и испустил дух.

В тот же миг зомби закачался, схватился за голову, вздрогнул, зажмурился и открыл глаза.

Это снова был Карклин. Тот самый, которого утром сбила машина и который только сейчас почувствовал боль в ушибленном тазобедренном суставе.



Уняв дрожь и усилием воли взяв ситуацию под контроль, Карклин раздел догола и взвалил на плечо бездыханное тело. Озираясь по сторонам, прошёл по пустому коридору к пожарной лестнице.

Спустившись в котельную, затолкал тело в горящую угольную топку. Разделся и бросил в огонь чёрный костюм, кальсоны и рубашку. Бегом вернувшись в палату, убрал с пола кровь. Надел на себя пижаму коматозника, сунул пистолет под подушку и залез под одеяло.

Появилась медсестра. Она держала в руке шприц, на ходу отламывая кончик от стеклянной ампулы.

— А где же ваш брат? — поинтересовалась она, протирая спиртовой ваткой кожу на руке Карклина.

— Ушёл. Уже ушёл.

— Вот и хорошо, что ушёл. Потому что врач велел до утра никого к вам не пускать. Вам ещё вредно так нервничать. Я вам сейчас кольну успокоительного, чтобы вы хорошенько выспались и отдохнули.

Карклин не возражал.



Утром он встречал сильно переменившихся, но искренне обрадованных родственников. Номера счетов хранились в памяти коматозника, и все эти годы не проходило дня, чтобы семья не молилась о его выздоровлении.

 

НА ГЛАВНУЮТЕКСТЫ КНИГ БКАУДИОКНИГИ БКПОЛИТ-ИНФОСОВЕТСКИЕ УЧЕБНИКИЗА СТРАНИЦАМИ УЧЕБНИКАФОТО-ПИТЕРНАСТРОИ СЫТИНАРАДИОСПЕКТАКЛИКНИЖНАЯ ИЛЛЮСТРАЦИЯ

 

Яндекс.Метрика


Творческая студия БК-МТГК 2001-3001 гг. karlov@bk.ru